Глава 1

То, как Сиён умуд­рил­ся ока­зать­ся в роли «сур­ро­гат­ной ма­те­ри» для па­роч­ки альф, было чи­стой воды неле­пой слу­чай­но­стью. Как и у боль­шин­ства со­вре­мен­ных лю­дей, его дни тя­ну­лись уны­лой се­рой че­ре­дой, на­пол­нен­ной лишь од­но­об­раз­ной и из­ну­ря­ю­щей ра­бо­той.

В ти­по­гра­фию, где он вка­лы­вал, бес­ко­неч­ным по­то­ком сы­па­лись сроч­ные за­ка­зы. А на­чаль­ник, по­ме­шан­ный на эко­но­мии, без за­зре­ния со­ве­сти взва­ли­вал на него объ­е­мы, с ко­то­ры­ми едва спра­ви­лись бы двое, а то и трое со­труд­ни­ков.

Хро­ни­че­ский недо­сып, по­сто­ян­ный стресс и бес­про­свет­ная уста­лость вы­жи­ма­ли из него все соки, так что Си­ё­ну то и дело при­хо­ди­лось вы­слу­ши­вать жа­лост­ли­вые ком­мен­та­рии о сво­ем бо­лез­нен­ном и осу­нув­шем­ся виде.

Тот день, ко­гда его за­бро­си­ло в этот бляд­ский мир, ни­чем не от­ли­чал­ся от осталь­ных.

Оче­ред­ная ноч­ная сме­на. Изо всех сил бо­рясь со сли­па­ю­щи­ми­ся гла­за­ми, Сиён про­ве­рял ка­че­ство пе­ча­ти по­след­не­го на се­год­ня за­ка­за — ро­ма­на под на­зва­ни­ем «Ло­вуш­ка того аль­фы».

«Это еще что за хрень?.. Пор­ну­ха ка­кая-то, что ли?»

Чест­но го­во­ря, ко­гда «Ло­вуш­ка» толь­ко по­па­ла ему в руки, Сиён ре­шил, что это про­сто буль­вар­ный жен­ский ро­ман ка­те­го­рии 18+. На невзрач­ной об­лож­ке кра­со­ва­лась лишь кри­ча­щая крас­ная на­шлеп­ка с воз­раст­ным огра­ни­че­ни­ем.

«Оме­га? Аль­фа? Фе­ро­мо­ны — это во­об­ще что та­кое?.. А но­си­те­ли гена — это еще кто?»

Не по­ни­мая и по­ло­ви­ны спе­ци­фи­че­ских тер­ми­нов, он ле­ни­во про­бе­гал­ся гла­за­ми по строч­кам, как вдруг за­це­пил­ся за одну де­таль: глав­ную ге­ро­и­ню зва­ли Хон Сиён. Точ­но так же, как и его са­мо­го.

Бо­лее того, книж­ная «оме­га Хон Сиён» тоже была дет­до­мов­ской. Она вы­рос­ла в оди­но­че­стве, без ма­лей­шей опо­ры и под­держ­ки в жиз­ни. Сов­па­де­ние было на­столь­ко пу­га­ю­щим, что Сиён неволь­но про­ник­ся к пер­со­на­жу стран­ным чув­ством со­ли­дар­но­сти.

За­ин­три­го­ван­ный, он на­чал вчи­ты­вать­ся и… без­на­деж­но за­лип. Сю­жет ока­зал­ся на­столь­ко ди­ким, тре­шо­вым и аб­сурд­ным, что ото­рвать­ся было про­сто невоз­мож­но. На­сто­я­щая мыль­ная опе­ра на мак­си­мал­ках.

«“Мы по­га­сим твои дол­ги, а ты ста­нешь на­шей сур­ро­гат­ной ма­те­рью и ро­дишь нам на­след­ни­ка”… Тьфу, ну и бред».

