Глава 3

«Вот же дерьмо собачье».

Джош сидел на кровати, обхватив голову руками. Так продолжалось уже не первый час — с тех самых пор, как он уложил Пита спать, не мог найти себе места. Но сколько бы ни шло время, мысли упрямо возвращались к одному и тому же.

— …Тебе ведь тоже не тянет за это браться, да? Вот и нам неохота.

Сквозь оцепенение в памяти всплыл голос Марка. В том разговоре Джош наконец тяжело выдохнул, а Марк продолжил:

— Честно говоря, этот заказ поступил еще неделю назад. Я уже собирался отказаться — и так ведь ясно, что никто из наших не захочет с этим связываться. Хотя условия по контракту просто шикарные. Такие деньжищи на дороге не валяются… Уж что-что, а сорить деньгами Миллер умеет с размахом.

Еще бы: чего у него в избытке, так это денег да смазливой рожи. Будь его характер хорош хотя бы на шестнадцатую долю от его внешности, на него бы весь мир молился.

Джош про себя едко усмехнулся, вспомнив расхожую шутку: мол, Господь вложил столько сил в создание безупречного тела Чейза Миллера, что к концу работы выдохся и на характер попросту махнул рукой. Видя, что Джош хранит угрюмое молчание, Марк почесал затылок.

— Но сам понимаешь, работенка там… та еще. Да и нрав у этого ублюдка Миллера совсем не сахар. Хотя, если учесть, какую сумму он отваливает за вредность, жаловаться грех… Иначе с чего бы заказу с самого Западного побережья докатиться аж до нас? Да просто все остальные отказались. Деньги деньгами, но связываться с Миллером — увольте. В общем, гонорар такой бешеный, что я долго мялся, стоит ли вообще заикаться об этом. Но ты ведь говорил, что тебе сейчас позарез нужны деньги… На других заказах платят гроши, тебе это погоды не сделает. А если ты согласишься, то и остальным парням будет проще решиться.

Джош глубоко вздохнул и спросил:

— Вы уже говорили об этом остальным?

— Перед тем как прийти к тебе, обзвонил всех и вкратце обрисовал ситуацию. Сказали, что подумают.

Джош все еще живо помнил, как в прошлый раз парни скрипели зубами и на чем свет стоит крыли Миллера последними словами, поэтому их неожиданно сдержанная реакция вызывала удивление.

«Неужели у всех, как и у меня, стряслось что-то срочное?»

Заметив его недоумение и затянувшуюся паузу, Марк добавил:

— Говорят, контракт рассчитан месяца на три, максимум — на полгода. Если срок затянется, за переработку щедро доплатят… Короче, если совсем прижало, подумай над этим вариантом. Понятное дело, если решим браться, то поедем всей командой, так что особо себя не накручивай…

Бросив напоследок еще одно «подумай», Марк ушел. И с той самой минуты Джош метался из стороны в сторону, не зная, на что решиться.

«Ну почему из всех людей это должен быть именно он?»

Ответ лежал на поверхности: мало кто готов без раздумий выкладывать такие баснословные суммы за собственную охрану. А Джошу до безумия нужны были деньги. Увы, такова была суровая реальность. Сколько ни ломай голову, итог все равно предрешен.

К тому часу, когда небо за окном подернулось белесой предрассветной дымкой, он с тяжелым сердцем смирился с неизбежным решением. Максимум полгода. Как только срок контракта истечет, он наотрез откажется от любого продления. А кем заткнуть нехватку людей в группе — с этим Марк разберется и сам.

Дождавшись времени, когда Марк обычно приходил на работу, Джош набрал его номер и с ходу задал самый главный вопрос:

— Кто-нибудь из парней уже выходил на связь? Сколько человек согласилось поехать?

«Неужели все отказались?» — от внезапной мысли по спине пробежал холодок, но Марк, к счастью, ответил без заминки:

— Я, Сет, Генри и Айзек. Итого четверо.

Все до единого, не считая самого Джоша. Его плечи наконец расслабились, а Марк в трубке тем временем продолжил:

— Этот придурок Генри, похоже, опять проиграл. Говорят, спустил всё до последнего цента.

Дальше выяснилось, что Сет долго колебался, но устоять перед суммой гонорара не смог, а Айзек по глупости одолжил деньги Генри и, оставшись по его милости без гроша, вынужден был подписаться на эту работу за компанию.

— Генри умудрился спустить в казино даже деньги Айзека. Хотя Айзек тоже хорош — нашел кому верить на слово и развесил уши.

Джош мысленно отметил, что одним красноречием дело наверняка не ограничилось — без угроз тут явно не обошлось. Айзек уже не впервые выворачивал карманы, не сумев дать отпор забористой ругани и давлению Генри.

«Впрочем, мне это только на руку».

Горько вздохнув, Джош произнес:

— Я тоже поеду.

— Отлично. Вместе с Джошуа — пятеро.

