Глава 3Дикие животные

Ин­струк­тор Ёнсу:

Икон-сси~~~ Вы­сы­лаю бри­финг!! Озно­ком­тесь на до­су­ге~~~!!!

Ёнсу при­слал длин­ню­щее со­об­ще­ние ве­че­ром того же дня, ко­гда за­кон­чи­лось их пер­вое за­ня­тие по во­жде­нию.

В этой огром­ной про­стыне тек­ста, пест­ря­щей опе­чат­ка­ми и ошиб­ка­ми, было до­тош­но рас­пи­са­но всё, чему Ик­хён се­год­ня учил­ся: на­чи­ная с того, как пра­виль­но осмат­ри­вать ма­ши­ну сна­ру­жи пе­ред по­сад­кой, и за­кан­чи­вая пра­ви­ла­ми пе­ре­стро­е­ния, ню­ан­са­ми по­во­ро­тов и тон­ко­стя­ми пар­ков­ки.

Ото­рвав­шись от ра­бо­ты в са­мом раз­га­ре, Ик­хён с на­рас­та­ю­щим раз­дра­же­ни­ем про­бе­жал­ся гла­за­ми по экра­ну.

«И чего он так ста­ра­ет­ся?»

Пла­тят ему су­щие ко­пей­ки, ра­бо­та­ет он ча­са­ми, рискуя, мож­но ска­зать, соб­ствен­ной жиз­нью... Спра­ши­ва­ет­ся, за­чем по воз­вра­ще­нии до­мой тра­тить вре­мя еще и на это?

«Да кто он во­об­ще та­кой?»

Ик­хён, ко­неч­но, по­рой за­да­вал­ся во­про­сом о чу­жой сущ­но­сти. Но обыч­но сто­и­ло лишь немно­го по­на­блю­дать за че­ло­ве­ком, как по­яв­ля­лись под­сказ­ки, поз­во­ля­ю­щие сло­жить кар­тин­ку во­еди­но. У лю­дей была некая пред­ска­зу­е­мость, даже уни­вер­саль­ность. Опи­ра­ясь на нее, Ик­хён де­лал свои уз­кие вы­во­ды, по­сле чего лю­бой ин­те­рес к че­ло­ве­ку окон­ча­тель­но уга­сал.

Но этот Чан Ёнсу... чем боль­ше Ик­хён о нем ду­мал, тем боль­шей за­гад­кой он ка­зал­ся. Он прав­да бан­дит? У него дей­стви­тель­но есть жена? По­че­му он бе­рет за уро­ки так мало? Ни на один из этих во­про­сов не на­хо­ди­лось внят­но­го от­ве­та.

«А, по­го­ди­те-ка».

«Мо­жет, он как раз из этих — ту­не­яд­цев? Без­ра­бот­ный муж, ко­то­рый си­дит на шее у бо­га­тень­кой жены?»

Слов­но пе­ле­на спа­ла с глаз — ис­тин­ная сущ­ность Чан Ёнсу вдруг про­яс­ни­лась.

Муж­чи­на, чья жена от­лич­но за­ра­ба­ты­ва­ет. Она — гла­ва се­мьи, дер­жит всё под кон­тро­лем, и ему дома по­про­сту нечем за­нять­ся. Как «муж­чи­на» он чув­ству­ет себя ущем­лен­ным, са­мо­оцен­ка па­да­ет. Обыч­но та­кие ти­па­жи на­чи­на­ют ис­кать ме­сто вне дома, где они хоть кому-то нуж­ны. Бе­рут­ся за лю­бую об­ще­ствен­ную ра­бо­ту, ле­зут в пред­се­да­те­ли ка­ко­го-ни­будь мел­ко­го ко­опе­ра­ти­ва или круж­ка по ин­те­ре­сам.

Они бе­гут из дома, где ца­рит мат­ри­ар­хат, ма­ни­а­каль­но пы­та­ясь най­ти сре­ду, в ко­то­рой смо­гут хоть на кого-то вли­ять. Окру­жа­ют себя лю­дь­ми, на фоне ко­то­рых мо­гут са­мо­утвер­ждать­ся, и толь­ко в этой жал­кой стай­ке на­хо­дят ра­дость и смысл жиз­ни, ста­но­вясь от это­го за­ви­си­мы­ми.

Чан Ёнсу — сто­про­цент­но из их по­ро­ды. Свое муж­ское эго, без­жа­лост­но рас­топ­тан­ное дома, он пы­та­ет­ся раз­дуть вот та­ким спо­со­бом: по­учая но­вич­ков за ру­лем. Боль­ше ему за­нять­ся всё рав­но нечем, вре­ме­ни ва­гон, вот он и стро­чит эти нескон­ча­е­мые «бри­фин­ги». А раз день­ги ему не осо­бо нуж­ны, то и цену за уро­ки вы­ста­вил ко­пе­еч­ную.

«Так вот оно что».

Вполне удо­вле­тво­рен­ный сво­и­ми умо­за­клю­че­ни­я­ми, Ик­хён по­ни­ма­ю­ще кив­нул.

И неваж­но, было ли это прав­дой на са­мом деле. Сто­и­ло лишь по­ве­сить на Чан Ёнсу этот яр­лык, как ин­те­рес к его пер­соне про­па­дал сам со­бой. И ка­кую бы дичь тот ни вы­ки­нул в бу­ду­щем, всё мож­но бу­дет спи­сать на этот «ди­а­гноз» и спо­кой­но жить даль­ше.

— Ишь ты. А сам-то ока­зал­ся обыч­ным без­дель­ни­ком.

Усмех­нув­шись, Ик­хён на­брал на те­ле­фоне от­вет.

Ик­хён:

Да, спа­си­бо.

С чув­ством вы­пол­нен­но­го дол­га он сно­ва пе­ре­вел взгляд на экран но­ут­бу­ка, как вдруг те­ле­фон ко­рот­ко звяк­нул, опо­ве­щая о но­вом со­об­ще­нии.

Ин­струк­тор Ёнсу:

Уже по­прак­ти­ка­ва­лись?!!

— Да что ему надо-то?

Раз­дра­же­ние вспых­ну­ло с но­вой си­лой. Урок во­жде­ния за­кон­чил­ся все­го пару ча­сов на­зад — ка­кая к чер­ту прак­ти­ка? И во­об­ще, с чего он вдруг пы­та­ет­ся за­вя­зать диа­лог?

Ик­хё­ну со­вер­шен­но не улы­ба­лось пе­ре­пи­сы­вать­ся, но раз уж он от­крыл со­об­ще­ние, иг­но­ри­ро­вать его было бы глу­по.

Ик­хён:

Нет.

Он на­чал пе­ча­тать про­дол­же­ние: «Я по­про­бую поз­же. Уви­дим­ся в сре­ду», — но не успел за­кон­чить фра­зу, как на экране вы­ско­чи­ло оче­ред­ное по­сла­ние от Ёнсу.

Ин­струк­тор Ёнсу:

Я тут па­ду­мал, Икон-сси, ноч­ное вж­де­ние~~~ пока не вы­ез­жай один!!! Ты же на­ви­чек, не про­буй сам!! Если за­хо­чешь по­ез­дить ве­че­ром, лут­ше зови меня, вме­сте по­едем!!!~~

Ик­хён хму­ро уста­вил­ся на экран, куда одно за дру­гим сы­па­лись эти безум­ные со­об­ще­ния. Воз­ник­ло жут­кое же­ла­ние за­бло­ки­ро­вать этот но­мер к чер­то­вой ма­те­ри, но он, ра­зу­ме­ет­ся, не мог себе это­го поз­во­лить.

Ин­струк­тор Ёнсу:

Кста­те, за­был ско­зать, сре­ди СТО в тво­ем ра­ене~~

Сле­дом при­ле­те­ла ссыл­ка на кар­ту с от­ме­чен­ным ав­то­сер­ви­сом по­бли­зо­сти.

Ин­струк­тор Ёнсу:

Вот это вро­де норм~~ на баб­ки не раз­во­дят!! Лут­ше сра­зу стать их пас­то­ян­ным кли­ен­том!!!! Икон-сси, ты уже сде­лал лап­шу с улит­ка­ми??ㅋㅋㅋㅋ

Ик­хён стер на­бран­ный текст и то­роп­ли­во вбил но­вый.

Ик­хён:

Спа­си­бо. Я как раз со­би­рал­ся ло­жить­ся спать. До встре­чи в сре­ду. Спо­кой­ной ночи.

Ин­струк­тор Ёнсу

Рано ло­жиш­ся??!!!! По­нял, доб­рой ночи!! Тебе се­год­ня точ­на при­снит­ся, как ты во­дишь!ㅋㅋㅋ

Ик­хён пе­ре­вел те­ле­фон в без­звуч­ный ре­жим и от гре­ха по­даль­ше убрал его на дру­гой ко­нец сто­ла.

— Угх, — Ик­хё­на пе­ре­дер­ну­ло. Было та­кое мерз­кое чув­ство, буд­то эти неле­пые со­об­ще­ния фи­зи­че­ски при­лип­ли к его коже.

В этот мо­мент Бури про­тис­нул­ся в ма­стер­скую че­рез от­кид­ную двер­цу вни­зу. Он смеш­но при­чмо­ки­вал, судя по все­му, толь­ко что пе­ре­ку­сив кор­мом из ав­то­ма­ти­че­ской кор­муш­ки.

— Поел, мой хо­ро­ший?

Ик­хён тут же смяг­чил­ся. С теп­лой улыб­кой он чуть по­вер­нул крес­ло, и Бури гра­ци­оз­ным прыж­ком за­прыг­нул ему на бед­ра.

— Вкус­но было, да?

Он бе­реж­но при­об­нял кота за пух­лый бок и при­нял­ся на­гла­жи­вать мяг­кую шерст­ку на ма­куш­ке и мор­доч­ке, по­че­сы­вая за уш­ка­ми. Бури утроб­но за­мур­лы­кал. Эта мер­ная виб­ра­ция пе­ре­да­лась Ик­хё­ну, про­го­няя остат­ки раз­дра­же­ния от со­об­ще­ний ин­струк­то­ра и на­пол­няя душу дол­го­ждан­ным по­ко­ем.

— Надо бы рас­пе­ча­тать твою фо­то­гра­фию, — за­дум­чи­во про­бор­мо­тал он, за­гля­ды­вая в жел­тые ко­ша­чьи гла­за.

Ёнсу со­ве­то­вал вклю­чать в са­лоне лю­би­мую и при­выч­ную му­зы­ку. Ик­хён со­би­рал­ся по­сле­до­вать это­му со­ве­ту, но кро­шеч­ное фото Бури, при­кле­ен­ное где-ни­будь воз­ле руля, точ­но не по­ме­ша­ет. Ведь этот кот — са­мое близ­кое и род­ное для него су­ще­ство на всем бе­лом све­те.

Хотя нет. Не «са­мое».

Един­ствен­ное.

Они встре­ти­лись око­ло че­ты­рех лет на­зад, ко­гда Ик­хён толь­ко-толь­ко пе­ре­ехал в этот дом. Он ча­стень­ко за­ме­чал на пар­ков­ке то­ще­го, пе­ре­пач­кан­но­го ко­тен­ка, ко­то­рый вы­гля­дел от­кро­вен­но пар­ши­во. Как и все осталь­ные жиль­цы, Ик­хён ста­рал­ся не об­ра­щать на него вни­ма­ния и про­сто про­хо­дил мимо. Да, серд­це непри­ят­но ще­ми­ло, но он ис­кренне ве­рил, что ни­чем не мо­жет по­мочь.

Но в один из дней ко­те­нок уже не бе­гал. Он си­дел в углу — обес­си­лен­ный, гряз­ный, с за­плыв­шим гла­зом, ко­то­рый даже не мог от­крыть. Ик­хён сдал­ся. Он при­та­щил из дома боль­шое по­ло­тен­це, плот­но уку­тал дро­жа­щий ко­мо­чек, су­нул его в ко­роб­ку и по­мчал­ся в ве­те­ри­нар­ную кли­ни­ку.

План был пре­дель­но прост: вы­ле­чить конъ­юнк­ти­вит, от­кор­мить и дер­жать у себя ров­но до тех пор, пока не най­дут­ся хо­ро­шие хо­зя­е­ва. Но Ик­хён и сам не за­ме­тил, как всё пошло пра­хом. Оч­нул­ся он в тот мо­мент, ко­гда по­нял, что уже дал коту имя — Бури — и те­перь мо­жет ча­са­ми си­деть, за­во­ро­жен­но на­блю­дая, как тот умы­ва­ет­ся. Квар­ти­ра стре­ми­тель­но об­рас­та­ла ко­ша­чьи­ми ле­жан­ка­ми, мис­ка­ми и иг­руш­ка­ми. Ис­то­рия бра­у­зе­ра в те­ле­фоне пест­ре­ла ста­тья­ми по ухо­ду и смеш­ны­ми ви­део с ко­тя­та­ми. Ни­ка­кая это была не «вре­мен­ная пе­ре­держ­ка». Ик­хён про­сто-на­про­сто его уко­то­вил.

