Глава 4

«Во­об­ще-то, я ска­зал "из­ви­ни­те", а не "ми­лый"…»

На ко­рей­ском сло­ва «ми­лый»: 자기야 (ча­гия) и «из­ви­ни­те»: 저기요 (чо­гиё) со­звуч­ны.

Си­ё­ну по­ка­за­лось, что к нему об­ра­ти­лись как-то уж слиш­ком фа­ми­льяр­но, но сей­час это было неваж­но. Он ре­шил про­сто про­пу­стить это мимо ушей и, от­бро­сив лиш­ние це­ре­мо­нии, пе­ре­шел пря­мо к делу.

— Про­сти­те, вы не мог­ли бы про­ехать еще немно­го впе­ред и вы­са­дить меня на обо­чине?

— С чего бы? Ты же сам умо­лял от­вез­ти тебя в боль­ни­цу.

— Ну, умо­лял, но…

— Раз­ве ты толь­ко что не жа­ло­вал­ся, что у тебя нога бо­лит?

Блон­дин пе­ре­спро­сил с та­ким ви­дом, буд­то ис­кренне не по­ни­мал ло­ги­ки Си­ё­на. И, по прав­де го­во­ря, ви­нить его было не в чем — па­рень ме­нял свои ре­ше­ния со ско­ро­стью све­та, так что у лю­бо­го бы воз­ник­ли по­до­зре­ния.

Пы­та­ясь со­об­ра­зить, как бы по­убе­ди­тель­нее со­врать на­чи­на­ю­ще­му что-то по­до­зре­вать муж­чине, Сиён в кон­це кон­цов сдал­ся. Оста­ва­лось толь­ко ру­бить прав­ду.

— Если чест­но… сей­час об­сто­я­тель­ства не поз­во­ля­ют мне по­ехать в боль­ни­цу.

— И как это по­ни­мать?

— У меня про­сто… де­нег нет…

— Де­нег?

— Ну да. В боль­ни­це ведь при­дет­ся пла­тить за ле­че­ние… а с этим… на­пряг.

Он клял­ся себе, что ска­жет это уве­рен­но и твер­до, но с каж­дым сло­вом го­лос ста­но­вил­ся всё тише и жаль­че. «Де­нег нет». «Не могу себе поз­во­лить». Ка­за­лось бы, в его дерь­мо­вой жиз­ни по­доб­ные фра­зы уже дав­но ста­ли при­выч­ной ру­ти­ной, так по­че­му же сей­час так невы­но­си­мо нелов­ко?

Пока Сиён невнят­но бор­мо­тал, так и не най­дя в себе сил за­кон­чить фра­зу, муж­чи­на за­го­во­рил пер­вым:

— В том, что ты по­стра­дал, есть и наша вина. Так что о сче­тах за ле­че­ние мо­жешь не бес­по­ко­ить­ся.

Он от­мах­нул­ся от это­го так лег­ко, слов­но речь шла о су­щих ко­пей­ках. И имен­но эта рас­слаб­лен­ная небреж­ность за­ста­ви­ла Си­ё­на вновь още­ти­нить­ся. По­хо­ро­нен­ная было бди­тель­ность вспых­ну­ла с но­вой си­лой.

— С чего бы вам мне по­мо­гать?

— Ми­лый, ты же сам умо­лял меня спа­сти тебя.

— Это не от­ме­ня­ет во­про­са. Если разо­брать­ся, в той ава­рии, ко­то­рая чуть не слу­чи­лась на до­ро­ге, был ви­но­ват толь­ко я.

— Надо же, осо­зна­ешь? А то вы­ско­чил на трас­су так вне­зап­но, что я спер­ва по­ду­мал, уж не ди­кая ли это коза бро­си­лась под ко­ле­са. Хотя, гля­дя на твое ли­чи­ко, коза ско­рее тя­нет на бла­го­род­но­го оле­нен­ка.

