Глава 18

Сиён на миг застыл, а затем с независимым видом опустился на стул прямо между ними. Так уж вышло, что за столом они образовали идеальный треугольник. Словно так и было задумано с самого начала.

«Какого хрена они наготовили целую гору еды?»

Преодолев неловкость повисшей в воздухе паузы, он наконец посмотрел на стол, который буквально ломился от угощений.

— Ну как? — подал голос Юно. — Я специально попросил экономку приготовить всё, что ты любишь.

Так вот почему он устроил тот дотошный допрос о гастрономических пристрастиях во время экскурсии по дому... Сиён, чье внимание было всецело поглощено роскошным ужином, заторможенно кивнул.

— Да, выглядит вку… мне нравится.

Над пиалой с рисом, с которой только что сняли крышку, вился тонкий парок. Белоснежные глянцевые зерна перемежались вкраплениями чечевицы — впрочем, о том, что это именно чечевица, Сиён узнал лишь благодаря непрошеной лекции Чхэ Юно.

Тот увлеченно вещал о пользе бобовых для здоровья и о том, как добавление злаков стабилизирует уровень сахара в крови, но Сиён пропускал всё это мимо ушей. На рис ему было глубоко плевать. Его взгляд намертво прикипел к толстым, сочным кускам мяса, лежавшим по соседству.

«Говяжьи ребрышки, что ли?»

Нет, это стопроцентно говядина. Едва он успел взять в руки палочки, как густой, пряный аромат соевого соуса и чеснока ударил в нос, дразня обоняние. Мясо не лоснилось от избытка жира и выглядело просто безупречно.

Рядом стояло блюдо с рыбой, обжаренной до золотистой корочки. Тонкая, хрустящая на вид кожица слегка потрескалась, обнажая влажную белую мякоть, готовую рассыпаться от малейшего прикосновения. Вокруг ровным строем выстроились крошечные тарелочки с самыми разнообразными закусками.

— В твенджан-ччиге добавили пастушью сумку, — как бы невзначай заметил Юно.

— Неожиданно. Вы вообще не похожи на человека, который ест такие вещи.

— Почему это? А чем я, по-твоему, питаюсь? Утренней росой?

«Ну, скорее выпендрежным вином, а не дешевым соджу», — мысленно хмыкнул Сиён.

Проигнорировав игриво подмигнувшего ему мужчину, он перевел взгляд на глиняный горшочек с кипящим супом. Выглядел ччиге невероятно аппетитно и источал насыщенный аромат. Сиён никогда раньше не пробовал суп с пастушьей сумкой, но запах был настолько одуряющим, что сомнений во вкусе не оставалось.

Он на мгновение завис, растерянно разглядывая стол. Забавно: оба сидящих перед ним мужчины производили впечатление трудоголиков, которые вечно отговариваются нехваткой времени и закидываются исключительно кофе да протеиновыми коктейлями, а тут... стол буквально прогибался под тяжестью еды.

«Чего это пижоны, сутками глушившие только виски, вдруг накрыли такую поляну?»

В новелле они только и делали, что цедили премиальную воду «Evian» да потягивали виски со льдом. Читая, Сиён порой задавался вопросом, не питаются ли они святым духом, поэтому мысленно он уже давно поставил крест на нормальной человеческой еде. Но оказалось, что за кулисами сюжета эти двое питаются более чем прилично. Стоило подумать о том, что в расхождениях с оригиналом есть и свои жирные плюсы, как желудок скрутило от болезненного приступа голода.

«Если подумать, я ведь со вчерашнего вечера вообще не ел».

Да и днем ранее было не лучше. Из-за непрекращающейся боли последние несколько суток он давился одной лишь безвкусной, водянистой рисовой кашей. Стоило Сиёну судорожно сглотнуть набежавшую слюну, как уголки губ Чхэ Юно дрогнули в легкой усмешке. Бом Ису же, молча опустив взгляд на стол, первым нарушил тишину:

— Приступайте, Хон Сиён-сси.

— Ешь давай, милый. Наша экономка готовит просто потрясающе.

Оказавшись под прицелом внимательных взглядов обоих супругов, призывающих его к еде, Сиён изо всех сил постарался сделать невозмутимое лицо и потянулся за стаканом с водой. Но не тут-то было. Чхэ Юно бесцеремонно придвинул к себе пустую тарелку и плюхнул на нее увесистый кусок ребрышка.