«Неуже­ли моя бди­тель­ность при­ту­пи­лась толь­ко по­то­му, что это жи­вот­ное, а не че­ло­век?»

Ко­гда эта пу­га­ю­щая мысль всё же при­ш­ла ему в го­ло­ву, Ик­хён уже был без­на­деж­но при­вя­зан к Бури. Вы­ста­вить кота на ули­цу он не мог фи­зи­че­ски, а по­то­му мыс­лен­но при­го­то­вил­ся к неиз­беж­но­му: про­кля­тые гал­лю­ци­на­ции долж­ны были вот-вот вер­нуть­ся. Он ждал. Но... ни­че­го не про­ис­хо­ди­ло.

Бури — хищ­ник. У него ост­рые ког­ти и зубы. Кош­мар­ное ви­де­ние, в ко­то­ром кот раз­ры­ва­ет его на кус­ки, лег­ко мог­ло бы стать в вос­па­лен­ном со­зна­нии ре­аль­но­стью. Так по­че­му же? Неуже­ли это про­кля­тие во­об­ще не рас­про­стра­ня­ет­ся на жи­вот­ных?

Так про­шло че­ты­ре года. Ик­хён ку­пал Бури в люб­ви, от­да­вая ему всю ту неж­ность, ко­то­рая, как он ду­мал, дав­ным-дав­но в нем вы­мер­ла. Гал­лю­ци­на­ции так и не вер­ну­лись.

Но па­ра­докс за­клю­чал­ся в том, что чем боль­ше он лю­бил кота, тем ост­рее ощу­щал соб­ствен­ное оди­но­че­ство. В душу за­кра­ды­ва­лась кра­моль­ная мысль.

«А что, если дело не в том, что Бури — жи­вот­ное? Что, если я про­сто… вы­пла­тил свой кар­ми­че­ский долг?»

Мо­жет, по­это­му страш­ные ви­де­ния от­сту­пи­ли? Воз­ник­ло даже безум­ное же­ла­ние сой­тись с кем-ни­будь из лю­дей — про­сто что­бы про­ве­рить эту тео­рию.

Но Ик­хён тут же за­да­вил в себе этот по­рыв. Нет. Ни за что. Слиш­ком до­ро­гой це­ной ему до­стал­ся этот по­кой. Рис­ко­вать всем ради со­мни­тель­но­го экс­пе­ри­мен­та всле­пую — глу­пость чи­стой воды. Да и бу­дем чест­ны: в его воз­расте, с его за­ко­ре­не­лы­ми при­выч­ка­ми от­шель­ни­ка, под­пу­стить к себе че­ло­ве­ка само по себе за­да­ча по­чти невы­пол­ни­мая.

В кон­це кон­цов, у него есть Бури. Это­го вполне до­ста­точ­но. Су­ще­ство, ко­то­рое ни­ко­гда не воз­не­на­ви­дит его. Ко­то­рое бу­дет да­рить толь­ко лю­бовь на про­тя­же­нии всей сво­ей кро­шеч­ной жиз­ни. Его оча­ро­ва­тель­ный, са­мый на­деж­ный на све­те кот.

Кста­ти, имен­но Бури сыг­рал не по­след­нюю роль в том, что Ик­хён, пусть и с та­ким опоз­да­ни­ем, ре­шил по­лу­чить пра­ва. Как-то раз он вы­чи­тал в ин­тер­не­те, что своя ма­ши­на жиз­нен­но необ­хо­ди­ма, если пи­том­ца нуж­но сроч­но вез­ти к ве­те­ри­на­ру. Сна­ча­ла эта мысль про­мельк­ну­ла вскользь, но по­том за­це­пи­лась, за­ста­вив за­ду­мать­ся. Его жизнь из­ме­ни­лась. Ра­бо­та и жи­лье ста­ли ста­биль­ны­ми, а по­яв­ле­ние кота пре­вра­ти­ло эту ста­биль­ность в нечто фун­да­мен­таль­ное.

Это осо­зна­ние дало тол­чок к но­во­му вит­ку мыс­лей. За­гля­ды­вая в да­ле­кое бу­ду­щее, Ик­хён по­ду­мал: «А по­че­му бы по­не­мно­гу не про­бо­вать то, чего я рань­ше ни­ко­гда не де­лал?» Имен­но так он бро­сил себе вы­зов, по­шел сда­вать на пра­ва и в ито­ге ока­зал­ся там, где ока­зал­ся.

Так что фо­то­гра­фия Бури в са­лоне — это даже не при­хоть, а аб­со­лют­ная необ­хо­ди­мость. Толь­ко этот кот был спо­со­бен успо­ко­ить бе­ше­но ко­ло­тя­ще­е­ся серд­це и унять тот страх, что охва­ты­вал Ик­хё­на, сто­и­ло ему, во­ди­те­лю-но­вич­ку, сесть за руль.

─ ─ ─ ⚠ ─ ─ ─

На сле­ду­ю­щий ве­чер, рас­пе­ча­тав в бли­жай­шем ма­га­зин­чи­ке фо­то­гра­фию Бури, Ик­хён спу­стил­ся на пар­ков­ку. Он по­тя­нул на себя двер­цу ма­ши­ны — и тут же ре­флек­тор­но от­шат­нул­ся.

— Твою ж мать…

В са­лоне всё ещё гу­сто сто­ял за­пах пар­фю­ма Ёнсу.

— Он что, в нем ку­па­ет­ся, при­ду­рок?

Брезг­ли­во по­мор­щив­шись, Ик­хён рас­пах­нул на­стежь все че­ты­ре две­ри, от­ки­нул крыш­ку ба­гаж­ни­ка для вер­но­сти и сел на во­ди­тель­ское си­де­нье. Нуж­но было най­ти та­кое ме­сто для фото, что­бы оно не за­го­ра­жи­ва­ло об­зор, но при этом все­гда оста­ва­лось пе­ред гла­за­ми. Взгляд за­це­пил­ся за ре­шет­ку де­флек­то­ра пря­мо воз­ле руля. Туда-то Ик­хён и при­кле­ил сни­мок. На фото Бури без­мя­теж­но спал на сво­ей лю­би­мой ле­жан­ке, рас­ки­нув лапы и бес­стыд­но вы­ста­вив на­по­каз пу­ши­стое пузо.

Во­об­ще-то Ик­хён все­гда таял при виде сво­е­го кота, но имен­но спя­щий Бури вы­зы­вал в гру­ди ка­кой-то ще­мя­щий при­лив неж­но­сти. Гля­дя на него, на душе сра­зу ста­но­ви­лось спо­кой­но. По­то­му он и вы­брал этот кадр.

По­удоб­нее пе­ре­хва­тив руль, Ик­хён вы­пря­мил спи­ну и при­нял­ся изоб­ра­жать, буд­то ве­дет ма­ши­ну. По­том «за­тор­мо­зил» на во­об­ра­жа­е­мом све­то­фо­ре и пе­ре­вел взгляд на фо­то­гра­фию кота. Губы сами со­бой рас­тя­ну­лись в улыб­ке.

«А ведь и прав­да ра­бо­та­ет. От­лич­но успо­ка­и­ва­ет нер­вы».

И вне­зап­но его охва­ти­ло же­ла­ние пря­мо сей­час за­ве­сти мо­тор и по­ехать по­прак­ти­ко­вать­ся. Вре­мя — по­ло­ви­на де­ся­то­го ве­че­ра. Ма­шин на до­ро­гах долж­но быть немно­го. Уж точ­но бу­дет про­ще, чем днем в по­то­ке.

Да, Ёнсу ка­те­го­ри­че­ски за­пре­щал ему вы­ез­жать од­но­му в тем­ное вре­мя су­ток, но… с ка­кой ста­ти он во­об­ще дол­жен слу­шать­ся это­го хре­на?

Вче­раш­няя, по сути пер­вая пол­но­цен­ная по­езд­ка за ру­лем, ока­за­лась на удив­ле­ние за­хва­ты­ва­ю­щей. Да, он си­дел ни жив ни мертв, вце­пив­шись в руль, но само это ощу­ще­ние… Ощу­ще­ние того, что он пол­но­стью под­чи­ня­ет себе эту огром­ную ме­тал­ли­че­скую ма­хи­ну, за­став­ляя её дви­гать­ся, было аб­со­лют­но но­вым и чер­тов­ски бу­до­ра­жа­щим.

Ко­гда он толь­ко вбил себе в го­ло­ву идею по­лу­чить пра­ва, по­ня­тия не имел, по­нра­вит­ся ли ему во­дить. Ик­хён все­рьез опа­сал­ся, что ока­жет­ся слиш­ком трус­ли­вым или на­прочь ли­шен­ным ко­ор­ди­на­ции — од­ним из тех, кому во­об­ще про­ти­во­по­ка­за­но са­дить­ся за руль.

«Ну, по­про­бую. Не вый­дет — так не вый­дет, про­сто за­пи­шу в ко­пил­ку жиз­нен­но­го опы­та», — ду­мал он то­гда. Но вы­ру­ли­вая на учеб­ную пло­щад­ку и мед­лен­но ведя ма­ши­ну, Ик­хён вдруг пой­мал себя на стран­ном чув­стве лег­кой эй­фо­рии. Во­дить ока­за­лось ин­те­рес­но. Пусть он пока пу­тал­ся и от­кро­вен­но бо­ял­ся, но без­на­деж­ным себя точ­но не чув­ство­вал.

Зим­ний ноч­ной воз­дух сво­бод­но гу­лял по са­ло­ну че­рез рас­пах­ну­тые две­ри. Ик­хён си­дел в ти­шине, то сжи­мая, то раз­жи­мая паль­цы на ру­ле­вом ко­ле­се, и неот­рыв­но смот­рел на уз­кую улоч­ку за ло­бо­вым стек­лом.

Как же силь­но ему хо­те­лось сно­ва ощу­тить эту власть над ма­ши­ной.

И тут аро­мат пар­фю­ма Ёнсу, сно­ва ще­кот­нув­ший нозд­ри, слов­но под­лил мас­ла в огонь. А что, если этот рез­кий за­пах сра­бо­та­ет не хуже зна­ко­мой му­зы­ки или фо­то­гра­фии Бури? Мо­жет, эта вонь как раз и по­мо­жет спра­вить­ся с манд­ра­жом пе­ред пер­вой са­мо­сто­я­тель­ной по­езд­кой? Со­здаст ил­лю­зию, буд­то этот невы­но­си­мый ин­струк­тор всё ещё си­дит на пас­са­жир­ском и кон­тро­ли­ру­ет про­цесс.

«Мо­жет, всё-таки за­ве­стись? Про­ка­тить­ся кру­жок-дру­гой? Да ни­че­го ж не слу­чит­ся, прав­да?»

Он всё силь­нее стис­ки­вал руль, рас­па­ляя себя эти­ми уго­во­ра­ми, как вдруг ле­дя­ной сквоз­няк ре­за­нул по го­лым ло­дыж­кам, ра­зом воз­вра­щая с небес на зем­лю.

Ик­хён опу­стил взгляд и по­тряс го­ло­вой. Та­поч­ки. Он, блин, при­пер­ся в шле­пан­цах. Жать на пе­да­ли в шле­пан­цах, бу­дучи но­вич­ком? Чи­стое са­мо­убий­ство. Ёнсу вче­ра тоже про­ел ему плешь на­счет обу­ви: ни­ка­ких слан­цев и ни­ка­ких бол­та­ю­щих­ся на ноге крос­со­вок не по раз­ме­ру.

«Зав­тра. Всё зав­тра. На­де­ну нор­маль­ную обувь и вы­еду», — твер­до ре­шил Ик­хён.

В лю­бом слу­чае, по­прак­ти­ко­вать­ся в оди­ноч­ку — идея от­лич­ная. Если он быст­ро на­бьет руку, то смо­жет от­ка­тать с Ёнсу мень­ше за­ня­тий и по­ско­рее с ним рас­про­щать­ся. Одна толь­ко эта мысль гре­ла душу.

Во­дить в тап­ках — глу­пость, а та­щить­ся об­рат­но в квар­ти­ру пе­ре­обу­вать­ся — про­сто лень. Зна­чит, се­год­ня от­бой. Зав­тра он всё сде­ла­ет по уму.

Окон­ча­тель­но при­дя к это­му вы­во­ду, Ик­хён вы­лез из ма­ши­ны. Он за­хлоп­нул все две­ри, раз­вер­нул­ся к вы­хо­ду с пар­ков­ки… и тут в кар­мане треньк­нул те­ле­фон.

Ик­хён за­мер как вко­пан­ный. С нехо­ро­шим пред­чув­стви­ем он мед­лен­но су­нул руку в кар­ман курт­ки.

«Да ну, бред».

«Не мо­жет быть».

«Два ве­че­ра под­ряд стро­чить со­об­ще­ния? Че­ло­ве­ку, ко­то­ро­го ты, по сути, во­об­ще не зна­ешь?»