«Буээ…»

От та­ко­го при­тор­но-саль­но­го флир­та Си­ё­ну за­хо­те­лось выб­ле­вать свой несу­ще­ству­ю­щий зав­трак. Он скри­вил­ся и ин­стинк­тив­но вжал­ся в си­де­нье, пы­та­ясь ото­дви­нуть­ся, но блон­дин, на­про­тив, по­дал­ся впе­ред. На­кло­нив­шись к нему, он низ­ко про­шеп­тал:

— В лю­бом слу­чае, мо­жешь рас­сла­бить­ся. Я все­гда пи­таю сла­бость к оме­гам.

— К… оме­гам?

— Ми­лый, ты ведь оме­га. Хм, и к тому же… судя по все­му, твой ста­тус да­лек от ря­до­во­го.

Зву­ча­ло это со­вер­шен­но уве­рен­но. Он при­дви­нул­ся вплот­ную, без­за­стен­чи­во втя­ги­вая но­сом есте­ствен­ный за­пах Си­ё­на. Го­ря­чее ды­ха­ние обо­жгло чув­стви­тель­ную кожу на шее, от­че­го тот сжал­ся ещё силь­нее.

— Неужто до­ми­нант­ный?

Да как он во­об­ще смог рас­ку­сить его с пер­вой же се­кун­ды?! Пока Сиён си­дел про­дол­жал мол­ча си­деть, муж­чи­на, всем сво­им ви­дом по­ка­зы­вая «я же прав, да?», иг­ра­ю­чи под­це­пил паль­цем ко­зы­рек его кеп­ки и толк­нул его вверх.

Кеп­ка на­по­ло­ви­ну сле­те­ла, вне­зап­но вы­став­ляя на­по­каз ни­чем не при­кры­тое, по­ра­зи­тель­но кра­си­вое лицо оме­ги. За­стиг­ну­тый врас­плох, Сиён в па­ни­ке уста­вил­ся на блон­ди­на.

— Вы… слиш­ком близ­ко…

— Ми­лый… ты кто та­кой?

— В-в ка­ком смыс­ле…

Муж­чи­на бес­це­ре­мон­но по­дал­ся впе­ред, раз­гля­ды­вая от­крыв­ше­е­ся лицо. Если бы Сиён в ис­пу­ге не от­шат­нул­ся, они бы ока­за­лись так близ­ко, что впо­ру было бы по­чув­ство­вать чу­жое ды­ха­ние на сво­ей коже.

Сиён сдер­жал­ся лишь чу­дом — всё-таки из­би­вать соб­ствен­но­го спа­си­те­ля было бы как-то свин­ски. Но от столь наг­ло­го на­по­ра ку­ла­ки за­че­са­лись сами со­бой.

— И за­чем ты пря­чешь та­кую кра­со­ту?

Со­вер­шен­но не за­ме­чая за­ки­па­ю­щей в парне зло­сти, блон­дин про­дол­жал лу­че­зар­но улы­бать­ся, при­дви­га­ясь всё бли­же. И тут, гля­дя на эту са­мо­до­воль­ную ух­мыл­ку, Си­ё­на вдруг осе­ни­ла одна весь­ма пар­ши­вая мысль.

«По­го­ди­те-ка… Это же гей­ская… то есть, BL-но­вел­ла, так?»

Этот хмырь что, пы­та­ет­ся так за­ву­а­ли­ро­ван­но к нему под­ка­тить? Все эти сло­веч­ки про оле­нят, ка­кая-то нездо­ро­вая фик­са­ция на том, что он «кра­си­вый»...

Сна­ча­ла Сиён ре­шил, что это про­сто чу­да­ко­ва­тый, но доб­рый па­рень. Од­на­ко от осо­зна­ния того, в ка­ком клю­че на него сей­час пя­лят­ся, по спине про­бе­жал непри­ят­ный хо­ло­док.