— А, спасибо… — пробормотал Сиён.

Но едва он успел взять в руки палочки, как Бом Ису, не говоря ни слова, слегка повернул стоящую в центре жаровню. Горшочек с кипящим твенджан-ччиге тоже пододвинулся ближе к Сиёну.

— Эм…

«Мне что, опять нужно выбирать? Мясо от одного или суп от другого?»

Почувствовав внезапно навалившуюся усталость от этих негласных соревнований, Сиён решил сделать ход конем и первым делом зачерпнул обычный рис.

Стоило белоснежным зернам оказаться во рту, как по языку разлилась мягкая сладость. Следом на зубах хрустнула чечевица — та самая, которую так расхваливал Юно, — добавляя рису глубокий ореховый привкус. Казалось бы, всего лишь ложка пустого риса, ничего особенного. Но глаза Сиёна невольно расширились от удовольствия.

«Сначала поем, а проблемы оставлю на потом».

Следом он подцепил палочками говяжье ребрышко. Едва дерево коснулось мяса, как нежная мякоть сама отделилась от кости. Сладковато-соленый маринад раскрывался на языке, а с каждым жевательным движением рот наполнялся густым, насыщенным мясным соком.

«…Ахринеть можно».

Это кальби хотелось жевать целую вечность, но оно таяло во рту, исчезая до обидного быстро. Окончательно сдавшись на милость проснувшегося голода, Сиён зачерпнул ложку кипящего ччиге и щедро полил им рис. Обжигающий, наваристый бульон прокатился по горлу, и внутри всё мгновенно расслабилось, разливаясь приятным теплом.

— Ха… горячо, — выдохнул он.

Ломтики цукини сварились до прозрачности, а кубики тофу, напротив, оставались плотными, идеально сохраняя форму. Тонкая пленка красного масла от перца чили, плавающая на поверхности, придавала супу легкую пикантную остринку.

Тем временем Чхэ Юно продолжал методично подкладывать еду в его тарелку. Бланшированная зелень, жареный тофу, аккуратные кусочки рыбы без костей. Он ухаживал за ним настолько естественно и буднично, что это начинало откровенно напрягать. Бом Ису, напротив, не произнес ни слова. И всё же Сиён кожей чувствовал его тяжелый взгляд, от которого не удавалось скрыться.

И лишь когда живот набился до отказа, до Сиёна внезапно дошло, насколько дико он, должно быть, выглядел со стороны. Устроить обжираловку в такой напряженной обстановке! Стало до одури неловко.

— Кхм…

Он прочистил горло и залпом выпил холодный зеленый чай. Терпкий вкус смыл остатки еды, освежая полость рта. А когда наконец поднял глаза, столкнулся с двумя направленными на него взглядами. Супруги, судя по всему, закончили ужинать уже очень давно и теперь просто наблюдали за ним.

— …Насчет того контракта, о котором мы говорили, — начал Сиён, откладывая палочки.

Он достал телефон и решительно пододвинул его на середину стола. Экран тускло засветился, и на черном фоне забелели длинные, кропотливо выписанные пункты договора.

— Милый, мы же за столом. Прямо так, не доев, сразу перейдем к бумажкам? — усмехнулся Юно.

— Для меня это сейчас важнее всего. К тому же, я уже доел, — отрезал Сиён, и про себя добавил: «Еще бы, смолотил две плошки риса».

Бом Ису молча придвинул к себе телефон и заскользил пальцами по экрану, прокручивая текст.

— Вы упоминали о дополнительных условиях.

— Всего три пункта. Я озвучу их сейчас, а потом вы, господин генеральный директор, оформите это документально и пришлете мне.

Сиён, не теряя времени, перешел к первому условию:

— Первое. Любое медикаментозное вмешательство или медицинские процедуры, связанные с беременностью… включая индукторы течки. Всё это строго запрещено без моего предварительного и явного согласия.

В глазах Чхэ Юно на долю секунды мелькнуло смятение. Бом Ису же даже не поднял головы.

— Это из-за того инцидента в больнице? — ровно спросил он.

— Да.

— Хорошо. Я пропишу процедуру получения согласия отдельным пунктом, — уточнив, кивнул Ису.