«На­вер­ня­ка спам. Точ­но спам».

Ин­струк­тор Ёнсу:

Икон-сси~~~ Уже по­прак­ти­ка­ва­лись??!!

Чан. Ёнсу.

Ик­хён в раз­дра­же­нии схва­тил себя за во­ло­сы, мрач­но свер­ля взгля­дом экран. Оби­лие этих иди­от­ских зна­ков пре­пи­на­ния… В них был весь Чан Ёнсу. Бес­це­ре­мон­ное втор­же­ние в лич­ное про­стран­ство. То­таль­ное при­сут­ствие. Аб­со­лют­ная за­но­за в зад­ни­це.

«На­сколь­ко же жена ни во что тебя не ста­вит, раз ты та­кой от­ча­ян­ный, а? Если так тя­же­ло быть при­жи­ва­лой — ну раз­ве­дись ты, най­ди свой свет в кон­це тон­не­ля! Иди ра­бо­тай по-че­ло­ве­че­ски, за­ра­ба­ты­вай сам, мо­жет, то­гда хоть са­мо­ува­же­ние по­явит­ся!»

Сла­ва богу, он про­чи­тал текст с экра­на бло­ки­ров­ки, так что от­мет­ка о про­чте­нии не по­яви­лась. А зна­чит, от­ве­чать это­му при­дур­ку не обя­за­тель­но.

— Угх-х, — Ик­хё­на аж пе­ре­дер­ну­ло. По­га­сив экран, он по­спе­шил скрыть­ся в зда­нии.

Пока он под­ни­мал­ся по лест­ни­це, те­ле­фон про­дол­жал виб­ри­ро­вать. Удар за уда­ром. Оче­вид­но, Ёнсу стро­чил одну ти­ра­ду за дру­гой.

— Да что за хрень, а?

Ик­хён изо всех сил ста­рал­ся иг­но­ри­ро­вать виб­ра­цию в кар­мане, но нер­вы уже были на пре­де­ле. Сдав­шись, он оста­но­вил­ся пря­мо пе­ред две­рью сво­ей квар­ти­ры и раз­бло­ки­ро­вал экран.

Ин­струк­тор Ёнсу:

Я тут как раз в ра­ене Икон-сси!!~~ Если дел нет мо­жет по­прак­ти­ку­ем­ся?!! Щас на да­ро­гах прям иде­аль­на!!~~~~ Если на­ду­мал, зва­ни~~ Я тут за­ско­чил кое че ку­пить, жду!!! До 10 буду сдесь ту­са­ват­ся~~~!!

На­хму­рив бро­ви, Ик­хён несколь­ко раз пе­ре­чи­тал это сум­бур­ное по­сла­ние.

По­доб­ное бес­це­ре­мон­ное втор­же­ние, ко­неч­но, раз­дра­жа­ло. Но тот вне­зап­ный по­рыв по­прак­ти­ко­вать­ся в ноч­ном во­жде­нии, вспых­нув­ший в нем все­го пару ми­нут на­зад в са­лоне ма­ши­ны, еще не угас окон­ча­тель­но. По­это­му, как ни кру­ти, пред­ло­же­ние ка­за­лось чер­тов­ски за­ман­чи­вым.

И тот факт, что он во­об­ще на это клю­нул, бе­сил еще силь­нее. Ик­хё­на про­сто во­ро­ти­ло от мыс­ли, что сто­ит ка­ко­му-то Чан Ёнсу небреж­но дер­нуть за ни­точ­ку, как он в ито­ге по­слуш­но идет на по­во­ду. По­че­му из-за это­го бес­пар­дон­но­го типа, су­ю­ще­го нос не в свое дело, он дол­жен сей­час сто­ять здесь, ло­мать го­ло­ву и му­чить­ся со­мне­ни­я­ми? Это вы­во­ди­ло из себя до зу­бов­но­го скре­же­та.

И всё же... Если взгля­нуть на си­ту­а­цию объ­ек­тив­но, шанс был от­лич­ный. Хо­те­лось ведь по­ско­рее на­учить­ся нор­маль­но во­дить. И, что еще важ­нее, по­ско­рее из­ба­вить­ся от это­го ин­струк­то­ра, так? Раз уж этот че­ло­век сам при­пер­ся в его рай­он и пред­ло­жил по­мощь, ло­мать­ся — непоз­во­ли­тель­ная рос­кошь. Раз­ве он не по­ни­ма­ет, ка­кая уда­ча сама плы­вет ему в руки?

«То­гда… мо­жет, все­го на ча­сок?»

В го­ло­ве сам со­бой со­зрел ком­про­мисс. Если они по­ка­та­ют­ся по окру­ге ров­но час, чи­сто что­бы разо­брать ню­ан­сы ноч­ной езды, то, воз­мож­но, уже зав­тра ве­че­ром он смо­жет вы­ехать один. А по­том — и днем, и но­чью, в лю­бое вре­мя, уже без по­сто­рон­ней по­мо­щи. И то­гда мож­но бу­дет с чи­стой со­ве­стью от­ме­нить все остав­ши­е­ся за­ня­тия...

Ре­ше­но. Надо ко­вать же­ле­зо, пока го­ря­чо. Пока за­пал не про­пал и под­вер­ну­лась та­кая воз­мож­ность.

Вер­нув­шись в квар­ти­ру, Ик­хён на­брал но­мер Ёнсу. Тот снял труб­ку с пер­во­го же гуд­ка.

— Всё-таки по­зво­нил?

Го­лос Ёнсу так и со­чил­ся са­мо­до­воль­ством. В во­об­ра­же­нии Ик­хё­на тут же всплы­ло это невы­но­си­мое лицо с опу­щен­ны­ми угол­ка­ми глаз и хит­рой ух­мыл­кой. Он мгно­вен­но по­жа­лел о сво­ей за­тее, но от­сту­пать было позд­но — раз­го­вор на­чал­ся.

— Да, из­ви­ни­те, что так позд­но. Я про­чи­тал со­об­ще­ние.

— Ой, да брось. Я ж сам пред­ло­жил. Ну что, по­ка­та­ем­ся?

— Да. Буду бла­го­да­рен, если уде­ли­те мне око­ло часа.

— Окей. Вы­хо­ди, сей­час подъ­еду пря­мо к дому.

И Ёнсу бес­це­ре­мон­но сбро­сил вы­зов.

— Я по­шел прак­ти­ко­вать­ся, — бро­сил Ик­хён, мах­нув ру­кой Бури, что вни­ма­тель­но на­блю­дал за ним из-за две­ри спаль­ни.

Пе­ре­обув­шись в нор­маль­ные крос­сов­ки, Ик­хён сно­ва спу­стил­ся на пар­ков­ку. Пред­вку­ше­ние на­сто­я­щей по­езд­ки мгно­вен­но скру­ти­ло внут­рен­но­сти. Вы­ды­хая об­лач­ки бе­ло­го пара, он сде­лал несколь­ко глу­бо­ких вдо­хов и, что­бы хоть как-то унять манд­раж, при­нял­ся нелов­ко раз­ми­нать пле­чи.

В этот мо­мент по­лу­тьму пе­ре­ул­ка разо­рвал свет фар — во двор мед­лен­но въе­хал чер­ный се­дан. Ма­ши­на на­дви­га­лась пря­мо на него. По­ду­мав, что во­ди­тель хо­чет при­пар­ко­вать­ся имен­но здесь, Ик­хён по­спеш­но от­сту­пил на­зад, пря­чась за сво­им ав­то­мо­би­лем.

— Икон-сси!

Се­дан оста­но­вил­ся чуть по диа­го­на­ли. Стек­ло со сто­ро­ны пас­са­жи­ра по­полз­ло вниз, от­кры­вая лицо Ёнсу.

— А? — Ик­хён рас­те­рян­но морг­нул и нере­ши­тель­но шаг­нул к ма­шине.

Толь­ко сей­час до него до­шло: он ведь даже не за­ду­мы­вал­ся о том, как ин­струк­тор до­би­рал­ся сюда вче­ра. Есте­ствен­но, он при­е­хал на сво­ей ма­шине. Но где он то­гда пар­ко­вал­ся? Кто пла­тил за сто­ян­ку? Уро­ки и так об­хо­ди­лись в смеш­ную сум­му — воз­мож­но, Ик­хё­ну как уче­ни­ку сле­до­ва­ло хотя бы опла­тить пар­ков­ку? А он даже не удо­су­жил­ся спро­сить.

«На­вер­ное, это по­то­му, что я слиш­ком дол­го был пе­ше­хо­дом», — за­поз­да­ло по­ду­мал Ик­хён. Будь он во­ди­те­лем, та­кие ню­ан­сы при­хо­ди­ли бы на ум сами со­бой. А впро­чем, дело тут было не в ма­ши­нах. Ско­рее, ска­зы­ва­лась его то­таль­ная со­ци­аль­ная изо­ля­ция. От­сут­ствие опы­та об­ще­ния с лю­дь­ми сде­ла­ло его глу­хим к по­доб­ным бы­то­вым ве­щам.

Вне­зап­но ощу­тив вину, Ик­хён веж­ли­во по­кло­нил­ся — даже ниже, чем обыч­но.

— Вы при­е­ха­ли. Про­шу про­ще­ния. Эм, я сей­час вы­го­ню свою ма­ши­ну, и вы смо­же­те пока за­нять мое ме­сто.

— Да брось. Не вы­го­няй пока. Сна­ча­ла са­дись ко мне. — Ёнсу толк­нул из­нут­ри пас­са­жир­скую дверь.

— Что?

— Са­дись да­вай, Икон-сси. Про­ве­дем неболь­шой урок тео­рии, а по­том пе­рей­дем к прак­ти­ке.

— Э-э…

По­мяв­шись се­кун­ду-дру­гую, Ик­хён всё же за­брал­ся в са­лон чу­жо­го авто.

«Блять, ну твою-то мать!»

Чув­ство вины и лег­кая рас­те­рян­ность мгно­вен­но уле­ту­чи­лись, сме­тен­ные гу­стым об­ла­ком пар­фю­ма. В нос уда­рил та­кой кон­цен­три­ро­ван­ный за­пах, что Ик­хён едва удер­жал­ся, что­бы не вы­ру­гать­ся вслух. Ёнсу и се­год­ня, судя по все­му, вы­лил на себя пол­фла­ко­на.

«Он в нем ку­па­ет­ся, что ли? За­чем так об­ли­вать­ся-то?»

— Как жизнь мо­ло­дая? Пер­вое пра­ви­ло при по­сад­ке в ма­ши­ну?

По­да­вив раз­дра­же­ние, Ик­хён то­роп­ли­во по­тя­нул­ся за рем­нем и при­стег­нул­ся.

— Кра­сав­чик. А ре­мень без­опас­но­сти — это у нас что?

— ...Ре­мень жиз­ни, — глу­хо ото­звал­ся Ик­хён.

— В точ­ку. Мо­ло­дец. А те­перь смот­ри вни­ма­тель­но. Как мы от­сю­да бу­дем вы­ез­жать?

Ик­хён мо­раль­но го­то­вил­ся к тому, что ин­струк­тор нач­нет нести ка­кую-ни­будь чушь и тре­пать­ся не по делу, но Ёнсу уди­вил: пе­ре­шел сра­зу к сути. Он на­чал объ­яс­нять, как пра­виль­но раз­вер­нуть ма­ши­ну в уз­ком про­стран­стве, тут же на­гляд­но де­мон­стри­руя каж­дое дви­же­ние.

И хотя от его удуш­ли­во­го оде­ко­ло­на уже на­чи­на­ло щи­пать в носу, Ик­хён жад­но впи­ты­вал каж­дое сло­во и не сво­дил глаз с рук Ёнсу. Ему по­чти не до­во­ди­лось ез­дить на пас­са­жир­ском си­де­нье ря­дом с во­ди­те­лем, а уж так при­сталь­но на­блю­дать за про­цес­сом во­жде­ния — и во­все при­ш­лось впер­вые в жиз­ни.

Пря­мо сей­час Чан Ёнсу ка­зал­ся ка­ким-то бо­же­ством. На­вер­ное, имен­но это чув­ству­ешь, ко­гда сто­ишь в мет­ре от Ли­о­не­ля Мес­си и смот­ришь, как тот вир­ту­оз­но вла­де­ет мя­чом.

Осо­бен­но за­во­ра­жи­ва­ли дви­же­ния рук, ко­гда он кру­тил руль. Он де­лал это даже не дву­мя ру­ка­ми — од­ной! И при этом так рас­слаб­лен­но и неве­ро­ят­но вир­ту­оз­но.

Ав­то­мо­биль Ёнсу был осна­щен си­сте­мой кру­го­во­го об­зо­ра, вы­во­дя­щей на экран изоб­ра­же­ние ма­ши­ны свер­ху, что поз­во­ля­ло мгно­вен­но оце­ни­вать рас­сто­я­ние до лю­бых пре­пят­ствий. В скром­ной ма­шине Ик­хё­на та­ких на­во­ро­тов и в по­мине не было, по­это­му каж­дый раз, ко­гда си­сте­ма ак­ти­ви­ро­ва­лась, он пя­лил­ся на экран так, слов­но ему по­ка­зы­ва­ли чудо ино­пла­нет­ных тех­но­ло­гий.

