Глава 139

— Прости, что без предупреждения, — произнёс Кои, наконец разжимая руки. На его лице залегли тени усталости, но улыбка, адресованная сыну, всё равно вышла ослепительной. — Мы только что из Франции, решили заскочить на минутку по дороге. Обещаю, мы не задержимся.

Эшли молча смотрел на сына. Слишком многое хотелось сказать — и всё же он сдержался. Перед самой поездкой Кои, глядя на него умоляющими глазами, несколько раз просил об одном:

— Пусть даже это будет в последний раз. Давай просто поверим Грейсону. Поддержим его — не осуждая.

Эшли не мог проигнорировать эту отчаянную просьбу. Возможно, потому что, даже считая эту затею бессмысленной тратой времени, где-то в глубине души, под слоями льда и скепсиса, он всё же надеялся на чудо.

— Рад тебя видеть. Ты в порядке? Ничего не случилось, пока нас не было? — спросил он, обращаясь к Грейсону.

— Нет, ничего… Может, чаю?

Последние слова дались ему с трудом, прозвучав так натужно, будто он выдавливал их из себя клещами.

Эшли едва заметно напрягся, хотя внешне ни один мускул на его лице не дрогнул. Нежелание в голосе сына звенело слишком отчетливо. Эшли годами муштровал его говорить и действовать сообразно ситуации, и тот неизменно следовал предписанным словам и поступкам.

«Откуда это странное чувство? По всем правилам он должен был расплыться в улыбке и немедленно пригласить нас к столу. Что изменилось?»

Пока Эшли всё ещё пребывал в замешательстве, Кои мягко покачал головой:

— Не нужно. Мы ненадолго. Я привёз подарки — для тебя и для Дейна…

— Подарки? — переспросил Грейсон.

Кои коротко кивнул. Он забрал у мужа одну из двух коробок, которые тот всё это время держал в руках, и протянул её сыну:

— Это твоё. Открой, когда останешься один.

Вручив коробку, он выпрямился и, с любопытством заглядывая за спину Грейсона, спросил:

— А Дейн?.. Он ещё не пришёл?

— А… он… — Грейсон запнулся, его взгляд забегал. — Ну…

«Опять», — с холодной ясностью отметил Эшли. На этот раз сомнений не осталось — сын тянул время, явно не желая отвечать.

«Что здесь происходит? Почему он так нервничает?»

Эшли уже открыл рот, чтобы задать прямой вопрос, но в этот момент тишину распорол свист.

Все трое одновременно вскинули головы.

На верхушке лестницы, вальяжно прислонившись к перилам, стоял Дейн. В одних спортивных штанах, с голым торсом и полотенцем на плече, он выглядел полной противоположностью гостям в костюмах.

Поймав на себе взгляды, он лениво махнул рукой.

— Дейн! — радостно окликнул его Кои.

Не дав никому опомниться, он сорвался с места, стремительно взбежал по ступенькам, рассыпаясь в приветствиях на ходу:

— Давно не виделись! Как поживаешь? Я так скучал!

Стоя у подножия лестницы, Эшли и Грейсон наблюдали за этой сценой с одинаково недовольными выражениями.

Кои, не обращая на них внимания, продолжал сжимать Дейна в крепких объятиях, а тот, явно чувствуя себя не в своей тарелке, лишь неловко похлопывал его по спине широкой ладонью.

«Ничего не поделаешь», — с обреченностью подумал Эшли.

С самой первой их встречи Кои проникся к Дейну Страйкеру необъяснимой симпатией. Это чувство было настолько сильным, что Кои даже начал — впервые за долгие годы — скрывать от мужа свои маленькие тайны. Раньше его секреты были безобидными: сюрприз ко дню рождения, припрятанный подарок или пустяковая сплетня о знакомых. Эшли относился к этому снисходительно, не утруждая себя лишним любопытством.

Но в этот раз всё было иначе.

Поначалу Эшли всерьез обиделся. Но потом пазл сложился. Кои как-то признался, что с первого взгляда почувствовал особую, мистическую связь с Энджелом. Видимо, природа его внезапной привязанности к Дейну имела те же корни.

«Все дело в природе», — с холодной ясностью подумал Эшли. — «Если так рассудить… всё логично».

И хотя ситуация ему откровенно не нравилась, он принял стратегическое решение не вмешиваться. Оставить всё как есть и наблюдать.

