Глава 170

Эшли уставился на него с нескрываемым изумлением. В его взгляде читалось немое: «О чем ты вообще говоришь?»

Реакция была настолько ожидаемой и естественной, что Кои лишь глубоко вздохнул, собираясь с духом. Настало время раскрыть чудовищный секрет.

«Прости, Дейн. Но у меня просто нет другого выбора» — мысленно извинился он.

Приняв окончательное решение, Кои наконец произнес:

— Мы с Дейном... мы одной природы. У нас одинаковый вторичный пол.

— Я знаю. И что с того?

— Что?..

Глаза Кои округлились от шока. Он знал? Но как?

— Я... я ведь никогда не говорил тебе...

Кои запаниковал, решив, что сам где-то проболтался и случайно выдал тайну Дейна. Но Эшли безразлично ответил:

— Я сам догадался. Неважно. В чем суть? Ну, одной вы природы, дальше что?

В голове Кои царил хаос, но сейчас было не время выяснять, откуда Эшли узнал правду. Дейн по-прежнему боролся со смертью. Если они промедлят, план, который с таким трудом придумал Кои, окажется бесполезным.

— Доминантные омеги чувствуют особую связь друг с другом, некий резонанс, — торопливо заговорил Кои.

— И?

— Возможно, мы способны на большее, чем просто чувствовать.

Эшли не стал перебивать, лишь слегка нахмурился, и Кои продолжил, вкладывая в слова всю свою надежду:

— Если я смогу поделиться с ним своей энергией... вдохнуть в него силы... возможно, это поможет Дейну прийти в сознание?

Услышав столь неожиданное предложение, Эшли удивился.

— ...Ты имеешь в виду использование феромонов? Ты хочешь залить его своими феромонами?

— Да. Именно так, — решительно кивнул Кои.

Эшли задумался. Видел ли он когда-нибудь своего мужа таким? Кои, который всегда мягко и покорно следовал за ним, сейчас стоял с твердым блеском в глазах, отстаивая свое решение. Эта новая, непокорная грань его характера показалась Эшли на удивление... свежей и притягательной.

— Прости меня, Эш. Прости, что нарушаю наше обещание.

В голосе Кои звучало глубокое раскаяние. Много лет назад он дал клятву — его феромоны будут принадлежать только Эшли, он никогда не позволит им коснуться кого-то другого. И он свято хранил эту верность. До сегодняшнего дня.

Эшли молча смотрел на него сверху вниз. Несмотря на вину, написанную на лице, Кои явно не собирался отступать. Он пойдет до конца.

В уголках губ Эшли дрогнула едва заметная расслабленная усмешка.

— Зачем ты вообще пришел просить разрешения? Ты же сам сказал, даже если я запрещу, ты всё равно сделаешь по-своему.

Кои честно кивнул:

— Да. Но раз уж мне пришлось нарушить клятву, я хотел хотя бы извиниться.

Говоря это, он осторожно поглядывал на Эшли, словно пытаясь угадать, не вспыхнет ли тот от гнева.

Но Эшли, оставив его терзаться догадками, лишь отвернулся и нажал кнопку интеркома на столе. Раздался короткий сигнал, и, услышав голос секретарши, он произнес своим обычным спокойным тоном:

— Подготовьте борт. Кои летит на Западное побережье.

— Будет исполнено.

Завершив звонок, Эшли обернулся. Кои застыл посреди кабинета, глядя на него широко распахнутыми от изумления глазами.

— Ну и что это за выражение лица? — усмехнулся Эшли.

Кои, всё ещё пребывая в легком шоке и не в силах поверить в происходящее, пробормотал:

— А, э-э... ну, просто...

В тот момент, когда Эшли разжал объятия, выпустил его талию и отвернулся к телефону, у Кои мелькнула пугающая мысль: вдруг он всё-таки разозлился? Вдруг эта холодность — признак гнева? Он честно озвучил свои опасения, на что Эшли лишь нахмурился, хотя губы его тронула кривая усмешка.

— Я, конечно, ревнивый собственник, это правда. Но я не идиот, чтобы не понимать серьезности ситуации.

— Спасибо тебе!..

Кои, переполненный благодарностью, тут же кинулся в его объятия. Эшли со смехом подхватил его, крепко прижал к себе и наклонился, чтобы поцеловать. Оторвавшись друг от друга после нежного тягучего поцелуя, он прошептал с раздраженной досадой:

— Если бы не этот чертов график, я полетел бы с тобой... Но у меня ужин с президентом, будь он неладен.

Кои не удержался и звонко рассмеялся.

— Всё хорошо. Того, что ты дал мне самолет, уже более чем достаточно.

Эшли молча смотрел на него сверху вниз.

Обычно в такие моменты, отпуская любимого, он всегда строго наказывал: «Никогда не оставайся наедине с детьми».

Но в этот раз всё было иначе. Эта мысль промелькнула у обоих, повисла в воздухе, но так и осталась невысказанной. Кои мысленно удивился, почему Эшли промолчал, но решил не дразнить судьбу и просто ждал. Эшли так и не произнес привычного предостережения. Вместо этого он лишь еще раз, куда сильнее, стиснул Кои в объятиях и сказал:

— Береги себя. Как только освобожусь — сразу прилечу следом.