— При­коль­ная шту­ка, да? — усмех­нул­ся Ёнсу, вы­ру­ли­вая из пе­ре­ул­ка.

— А, да. Очень удоб­но.

— Зна­ешь, го­во­рят, что но­вич­кам луч­ше брать све­жие тач­ки, на­фар­ши­ро­ван­ные оп­ци­я­ми под за­вяз­ку. Типа, нехват­ку на­вы­ков ком­пен­си­ру­ешь тех­но­ло­ги­я­ми. Но то, как ты ре­шил, Икон-сси — взять пу­стую тач­ку и внаг­лую идти на­про­лом — это тоже кру­то. В та­ких усло­ви­ях ре­аль­ное чув­ство га­ба­ри­тов вы­ра­ба­ты­ва­ет­ся будь здо­ров. Не, я не го­во­рю, что твоя ма­ши­на со­всем уж пу­стая. Ка­ме­ра зад­не­го вида у тебя всё-таки есть.

— Да…

Ра­зу­ме­ет­ся, Ик­хён ку­пил её во­все не для того, что­бы «вы­ра­ба­ты­вать ре­аль­ное чув­ство га­ба­ри­тов». Про­сто ис­кал то, на что хва­та­ло скоп­лен­ных де­нег, что­бы не вле­зать в кре­ди­ты. По­сте­пен­но сужая круг по­ис­ка — не слиш­ком гро­мозд­кий ко­рей­ский се­дан, на бен­зине, без ДТП в ис­то­рии, один вла­де­лец по ПТС, же­ла­тель­но бе­лая, — он и при­шел к тому ва­ри­ан­ту, ко­то­рый у него сей­час.

Ик­хён украд­кой огля­дел са­лон. Он впер­вые си­дел в «Бент­ли» и раз­ни­ца с его ма­ши­ной была, мяг­ко го­во­ря, ко­лос­саль­ной. Са­лон по­ра­жал про­сто­ром и оби­ли­ем ка­ких-то слож­ных, до­ро­гих де­та­лей. Даже сама фак­ту­ра ко­жа­ных си­де­ний и то, как они мяг­ко об­хва­ты­ва­ли бед­ра, ощу­ща­лось со­вер­шен­но ина­че. А еще здесь было неве­ро­ят­но тихо. По срав­не­нию с его ма­ши­ной — про­сто ва­ку­ум.

Чем Ёнсу за­ни­мал­ся этой но­чью до их встре­чи — за­гад­ка, но одет он был точь-в-точь как вче­ра: за­ли­зан­ные на­зад во­ло­сы и весь в чер­ном. И этот глад­кий, бле­стя­щий чер­ный «Бент­ли» чер­тов­ски под­хо­дил к его об­ра­зу.

«Ма­ши­ну, небось, тоже же­нуш­ка ку­пи­ла?»

Ик­хён живо пред­ста­вил себе кар­тин­ку: расфу­фы­рен­ная, под стать мужу, жена неспеш­но про­ха­жи­ва­ет­ся меж­ду вы­став­лен­ны­ми на­по­каз люк­со­вы­ми авто и цар­ствен­ным же­стом ука­зы­ва­ет на одно из них. А Ёнсу пле­тет­ся сле­дом, глу­по лы­бит­ся и рас­сы­па­ет­ся в бла­го­дар­но­стях.

Или, мо­жет, жена про­сто дала ему свою кре­дит­ку, и он при­шел за по­куп­кой один? То­гда, на­вер­ное, рас­пу­шал пе­ред ме­не­дже­ра­ми пе­рья, строя из себя со­сто­я­тель­но­го му­жи­ка, ко­то­рый сам в со­сто­я­нии ку­пить и со­дер­жать та­кую тач­ку.

— Срав­ни­вай. Смот­ри, чем кар­тин­ка от­ли­ча­ет­ся от той, что была вче­ра днем, — го­лос Ёнсу вы­рвал Ик­хё­на из раз­мыш­ле­ний.

Он огля­дел­ся. Они еха­ли по тому са­мо­му марш­ру­ту, ко­то­рый Ик­хён вче­ра ис­ко­ле­сил вдоль и по­пе­рек.

Ик­хён при­нял­ся вни­ма­тель­но на­блю­дать: как вы­гля­дит свет све­то­фо­ров, на­сколь­ко хо­ро­шо чи­та­ет­ся до­рож­ная раз­мет­ка, как ощу­ща­ет­ся об­щая ат­мо­сфе­ра на тро­туа­рах и про­ез­жей ча­сти. Мо­жет, дело было в том, что ночь вы­да­лась ти­хой, но даже дру­гие ма­ши­ны, ка­за­лось, дви­га­лись как-то бо­лее раз­ме­рен­но и плав­но.

В са­лоне сто­я­ла ти­ши­на, да и Ёнсу по­че­му-то за­мол­чал, со­сре­до­то­чив­шись на до­ро­ге. Из-за это­го воз­ник­ло стран­ное чув­ство, буд­то весь го­род по­гру­зил­ся в аб­со­лют­ное без­мол­вие.

— Икон-сси, глянь на меня.

Ик­хён по­вер­нул го­ло­ву.

— Да?

Ёнсу хмык­нул.

— Не на лицо мое пяль­ся. Смот­ри, как я сей­час веду ма­ши­ну. Руки, ноги, куда смот­рю, в ка­кой мо­мент кру­чу руль — вот это всё.

— А-а, по­нял.

— Но если хо­чешь смот­реть на мое лицо — я не про­тив.

— …То­гда я, с ва­ше­го поз­во­ле­ния, буду смот­реть на руки.

Про­игно­ри­ро­вав по­след­нюю под­нач­ку, про­из­не­сен­ную с наг­ло­ва­той ух­мыл­кой, Ик­хён со­сре­до­то­чил­ся на во­жде­нии Ёнсу. Как он бро­са­ет взгля­ды в зер­ка­ло зад­не­го вида и бо­ко­вые зер­ка­ла, в ка­кой имен­но мо­мент вклю­ча­ет по­во­рот­ни­ки, на ка­кой угол по­во­ра­чи­ва­ет руль при пе­ре­стро­е­нии — Ик­хён впи­ты­вал каж­дую де­таль. Так смот­рят не про­сто кино, так сту­дент-ки­но­вед изу­ча­ет ше­девр, из­ме­нив­ший ис­то­рию ки­не­ма­то­гра­фа.

Ёнсу без умол­ку ком­мен­ти­ро­вал каж­дое свое дей­ствие и до­рож­ную си­ту­а­цию, но при этом вел ма­ши­ну на­столь­ко лег­ко и непри­нуж­ден­но, слов­но ды­шал.

На­блю­дая за ним, Ик­хён чув­ство­вал, как внут­ри рас­тет вос­хи­ще­ние, сме­шан­ное с от­ча­я­ни­ем. Уро­вень, на ко­то­ром на­хо­дил­ся Ёнсу, ка­зал­ся недо­ся­га­е­мым.

Тео­ре­ти­че­ски Ик­хён пре­крас­но по­ни­мал: что­бы до­стичь та­ко­го ма­стер­ства, нуж­ны годы прак­ти­ки, море пота и ки­ло­мет­ры опы­та. Но ко­гда ви­дишь че­ло­ве­ка, ко­то­рый де­ла­ет что-то фе­но­ме­наль­но хо­ро­шо, в го­ло­ву ле­зет толь­ко одна при­ми­тив­ная мысль.

«По­че­му я так не умею?»

А сле­дом за ней за­ко­но­мер­но при­ш­ла дру­гая: «По­че­му мне всё в этой жиз­ни да­ет­ся в два, в три раза тя­же­лее, чем осталь­ным?»

Пол­ное оди­но­че­ство на­ло­жи­ло от­пе­ча­ток на всю жизнь Ик­хё­на. Он ча­сто ду­мал: будь у него нор­маль­ная се­мья, будь у него дру­зья — всё было бы го­раз­до про­ще. Осо­бен­но ост­ро он осо­знал это, ко­гда, ни чер­та не смыс­ля в ав­то­мо­би­лях, в оди­ноч­ку пе­ре­ка­пы­вал горы ин­фор­ма­ции в ин­тер­не­те, пы­та­ясь вы­брать по­дер­жан­ную ма­ши­ну.

У мно­гих лю­дей, да по­чти у всех, в окру­же­нии есть кто-то, кто мо­жет по­де­лить­ся опы­том, под­ска­зать, по­мочь. Пре­сло­ву­тый «зво­нок дру­гу». А та­ким, как он — у кого счет­чик близ­ких лю­дей за­стыл на нуле — при­хо­дит­ся про­би­вать лбом сте­ны и до­хо­дить до все­го са­мо­сто­я­тель­но.

Да, ин­тер­нет вы­ру­ча­ет, но ино­гда этот бес­ко­неч­ный по­ток ин­фор­ма­ции толь­ко сби­ва­ет с тол­ку. По­рой че­ло­ве­ку ну­жен не гугл, а про­стой, пусть даже немно­го рас­плыв­ча­тый со­вет от жи­во­го че­ло­ве­ка. От того един­ствен­но­го, кому ты до­ве­ря­ешь.

Ино­гда Ик­хё­ну ка­за­лось, что он та­щит на себе неподъ­ем­ный груз. Это было по­хо­же на то, как если бы все во­круг уже мча­лись впе­ред на но­вень­ких ве­ло­си­пе­дах, а он си­дел на обо­чине, раз­ло­жив пе­ред со­бой кучу ржа­вых де­та­лей, и пы­тал­ся со­брать из них хоть что-то.

Ни ин­струк­ции, ни по­ни­ма­ния, что куда кре­пить. Все де­та­ли — ста­рые и из­но­шен­ные. А ка­ких-то клю­че­вых зап­ча­стей, воз­мож­но, не хва­та­ет во­все.

Хоть в од­ном по­вез­ло — он умуд­рил­ся най­ти ин­струк­то­ра Ёнсу, ко­то­рый дей­стви­тель­но умел учить.

— Раз уж вы­еха­ли, да­вай хоть на ноч­ные виды по­смот­рим, — го­лос Ёнсу за­ста­вил Ик­хё­на вновь вы­ныр­нуть из тя­гост­ных мыс­лей.

Он по­смот­рел в окно. Ма­ши­на въе­ха­ла на мост, и сбо­ку от­кры­лась па­но­ра­ма ноч­но­го Хан­га­на.

В гру­ди вдруг ста­ло так лег­ко и про­стор­но, что Ик­хён неволь­но ах­нул про себя.

Он не раз ви­дел этот пей­заж из окна ав­то­бу­са или мет­ро. Но сей­час, сидя в ав­то­мо­би­ле, он вос­при­ни­мал его со­вер­шен­но ина­че.

Серд­це за­би­лось чуть быст­рее от од­ной толь­ко мыс­ли: а что, если он сам бу­дет ве­сти ма­ши­ну по этой до­ро­ге, лю­бу­ясь этим ви­дом?

Ноч­ной го­род свер­кал ми­ри­а­да­ми ог­ней, сиял осле­пи­тель­ной рос­ко­шью, но при этом в нем раз­ли­ва­лось уди­ви­тель­ное уми­ро­тво­ре­ние.

Вся пре­лесть ноч­но­го во­жде­ния вдруг рас­кры­лась пе­ред ним во всей пол­но­те. И он, Пэ Ик­хён, ско­ро тоже так смо­жет. Ка­жет­ся, он на­ко­нец-то на­чал по­ни­мать тех лю­дей, ко­то­рые го­во­ри­ли, что едут ка­тать­ся на ма­шине про­сто что­бы про­вет­рить го­ло­ву.

— Мно­гие ду­ма­ют, что но­чью или под утро ез­дить про­ще, по­то­му что ма­шин мало, но не рас­слаб­ляй­ся — при­дур­ков на до­ро­гах в это вре­мя тоже хва­та­ет, — пре­ду­пре­дил Ёнсу.

— При­дур­ков? — пе­ре­спро­сил Ик­хён.

— Ага. Про­стран­ства на до­ро­гах сей­час мно­го, вот неко­то­рые и на­чи­на­ют го­нять как ненор­маль­ные. Кто-то про­сто ли­ха­чит, кто-то во­об­ще пья­ным за руль са­дит­ся.

— А-а…

— Хотя, спра­вед­ли­во­сти ради, днем их тоже хва­та­ет.

«И к чему он мне всё это рас­ска­зы­ва­ет?» — по­ду­ма­лось Ик­хё­ну.

— По­это­му так важ­но за­щит­ное во­жде­ние. Я же тебе вче­ра про это го­во­рил, пом­нишь? За­щит­ное во­жде­ние, Икон-сси.

— А, да.