Бук­валь­но с пер­вых же стра­ниц на чи­та­те­ля об­ру­ши­вал­ся ура­ган от­кро­вен­ных и про­во­ка­ци­он­ных сцен. Од­на­ко в гла­за бро­са­лось со­всем дру­гое. То, что на­прочь ло­ма­ло мозг.

«По­го­ди­те-ка… Два глав­ных ге­роя… же­на­ты друг на дру­ге?!»

Для его скром­но­го обы­ва­тель­ско­го во­об­ра­же­ния та­кой сю­жет­ный по­во­рот стал на­сто­я­щим шо­ком.

Ви­ди­мо, в мире ро­ма­на были ле­га­ли­зо­ва­ны од­но­по­лые бра­ки, раз уж ис­то­рия на­чи­на­лась с того, что эта гей­ская па­роч­ка за­клю­ча­ла со­мни­тель­ный кон­тракт с по­гряз­шей в аст­ро­но­ми­че­ских дол­гах глав­ной ге­ро­и­ней.

«Во дают… Еба­нуть­ся про­сто. И это они на­зы­ва­ют ро­ман­ти­кой?»

Слег­ка опе­шив от про­ис­хо­дя­ще­го, Сиён всё же взял себя в руки и про­дол­жил чте­ние. Глав­ная ге­ро­и­ня опи­сы­ва­лась как незем­ная кра­са­ви­ца, чье тело ис­то­ча­ло ка­кие-то там «фе­ро­мо­ны», от ко­то­рых эта па­роч­ка из­вра­щен­цев окон­ча­тель­но по­те­ря­ла го­ло­ву.

По­ели — по­тра­ха­лись. По­ели — сно­ва по­тра­ха­лись. И так по кру­гу. Чи­тать по­дроб­ные, изоби­лу­ю­щие де­та­ля­ми по­стель­ные сце­ны с уча­сти­ем пер­со­на­жа, но­ся­ще­го его соб­ствен­ное имя, было до оду­ри мерз­ко. По­это­му, чест­но го­во­ря, всё это хард­кор­ное пор­но Сиён про­ли­сты­вал по диа­го­на­ли.

«Она же го­во­рит, что не хо­чет бе­ре­ме­неть, а эти пси­хи за­пи­ра­ют жен­щи­ну в под­ва­ле… Уро­ды. Вы­та­щи­ли яйца и тво­рят, что хо­тят».

«Она во­об­ще-то им ре­бен­ка вы­на­ши­ва­ет, ка­ко­го хера они ее бьют?!»

«Вот же кон­че­ные! Да они оба на глав­ных ге­ро­ев во­об­ще не тя­нут».

Глав­ные ге­рои это­го чти­ва… точ­нее, эта от­би­тая гей­ская па­роч­ка… были про­сто бес­про­свет­ны­ми ублюд­ка­ми.

Под пред­ло­гом «вос­пи­та­ния» они мо­ри­ли бед­ную ге­ро­и­ню го­ло­дом и из­би­ва­ли. А ко­гда та по­пы­та­лась сбе­жать и по­па­лась, ей и во­все сло­ма­ли ноги, на­це­пи­ли кан­да­лы и по­са­ди­ли под до­маш­ний арест.

И пле­вать, что ав­тор пы­тал­ся оправ­дать их по­ступ­ки тя­же­лым про­шлым — они всё рав­но оста­ва­лись ред­кост­ны­ми мра­зя­ми. От это­го лю­то­го, не под­да­ю­ще­го­ся ни­ка­кой ло­ги­ке тре­ша по­рой хо­те­лось вы­швыр­нуть кни­гу в окно. Но сю­жет был на­столь­ко про­во­ка­ци­он­ным и соч­ным, что Сиён про­дол­жал гло­тать гла­ву за гла­вой. Пря­мо как вред­ный фаст­фуд: зна­ешь, что дрянь, а ото­рвать­ся не мо­жешь.

Бли­же к кон­цу эти двое во­об­ще пе­ре­грыз­лись меж­ду со­бой, устро­ив кро­ва­вую бой­ню за пра­во еди­но­лич­но об­ла­дать сво­ей иг­руш­кой. Но глав­ная про­бле­ма кры­лась даже не в этом.

