Глава 22

Коллеги, привыкшие видеть Эзру невозмутимым и скупым на эмоции, не на шутку растерялись, когда тот вернулся с пылающим лицом. «Что с ним стряслось?» — читалось в их глазах.

— Эй, что там произошло? Ты чего такой?

— Почему так долго? У вас с этим ублюдком что-то случилось?

— Он тебя обидел? Только скажи, мы ему устроим! — посыпались вопросы со всех сторон.

Команда тут же взяла Эзру в плотное кольцо, требуя ответов. Но тот лишь скрежетал зубами, испепеляя Грейсона взглядом, и явно не спешил откровенничать.

— Этот гад просто вывел меня из себя. Вот и всё.

«Но как именно?» — умирали от любопытства остальные, но Эзра всем своим видом показывал, что тема закрыта. Пришлось строить догадки.

— Наверное, уперся и заявил, что не пойдет? Пришлось тащить силой, поэтому так долго...

— Вроде того, — неохотно буркнул Эзра.

Видя, что парни ждут подробностей, он всё же снизошел до объяснений:

— Ворковал с Бет и даже ухом не вел. Пришлось передать слова капитана, что если не явится, его отстранят от выездов. — Эзра перевел дыхание, все еще кипя от возмущения. — Он секунду подумал и поплелся следом.

— Серьезно? Это сработало?

Парни переглянулись, не скрывая удивления.

— Странно. Я думал, ему больше по душе просиживать штаны в части.

— Ага, разве он не затем сюда пришел, чтобы бить баклуши?

— Чтобы красоваться, нужно выезжать на вызовы, — хмыкнул кто-то. — Капитан раскусил Миллера.

— Не думал, что его волнует имидж. Немного неожиданно.

— Он же каждый день с новой девицей. Конечно, ему нужно поддерживать героический ореол.

— М-да уж.

Пока они перемывали кости новичку, раздалось громкое требовательное покашливание Уилкинса. Шум мгновенно стих. Когда внимание переключилось на него, капитан поднял голову, глядя на возвышающегося над ним Грейсона, и наконец заговорил:

— Я позвал тебя, Миллер, потому что есть работа.

Грейсон ничего не ответил, лишь лениво посмотрел на него сверху вниз. Но, похоже, слушал. Уилкинс снова прочистил горло и продолжил:

— Не знаю, в курсе ли ты, но все мы стали пожарными, пройдя через адские тесты. На вызове нужна не только сила, но и сноровка, — он сделал паузу. — С виду твое тело тянет на зачет. Но есть огромная разница между рабочими мышцами и той «декорацией», которую качают в зале.

Он красноречиво смерил мощную фигуру Грейсона взглядом с ног до головы, а затем снова посмотрел ему в глаза, нахмурившись, словно говоря: «Для нас ты просто красивая пустышка».

— Шагнуть в огонь — значит поставить на кон жизнь. Мы отвечаем друг за друга головой. Если ты не справишься со своей частью работы, под ударом окажутся все. Понимаешь, к чему я клоню?

Не понять столь прозрачный намёк мог только полный идиот.

— Короче говоря...

Грейсон коротко выдохнул и, небрежным жестом откинув волосы назад, заговорил:

— Суть в том, что вы хотите устроить мне проверку на прочность. Я правильно понял?

— М-м, ну, вроде того.

Если Грейсон сейчас пойдет в отказ, заявив: «Мы об этом не договаривались», — поделать с этим ничего будет нельзя. Шеф, в конце концов, тоже не в курсе этой самодеятельности.

Но на такой случай у них был заготовлен целый арсенал прозвищ: «трус», «слабак», «дутые мышцы». Конечно, Грейсону Миллеру, возможно, плевать на чужое мнение с высокой колокольни, но сам факт отказа от теста нанесет его репутации сокрушительный удар.

В словах Уилкинса не было ни капли лжи. Здесь они доверяли друг другу свои жизни. Пожарный, который не тянет нагрузку, неизбежно отсеивается, становясь балластом. И для женщин исключений не делали — они проходили через те же адские тренировки и тесты, чтобы заслужить свое место. Каждый здесь был профессионалом, гордящимся своей работой. Сбежать, не пройдя даже базовую проверку — это жирный минус в карму.

«Этим мы точно утрем ему нос», — думали все как один.

Но если, вопреки ожиданиям, Грейсон Миллер примет вызов...

— Ладно, — Грейсон согласился так легко, словно речь шла о прогулке. — Нужно просто сдать нормативы? Я готов.

Губы Уилкинса тронула едва заметная усмешка. Разумеется, они предусмотрели и такой поворот.

— Тебе нужно пройти полосу препятствий, которую мы подготовили. Но есть одно «но».

Он выдержал театральную паузу и обернулся.

— Скорость тоже важна, поэтому побежишь ты не один. Дейн!