«Блять, еще пара ми­нут, и я ему точ­но вре­жу».

Нуж­но было сроч­но брать себя в руки, пока он не за­гре­мел в по­ли­цию за на­па­де­ние.

Учи­ты­вая спе­ци­фи­ку жан­ра это­го мира, а та­к­же то, что внеш­ность его ны­неш­не­го тела — «оме­ги Хон Си­ё­на» — и впрямь была чер­тов­ски хо­ро­ша, он, ко­неч­но, мог ува­жать чу­жие вку­сы. Но это не от­ме­ня­ло того фак­та, что по­лу­чать саль­ные на­ме­ки от му­жи­ка с чле­ном было, мяг­ко го­во­ря, не са­мым при­ят­ным опы­том для его ге­те­ро­сек­су­аль­ной души.

Пока Сиён изо всех сил пы­тал­ся усми­рить свой гнев, муж­чи­на, ви­ди­мо, ис­тол­ко­вав его мол­ча­ние по-сво­е­му, пе­ре­шел к рас­спро­сам:

— А, кста­ти, как тебя зо­вут?

— …А вам ка­кое дело?

— Раз уж нас так све­ла судь­ба. По­ду­мал, непло­хо бы для на­ча­ла пред­ста­вить­ся друг дру­гу.

— Ну, не знаю. Мне как-то не осо­бо… хо­чет­ся.

Кем бы ни был этот блон­дин, Сиён твер­до ре­шил: пока он не ока­жет­ся в без­опас­но­сти, рас­кры­вать свою лич­ность — себе до­ро­же. Если он нач­нет раз­бра­сы­вать­ся име­нем на­пра­во и на­ле­во, кто зна­ет, в ка­кой мо­мент эта по­ехав­шая па­роч­ка альф или ди­рек­тор Кан возь­мут след и на­гря­нут по его душу.

За­ме­тив, что Сиён упря­мо сжал губы и всем сво­им ви­дом по­ка­зы­ва­ет неже­ла­ние от­ве­чать, муж­чи­на пе­ре­спро­сил:

— Не хо­чешь на­зы­вать мне свое имя?

— Да, как-то… не горю же­ла­ни­ем.

— Ну лад­но, твое пра­во, ко­неч­но… но…

Изоб­ра­зив лег­кую оби­ду, муж­чи­на вновь при­дви­нул­ся вплот­ную. Он тихо усмех­нул­ся, всем сво­им ви­дом по­ка­зы­вая, что это нечест­ная игра.

— Ми­лый, а раз­ве ты сам еще не по­нял, кто я та­кой?

От столь за­га­доч­ной фра­зы Сиён впал в сту­пор. Раз этот тип го­во­рит с та­кой непо­ко­ле­би­мой уве­рен­но­стью, зна­чит, у него есть на то при­чи­ны?

— Эм… ну…

Пока Сиён мял­ся, тщет­но пы­та­ясь най­ти нуж­ные сло­ва, муж­чи­на вдруг слов­но что-то осо­знал и плав­ным дви­же­ни­ем стя­нул с себя кеп­ку.

— А, так ты из-за это­го меня не узна­ешь?

Скры­тые до это­го во­ло­сы рас­сы­па­лись по пле­чам мяг­кой вол­ной. Они были сред­ней дли­ны и пе­ре­ли­ва­лись рас­плав­лен­ным зо­ло­том. Но, несмот­ря на столь рос­кош­ный и брос­кий цвет, в со­че­та­нии с его по­тря­са­ю­ще кра­си­вы­ми, скульп­тур­ны­ми чер­та­ми лица это ни­сколь­ко не вы­гля­де­ло чрез­мер­но.