Толь­ко до­брав­шись до са­мой куль­ми­на­ции, Сиён осо­знал ис­тин­ную суть это­го ебу­че­го ро­ма­на.

«Ка­ко­го хуя… У глав­ной ге­ро­и­ни… от­ку­да, блять… член?!»

Тот са­мый ро­ман «Ло­вуш­ка того аль­фы», в ко­то­рый он так глу­бо­ко по­гру­зил­ся, на са­мом деле ока­зал­ся хард­кор­ным, тре­шо­вым стек­лом в жан­ре BL — ис­то­ри­ей про лю­бовь меж­ду муж­чи­на­ми. А «оме­га Хон Сиён» за­ни­мал в ней роль того, под кого под­ми­на­ют, то есть был са­мым на­сто­я­щим «пас­си­вом»!

Осо­зна­ние того, что «оме­га Хон Сиён» — это муж­чи­на-оме­га, на­кры­ло толь­ко то­гда, ко­гда он до­чи­тал до сце­ны, где бе­ре­мен­ный на по­след­нем ме­ся­це глав­ный ге­рой ока­зал­ся под угро­зой вы­ки­ды­ша.

«Блядь!»

В ту же се­кун­ду весь ин­те­рес как вет­ром сду­ло, и он с от­вра­ще­ни­ем за­хлоп­нул кни­гу.

— Фух… Что за дичь я толь­ко что про­чи­тал?

Если уж и ис­кать ви­но­ва­тых, то вся его вина за­клю­ча­лась лишь в том, что, за­кон­чив пе­ре­плет зло­по­луч­ной «Ло­вуш­ки», он слу­чай­но за­дре­мал. Сквозь бес­по­кой­ную по­лу­дре­му до него до­нес­ся по­до­зри­тель­ный треск: ви­ди­мо, пе­чат­ный ста­нок пе­ре­грел­ся. По­слы­ша­лось зло­ве­щее гу­де­ние, вспых­ну­ли ис­кры, и в то же мгно­ве­ние воз­дух в цеху про­пи­тал­ся ед­ким за­па­хом гари.

Огонь мгно­вен­но по­гло­тил по­ме­ще­ние. Сиён по­те­рял со­зна­ние, а ко­гда на­ко­нец от­крыл гла­за, то об­на­ру­жил себя здесь.

Пря­мо внут­ри того са­мо­го ебу­че­го ро­ма­на.

К сча­стью, он толь­ко что до­чи­тал кни­гу, по­это­му сори­ен­ти­ро­вал­ся в си­ту­а­ции до­воль­но быст­ро. Сна­ча­ла мозг ка­те­го­ри­че­ски от­ка­зы­вал­ся ве­рить в про­ис­хо­дя­щее, но, столк­нув­шись с че­ре­дой аб­со­лют­но нере­аль­ных, па­ра­нор­маль­ных со­бы­тий, не оста­ва­лось ни­че­го ино­го, кро­ме как при­знать оче­вид­ное.

«Я что, прав­да… по­пал в кни­гу?»

Кое-как уняв бе­ше­но ко­ло­тя­ще­е­ся серд­це, он за­ста­вил себя по­дой­ти к зер­ка­лу. И тут же едва не упал в об­мо­рок: от­ту­да на него смот­рел па­рень та­кой незем­ной кра­со­ты, что про­сто гла­за на лоб лез­ли.

На кро­шеч­ном, раз­ме­ром с ла­донь лице иде­аль­но рас­по­ла­га­лись вы­ра­зи­тель­ные, слов­но вы­то­чен­ные скуль­пто­ром чер­ты. Тон­кая, изящ­ная и при этом вы­со­кая фи­гу­ра мог­ла бы вы­звать за­висть у лю­бо­го по­ди­у­м­но­го ма­не­кен­щи­ка.