— В кон­це кон­цов, опас­но не толь­ко на до­ро­гах. Наша жизнь во­об­ще пол­на вся­ко­го дерь­ма и рис­ков. Так что нуж­но про­сто осво­ить ба­зо­вые при­е­мы за­щи­ты — и сме­ло про­бо­вать всё под­ряд. Это как из-за стра­ха пе­ред чер­вя­ми от­ка­зать­ся ква­сить со­е­вую пас­ту. Так ведь и вкус­но­го рагу по­том не по­ешь! Если изо дня в день да­вить­ся од­ним и тем же, жить ста­нет до оду­ри скуч­но. Со­гла­сен?

Ик­хён мыс­лен­но по­кру­тил его сло­ва так и этак, а за­тем пару раз ко­рот­ко кив­нул.

В духе ти­пич­но­го «ачжос­си» Ёнсу ча­стень­ко ска­ты­вал­ся в нра­во­уче­ния, но, как ни кру­ти, доля ис­ти­ны в его сло­вах была. По край­ней мере, всё, что ка­са­лось во­жде­ния, зву­ча­ло на удив­ле­ние ра­зум­но.

— Сей­час еще немно­го про­едем, свер­нем и по­ка­тим к тво­е­му дому, — пре­ду­пре­дил Ёнсу.

— Хо­ро­шо.

Ик­хён сно­ва устре­мил взгляд на ноч­ной пей­заж. Рос­сыпь теп­лых ог­ней гу­сто усе­и­ва­ла чер­ную, ис­кря­щу­ю­ся гладь реки.

«А ноч­ные виды с до­ро­ги и прав­да по­тря­са­ю­щие. Как же здо­ро­во, что я всё-таки ре­шил по­лу­чить пра­ва».

Вне­зап­но в гру­ди вско­лых­ну­лось же­ла­ние рас­ска­зать об этом хоть кому-ни­будь.

Та­кие мо­мен­ты ино­гда слу­ча­лись. Мо­мен­ты, ко­гда хо­те­лось про­сто по­де­лить­ся сво­и­ми чув­ства­ми и по­лу­чить в от­вет хотя бы пару слов.

Ик­хён дав­но за­ка­лил себя, вы­стро­ив во­круг непро­би­ва­е­мую сте­ну. Ка­за­лось, что он пол­но­стью адап­ти­ро­вал­ся к этой сте­риль­ной изо­ля­ции. Но, ви­ди­мо, убить в себе жаж­ду че­ло­ве­че­ско­го теп­ла до кон­ца было невоз­мож­но. По­рой он от­ча­ян­но нуж­дал­ся в том, что­бы си­деть ли­цом к лицу с близ­ким че­ло­ве­ком и сво­бод­но ве­сти бе­се­ду — лег­ко спле­тая во­еди­но глу­бо­кие, со­кро­вен­ные при­зна­ния с аб­со­лют­но бес­смыс­лен­ной бол­тов­ней.

Ик­хён пред­ста­вил мор­доч­ку Бури и, слег­ка при­ку­сив губу, тут же от­пу­стил её.

«Рас­ска­жу по­поз­же Бури».

Пусть от­ве­та не по­сле­ду­ет, но зато у него есть слу­ша­тель. Жи­вое и ды­ша­щее су­ще­ство. Одно лишь это уже было огром­ным бла­го­сло­ве­ни­ем.

Так что он во­все не несча­стен. Он от­лич­но справ­ля­ет­ся и жи­вет луч­шей жиз­нью из воз­мож­ных, учи­ты­вая об­сто­я­тель­ства.

— Икон-сси, а у тебя де­вуш­ка есть?

Го­лос Ёнсу без сту­ка вло­мил­ся в его уяз­ви­мые раз­мыш­ле­ния.

Ик­хён вздрог­нул от неожи­дан­но­сти и ко­рот­ко мот­нул го­ло­вой.

— Нет. Эм… а эти циф­ры на зна­ке — это ведь огра­ни­че­ние ско­ро­сти? — он по­спеш­но ткнул паль­цем в ука­за­тель у обо­чи­ны, от­ча­ян­но пы­та­ясь сме­нить тему.

— Ага, оно са­мое. А чего ни с кем не встре­ча­ешь­ся? Рас­ста­лись недав­но?

В от­ли­чие от вче­раш­не­го дня, Ёнсу не стал раз­ра­жать­ся длин­ной лек­ци­ей о ско­рост­ных ре­жи­мах, а мерт­вой хват­кой вце­пил­ся в лич­ную жизнь уче­ни­ка.

— Да, про­сто… Ой, а если кто-то вот так рез­ко вле­за­ет без по­во­рот­ни­ка, как этот, что нуж­но де­лать?

— Для на­ча­ла — смот­реть в оба и со­блю­дать без­опас­ную ди­стан­цию до впе­ре­ди иду­щей ма­ши­ны, это база, — спо­кой­но от­ве­тил Ёнсу. — Но, сда­ет­ся мне, Икон-сси во­об­ще не из тех, кто наг­ло прет на­про­лом, не вклю­чив по­во­рот­ник. Я прав? Ты ведь по жиз­ни осто­рож­ный тип, всё взве­ши­ва­ешь?

— Ну, не знаю. Не то что­бы я был осто­рож­ным, про­сто я еще но­ви­чок за ру­лем, по­это­му ста­ра­юсь ак­ку­рат­но…

Ёнсу ти­хонь­ко хи­хик­нул, пе­ре­би­вая его на по­лу­сло­ве.

— Да я не про руль, а про от­но­ше­ния с лю­дь­ми. Как ты обыч­но за­во­дил ро­ма­ны?

Ик­хён про­гло­тил вздох и от­вер­нул­ся к бо­ко­во­му окну.

— Тебе трид­цать пять, опыт-то хоть ка­кой-то дол­жен быть, — не уни­мал­ся ин­струк­тор.

— Про­шу про­ще­ния, но… — Ик­хён сно­ва по­вер­нул го­ло­ву впе­ред, его го­лос ощу­ти­мо за­ле­де­нел. — Мы здесь ради уро­ков во­жде­ния, по­это­му я бы пред­по­чел го­во­рить толь­ко об этом. Мне неком­форт­но ве­сти свет­ские бе­се­ды. И у меня нет ни ма­лей­ше­го же­ла­ния об­суж­дать свою лич­ную жизнь.

Обыч­но по­сле та­кой хо­лод­ной от­по­ве­ди со­бе­сед­ни­ки сму­ща­лись, и в воз­ду­хе по­ви­са­ло на­пря­жен­ное мол­ча­ние. Ик­хё­ну было не по себе так рез­ко вы­стра­и­вать гра­ни­цы, но са­мо­му Ёнсу, ка­за­лось, было аб­со­лют­но пле­вать.

— И с ка­кой же то­гда це­лью с то­бой нуж­но встре­тить­ся, что­бы про­сто по­бол­тать по ду­шам? — невоз­му­ти­мо по­ин­те­ре­со­вал­ся он. — Надо за­ра­нее по­да­вать за­яв­ку: «Да­вай­те встре­тим­ся для тре­па»? Или тор­же­ствен­но объ­яв­лять: «С этой се­кун­ды мы на­чи­на­ем свет­скую бе­се­ду!» — так, что ли?

Ёнсу сно­ва прыс­нул со сме­ху.

— Да нет, дело не в этом. Я про­сто в прин­ци­пе не люб­лю ве­сти лич­ные бе­се­ды. Ни с кем.

— По­нял-по­нял. На­силь­но мил не бу­дешь. Так, а те­перь мы плав­нень­ко ухо­дим в сто­ро­ну. Вон, ви­дишь зе­ле­ную по­ло­су на ас­фаль­те? Нам нуж­но про­сто ехать по ней.

Ик­хён по­смот­рел на до­ро­гу, на ко­то­рую Ёнсу ука­зал под­бо­род­ком, а за­тем сно­ва пе­ре­вел взгляд на про­филь ин­струк­то­ра. Ра­до­ва­ло хотя бы то, что этот че­ло­век лег­ко про­пус­кал по­доб­ные рез­ко­сти мимо ушей и без ма­лей­ше­го дис­ком­фор­та мгно­вен­но пе­ре­во­дил тему.

А раз он та­кой, на­пра­ши­вал­ся ло­гич­ный вы­вод: с ним не нуж­но осто­рож­ни­чать и под­би­рать сло­ва. Про­ще ру­бить пря­мо в лоб: «Я не хочу об этом го­во­рить».

Те­перь ста­но­ви­лось по­нят­но, что име­ли в виду на том фо­ру­ме для но­вич­ков, ко­гда пи­са­ли в ком­мен­та­ри­ях «стран­ный тип». Ёнсу опре­де­лен­но от­ли­чал­ся от боль­шин­ства лю­дей. И хотя Ик­хён не мог чет­ко сфор­му­ли­ро­вать, в чем имен­но за­клю­ча­лась эта ина­ко­вость, яр­лык «стран­но­го типа» под­хо­дил ин­струк­то­ру как нель­зя луч­ше.

По при­ез­де к дому Ик­хён с по­мо­щью Ёнсу вы­гнал свою ма­ши­ну с пар­ко­воч­но­го ме­ста. За­гнав туда свой рос­кош­ный «Бент­ли», ин­струк­тор вы­та­щил из ба­гаж­ни­ка спор­тив­ную сум­ку.

Ик­хён по­спеш­но вклю­чил фо­на­рик на те­ле­фоне, под­све­чи­вая пе­да­ли, пока Ёнсу во­зил­ся с уста­нов­кой до­пол­ни­тель­но­го тор­мо­за.

Вне­зап­но взгляд Ик­хё­на за­це­пил­ся за моч­ку уха муж­чи­ны. Там вид­не­лись сле­ды от пир­син­га — два кро­шеч­ных шра­ма от дав­но за­рос­ших про­ко­лов.

От это­го че­ло­ве­ка и так ве­я­ло чем-то бан­дит­ским. Ви­ди­мо, по мо­ло­до­сти он дей­стви­тель­но тас­кал в ушах серь­ги. Ик­хён по­че­му-то ни­как не мог от­ве­сти взгляд, за­во­ро­жен­но рас­смат­ри­вая эти от­ме­ти­ны.

— Мо­ло­дец, — вдруг по­дал го­лос Ёнсу. — Что при­стег­нул­ся пе­ред тем, как за­ве­сти дви­га­тель, ко­гда мы вы­го­ня­ли ма­ши­ну.

Услы­шав его, Ик­хён по­спеш­но от­вел гла­за.

— А, да.

— Так и надо. Вы­ра­ба­ты­вай при­выч­ку, до­во­ди до ав­то­ма­тиз­ма.

— По­нял.

Ко­гда с пе­да­ля­ми было по­кон­че­но, они оба сели в са­лон. Сто­и­ло за­крыть две­ри, как ма­ши­на тут же за­пол­ни­лась тя­же­лым за­па­хом пар­фю­ма Ёнсу, ко­то­рый до это­го, ка­за­лось, успел немно­го вы­вет­рить­ся.

— О, ко­тя­ра? — Ёнсу при­стег­нул ре­мень без­опас­но­сти, уста­вив­шись на при­креп­лен­ную фо­то­гра­фию Бури.

— А… да.

Это был про­вал. Ик­хён пла­ни­ро­вал пря­тать фо­то­гра­фию на вре­мя за­ня­тий и до­ста­вать ее толь­ко то­гда, ко­гда тре­ни­ру­ет­ся один. По­нят­но же, сто­ит кому-то уви­деть фото пи­том­ца, как тут же нач­нут­ся рас­спро­сы и свет­ская бе­се­да.

— Твой кот, Икон-сси?

Что­бы за­ру­бить лич­ный раз­го­вор на кор­ню, до­ста­точ­но было бро­сить, что это про­сто ми­лая кар­тин­ка из ин­тер­не­та. И Ик­хён дей­стви­тель­но со­би­рал­ся так ска­зать. Но его рот ре­шил ина­че.

— Да.

Неуже­ли же­ла­ние по­хва­стать­ся тем, ка­кой у него оча­ро­ва­тель­ный кот, было на­столь­ко силь­ным? Ик­хён осо­знал это лишь по­сле того, как ляп­нул прав­ду во­пре­ки соб­ствен­ным на­ме­ре­ни­ям.

— Вау, так ты ко­шат­ник? А что за по­ро­да? Лад­но, сна­ча­ла тро­гай.

Ик­хён на­пря­жен­но вце­пил­ся в руль, осто­рож­но вы­ру­лил со дво­ра и вы­ехал в пе­ре­улок.

— Это си­ам­ская? Или типа того?

— Нет. Это ко­рей­ская ко­рот­ко­шерст­ная. Са­мая обыч­ная по­ро­да, чаще все­го встре­ча­ет­ся сре­ди улич­ных ко­тов.

— А-а-а, ко­рей­ская? Наша зна­чит, — про­тя­нул Ёнсу.

— На этом фото у него вид­но пузо, по­это­му ка­жет­ся, что он бе­лый, но во­об­ще-то по окра­су он «скум­брия».