«Слава богу, согласился без споров», — с облегчением выдохнул про себя Сиён и тут же озвучил следующее требование:

— Второе. Долг перед директором Каном должна полностью перекупить ваша сторона. Этому ублюдку запрещено связываться со мной напрямую. Если он приблизится ко мне под любым предлогом — это будет расцениваться как нарушение контракта с вашей стороны.

На этот раз палец Бом Ису замер над экраном. Помолчав секунду, он спокойно кивнул.

— Я и так собирался взять это дело под свой контроль. Как только вопрос будет закрыт, я предоставлю вам полный отчет.

Сиён внутренне ликовал. Проблема с Каном решилась до смешного легко. Но не успел он порадоваться, что переговоры идут на удивление гладко, как Бом Ису выдвинул встречное условие:

— Однако взамен, на протяжении всего срока действия контракта, включая период подготовки к беременности, мы берем на себя полную ответственность за ваше местонахождение и безопасность. А это значит, что правила станут гораздо жестче.

— …Например? — напрягся Сиён.

— Постоянная передача геолокации. Соблюдение комендантского часа и режима. Предварительный отчет о любых контактах с внешним миром. И самое главное: если вы покинете территорию особняка без сопровождения кого-либо из нас — неважно, по какой причине, — это будет расценено как грубое нарушение контракта с вашей стороны. С соответствующими штрафными санкциями.

«Защита и тотальная слежка — две стороны одной медали, да?»

Впрочем, выбора у него всё равно не было. Выразив молчаливое согласие, Сиён шумно втянул воздух, собираясь с мыслями для последнего рывка.

— И последнее. Я настаиваю на отсутствии любых ненужных телесных контактов. Раз уж наша конечная цель — исключительно ребенок.

Услышав это, Чхэ Юно недоумённо усмехнулся.

— И где же, позволь спросить, пролегает граница этого твоего «ненужного»?

— Ну, подержаться за ручки — это еще куда ни шло.

— Что?! А как же поцелуи? Объятия?

— Для того чтобы заделать ребенка, всё это дерьмо совершенно необязательно. Вы так не считаете?

Сиён понятия не имел, как именно двое мужиков в этом мире могут зачать ребенка, но был абсолютно уверен, что от простых обжиманий дети не рождаются. Уж если ему суждено перетерпеть этот процесс, то лучше заранее очертить строгие рамки и сроки, чтобы хоть как-то морально подготовиться.

Однако его амбициозный план был зарублен на корню ледяным тоном Ису.

— Боюсь, выполнить это условие будет затруднительно.

Естественно, Сиён не собирался так просто сдавать позиции. Он исподлобья взглянул на гендиректора.

— …И какая на то причина?

— Разве не вы сами говорили, что не желаете вынашивать ребенка от незнакомца? Насколько я помню, это было именно ваше предложение.

«Какого…?»

И тут до Сиёна дошло.

«Тот факт, что я по уши в долгах, не означает, что я горю желанием рожать ребенка от первого встречного. Мы же с вами только сегодня познакомились.…»

«О-ох, как же всё это сложно… Я ведь еще ни разу… ни с кем не спал……»

Воспоминания о той дешевой манипулятивной фигне, которую он нес им совсем недавно, пронеслись в голове.

— Поскольку мы договорились начать с роли партнёров по феромонам, будем действовать постепенно, шаг за шагом, — безапелляционно заявил Бом Ису.

Сиён примерно понимал, что под «феромонами» подразумевается специфический запах, присущий людям со вторичным полом в этом мире. Он уже успел ощутить шлейф от Чхэ Юно, так что помнил это весьма отчетливо. Но, к сожалению, на этом его познания в биологии омегаверса заканчивались.

— И… что конкретно должны делать эти «партнеры»? — осторожно поинтересовался он.

Бом Ису посмотрел на него так, словно у Сиёна выросла вторая голова. Чхэ Юно тоже не смог скрыть удивления — судя по их реакции, то, о чем он спрашивал, являлось прописной истиной для любого местного жителя с выраженным геном.

К счастью, Бом Ису быстро справился с замешательством. Подавив легкую растерянность во взгляде, он ровным голосом пояснил:

— Как правило, партнёры по феромонам проводят циклы друг друга вместе. Иными словами, мы будем использоваться для снятия симптомов гона или течки.