Су­ще­ству­ет же та­кое вы­ра­же­ние: «даже если не в тво­ем вку­се, то всё рав­но выше вся­ких по­хвал». Чест­но го­во­ря, для Си­ё­на му­жи­ки, со­су­щи­е­ся с му­жи­ка­ми, — это за гра­нью его по­ни­ма­ния. Но гля­дя на та­ко­го осле­пи­тель­но­го кра­сав­ца, он вы­нуж­ден был при­знать: пе­ред ним вряд ли кто-то усто­ит.

Внеш­ность «оме­ги Хон Си­ё­на» была фе­но­ме­наль­ной. Этот па­рень яв­лял со­бой жи­вое во­пло­ще­ние так на­зы­ва­е­мо­го «баф­фа глав­но­го ге­роя» — лица, ко­то­ро­му суж­де­но пе­ре­вер­нуть мир.

Он дол­го сто­ял как вко­пан­ный, тупо раз­гля­ды­вая рос­кош­ное лицо сво­е­го но­во­го тела, пока его мозг вне­зап­но не прон­зи­ла отрезв­ля­ю­щая мысль.

«По­го­ди­те-ка. Если так пой­дет и даль­ше… меня же сца­па­ет та па­роч­ка от­би­тых геев?»

Как и по­че­му он пе­ре­се­лил­ся в тело глав­но­го ге­роя ро­ма­на, ко­то­рый сам же и рас­пе­ча­ты­вал — оста­ва­лось за­гад­кой. Зато в го­ло­ве Си­ё­на чет­ко за­фик­си­ро­ва­лась здра­вая мысль.

«Надо ва­лить. И как мож­но быст­рее».

Раз уж ему вы­пал шанс про­жить но­вую жизнь, он ни за что не поз­во­лит ка­ким-то пси­хо­па­там, на­це­пив­шим мас­ки глав­ных ге­ро­ев, пой­мать себя и до­ве­сти до кош­мар­ной кон­цов­ки.

«Го­во­рят, даже если небо упа­дет на зем­лю, вы­ход всё рав­но най­дет­ся».

Ему было чер­тов­ски неком­форт­но и в но­вом теле, и в со­вер­шен­но чу­жих ре­а­ли­ях. Но он не стал мед­лить ни се­кун­ды. Сра­зу же со­брал ма­нат­ки, пу­стил­ся в бега и пре­вра­тил­ся в без­дом­но­го бро­дя­гу.

«Да ка­ко­го хера у него за ду­шой ни гро­ша?!»

Од­на­ко в его ге­ни­аль­ном плане об­на­ру­жи­лась одна ги­гант­ская неучтен­ная брешь. Ви­ди­мо, из-за сю­жет­ных уста­но­вок — ста­ту­са по уши по­гряз­ше­го в дол­гах бе­до­ла­ги — у «оме­ги Хон Си­ё­на» не было ни бан­ков­ских карт, ни даже жал­кой ме­ло­чи по кар­ма­нам.

Ве­до­мый стра­хом пе­ред встре­чей с по­ехав­шей се­мей­кой, он вы­ле­тел из дома куда гла­за гля­дят и до­брал­ся до тер­ми­на­ла. Вот толь­ко де­нег на ав­то­бус не было от сло­ва со­всем. Ка­жет­ся, оста­вал­ся лишь один вы­ход — про­сить ми­ло­сты­ню.

— До­ка­тил­ся… В жиз­ни не ду­мал, что при­дет­ся за­ни­мать­ся та­кой хер­ней…

Судь­ба-зло­дей­ка явно над ним из­де­ва­лась. Он-то ду­мал, что, вы­рос­ши в при­юте без ка­кой-либо за­щи­ты и хлеб­нув спол­на са­мо­го горь­ко­го дерь­ма, он уже до­стиг са­мо­го дна. Но кто же знал, что у это­го ебу­че­го дна есть еще и под­вал!