— Зо­вут Скум­брия? Он что, рыбу так лю­бит? А, вот здесь бери ра­ди­ус по­боль­ше, — Ёнсу мах­нул ру­кой куда-то впе­ред.

— Он ест ко­ша­чий корм.

Ик­хён нерв­но по­смот­рел по сто­ро­нам и, по­вер­нув на­пра­во, вы­ехал на пол­но­цен­ную до­ро­гу.

— «Скум­брия» — это про­сто на­род­ное на­зва­ние. Люди дают ко­там про­зви­ща в за­ви­си­мо­сти от окра­са. Тех, у кого тем­но-се­рые по­лос­ки, как у него, на­зы­ва­ют скум­бри­я­ми. Ры­жих — сыр­ны­ми, а чер­но-бе­лых — смо­кин­га­ми. В та­ком духе.

— А-а-а, вон оно как. У каж­до­го свой яр­лык. Ну и как то­гда зо­вут нашу скум­брию? В смыс­ле, кота.

— Бури.

— Сам на­звал, Икон-сси? Так-так, опять бе­решь вле­во. Вот, вы­ров­няй.

— Да.

— А по­че­му Бури?

— Ко­гда он еще жил на ули­це, у него был пол­но­стью за­плыв­ший глаз, он вы­гля­дел со­всем пло­хо. Я от­нес его в кли­ни­ку — ока­за­лось, конъ­юнк­ти­вит. И я на­звал его так, что­бы он по­ско­рее вы­здо­ро­вел и смот­рел на мир яс­ны­ми гла­за­ми.

Бури (부리) про­изо­шло от 부리부리하다 — сло­во, ко­то­рое опи­сы­ва­ет боль­шие, яр­кие, ши­ро­ко рас­кры­тые, с яс­ным/​силь­ным взгля­дом.

— Ну и как, те­перь он гла­за­стый?

— Да. Он пол­но­стью по­пра­вил­ся.

Ёнсу ти­хонь­ко прыс­нул со сме­ху.

— А наш Икон-сси, ока­зы­ва­ет­ся, тот еще ми­лаш­ка.

Ик­хён чув­ство­вал, как гул­ко ко­ло­тит­ся серд­це, — и дело было не толь­ко в на­пря­же­нии от пер­вой ноч­ной по­езд­ки. Ка­жет­ся, это было некое по­до­бие во­оду­шев­ле­ния. Он впер­вые рас­ска­зы­вал кому-то про Бури вслух. В го­ло­ве мельк­ну­ла мысль, «а сто­ит ли во­об­ще так от­кро­вен­ни­чать?», но он про­сто не мог оста­но­вить­ся.

С дру­гой сто­ро­ны, Ик­хён успо­ка­и­вал себя тем, что это во­все не «лич­ная» тема. Для него Бури — бес­цен­ный член се­мьи, но для ин­струк­то­ра — про­сто «ка­кой-то там кот». Раз­го­во­ры о «ка­ком-то там коте» вряд ли сде­ла­ют их бли­же или на­ру­шат ди­стан­цию. Так что, на­вер­ное, мож­но поз­во­лить себе немно­го по­бол­тать о нем.

— Так, Икон-сси, а те­перь пе­ре­стра­и­ва­ем­ся в первую по­ло­су.

Слу­шая ука­за­ния Ёнсу, Ик­хён плав­но сме­нил ряд. Оце­ни­вать но­чью рас­сто­я­ние до иду­щей сза­ди ма­ши­ны лишь по све­ту ее фар ока­за­лось со­всем не тем же са­мым, что днем, ко­гда ви­дишь ку­зов це­ли­ком.

— Круп­ный. И сколь­ко ему? — по­ин­те­ре­со­вал­ся Ёнсу, сно­ва уста­вив­шись на фо­то­гра­фию, пока они сто­я­ли в ожи­да­нии по­во­ро­та на­ле­во.

Ик­хён тоже бро­сил взгляд на фото Бури.

— Ему сей­час око­ло че­ты­рех с по­ло­ви­ной лет. Ве­сит пять с по­ло­ви­ной ки­ло­грам­мов, так что не та­кой уж он и огром­ный.

— А-а, че­ты­ре года? Со­всем еще ма­лыш.

— По че­ло­ве­че­ским мер­кам ему уже где-то два­дцать во­семь, — по­пра­вил Ик­хён. — Го­во­рят, один ко­ша­чий год идет при­мер­но за семь че­ло­ве­че­ских.

— Зна­чит, уже мо­ло­дой че­ло­век... А, нет, всё рав­но млад­ше нас, так что точ­но ма­лыш, — усмех­нул­ся Ёнсу. — Да и к тому же они до кон­ца жиз­ни оста­ют­ся раз­ме­ром с ре­бен­ка. Как че­ло­ве­че­ский мла­де­нец.

— Это да, — со­гла­сил­ся Ик­хён. — Вне за­ви­си­мо­сти от воз­рас­та они на­все­гда оста­ют­ся детьми.

Губы Ик­хё­на дрог­ну­ли в лег­кой улыб­ке, вто­ря смеш­ку ин­струк­то­ра.

Но уже че­рез пару се­кунд эта улыб­ка бес­след­но рас­та­я­ла. Ик­хён плот­но сжал губы и устре­мил на­пря­жен­ный взгляд на све­то­фор.

«Нуж­но быть осто­рож­нее».

Он мыс­лен­но одер­нул себя.

— А он на тебя по­хож, Икон-сси.

Го­лос Ёнсу раз­дал­ся неожи­дан­но близ­ко.

Лишь спу­стя мгно­ве­ние Ик­хён по­нял, что ин­струк­тор без вся­ко­го стес­не­ния по­дал­ся к нему всем кор­пу­сом и те­перь ока­зал­ся едва ли не вплот­ную. Он вздрог­нул и ин­стинк­тив­но от­пря­нул к окну.

Ёнсу, ни­чуть не сму­тив­шись, по­вер­нул го­ло­ву и с лю­бо­пыт­ством при­нял­ся раз­гля­ды­вать его лицо.

— Тебе ча­сто го­во­рят, что у тебя ко­ша­чий ти­паж?

Ик­хён еще силь­нее вжал­ся в спин­ку си­де­нья, на­сколь­ко поз­во­лял ре­мень без­опас­но­сти, пы­та­ясь уве­ли­чить рас­сто­я­ние меж­ду ними хотя бы на несколь­ко сан­ти­мет­ров.

— Нет.

К сча­стью, Ёнсу на­ко­нец от­стра­нил­ся. По­чти од­но­вре­мен­но за­го­рел­ся зе­ле­ный, и Ик­хён тут же пе­ре­вел взгляд на до­ро­гу, то­роп­ли­во вы­кру­чи­вая руль вле­во.

— А ведь вы­ли­тый кот.

Ик­хён сде­лал вид, что не услы­шал, и со­сре­до­то­чил­ся на дви­же­нии.

— А я то­гда кто? — не уни­мал­ся Ёнсу. — У меня, на­вер­ное, со­ба­чий ти­паж, да? Хотя по­го­ди… Мо­жет, я тоже из ко­ша­чьих?

Он опу­стил солн­це­за­щит­ный ко­зы­рек, от­крыл зер­каль­це и с се­рьез­ным ви­дом при­нял­ся изу­чать соб­ствен­ное от­ра­же­ние. Ик­хён даже не по­вер­нул го­ло­вы. Во­прос так и остал­ся без от­ве­та.

— Не, всё-таки со­ба­чий. Зна­ешь, как у ов­чар­ки. У та­кой кру­той, бру­таль­ной ов­чар­ки. Ну, или как у до­бер­ма­на.

«Си­дит на шее у жены, а са­мо­мне­ния — хоть от­бав­ляй».

«Или он спе­ци­аль­но так себя ве­дет? Пы­та­ет­ся хотя бы та­ким об­ра­зом ка­зать­ся уве­рен­ным в себе... Слов­но жи­вот­ное, ко­то­рое то­пор­щит шерсть, что­бы вы­гля­деть круп­нее и опас­нее».

Ка­кое-то вре­мя Ёнсу еще рас­пи­нал­ся о том, ка­кие по­ро­ды со­бак вы­гля­дят кру­че все­го, но вско­ре всё же вспом­нил о сво­их обя­зан­но­стях, вер­нул­ся в ре­жим стро­го­го на­став­ни­ка и при­нял­ся раз­да­вать ука­за­ния.

Сде­лав еще один круг по зна­ко­мо­му марш­ру­ту, Ик­хён по ко­ман­де Ёнсу на­пра­вил ма­ши­ну в сто­ро­ну мо­ста.

Сто­и­ло ма­шине вы­ехать на мост, как пе­ред Ик­хё­ном во всей кра­се рас­ки­нул­ся ноч­ной Хан­ган. От от­крыв­ше­го­ся вида он неволь­но при­от­крыл рот и вос­хи­щён­но вы­дох­нул.

Под ними тя­ну­лась ши­ро­кая лен­та тём­ной воды, по обо­им бе­ре­гам вы­си­лись гро­ма­ды небо­скрё­бов и жи­лых ком­плек­сов, а вдоль до­рог ухо­ди­ли вдаль бес­ко­неч­ные це­поч­ки фо­на­рей. Го­род сиял со всех сто­рон — сот­ня­ми, ты­ся­ча­ми кро­шеч­ных ог­ней. В рас­фо­ку­си­ро­ван­ном взгля­де они рас­плы­ва­лись мяг­ки­ми све­тя­щи­ми­ся пят­на­ми и по­че­му-то на­по­ми­на­ли Ик­хё­ну пу­ши­стые пом­по­ны чир­ли­дерш, ко­то­рые где-то да­ле­ко ма­ха­ли ему, под­бад­ри­вая изо всех сил.

«Ты мо­ло­дец. Ты уже так да­ле­ко за­шёл. Неваж­но, что мед­лен­но. Про­сто про­дол­жай дви­гать­ся впе­рёд».

От этой неле­пой мыс­ли в гру­ди вдруг слад­ко за­ще­ми­ло. Чув­ства на­хлы­ну­ли ра­зом, тес­ня­ясь внут­ри и под­сту­пая к са­мо­му гор­лу.

Ик­хё­ну даже пред­ста­ви­лось, что вме­сте с до­ро­гой по­за­ди оста­ёт­ся и всё его мрач­ное про­шлое. Оно слой за сло­ем от­сла­и­ва­лось от него, сры­ва­лось на вет­ру и ис­че­за­ло где-то да­ле­ко за спи­ной, не по­спе­вая за несу­щей­ся впе­рёд ма­ши­ной.

И он тоже бу­дет дви­гать­ся впе­рёд. Не то­ро­пясь. Не пы­та­ясь угнать­ся за кем-то дру­гим. В сво­ём соб­ствен­ном, ров­ном тем­пе.

Шаг за ша­гом он бу­дет про­бо­вать то, о чём пре­жде не поз­во­лял себе даже меч­тать, — вот как сей­час, сидя за ру­лём. Бу­дет по­не­мно­гу рас­ши­рять гра­ни­цы при­выч­но­го мира, на­кап­ли­вать но­вый опыт и раз за ра­зом до­ка­зы­вать пре­жде все­го са­мо­му себе: он спо­со­бен справ­лять­ся. Даже один.

— Икон-сси, как ду­ма­ешь, ка­кое у меня про­зви­ще?

Рез­кий го­лос Ёнсу бес­це­ре­мон­но вторг­ся в его мыс­ли. Это было срод­ни уша­ту воды, ра­зом осту­див­ше­му всё теп­ло и тре­пет в гру­ди.

Ик­хён про­гло­тил рву­щий­ся на­ру­жу тя­же­лый вздох и от­каш­лял­ся.

— Без по­ня­тия.

— А ты уга­дай!

— Я не знаю.

— Дать под­сказ­ку?

— Я сей­час немно­го на нер­вах. Ду­маю, мне сто­ит со­сре­до­то­чить­ся на до­ро­ге, — но хо­лод­но от­ре­зал Ик­хён.

— По­нял-по­нял. То­гда я сам тебе ска­жу.

«Про­сто за­ткнись уже…»

— Хон­дэ.

— А, ясно.

— И по­че­му же Хон­дэ?

— По­ня­тия не имею. Я пла­ни­рую пе­ре­стро­ить­ся в тре­тью по­ло­су. Могу вы­пол­нять ма­невр?

— От­лич­но. Ты мо­ло­дец, всё де­ла­ешь пра­виль­но. Дви­гай­ся в сво­ем тем­пе, Икон-сси. Ал­го­ритм пом­нишь? Без­от­вет­ная лю­бовь. Твой да­ле­кий иде­ал. Но­вая без­от­вет­ная лю­бовь.

Ик­хён, то и дело бро­сая нерв­ные взгля­ды в бо­ко­вое зер­ка­ло, плав­но сме­стил­ся в тре­тью по­ло­су.

— А Хон­дэ — по­то­му что я «Хонъ­ик ин­ган»*.