Судя по тому, как четко Марк проговорил его полное имя, прямо сейчас вписывал его в бланк. Похоже, он с самого начала знал, что Джош согласится, поэтому в его голосе не прозвучало ни удивления, ни особой радости. Как ни прискорбно, выбор у Джоша и впрямь был очевиден.

Уточнив дату выезда и еще пару организационных моментов, они договорились, что Марк пришлет подробный контракт по электронной почте, после чего Джош повесил трубку. По правде говоря, на мелкие пункты договора было плевать — лишь бы обещанные деньги платили вовремя.

Стоило принять решение, как дело пошло быстро. Он тут же позвонил младшей сестре и сказал, что нашел новую работу, так что о деньгах она может больше не беспокоиться. К счастью, место предстоящей службы находилось всего в трех-четырех часах езды от дома, где жили его мать и сестра. Значит, он сможет оставить ребенка у них и приезжать повидаться с сыном в каждый свой выходной.

— За Пита не волнуйся, Джош. Мама тоже так обрадовалась, когда узнала, что он поживет у нас! — голос Эммы в трубке заметно повеселел.

Закончив разговор, Джош невольно перевел дух. Самая главная проблема была решена.

«Он ведь ни за что не прознает о существовании Пита?»

Джош мрачно задумался. Он даже представить боялся, чем все обернется, если правда всплывет наружу. Если уж и признаваться, делать это нужно было тогда, когда он только узнал о беременности. Заявляться с подобным откровением сейчас — чистое безумие. Каково это, когда перед тобой ни с того ни с сего вырастает собственный ребенок?

Впрочем, утаить правду будет нетрудно. Как и все вокруг, Миллер наверняка считает Джоша бетой. Но главное — такой человек, как он, даже не удостоит взглядом какого-то мелкого телохранителя.

«…Он ведь даже не помнит, как переспал со мной и оставил на мне метку».

«Ты весь мой».

В памяти некстати всплыли давно забытые слова. В груди разом неприятно похолодело, и Джош нахмурился.

☆☆☆

Поскольку нужно было отвезти ребенка к родным, Джош решил выехать раньше остальных, отдельно от команды, и присоединиться к парням уже к началу работы. К тому же он давно не видел семью и хотел провести с ними хотя бы несколько дней.

Он от души поблагодарил миссис Роберт за всю ее помощь и пообещал время от времени звонить. Та, не скрывая грусти от расставания, крепко прижала Пита к себе. Следующие несколько суток Джош практически не смыкал глаз, собирая вещи и улаживая дела перед отъездом. После чего наконец отправился в аэропорт.

Джош шагнул в салон самолета с ребенком на руках и чемоданом наперевес, вызвав секундное замешательство у стюардесс. Девушки по очереди озарялись улыбками, глядя на привлекательного пассажира, однако стоило им опустить взгляд на малыша, как очарование в долю секунды сменялось дежурной вежливостью.

Джош устроил малыша в заранее закрепленном кресле и укутал его пледом. Зажав за щекой леденец, Пит вел себя на редкость смирно — угощение явно сгладило все поводы для детских капризов.

Убирая чемодан на багажную полку, Джош невольно залюбовался сыном. То, как уморительно двигались его пухлые щечки, перекатывавшие конфету, против воли напомнило о том самом человеке.

«То ли дело в том, что я знаю, чей он сын, то ли они и впрямь так похожи».

Спросить об этом и убедиться наверняка было не у кого, поэтому Джошу всякий раз приходилось силой подавлять это непрошеное любопытство.

Малыш быстро уснул. Вытирая слюнку, потекшую из уголка его рта от растаявшего леденца, Джош вдруг задумался.

«Узнает ли он меня? Да и помнит ли он меня вообще?»

Стоило Джошу ненароком вспомнить их первую встречу и брошенные тогда слова, как между бровей тут же залегла хмурая складка. Шли годы, но образ, всплывавший в памяти при мысли о нем, оставался неизменным.

Доминантные альфы по самой своей природе балансировали на грани социопатии. А уж если их сущность пробуждалась слишком рано, еще до полового созревания, дело и вовсе принимало дурной оборот. Минуя подростковый период с его резкими эмоциональными качелями, такие дети почти неизбежно вырастали настоящими психопатами.

Ходили слухи, что у Чейза С. Миллера вторичный пол проявился уже после переходного возраста — возможно, только поэтому ему не были окончательно чужды человеческие чувства. Беда крылась в другом: львиная доля этих чувств сводилась к чистой ярости.

«Впрочем, говорят, гнев доступен даже психопатам», — ехидно заметил про себя Джош. Как бы там ни было, именно эта способность хоть что-то испытывать и позволяла Миллеру держаться в киноиндустрии. Будь он хоть трижды писаным красавцем, на одной смазливой мордашке так высоко не взлетишь — тут нужен настоящий талант.