Про­кли­ная свою зло­счаст­ную кар­му, Сиён при­стро­ил­ся в непри­мет­ном угол­ке ноч­но­го ав­то­вок­за­ла. Он несколь­ко ча­сов плел­ся сюда пеш­ком, то и дело спра­ши­вая до­ро­гу у ред­ких про­хо­жих. Ступ­ни го­ре­ли пла­ме­нем, а силы были на аб­со­лют­ном нуле.

«Так, план та­кой: по-быст­ро­му на­скре­баю на би­лет и сва­ли­ваю. Нуж­но толь­ко вы­рвать­ся из Се­ула, а там за­ля­гу на дно в ка­кой-ни­будь гор­ной глу­ши», — мыс­лен­но по­ста­но­вил он.

Сняв с го­ло­вы кеп­ку, Сиён по­ло­жил ее пря­мо на хо­лод­ный бе­тон пе­ред со­бой. Он сжал­ся в ко­мо­чек и низ­ко опу­стил го­ло­ву, по­ста­рав­шись при­нять мак­си­маль­но жал­кий и несчаст­ный вид.

— По­дай­те, кто сколь­ко смо­жет!

Зыч­ный го­лос мо­мен­таль­но при­ко­вал к себе вни­ма­ние про­хо­жих. Сиён чув­ство­вал, как у него го­рят уши от мно­же­ства бро­шен­ных вскользь взгля­дов, в ко­то­рых явно чи­та­лось: «И чего та­кой мо­ло­дой, здо­ро­вый па­рень ми­ло­сты­ню клян­чит?».

Но что оста­ва­лось де­лать? Дру­го­го вы­хо­да по­про­сту не было. Если ради того, что­бы се­год­ня нор­маль­но вы­тя­нуть ноги и спо­кой­но по­спать, при­дет­ся про­дать свою гор­дость — он го­тов был про­да­вать её хоть сот­ню раз под­ряд.

— Гос­по­да, умо­ляю, по­мо­ги­те хоть ме­ло­чью!

Сиён так над­ры­вал­ся, что гор­ло сад­ни­ло. Во рту пе­ре­сох­ло на­столь­ко, что он был го­тов при­пасть гу­ба­ми к кра­ну с обыч­ной во­до­про­вод­ной во­дой, лишь бы уто­лить жаж­ду.

И вот, как раз в тот мо­мент, ко­гда этот неве­ро­ят­но кра­си­вый от при­ро­ды го­лос на­чал хри­петь, в кеп­ку Хон Си­ё­на плав­но опу­сти­лась ку­пю­ра.

«Да лад­но! Син Са­им­дан?!»

Ка­кое сча­стье — судя по все­му, ва­лю­та в этом мире была точ­но та­кой же, и с ку­пю­ры на него бла­го­склон­но взи­ра­ла гос­по­жа Син Са­им­дан. Пя­ти­де­ся­ти ты­сяч вон с лих­вой хва­тит и на би­лет на ав­то­бус, и на воду, и даже на нор­маль­ный, сыт­ный ужин.

За­хле­бы­ва­ясь от бла­го­дар­но­сти, Сиён вски­нул го­ло­ву, что­бы взгля­нуть в лицо сво­е­му неожи­дан­но­му спа­си­те­лю.

Точ­нее, со­би­рал­ся вски­нуть.

— И что мы тут устро­и­ли, Хон Сиён? Ду­ма­ешь, это тебя спа­сет?

Он еще не успел под­нять гла­за, как в уши во­рвал­ся до жути зна­ко­мый го­лос. Го­лос, от ко­то­ро­го под­жил­ки за­тряс­лись сами со­бой.

— И как ты со­би­ра­ешь­ся воз­вра­щать долг, по­би­ра­ясь на ули­це?