Хонъ­ик ин­ган (홍익인간) — бук­валь­но пе­ре­во­дит пе­ре­во­дит­ся как «нести бла­го че­ло­ве­че­ству».

— От­сю­да я сно­ва по­про­бую пе­ре­стро­ить­ся во вто­рую, — мо­но­тон­но про­из­нес Ик­хён, иг­но­ри­руя бол­тов­ню.

— За­од­но нуж­но про­ве­рить, не ле­зет ли кто-ни­будь из пер­вой по­ло­сы во вто­рую, вер­но? Со­пер­ник в люб­ви мо­жет на­ри­со­вать­ся со­вер­шен­но вне­зап­но. Вот так. От­лич­но. Ты же зна­ешь, Икон-сси, кто та­кой «Хонъ­ик ин­ган»? Тот, кто «жи­вет во бла­го все­го че­ло­ве­че­ства».

Ик­хён изо всех сил сде­лал вид, что все­це­ло по­гло­щен во­жде­ни­ем.

— Я по на­ту­ре сво­ей так мно­го от­даю окру­жа­ю­щим, что меня ста­ли на­зы­вать «Хонъ­ик ин­ган». По­том это со­кра­ти­лось до «Хонъ­и­ка», по­том пре­вра­ти­лось в уни­вер­си­тет Хонъ­ик, а от­ту­да уже со­кра­ти­лось до Хон­дэ. Вот так всё и вы­шло!

Ёнсу раз­ра­зил­ся са­мо­до­воль­ным хо­хо­том.

«Так это он, зна­чит, на же­ни­ны день­ги тут бла­го­де­те­ля из себя стро­ит».

Ик­хён мыс­лен­но усмех­нул­ся. Он тер­петь не мог та­кой тип лю­дей. Бес­со­вест­ные при­жи­вал­ки, ко­то­рые си­дят на чу­жой шее, но при этом ки­чат­ся всем так, слов­но это их лич­ная за­слу­га.

По­на­ча­лу Ик­хё­на даже немно­го му­чи­ла со­весть, что за столь усерд­ные уро­ки во­жде­ния он пла­тит ин­струк­то­ру слиш­ком мало. Но сто­и­ло по­нять, что Ёнсу про­сто вы­ез­жа­ет за счет успеш­ной жены и раз­бра­сы­ва­ет­ся ее воз­мож­но­стя­ми так, буд­то это его соб­ствен­ная ши­ро­кая душа, вся­кие угры­зе­ния со­ве­сти ми­гом ис­па­ри­лись.

В лю­бом слу­чае этот че­ло­век, гор­до име­ну­ю­щий себя «Хон­дэ», уже по­лу­ча­ет от сво­ей по­каз­ной по­мо­щи нечто куда бо­лее цен­ное, чем день­ги. На­при­мер, под­пит­ку для раз­ду­то­го эго или удо­вле­тво­ре­ние жаж­ды при­зна­ния.

— Так что ты тоже мо­жешь на­зы­вать меня Хон­дэ, Икон-сси. А те­перь мы плав­нень­ко ухо­дим вон туда. Ви­дишь зе­ле­ную по­ло­су?

— А, да.

— Бе­кон, ко­то­рый я тебе ку­пил, уже съел?

— Мне здесь немно­го при­ба­вить ско­рость? — про­игно­ри­ро­вал во­прос Ик­хён.

— Ага. Но ров­но на­столь­ко, что­бы дер­жать без­опас­ную ди­стан­цию до ма­ши­ны впе­ре­ди. Ты влаж­ные сал­фет­ки сюда по­ло­жил?

Ёнсу без лиш­них це­ре­мо­ний дер­нул руч­ку бар­дач­ка.

Ик­хён с си­лой стис­нул че­лю­сти, про­гла­ты­вая рву­щий­ся на­ру­жу крик: «Не лезь­те куда не про­сят!»

— Нету. Дома, что ли, оста­вил? Го­во­рю же, для сви­да­ний это вещь пер­вой необ­хо­ди­мо­сти. И пре­зер­ва­ти­вы тоже сюда за­кинь. Что­бы нра­вить­ся де­вуш­кам, нуж­но быть го­то­вым хотя бы к та­ким ме­ло­чам.

Ик­хён сде­лал глу­бо­кий вдох, ста­ра­ясь унять раз­дра­же­ние.

— Ин­струк­тор. Я бы по­про­сил вас воз­дер­жать­ся от по­доб­ных раз­го­во­ров.

— От ка­ких это?

— Про жен­щин, секс и всё в этом духе.

— Это еще по­че­му?

— Мне непри­ят­но это слу­шать.

— Да брось, та­кие муж­ские раз­го­вор­чи­ки как раз и по­мо­га­ют сбли­зить­ся.

— А мне — нет. Да и не вижу я осо­бой нуж­ды нам с вами «сбли­жать­ся». Буду вам пре­мно­го бла­го­да­рен, если вы про­сто со­сре­до­то­чи­тесь на моем во­жде­нии.

Ёнсу рас­сме­ял­ся.

— Наш Икон-сси сно­ва вы­пус­ка­ет ко­люч­ки.

Раз­дра­же­ние было на­столь­ко силь­ным, что Ик­хён едва не вда­вил пе­даль газа в пол. Во­вре­мя одер­нув себя, он про­дол­жил на­жи­мать на нее с преж­ней осто­рож­но­стью.

— И мо­жет, вы пе­ре­ста­не­те вез­де ле­пить это «наш»?

— «Наш»?

— Ко­гда об­ра­ща­е­тесь ко мне, веч­но при­пле­та­е­те это «наш Икон-сси».

Ёнсу, ка­за­лось, на мгно­ве­ние за­ду­мал­ся.

— Ну, не го­во­рить же мне «их» Икон-сси.

— Но я и не «наш».

— Очень даже «наш». Ты да я. Зна­чит, мы.

— Не надо впле­тать меня в это ваше «мы»… Нет, про­сто... По­жа­луй­ста, зо­ви­те меня про­сто по име­ни. И всё.

— Это же про­сто сло­вес­ное укра­ше­ние. К чему ис­кать в этом ка­кой-то глу­бо­кий смысл?

— За­чем при об­ра­ще­нии по име­ни нуж­ны ка­кие-то укра­ше­ния?

— Ну кру­то же, ко­гда есть укра­ше­ния. Вон, даже тут они есть, да и во­об­ще по­всю­ду.

Ёнсу при­под­нял и опу­стил ногу. Ви­ди­мо, он имел в виду ка­кую-то де­таль на сво­их туф­лях, но Ик­хён был слиш­ком со­сре­до­то­чен на до­ро­ге, что­бы по­во­ра­чи­вать го­ло­ву и раз­гля­ды­вать чу­жую обувь.

Да и ка­кая, к чер­ту, раз­ни­ца, как свя­за­ны де­ко­ра­тив­ные ви­сюль­ки на туф­лях и фа­ми­льяр­ное «наш» пе­ред его име­нем?

Не же­лая боль­ше раз­ду­вать этот бес­смыс­лен­ный диа­лог, Ик­хён ре­шил про­сто сдать­ся.

— Я вас по­нял.

— Ну так о чем по­бол­та­ем?

— О во­жде­нии.

— Дай-ка по­ду­мать... За ру­лем я, по­лу­ча­ет­ся, уже лет два­дцать. Если быть со­всем точ­ным, то во­сем­на­дцать, но да­вай округ­лим для со­лид­но­сти.

— Здесь ведь нуж­но немно­го сбро­сить ско­рость?

— В точ­ку. Уби­рай ногу с газа. От­лич­но. Так вот, моей пер­вой тач­кой был «Гран­дер».

«На­вер­ня­ка ро­ди­те­ли ку­пи­ли. До того как при­со­сать­ся к жене, он явно си­дел на шее у пред­ков».

— По­на­ча­лу пару раз бам­пер при­тер, а по­сле это­го — ни еди­ной ава­рии. Иде­аль­ная ис­то­рия.

Ёнсу вдруг сно­ва опу­стил солн­це­за­щит­ный ко­зы­рек, при­сталь­но раз­гля­ды­вая свое от­ра­же­ние в зер­каль­це.

— Слу­шай, Икон-сси, а как ты всё-таки ду­ма­ешь? Кто я боль­ше: кот или со­ба­ка?

— Из­ви­ни­те, но я хочу со­сре­до­то­чить­ся на до­ро­ге.

Хи­хик­нув, Ёнсу за­хлоп­нул ко­зы­рек.

— Да рас­слабь­ся ты. Во­круг ни души, ни од­ной ма­ши­ны, к тому же у нас тут две пе­да­ли тор­мо­за.

— И тем не ме­нее, пер­вич­ная от­вет­ствен­ность ле­жит на мне.

— Ух, прям мужи-и-ик!

«Да за­ткнись ты уже».

— С та­ким ха­рак­те­ром ты дол­жен быть по­пу­ля­рен. Чего то­гда без де­вуш­ки хо­дишь?

— При въез­де на коль­цо вклю­ча­ем ле­вый по­во­рот­ник, вер­но?

— Ага. За ско­ро­стью сле­ди. Дома мозг не пи­лят, что же­нить­ся пора?

— А на съез­де — пра­вый?

— Угу. Мо­ло­дец. Ты с ро­ди­те­ля­ми жи­вешь?

— Я же про­сил вас пре­кра­тить.

Сдер­жи­вать­ся боль­ше не было сил — го­лос Ик­хё­на со­рвал­ся, про­зву­чав рез­ко и раз­дра­жен­но. В са­лоне по­вис­ла ти­ши­на.

Ик­хён смот­рел толь­ко впе­ред, нерв­но при­ку­сы­вая внут­рен­нюю сто­ро­ну щеки. Ка­за­лось, у него на­чи­на­ет дер­гать­ся глаз.

— Изви… — на­чал было Ик­хён, со­би­ра­ясь из­ви­нить­ся за вспыш­ку.

— Мужи-и-ик!

Вме­сто оби­ды Ёнсу от­кро­вен­но рас­сме­ял­ся. Ик­хён сно­ва с си­лой стис­нул зубы, так и не до­го­во­рив из­ви­не­ние.

«Да за что тут из­ви­нять­ся, блядь? С ка­кой ста­ти мне про­сить про­ще­ния у это­го при­дур­ка?»

— А я вот сей­час смот­рю и по­ни­маю: наш Икон-сси — это не ко­ша­чий ти­паж. Ты вы­ли­тый еж.

Оста­но­вив­шись на крас­ный свет, Ик­хён с си­лой за­жму­рил пе­ре­сох­шие от на­пря­же­ния гла­за и тут же от­крыл их сно­ва.

— Да я не про лицо, — про­дол­жил Ёнсу. — Про­сто ты веч­но то­пор­щишь свои ко­люч­ки, пря­мо как ежик, ко­гда злит­ся.

Сде­лав глу­бо­кий вдох, Ик­хён разо­мкнул губы.

— Я гей.

— А?

— Гей. Го­мо­сек­су­ал. Муж­чи­на, ко­то­ро­му нра­вят­ся дру­гие муж­чи­ны. На­де­юсь, вы зна­е­те, что это зна­чит.

— Ну.

— По­это­му у меня нет де­вуш­ки, и ваши саль­ные шу­точ­ки про жен­щин мне со­вер­шен­но не ка­жут­ся смеш­ны­ми. И, — это уже ни­как не свя­за­но с моей ори­ен­та­ци­ей, — я на дух не пе­ре­но­шу лич­ные раз­го­во­ры с ма­ло­зна­ко­мы­ми лю­дь­ми. Буду при­зна­те­лен, если вы на­ко­нец это уяс­ни­те.

До­ждав­шись зе­ле­но­го све­та, Ик­хён плав­но тро­нул­ся с ме­ста.

— От вас тре­бу­ет­ся толь­ко одно: про­сто учить меня во­дить. Вам со­вер­шен­но не обя­за­тель­но ис­кус­ствен­но раз­ря­жать об­ста­нов­ку, тра­вить бай­ки или пы­тать­ся фор­си­ро­вать нашу с вами друж­бу. Я по­ни­маю, ра­бо­та ин­струк­то­ра спе­ци­фи­че­ская, вы уста­е­те и, воз­мож­но, бол­та­е­те че­рез силу, счи­тая это ча­стью сер­ви­са. Но со мной так на­пря­гать­ся не нуж­но. Меня аб­со­лют­но не ин­те­ре­су­ют свет­ские бе­се­ды.

Вы­па­ли­вая всё это, Ик­хён не смот­рел на пас­са­жир­ское си­де­нье, но бо­ко­вым зре­ни­ем чув­ство­вал, что лицо Ёнсу по-преж­не­му об­ра­ще­но к ло­бо­во­му стек­лу.

«Если он оскор­бит­ся или скри­вит­ся, за­явив, что не со­би­ра­ет­ся учить "гряз­но­го пи­до­раса", — ска­тер­тью до­ро­га, пусть ка­тит­ся к чер­ту. А если оста­нет­ся, то хотя бы при­ку­сит язык. Уж по край­ней мере, пе­ре­ста­нет тал­ды­чить про баб и сви­да­ния, вер­но?»