«Ка­ко­го… а этот ублю­док вб­ли­зи еще бо­лее…»

Толь­ко те­перь Сиён смог как сле­ду­ет, без ис­ка­жа­ю­щих те­ней раз­гля­деть лицо незна­ком­ца. Ко­гда он толь­ко успел снять сол­неч­ные очки? Из-под упав­ших на лоб зо­ло­тых пря­дей на Си­ё­на в упор смот­ре­ли прон­зи­тель­ные ярко-си­ние гла­за.

Гу­стые длин­ные рес­ни­цы, без­упреч­но пра­виль­ные чер­ты лица и иде­аль­ная кожа — всё это так гар­мо­нич­но со­че­та­лось, что Сиён сам не за­ме­тил, как на­чал от­кро­вен­но пя­лить­ся.

В нём чув­ство­ва­лась ка­кая-то неуло­ви­мая по­ро­да, ари­сто­кра­тизм. И к тому же, он был дья­воль­ски кра­сив. Да, внеш­ность тела, в ко­то­ром сей­час на­хо­дил­ся Сиён, тоже мог­ла вы­звать за­висть у кого угод­но, но этот муж­чи­на об­ла­дал на­столь­ко недо­ся­га­е­мо иде­аль­ной кра­со­той, что от­ве­сти взгляд было про­сто невоз­мож­но.

— Хм, ко­гда на меня так при­сталь­но смот­рят, я даже немно­го сму­ща­юсь.

За­ме­тив, что Сиён от­кро­вен­но его раз­гля­ды­ва­ет, блон­дин небреж­ным же­стом за­че­сал во­ло­сы на­зад.

Для че­ло­ве­ка, ко­то­рый яко­бы «сму­ща­ет­ся», эта поза боль­ше по­до­шла бы для съе­мок в ре­кла­ме шам­пу­ня. Впро­чем, с та­ким ли­цом даже столь по­ка­зуш­ный жест не вы­зы­вал раз­дра­же­ния — ско­рее, смот­рел­ся вполне ор­га­нич­но.

«Он что, ка­кая-то зна­ме­ни­тость?»

Гля­дя на лицо, ко­то­рое с огром­ной лю­бо­вью вы­ле­пил сам Гос­подь, Сиён при­шел к ло­гич­но­му вы­во­ду, что пе­ред ним явно не про­стой смерт­ный.

Учи­ты­вая его внеш­ность и ма­не­ру дер­жать­ся, в це­лом было по­нят­но, к чему он кло­нит, но Сиён ведь и прав­да по­ня­тия не имел, кто это та­кой. Не при­тво­рять­ся же, в са­мом деле?

Сиён нелов­ко от­вел взгляд, из­бе­гая си­я­ю­щих глаз блон­ди­на, ко­то­рый, ка­за­лось, всем сво­им ви­дом кри­чал: «Ну что, те­перь-то узнал?».

— Из­ви­ни­те. Я как-то не осо­бо смот­рю те­ле­ви­зор.

— Что? Ты это… се­рьез­но сей­час?

— ...

— Ну те­ле­фон-то у тебя есть! Ты что, Ютуб не от­кры­ва­ешь? В ин­тер­нет не за­хо­дишь?

Этот со­вер­шен­но неожи­дан­ный от­вет, ка­за­лось, вы­бил муж­чи­ну из ко­леи — он вы­гля­дел ис­кренне по­ра­жен­ным.

От та­кой бур­ной ре­ак­ции Сиён даже сам рас­те­рял­ся. Вклю­чив де­дук­цию на пол­ную ка­туш­ку, он по­пы­тал­ся уга­дать, кто же пе­ред ним.

— Эм… Вы, слу­чай­но, не пе­вец?

— ...

— Или, мо­жет, мо­дель?

— Ха…

— …Ак-ак­тер?

Вы­слу­шав эти пред­по­ло­же­ния, блон­дин лишь недо­вер­чи­во фырк­нул. Оче­вид­но, Сиён про­ма­зал по всем фрон­там.

«Не пе­вец, не мо­дель и даже не ак­тер. Да кто ж ты то­гда та­кой, блять?»