«Хотя с его-то данными и напрягаться необязательно: знай себе стой в кадре да торгуй лицом…»

В памяти невольно всплыла старая реклама шоколада, в которой пятилетний Чейз впервые появился на экранах. В свое время этот дебютный ролик наделал столько шума, что буквально поставил на уши всю Америку, — о нем с восторгом говорили даже годы спустя. Не устоял перед всеобщим наваждением и Джош, бывший тогда совсем еще мальчишкой.

«И надо же было так жестоко разочароваться пару лет спустя, когда выяснилось, что это пацан».

Впрочем, этот удар пропустил не он один. Для целого поколения ровесников, тайком грезивших о прелестной девчушке с экрана, правда обернулась драмой национального масштаба: тысячи разбитых детских сердец разом усвоили суровую жизненную истину — первая любовь никогда не сбывается.

С тех пор ничего не изменилось. Чейзу по-прежнему не требовалось корпеть над сценариями и выбиваться из сил перед объективом — стоило ему просто шагнуть в свет софитов, как зрители уже были у его ног. Поначалу Джош не понимал, зачем этот человек вообще утруждает себя лицедейством. Но все вопросы отпали, когда он увидел Миллера в большом кино.

Тот вживался в каждую роль с пугающей самоотдачей.

И не делал скидок даже для обычных рекламных роликов.

— Ох…

Чей-то восхищенный вздох выдернул Джоша из раздумий. Подняв голову, он заметил, что пассажирка, сидевшая через проход от малыша, не отрываясь смотрит в монитор. Джош машинально проследил за ее взглядом — и увидел того самого мужчину, о ком думал все это время. Дыхание перехватило.

«Да, вот именно так».

Промокший до нитки Чейз медленно выходил из бушующей пены прибоя — казалось, сам морской бог соизволил принять человеческий облик и ступить на сушу. Длинные пальцы небрежно откидывали со лба потяжелевшие от воды пряди, пронзительные темно-фиолетовые глаза смотрели прямо в душу, а в уголках губ стыла едва уловимая усмешка.

Нет, Чейз Миллер определенно не мог быть простым смертным.

Внутри все оборвалось, и на Джоша с новой силой накатило осознание. Разве что ему напрочь сотрут память — иначе он до последнего вздоха не сумеет выкинуть этого человека из головы. И сердце, колотившееся о ребра, служило тому лучшим доказательством.

Реклама давно закончилась, сменившись какими-то другими кадрам, но Джош все так же буравил взглядом экран. Час, когда им снова придется встретиться лицом к лицу, неизбежно приближался — а он отдал бы все на свете, лишь бы оттянуть это мгновение.

Пытаясь спрятаться от надвигающейся реальности, Джош зажмурился. Но огромному лайнеру не было никакого дела до чужих терзаний: рассекая облака, самолет на полной скорости мчал его навстречу Калифорнии.

☆☆☆

— Джош!

Встречавшая их в аэропорту Эмма просияла, едва выцепив брата взглядом из толпы, и с разбегу бросилась ему на шею. Ответить на объятия Джош при всем желании не мог — на одной руке у него сидел Пит, а другой он катил чемодан, — поэтому просто позволил сестре повиснуть на себе.

Глубоко вздохнув, Эмма наконец отстранилась от его груди и подняла глаза. Встретившись с ней взглядом, Джош мягко улыбнулся; лицо сестры тут же озарила ответная улыбка. Они не виделись несколько долгих лет, и первые слова приветствия прозвучали особенно тепло и проникновенно:

— А ты все такая же страшненькая.

На этом трогательный момент воссоединения благополучно закончился.

☆☆☆

— И ведь ни одна живая душа не догадывается, какой у тебя паршивый характер! — процедила Эмма, заводя эту шарманку уже по десятому кругу.

Устроившись на пассажирском сиденье, Джош с самым невозмутимым видом смотрел на трассу перед собой.

— Перестраивайся.

— Заткнись, машину веду я.

— Да жми на газ, говорю, вон тот придурок несется!

— Рот закрой! Кому сказано — за рулем здесь я!

Подкрепляя слова делом, Эмма резко вывернула руль. Машина лихо вклинилась в соседний ряд; сестра буравила взглядом дорогу, сквозь зубы осыпая проклятиями весь белый свет. Вид у нее был такой, словно скажи Джош еще хоть слово — и она с мясом вырвет рулевое колесо и огреет братца по голове.

Джош украдкой обернулся к заднему сиденью: притихший Пит встревоженно бегал глазками по сторонам. Поймав взгляд сына, Джош ласково улыбнулся, сложил пальцы птичкой и забавно замахал «крыльями». Малыш тут же позабыл о тревоге, звонко расхохотался и радостно захлопал в ладоши — под непрекращающийся аккомпанемент отборной брани, которой Эмма вполголоса крыла всех вокруг.

«Вот я и вправду вернулся».

Прикрыв глаза, Джош подставил лицо щедрым лучам калифорнийского солнца — и наконец почувствовал, что вернулся домой.