— Угу, — кивнул Кои, обнимая его в ответ.

Спустя ровно два часа частный борт с Кои на борту взял курс на запад.

* * *

— Добрый день, добро пожаловать! Мистер Миллер предупредил нас о вашем визите. Для нас это большая честь.

Главный врач лично встречал гостя у входа в клинику. Стоило Кои выйти из машины, как тот расплылся в широкой заискивающей улыбке и затараторил заготовленные приветствия. Кои пожал протянутую руку и вежливо улыбнулся в ответ.

— Здравствуйте, спасибо за теплый прием. Знаете, я бы хотел сразу увидеть Дейна...

— Да-да, разумеется. Прошу вас, следуйте за мной.

Директор лично повел его по коридорам, продолжая вдохновенно вещать, явно наслаждаясь ситуацией:

— Лечить такого героя — огромная ответственность и честь для нашей клиники. И позвольте от лица всего персонала выразить благодарность мистеру Миллеру за щедрую спонсорскую помощь. А теперь еще и вы лично приехали навестить мистера Страйкера... Ваша забота и внимание просто безграничны, мы...

Слушая этот бесконечный поток лести, Кои понял: Эшли не сказал им истинной причины визита. Никто здесь не знает, что Кои приехал, чтобы буквально залить пациента феромонами. И это было мудро — нельзя, чтобы кто-то узнал о вторичном поле Дейна и пошли слухи.

«Спасибо, Эш» — с теплотой подумал Кои, и на его губах сама собой появилась мягкая улыбка.

Они прошли еще немного и наконец остановились у нужной палаты. Дверь открылась.

— ...Ох.

Заметив высокую фигуру, застывшую в коридоре, Кои невольно замер. Проследив за его взглядом, директор больницы издал неловкое «А-а» и тут же пустился в объяснения с озабоченным видом:

— Да, это... Ваш сын приходит сюда каждый день. Посетителей внутрь не пускают, поэтому он просто стоит здесь часами и смотрит через стекло... Я слышал, они были коллегами. Естественно, он очень переживает за сослуживца. Да, такие дела.

«Переживает за сослуживца?»

Для доминантного альфы столь глубокая привязанность к обычному коллеге была биологически невозможна. Кои на мгновение задумался — этот человек действительно ничего не знает об их природе или просто притворяется из вежливости? Но он тут же отбросил эти мысли. Сейчас это не имело никакого значения.

— Грейсон.

Только когда Кои позвал его по имени и подошел вплотную, Грейсон медленно повернул голову. На его лице не отразилось ни удивления, ни узнавания. Он посмотрел на Кои пустыми безжизненными глазами, и от этого взгляда у Кои болезненно сжалось сердце.

Он молча шагнул вперед и крепко обнял сына. Грейсон стоял как изваяние, не шелохнувшись, позволяя себя обнимать, но не отвечая на жест. С жалостью взглянув на него снизу вверх, Кои повернулся к директору.

— Я хотел бы увидеть Дейна наедине. Вы не могли бы оставить нас?

— Простите? Э-э...

Директор растерялся. Партнер сенатора Миллера навестил национального героя — он был уверен, что это идеальный момент для пиара. Он уже представлял, какие трогательные снимки попадут в прессу. А его выгоняют? Сердце директора упало: ни статьи, ни даже паршивой фотографии для рекламы клиники.

«Так он приехал не ради имиджа?..»

Разочарованному и сбитому с толку главврачу ничего не оставалось, кроме как отступить. Он выдавил из себя неловкую улыбку и закивал:

— Да, конечно. Разумеется. Не смею мешать...

Стоило сделать шаг назад, как телохранители, следовавшие за Кои тенью, тут же выстроились в живую стену перед палатой. Их широкие спины наглухо перекрыли обзор, закрыв собой и дверь, и смотровое окно.

Директор опешил еще раз. «Да что, черт возьми, тут происходит?» Так ничего и не поняв, он побрел прочь по коридору, то и дело оглядываясь через плечо.

Кои остался наедине с Грейсоном.

Вблизи следы его безумств были еще заметнее: лицо и руки пестрели ссадинами и синяками. Душа Кои болела за него, но он проглотил дежурное «Ты как?» и вместо этого спросил о том, что действительно имело значение.

— Невыносимо больно, да, Грейсон?

Кои смотрел на него с бесконечным состраданием. Грейсон по-прежнему молчал, глядя в пустоту. Тогда Кои продолжил, понизив голос:

— Я приехал, потому что... возможно, я смогу помочь Дейну.

Эти слова подействовали как разряд тока дифибрилятора. Впервые за всё время в глазах Грейсона мелькнула искра жизни. Его зрачки дрогнули, фокус сместился, и он впился взглядом в Кои. Тот ободряюще кивнул, и на его губах появилась легкая, полная надежды улыбка.

— Это правда. Ты же знаешь, мы с ним одной природы. Возможно, я смогу сделать то, что другим не под силу.

Грейсон несколько секунд неподвижно смотрел на него, переваривая услышанное. И, наконец, потрескавшиеся губы приоткрылись:

— ...Как?