Пока Сиён ло­мал го­ло­ву, муж­чи­на с до­са­дой про­вел ла­до­нью по лицу, от­ка­зы­ва­ясь ве­рить в про­ис­хо­дя­щее. А за­тем, буд­то бы вне­зап­но осо­знав при­чи­ну, за­го­во­рил:

— Ми­лый, у тебя, слу­чай­но, не про­бле­мы со зре­ни­ем? Мо­жет, ты про­сто без оч­ков и не ви­дишь, кто пе­ред то­бой?

— На­счет зре­ния не уве­рен… но вот ваше лицо я вижу от­лич­но.

— Да нет же, с тво­и­ми гла­за­ми явно что-то не так. А ну-ка, по­смот­ри на меня вни­ма­тель­но.

Муж­чи­на сно­ва по­дал­ся впе­ред, ока­зав­шись по­чти вплот­ную к лицу Си­ё­на. Он кру­тил­ся так и эдак, бук­валь­но тре­буя, что­бы его хо­ро­шень­ко раз­гля­де­ли, так что про­дол­жать на­ста­и­вать на сво­ем неве­де­нии ста­но­ви­лось всё бо­лее нелов­ко.

— …Ну, по­смот­рел.

— И что ска­жешь?

— Эм. Вы кра­си­вый?

— Это я и так знаю. Не го­во­ри оче­вид­ных ве­щей.

Муж­чи­на при­нял ком­пли­мент с аб­со­лют­но невоз­му­ти­мым, даже наг­ло­ва­тым ви­дом. Впро­чем, та­кая пря­мо­ли­ней­ность была куда луч­ше по­каз­ной скром­но­сти. Как ни кру­ти, а с та­кой вы­да­ю­щей­ся внеш­но­стью от­ри­цать оче­вид­ное было бы глу­по.

— Стран­но. Со зре­ни­ем у тебя вро­де бы всё в по­ряд­ке.

— Да нор­маль­ные у меня гла­за! — бурк­нул Сиён, на­чи­ная вы­хо­дить из себя. — Я про­сто не имею ни ма­лей­ше­го по­ня­тия, кто вы та­кой.

Муж­чи­на, ка­жет­ся, на­ко­нец-то осо­знал: этот па­рень и впрямь его не узна­ет. Со­всем.

Эта на­вяз­чи­вость на­чи­на­ла слег­ка раз­дра­жать. Но, гля­дя на то, ка­ким ис­кренне по­тря­сен­ным вы­гля­дел незна­ко­мец, Сиён вдруг по­чув­ство­вал себя немно­го со­вест­но.

Ока­зав­шись в нелов­ком по­ло­же­нии, он сму­щен­но от­вел взгляд и по­пы­тал­ся пе­ре­ве­сти тему.

— Ну так… мог­ли бы про­сто ска­зать пря­мо. Мы же тут не в ша­ра­ды иг­ра­ем…

— Я и прав­да ак­тер.

— …А.

— И пе­вец. И мо­де­лью ино­гда под­ра­ба­ты­ваю.

Вне­зап­но ру­бить прав­ду вот так в лоб — это во­об­ще за­кон­но? На вид-то он ка­зал­ся ти­пич­ным бо­га­тень­ким хлы­щом, бес­печ­ным про­жи­га­те­лем жиз­ни, а на деле вон оно как… Ока­зы­ва­ет­ся, па­рень в свои годы па­шет как про­кля­тый.

«Твою ж мать, как неудоб­но-то вы­шло…»

Ви­ди­мо, блон­дин так взбе­ле­нил­ся из-за того, что по­чув­ство­вал, буд­то все его про­фес­си­о­наль­ные до­сти­же­ния умно­жи­ли на ноль. Спо­хва­тив­шись, Сиён ре­шил сгла­дить углы. Он вы­да­вил из себя мак­си­маль­но обод­ря­ю­щую улы­боч­ку и вски­нул обе руки, по­ка­зы­вая два боль­ших паль­ца.