Внезапное движение вырвало его из раздумий. Эшли с изумлением увидел, как его сын сорвался с места. Грейсон взлетел по лестнице, перемахивая через три, а то и четыре ступени за раз, в одно мгновение оказался наверху и буквально вклинился между Кои и Дейном, разрывая их контакт.

— Я заварю чай. Давайте пройдем ко мне в комнату? — выпалил он, тяжело дыша, и добавил, бросив быстрый взгляд на отца внизу: — Папа.

Эшли вновь невольно поразился.

«Господи… Невероятно. Он что, ревнует?»

— Эш! — голос Кои донесся сверху.

Эшли вынырнул из своих мыслей. Кои махал ему рукой с верхней площадки, приглашая присоединиться. Только тогда он начал неторопливо подниматься по ступеням.

Тем временем Кои спустился чуть ниже, аккуратно забрал у подошедшего мужа вторую подарочную коробку и протянул её Дейну.

— Это тебе. Надеюсь, понравится.

— Что ж, спасибо, — отозвался Дейн. Его голос звучал ровно, с привычной невозмутимостью, но Кои это ничуть не смутило — его улыбка стала только теплее.

Грейсон, бросив на них короткий взгляд, резко вмешался:

— Всё, идёмте ко мне. Сюда, — он жестом поторапливал родителей, а затем на мгновение повернулся к Дейну с коробкой в руках. — Дейн, спокойной ночи. До завтра.

Грейсон быстро отвернулся, коротко кивнул и первым зашагал по коридору, увлекая за собой родителей. Дейн постоял секунду, глядя им вслед с непроницаемым выражением лица, потом чуть пожал плечами и, перехватив подарок поудобнее, неспешно побрел в свою комнату.

Поднимаясь следом за сыном, Эшли чувствовал, как внутри шевелится странное чувство.

«Что я только что увидел?..»

Пока Грейсон возился с чаем, они с Кои сидели за небольшим столиком в его комнате. Тишина была уютной, но Эшли не мог расслабиться — он всё ещё переваривал увиденное. Кои, который всё это время внимательно изучал профиль мужа, наконец тихо спросил:

— О чём ты так задумался?

Эшли поднял глаза. Лицо Кои светилось мягкой и нежной улыбкой. Он потянулся через стол и накрыл ладонь Эшли своей рукой. Тепло этого прикосновения помогло собраться с мыслями. Эшли глубоко вздохнул и ответил честно:

— Думаю о словах и поступках Грейсона сегодня.

Глаза Кои вспыхнули живым блеском. Он с надеждой всмотрелся в лицо Эшли:

— Правда? Ты ведь тоже это заметил, да? Он изменился. Правда же?

«Даже Кои это почувствовал…»

Если так, значит, оставаться в сомнениях уже не имело смысла. Эшли перестал сопротивляться очевидному и медленно кивнул.

— Возможно, дело в Дейне Страйкере.

— Но главное — наш мальчик что-то чувствует! Он реагирует! — Кои едва не подпрыгнул на месте от радости. — Теперь ты поверишь ему? Как я и просил — приглядишься?

— …С этой мыслью я и приехал, — тихо подтвердил Эшли.

— Спасибо, Эш.

Кои мягко улыбнулся. Он на мгновение замолчал, будто собирался с мыслями, а потом с волнением добавил:

— Нам нужно будет вернуться и спокойно подумать, что именно нужно Грейсону… — он проговорил имя с особой нежностью, а затем, склонившись ближе, поцеловал Эшли.

В этот момент раздался лёгкий стук, и дверь открылась — на пороге стоял Грейсон.

— Травяной чай. Я подумал, вы могли устать, — сказал он, входя внутрь.

Кои расплылся в широкой улыбке, глядя на сына. Тот ответил тем же, аккуратно расставляя фарфоровые чашки на столе.

— Спасибо, Грейсон. Ты такой заботливый.

Кои всегда произносил эти слова — с той же теплой, обволакивающей интонацией, что и сейчас. Даже зная правду. Он прекрасно понимал, что за этой внешней внимательностью кроется не душевный порыв, а выученный, доведенный до автоматизма алгоритм. Даже после того случая, когда Кои едва не отправился на тот свет, отведав приготовленный сыном торт, он продолжал без колебаний принимать еду из рук Грейсона.

Правда, с одним условием.

Кои не сделал ни глотка. Он с улыбкой ждал, пока Эшли поднимет свою чашку.