— И о чем же то­гда наш Икон-сси раз­го­ва­ри­ва­ет с теми, с кем бли­зок?

Услы­шав этот до­нель­зя спо­кой­ный во­прос, Ик­хён едва не по­перх­нул­ся воз­ду­хом от рас­те­рян­но­сти. Весь его бо­е­вой на­строй ра­зом сдул­ся.

— На­вер­ное, бол­таю… о вся­ком. Но мы-то с вами не близ­ки…

— Так да­вай ста­нем близ­ки.

— А если я…

«А если я это­го не хочу?» — фра­за уже кру­ти­лась на язы­ке, но остат­ки здра­во­го смыс­ла и со­ци­аль­ные тор­мо­за едва успе­ли за­хлоп­нуть ему рот, не поз­во­лив вы­дать столь от­кро­вен­ную гру­бость.

— Я пред­по­чел бы огра­ни­чить­ся ис­клю­чи­тель­но уро­ка­ми во­жде­ния, ин­струк­тор, — про­це­дил Ик­хён, вы­дав­ли­вая из себя каж­дое сло­во.

— Во­дить-то я тебя на­учу, не пе­ре­жи­вай.

Тон Ёнсу оста­вал­ся невы­но­си­мо лег­ким и без­мя­теж­ным. Ни кап­ли сму­ще­ния.

«Лад­но. Ка­жет­ся, его во­об­ще ни­чем не про­ши­бешь. Зна­чит, надо про­сто ру­бить пря­мо. С та­ким непро­би­ва­е­мым ти­пом луч­ше сра­зу рас­став­лять все точ­ки над «i», ина­че ни­ка­ких нер­вов не хва­тит».

— Вот и слав­но. Спа­си­бо.

Со­хра­нять веж­ли­вую ди­стан­цию, но жест­ко и без про­мед­ле­ния пре­се­кать всё, что не нра­вит­ся. При об­ще­нии с че­ло­ве­ком по име­ни Чан Ёнсу это была един­ствен­но вер­ная стра­те­гия.

— Опять по­ти­хонь­ку за­би­ра­ешь вле­во. Чуть вы­ров­няй руль. Во-о-от, от­лич­но.

Слу­шая пе­ри­о­ди­че­ские ука­за­ния ин­струк­то­ра, Ик­хён со­сре­до­то­чен­но вел ма­ши­ну об­рат­но к дому. Ёнсу, ко­неч­но, не уни­мал­ся и про­дол­жал сы­пать сво­и­ми ду­рац­ки­ми де­дов­ски­ми ка­лам­бу­ра­ми, но, к че­сти его бу­дет ска­за­но, тему де­ву­шек боль­ше не под­ни­мал.

«Всё-таки хо­ро­шо, что я вы­ска­зал всё пря­мо», — по­ду­мал Ик­хён, чув­ствуя, как внут­ри раз­ли­ва­ет­ся сла­бое об­лег­че­ние.

Ёнсу при­пар­ко­ва­ли се­дан в углу дво­ра, вы­шел на­ру­жу и при­нял­ся скру­чи­вать дуб­ли­ру­ю­щие пе­да­ли.

Ик­хён сто­ял по­за­ди, под­све­чи­вая ему фо­на­ри­ком с те­ле­фо­на. Взгляд сно­ва неволь­но за­це­пил­ся за шра­мы от пир­син­га на чу­жой моч­ке. И по­че­му они так при­тя­ги­ва­ли вни­ма­ние?

За­дум­чи­во раз­гля­ды­вая их, Ик­хён едва за­мет­но на­кло­нил го­ло­ву вбок. Вдруг ста­ло ин­те­рес­но, есть ли та­кие же про­ко­лы на дру­гом ухе, но из-за неудач­но­го угла об­зо­ра раз­гля­деть не уда­лось.

— Оп-па. Го­то­во.

Отрях­нув руки, ин­струк­тор со сто­ном вы­пря­мил­ся, под­хва­тил свою тя­же­лую спор­тив­ную сум­ку и на­пра­вил­ся к «Бент­ли».

— Сей­час вы­го­ню свою, а по­том про­кон­тро­ли­рую, как ты за­пар­ку­ешь­ся на моем ме­сте.

— Хо­ро­шо.

Отой­дя в сто­рон­ку, Ик­хён мол­ча на­блю­дал за тем, как Ёнсу вир­ту­оз­но ма­нев­ри­ру­ет на сво­ем чер­ном ав­то­мо­би­ле.

В па­мя­ти вдруг всплыл тот мо­мент ра­до­сти, ко­то­рый он ис­пы­тал в ма­шине, рас­ска­зы­вая ин­струк­то­ру про Бури. И сле­дом при­шло горь­кое осо­зна­ние того, как силь­но он, ока­зы­ва­ет­ся, из­го­ло­дал­ся по та­ко­му про­сто­му че­ло­ве­че­ско­му об­ще­нию.

«Мо­жет, сто­и­ло про­сто подыг­рать его пу­стой бол­товне?» — в гру­ди ше­вель­ну­лось непри­ят­ное чув­ство со­жа­ле­ния. В кон­це кон­цов, об­мен ни­че­го не зна­ча­щи­ми фак­та­ми из био­гра­фии и треп ни о чем во­все не га­ран­ти­ру­ют, что вы ста­не­те близ­ки­ми дру­зья­ми.

Ёнсу ведь рас­пи­нал­ся не ради того, что­бы за­лезть к нему в душу. Да и явно не со­би­рал­ся клясть­ся в веч­ной друж­бе. Ско­рее все­го, он про­сто хо­тел раз­ря­дить об­ста­нов­ку, что­бы те несколь­ко ча­сов, ко­то­рые им пред­сто­ит про­ве­сти в тес­ном са­лоне, не ощу­ща­лись та­ки­ми нелов­ки­ми.

В силу про­фес­сии Ёнсу на­вер­ня­ка по­ви­дал сот­ни раз­ных лю­дей. Для него ло­мать лед в за­мкну­том про­стран­стве ма­ши­ны — дав­но за­учен­ный скрипт. Он про­сто дей­ство­вал по при­выч­ной схе­ме, а вот Ик­хён от­ре­а­ги­ро­вал так, слов­но его пы­та­ют. Вспы­лил на ров­ном ме­сте, огрыз­нул­ся, вы­ста­вил игол­ки... По­вел себя как сверх­чув­стви­тель­ный па­ра­но­ик.

«У меня ведь уже по­чти де­сять лет не было гал­лю­ци­на­ций. Неуже­ли я не мог от­не­стись к это­му про­ще и спу­стить всё на тор­мо­зах?»

По­бол­тал бы еще немно­го о Бури... Рас­ска­зал бы, кем ра­бо­та­ет. По­де­лил­ся бы тем, что во­жде­ние, ока­зы­ва­ет­ся, класс­ная шту­ка...

«Это ведь та­кие ме­ло­чи. По­доб­ные раз­го­во­ры не сде­ла­ют нас бли­же, и я точ­но не успею к нему при­вя­зать­ся. Мы про­ве­дем вме­сте от силы ча­сов пят­на­дцать, не боль­ше. А как толь­ко уро­ки за­кон­чат­ся, мы разой­дем­ся. Боль­ше не на­пи­шем друг дру­гу ни строч­ки и ни­ко­гда в жиз­ни не уви­дим­ся».

«…Нет».

«Нет же».

«Всё пра­виль­но. Я всё сде­лал пра­виль­но».

«Нель­зя рас­слаб­лять­ся. Хо­чешь сно­ва че­рез весь этот ад прой­ти? Если сей­час дашь сла­би­ну, даль­ше бу­дет толь­ко хуже — это же оче­вид­но. А по­том в один пре­крас­ный день сно­ва нач­нут­ся эти гал­лю­ци­на­ции, и вся моя жизнь по­ле­тит к чер­тям. Так что луч­ше пре­се­кать всё на кор­ню».

«Тем бо­лее, те­перь у меня есть нор­маль­ная ра­бо­та и кот, за ко­то­ро­го я в от­ве­те».

«Нуж­но жить спо­кой­но, без лиш­них по­тря­се­ний. Рань­ше я и меч­тать не смел, что смо­гу зай­ти так да­ле­ко. По срав­не­нию с тем, что было, я сей­час неве­ро­ят­но успе­шен и живу про­сто от­лич­но».

«По­ду­ма­ешь, пара фраз ни о чем. Ка­кая раз­ни­ца? Глав­ное — жить в без­опас­но­сти и по­кое».

«Да. Мне вполне до­ста­точ­но од­но­го Бури».

«Лю­бые раз­го­во­ры мож­но ве­сти и с ним».

Утрам­бо­вы­вая свои эмо­ции, слов­но сы­рую зем­лю под но­га­ми, Ик­хён по­слуш­но сел за руль, ко­гда вы­шед­ший из «Бент­ли» Ёнсу мах­нул ру­кой. В гру­ди по­че­му-то тя­же­ло за­ще­ми­ло, но он изо всех сил ста­рал­ся иг­но­ри­ро­вать это чув­ство, пар­куя ав­то­мо­биль под ру­ко­вод­ством ин­струк­то­ра.

За­глу­шив дви­га­тель и вы­брав­шись из са­ло­на, Ик­хён веж­ли­во по­кло­нил­ся.

— Спа­си­бо. Вы, долж­но быть, уста­ли в та­кой позд­ний час.

Ёнсу кив­нул и одоб­ри­тель­но под­нял боль­шой па­лец вверх. Вне­зап­но Ик­хё­ну при­ш­ла в го­ло­ву мысль, что по окон­ча­нии всех уро­ков во­жде­ния сто­ит пре­под­не­сти ему ка­кой-ни­будь неболь­шой по­да­рок. Он так во­зил­ся с ним, и пла­тить за это все­го лишь по де­сять ты­сяч вон за за­ня­тие ка­за­лось как-то со­всем уж непра­виль­но.

— А ты мо­ло­дец, не па­ни­ку­ешь. Се­рьез­но.

— Да. Спа­си­бо вам.

«Что бы та­ко­го по­да­рить из ав­то­мо­биль­ной те­ма­ти­ки? Ма­шин­ное мас­ло? По­да­роч­ный сер­ти­фи­кат на за­прав­ку?»

— А мож­но мне зай­ти на кота по­смот­реть? На Бури, — вдруг вы­дал Ёнсу, ука­зы­вая на дом.

«Что он во­об­ще несет?..»

Ик­хён так и за­мер, уста­вив­шись на ин­струк­то­ра.

В ка­ком-то смыс­ле это даже вы­зы­ва­ло вос­хи­ще­ние. Чан Ёнсу, слов­но об­ла­дая ка­ким-то ми­сти­че­ским чу­тьем, без­оши­боч­но улав­ли­вал те ред­кие мо­мен­ты, ко­гда Ик­хён был го­тов дать сла­би­ну, и тут же ля­пал что-ни­будь бес­такт­ное. Это тут же воз­вра­ща­ло Ик­хё­на в су­ро­вую ре­аль­ность, за­став­ляя вновь воз­во­дить сте­ны са­мо­обо­ро­ны.

— Нет.

— Слиш­ком позд­но? Бури уже спать лег?

— Да. По­ез­жай­те… до­мой. Вре­мя позд­нее.

— Ну лад­но. То­гда в сле­ду­ю­щий раз.

Ёнсу хо­хот­нул и от­вер­нул­ся.

«Ка­кой еще, блять, сле­ду­ю­щий раз… С ка­кой ста­ти ин­струк­тор по во­жде­нию во­об­ще по­прет­ся ко мне до­мой?»

С вы­пу­стив об­лач­ко бе­ло­го пара, Ик­хён раз­вер­нул­ся, со­би­ра­ясь зай­ти в подъ­езд.

— Слу­шай, Икон-сси.

Го­лос Ёнсу за­ста­вил Ик­хё­на обер­нуть­ся. Ин­струк­тор сто­ял, при­дер­жи­вая от­кры­тую двер­цу сво­ей ма­ши­ны, и смот­рел пря­мо на него.

— Да.

— Я тоже гей.

Ик­хён плот­но сжал губы, во все гла­за гля­дя на муж­чи­ну.

— Так что со сле­ду­ю­ще­го за­ня­тия буду со спо­кой­ной ду­шой тра­вить бай­ки про пар­ней и шу­точ­ки про му­жи­ков.

Ши­ро­ко улыб­нув­шись и мах­нув на про­ща­ние ру­кой, Ёнсу усел­ся в са­лон, и уже че­рез се­кун­ду его ма­ши­на быст­ро скры­лась в пе­ре­ул­ке.

Ик­хён сто­ял как вко­пан­ный, тупо гля­дя вслед уда­ля­ю­ще­му­ся ав­то­мо­би­лю. К тому мо­мен­ту, ко­гда «Бент­ли» свер­нул на­пра­во и окон­ча­тель­но ис­чез из виду, его рот всё еще был при­от­крыт от по­тря­се­ния.