— Ого, да вы прям ма­стер на все руки! Это… очень кру­то. Буду за вас бо­леть!

— …Ми­лый, ты же толь­ко что ска­зал, что по­ня­тия не име­ешь, кто я та­кой.

— Зна­чит, ста­ну ва­шим фа­на­том пря­мо с этой се­кун­ды! С та­ким-то ли­цом вас точ­но ждет небы­ва­лый успех.

Сиён изо всех сил ста­рал­ся по­льстить ему и под­нять на­стро­е­ние, но муж­чи­на от­ве­тил со­всем уж уны­лым то­ном:

— Нелов­ко, ко­неч­но, са­мо­му это го­во­рить, но я уже успе­шен.

— …

— Ка­жет­ся, об этом зна­ет весь мир. За ис­клю­че­ни­ем тебя, ми­лый.

Со слож­ным вы­ра­же­ни­ем лица блон­дин ука­зал в окно. Сиён про­сле­дил за его паль­цем. Пря­мо там, на со­сед­ней по­ло­се, сто­ял при­тор­мо­зив­ший на све­то­фо­ре ав­то­бус. А на всем его бор­ту кра­со­вал­ся ре­клам­ный бан­нер — с огром­ным, во весь рост, ли­цом это­го са­мо­го муж­чи­ны.

Лицо с улич­ной ре­кла­мы и жи­вой ори­ги­нал, си­дя­щий пря­мо на­про­тив, сли­лись в ка­кую-то сюр­ре­а­ли­стич­ную кар­ти­ну. В гла­зах от это­го неволь­но­го раз­дво­е­ния лич­но­сти аж за­ря­би­ло.

— Фот­ка… хо­ро­шая. Удач­ная… — про­бор­мо­тал Сиён.

— С та­ки­ми иде­аль­ны­ми ис­ход­ны­ми дан­ны­ми, как у меня, мож­но фот­кать как угод­но — все рав­но ше­девр вый­дет.

— А, ну да…

— Се­рьез­но, ми­лый, тебе бы не ме­ша­ло хоть немно­го ин­те­ре­со­вать­ся тем, что про­ис­хо­дит в мире. Не узнать меня? Это ж надо умуд­рить­ся. Ты что, в буд­дий­ском мо­на­сты­ре от­шель­ни­ком жил? Или на необи­та­е­мом ост­ро­ве без ин­тер­не­та ку­ко­вал?

Вы­слу­ши­вая этот бес­ко­неч­ный по­ток воз­му­ще­ний, Сиён по­чув­ство­вал, как к вис­кам под­сту­па­ет боль. Он стра­даль­че­ски за­жму­рил­ся.

«Ка­жет­ся… я кон­крет­но так встрял с этим ненор­маль­ным. Звез­да-то он, мо­жет, и звез­да, но ха­рак­тер явно душ­ный. По­жа­луй, луч­ше во­об­ще ему боль­ше ни­че­го не от­ве­чать, це­лее буду».

— Кхм. Кхм-кхм…

Сто­и­ло блон­ди­ну на се­кун­ду умолк­нуть, как с во­ди­тель­ско­го си­де­нья до­нес­лось неесте­ствен­но гром­кое по­каш­ли­ва­ние. Судя по все­му, шо­фер пре­крас­но слы­шал каж­дое сло­во их неле­пой пе­ре­пал­ки.

Сиён чув­ство­вал себя как на игол­ках. И, что са­мое обид­ное, эти игол­ки он сам же себе и под­ло­жил. Так что крыть было нечем. К сча­стью, эта нелов­кая па­у­за про­дли­лась недол­го — муж­чи­на сно­ва по­дал го­лос.

— Слу­шай, могу я за­дать тебе один во­прос?

— …Ка­кой?

— За­чем ты во­об­ще бро­сил­ся на до­ро­гу?