Эшли, сохраняя невозмутимое выражение лица, первым сделал пробный глоток, оценил вкус, выждал пару секунд и только затем спокойно поставил чашку на блюдце. Безмолвная проверка была пройдена.

Только тогда Кои поднёс чай к губам. Горячий ароматный напиток приятно обжег горло, разливаясь теплом по телу, и напряжение последних часов начало отступать. Он почувствовал, как расслабляются мышцы лица, а губы сами собой растягиваются в блаженной улыбке.

И тут его взгляд зацепился за детали интерьера.

— Постой... Разве ты раньше не жил в соседней комнате?

Грейсон ответил с лёгкой улыбкой:

— Да, мы с Дейном поменялись. Из той комнаты вид гораздо лучше.

— Значит, ты уступил? Замечательно! — восхищённо воскликнул Кои и тут же толкнул Эшли под столом ногой.

Эшли, не изменив выражения лица, сухо заметил:

— Ты проявил внимание к другому человеку. Молодец.

— Ты ведь отдал Дейну лучшую комнату, да? — сразу подхватил Кои, сияя.

Грейсон просиял в ответ — да так ярко, что Эшли невольно моргнул. Он не мог вспомнить, когда в последний раз видел на лице сына столь открытую, живую радость.

— Зато у меня теперь есть доступ к смежной комнате, — весело сообщил Грейсон. — Смотрите, вот через это окно я могу выходить на связь с Дейном. Прямо как Ромео и Джульетта. Только, конечно, Джульетта — это Дейн.

Эшли застыл.

Кровь мгновенно отхлынула от его лица, оставив мертвенную бледность. В ушах зашумело. Но ни Кои, ни Грейсон этого не заметили — оба продолжали улыбаться.

Никто из них не знал.

Только Бернис, старая секретарша, знала, почему Эшли всей душой ненавидел «Ромео и Джульетту». Понимала она это лишь отчасти — ведь служила ещё его предшественнику. Но именно она своими глазами видела тот ужас... Видела, что Доминик сотворил со своим собственным «Джульеттой».

Никто из присутствующих не знал подоплёки. И хотя имя прозвучало случайно, совпадение ударило точно в цель. Едва Грейсон произнес его, сердце Эшли пропустило удар, словно внутренности окатило ледяной волной.

— Эш? — заметив, что муж застыл и молчит, Кои с удивлением позвал его по имени.

Очнувшись, Эшли понял, что оба — и Кои, и Грейсон — смотрят на него. Он мгновенно вернул лицу бесстрастное выражение, поднёс чашку к губам и сделал размеренный глоток, всем своим видом демонстрируя абсолютное спокойствие.

Уловив, однако, эту странную заминку, Кои решил сменить тему:

— Это, конечно, звучит романтично, Грейсон… но у Ромео и Джульетты, мягко говоря, не самый счастливый финал. Может, выберешь пару, у которой всё сложилось более удачно?

— Хм-м… — Грейсон склонил голову набок, всерьез задумавшись. — Это мысль.

В комнате повисла тишина, пока он перебирал варианты. Наконец, он звонко щёлкнул пальцами:

— Точно! А как насчёт Кэтрин и Хитклиффа?

[ Прим.: Кэтрин и Хитклифф — главные герои готического романа Эмили Бронте «Грозовой перевал». ]

Кои озадаченно нахмурился, припоминая сюжет:

— М-м… не уверен. По-моему, у них тоже всё было довольно мрачно.

— Вовсе нет! — с неожиданным воодушевлением воскликнул Грейсон. — Разве ты не помнишь? После смерти Кэтрин Хитклифф раскопал её могилу, чтобы лежать рядом! Это значит, что они остались вместе… даже после смерти!

Кои в полном замешательстве перевёл взгляд на Эшли, но тот уже полностью взял себя в руки. Ему было всё равно, лишь бы не слышать больше проклятое имя из пьесы Шекспира.

— Звучит вполне убедительно. Пусть будут Кэтрин и Хитклифф.

«Кто угодно, только не Джульетта».

Допив чай последним глотком, он с легким стуком опустил чашку на блюдце и поднялся:

— Уже поздно. Нам пора возвращаться.

— А, тогда я быстро попрощаюсь с Дейном. Мне нужно кое-что ему сказать… — спохватился Кои, тоже поднимаясь со стула.

— Иди, — кивнул Эшли.

Это было ему на руку. Он хотел воспользоваться моментом, чтобы остаться с сыном наедине, без смягчающего присутствия супруга.