Муж­чи­на го­во­рил гру­бо, но с из­де­ва­тель­ски-фаль­ши­вой дру­же­люб­но­стью. Ин­стинкт са­мо­со­хра­не­ния взвыл си­ре­ной. Да и ло­гич­но, раз этот ублю­док зна­ет, что пе­ред ним си­дит «оме­га Хон Сиён», то бро­шен­ная в кеп­ку банк­но­та — это не по­дач­ка от доб­ро­го са­ма­ри­тя­ни­на. С ве­ро­ят­но­стью в де­вя­но­сто де­вять про­цен­тов пе­ред ним сто­ял его лич­ный враг.

«Мо­жет, про­сто сгре­сти баб­ки и сва­лить?»

У Си­ё­на были вес­кие при­чи­ны за­пи­сать сто­я­ще­го пе­ред ним че­ло­ве­ка во вра­ги еще до того, как уви­дел его лицо.

По­жа­луй, это было неиз­беж­но. Как-ни­как, он ока­зал­ся глав­ным ге­ро­ем хард­кор­но­го, сте­коль­но­го BL-ро­ма­на с са­мым ди­ким и аб­сурд­ным сю­же­том из всех воз­мож­ных. А зна­чит, и жизнь у него долж­на была быть в несколь­ко раз пар­ши­вее, чем у нор­маль­ных лю­дей.

Еще бы, на нем ви­се­ли та­кие убий­ствен­ные теги, как #стра­да­ю­щий­пас­сив и #на­ив­ный­пас­сив. А учи­ты­вая, что в при­да­чу к это­му он был чер­тов­ски кра­сив, да еще добр и наи­вен, как мла­де­нец, — счаст­ли­вой судь­бы ждать не при­хо­ди­лось.

Как по за­ко­ну под­ло­сти, всё окру­же­ние глав­но­го ге­роя со­сто­я­ло ис­клю­чи­тель­но из двух ти­пов мразот. Это были либо от­би­тые гоп­ни­ки, меч­та­ю­щие обо­драть его как лип­ку, либо оза­бо­чен­ные ко­бе­ли, у ко­то­рых сто­ял толь­ко на то, что­бы жест­ко выебать его в зад­ни­цу. Сле­до­ва­тель­но, тип­чик пе­ред ним од­но­знач­но при­над­ле­жал либо к пер­вой, либо ко вто­рой ка­те­го­рии.

— Ого. Ты те­перь, зна­чит, во­об­ще с хё­ном раз­го­ва­ри­вать не же­ла­ешь?

Пока в го­ло­ве Си­ё­на про­но­сил­ся ура­ган мыс­лей, он упор­но хра­нил мол­ча­ние. И то­гда ублю­док, не те­ряя вре­ме­ни на лю­без­но­сти, при­нял­ся небреж­но пи­нать его на­чи­щен­ным до блес­ка нос­ком туфли, от­кро­вен­но на­ры­ва­ясь на кон­фликт.

Сиён хо­тел при­ки­нуть­ся шлан­гом и про­сто иг­но­ри­ро­вать его. Но уда­ры по реб­рам ста­но­ви­лись всё силь­нее и бо­лез­нен­нее.

— Ах…

Нехо­тя под­няв го­ло­ву, Сиён на­ткнул­ся на лицо сво­е­го му­чи­те­ля и неволь­но за­сто­нал.

Аля­по­ва­тая ру­баш­ка с кри­ча­щим узо­ром, за­жа­тый под мыш­кой ко­жа­ный клатч. Тя­же­лый бан­дит­ский взгляд и глу­бо­кий шрам, рас­се­ка­ю­щий бровь на­двое. При од­ном взгля­де на это­го типа с ко­ло­рит­ной внеш­но­стью клас­си­че­ско­го ро­стов­щи­ка из де­вя­но­стых, в го­ло­ве Си­ё­на мгно­вен­но всплы­ло имя.

Это был один из тех пер­со­на­жей, с ко­то­ры­ми сей­час хо­те­лось бы столк­нуть­ся мень­ше все­го. Сра­зу по­сле той су­ма­сшед­шей се­мей­ки альф.

«Толь­ко не го­во­ри­те мне… что этот хер — тот са­мый ди­рек­тор Кан?»