Уилкинс поманил кого-то пальцем. Стоявший в отдалении мужчина с рыжевато-золотистыми волосами демонстративно тяжко вздохнул. Всем своим видом он выражал вселенскую лень и нежелание участвовать в этом балагане. Но, видимо, выбора не было — пожав плечами, он неторопливо вышел вперед.

При виде его лица бровь Грейсона едва заметно дернулась. Солнечные лучи путались в ярких волосах мужчины, подсвечивая их золотом; крепкие плечи и гармонично сложенная фигура выдавали в нем атлета, несмотря на расслабленную позу. Дейн остановился, даже не пытаясь скрыть, насколько ему все это наскучило.

Когда двое высоких мужчин оказались в центре внимания, взгляды всех присутствующих невольно прикипели к ним. Между ними, казалось, заискрило невидимое напряжение.

Уилкинс, оставив Дейна за спиной, выпятил грудь и торжественно объявил:

— Если сможешь обогнать Дейна, мы признаем тебя членом команды.

— А-а... вот оно что, — Грейсон прищурился, его длинный разрез глаз стал еще хищнее. Не отрывая взгляда от лица Дейна, он медленно провел ладонью по подбородку. — А это будет занятно.

В глубине его темно-фиолетовых глаз на мгновение вспыхнул и погас золотой огонек. Похоже, он быстро подавил вспышку раздражения к сопернику, но скрыть сгустившуюся ауру не удалось.

Воздух вдруг стал тяжелым, насыщенным густым ароматом. Феромоны доминантного альфы. В тот момент, когда этот запах коснулся обоняния, выражение лица Дейна неуловимо изменилось. Он брезгливо сморщил нос, словно учуял что-то неприятное, но тут же беспечно пожал плечами и перевел взгляд на Уилкинса.

Вслед за этим вся процессия во главе с капитаном двинулась к месту проведения теста.

— Ха-а... — плетясь в самом хвосте, Дейн снова глубоко вздохнул.

«Какая же тоска...» — подумал он.

На мгновение посетил невероятно соблазнительный план сказать, что у него скрутило живот от вчерашнего просроченного йогурта, и слинять под шумок. Но Уилкинс, словно прочитав его мысли затылком, резко обернулся.

Капитан ткнул двумя пальцами себе в глаза, а потом указал ими на Дейна: «Я слежу за тобой». Повторив жест дважды, он отвернулся.

Дейну ничего не оставалось, кроме как обреченно поплестись следом.

* * *

Несколько часов назад.

В углу тренажерного зала раздавался тяжелый, ритмичный лязг металла.

Дейн лежал на скамье, размеренно выжимая гантели. На длинных предплечьях вздулись жилы, мышцы плеч и спины напряглись, превращаясь в тугие узлы. Пот градом катился со лба, но лицо оставалось совершенно непроницаемым — он молча, как машина, выполнял очередной подход.

Когда до слуха долетели детали нелепого заговора, Дейн, не прерывая движения, скривился так, будто прожевал лимон.

— Ха... — выдохнул он, с грохотом опуская веса.

Он яростно потер затылок, взъерошив волосы, и возмущенно уставился на собравшихся:

— Ладно, допустим. План отличный. Но почему, черт возьми, это должен делать я?

Дейн скрестил руки на груди, нервно дернув бровью. В его голосе сквозило неприкрытое раздражение и вселенская лень. Но не успел вопрос повиснуть в воздухе, как Эзра отрезал, будто ожидая такого вопроса:

— Потому что ты лучший.

Тут же встрял другой коллега, не давая Дейну опомниться:

— Раз уж мы всё это затеяли, нельзя позволить плану провалиться. Так что отдуваться тебе.

— Просто заставить этого ублюдка поваляться в пыли — мало.

— Точно! Нужно выставить его полным посмешищем. Может, хоть тогда с него слетит эта чертова спесь.

— Кроме тебя некому, Дейн.

— Согласен. Из всех нас только ты можешь сравниться с ним в физической подготовке.

Команда виртуозно и молниеносно загнала его в угол, не оставляя путей к отступлению.

«Да как вообще реагировать на этот бред?» — мысленно простонал Дейн.

Возражения сыпались со всех сторон так слаженно, словно всё было решено заранее. Ошарашенный таким напором, Дейн перевел взгляд на Уилкинса. Он развел руками, всем своим видом вопрошая: «Капитан, вы же не позволите этому случиться?»

Уилкинс выдержал паузу и с предельно серьезным лицом произнес:

— Я того же мнения, Дейн. Раз уж дело приняло такой оборот, надеюсь, ты отстоишь нашу честь.

А затем, слегка понизив голос, добавил с хитрым прищуром:

— Вообще-то, эту идею подал я.

Услышав это, Дейн с выражением крайнего отвращения на лице отшатнулся назад.