Глава 7

Ча Джу­вон, тре­тье­курс­ник фа­куль­те­та управ­ле­ния, был пред­се­да­те­лем ки­нок­лу­ба. Хотя кор­пус биз­нес-шко­лы на­хо­дил­ся да­ле­ко от зда­ния фа­куль­те­та ди­зай­на, где учил­ся Юну, сла­ва о Джу­воне бе­жа­ла впе­ре­ди него: слу­ха­ми о нём пол­ни­лись и ано­ним­ные сту­ден­че­ские фо­ру­мы, и ко­ри­до­ры.

На кам­пу­се он был на­сто­я­щей зна­ме­ни­то­стью. То­чё­ная, ост­рая ли­ния под­бо­род­ка, глу­бо­кий, про­ни­ца­тель­ный взгляд, пря­мой нос и губы, на ко­то­рых все­гда иг­ра­ла без­мя­теж­ная улыб­ка — его осле­пи­тель­ная внеш­ность неволь­но вы­зы­ва­ла вос­хи­ще­ние у каж­до­го, кто бро­сал на него хотя бы ми­мо­лёт­ный взгляд. А вы­со­кий рост и креп­кие пле­чи лишь под­чёр­ки­ва­ли его по­дав­ля­ю­щую ауру ис­тин­но­го до­ми­нант­но­го аль­фы.

Во­круг него все­гда тол­пи­лись люди. Сто­и­ло ему от­крыть рот на встре­че клу­ба, как все взгля­ды тут же об­ра­ща­лись к нему, а лю­бая шут­ка вы­зы­ва­ла взрыв сме­ха. Неко­то­рые оме­ги от­кро­вен­но по­жи­ра­ли его гла­за­ми, лез­ли из кожи вон, что­бы при­влечь к себе вни­ма­ние. Даже дру­гие аль­фы при­зна­ва­ли его врож­дён­ные ли­дер­ские ка­че­ства и тя­ну­лись за ним. В цен­тре лю­бой ком­па­нии Джу­вон сиял осле­пи­тель­но, слов­но солн­це.

С ро­лью пред­се­да­те­ля он справ­лял­ся без­упреч­но. До и по­сле ки­но­по­ка­зов он ма­стер­ски ди­ри­жи­ро­вал об­суж­де­ни­я­ми, во­вле­кая в раз­го­вор каж­до­го, и за­да­вал тон бе­се­да­ми, в ко­то­рых тон­кий юмор ор­га­нич­но спле­тал­ся с глу­бо­ким ана­ли­зом.

Юну на­блю­дал за ним из­да­ле­ка, ни на се­кун­ду не ослаб­ляя бди­тель­но­сти. Нель­зя было не при­знать его бле­стя­щий ин­тел­лект и под­ве­шен­ный язык, но в то же вре­мя Юну был уве­рен: та­кой без­упреч­ный че­ло­век ни­ко­гда не об­ра­тит вни­ма­ния на са­мо­го обыч­но­го бету. Они были су­ще­ства­ми из раз­ных ми­ров, чьи ор­би­ты не долж­ны пе­ре­сечь­ся.

Од­на­ко Юну оши­бал­ся. Джу­вон за­ме­тил его в пер­вый же день.

Блед­ная кожа, си­я­ю­щая даже в по­лу­мра­ке ауди­то­рии. Утон­чён­ный про­филь, про­гля­ды­ва­ю­щий сквозь небреж­но рас­трё­пан­ные во­ло­сы. Изящ­ная ро­дин­ка под гла­зом, слов­но ис­кус­ный штрих на кар­тине ху­дож­ни­ка. И, са­мое глав­ное, непе­ре­да­ва­е­мый взгляд, в ко­то­ром ле­дя­ной, ост­рый ум со­сед­ство­вал с непо­сти­жи­мой тос­кой.

Джу­вон сам не за­ме­тил, как про­ва­лил­ся в это чув­ство с го­ло­вой. Ни­ко­гда пре­жде он не ис­пы­ты­вал столь мощ­но­го при­тя­же­ния. В тот миг он всем те­лом ощу­тил, что озна­ча­ет пре­сло­ву­тое «влю­бить­ся с пер­во­го взгля­да». Он пы­тал­ся дер­жать себя в ру­ках, но взгляд про­тив воли сно­ва и сно­ва воз­вра­щал­ся к Юну. И каж­дый раз, ловя себя на мыс­лях о Юну, Джу­вон неволь­но за­дер­жи­вал ды­ха­ние.

Ему от­ча­ян­но хо­те­лось по­дой­ти и за­го­во­рить, но сме­ло­сти не хва­та­ло. Во­круг Юну слов­но воз­вы­ша­лась непро­би­ва­е­мая сте­на. В его бес­по­кой­ной, хруп­кой ауре чув­ство­ва­лось глу­бо­кое недо­ве­рие к лю­дям и по­сто­ян­ная на­сто­ро­жён­ность. Джу­вон нут­ром чуял: сто­ит сде­лать необ­ду­ман­ный шаг, и этот па­рень за­кро­ет­ся ещё силь­нее. По­это­му на встре­чах клу­ба ему оста­ва­лось лишь на­блю­дать из­да­ле­ка. Он осто­рож­но со­би­рал ин­фор­ма­цию: ка­кие филь­мы Юну смот­рит, как ме­ня­ет­ся его лицо во вре­мя се­ан­са, что ему нра­вит­ся, а что вы­зы­ва­ет ску­ку.

И вот од­на­ж­ды, ко­гда оче­ред­ной по­каз по­до­шёл к кон­цу и сту­ден­ты раз­би­лись на шум­ные стай­ки, де­лясь впе­чат­ле­ни­я­ми, Джу­вон на­ко­нец-то на­брал­ся храб­ро­сти. Он тихо по­до­шёл к углу, где в оди­но­че­стве си­дел Юну.

От вне­зап­но­го при­бли­же­ния Юну на­пряг­ся, слов­но на­тя­ну­тая стру­на.

— Здрав­ствуй­те. Вы ведь недав­но к нам при­со­еди­ни­лись? Как вам фильм?

Го­лос Джу­во­на был при­ят­ным, бар­ха­ти­сто-низ­ким, а на гу­бах иг­ра­ла фир­мен­ная обез­ору­жи­ва­ю­щая улыб­ка. Юну не про­ро­нил ни сло­ва, лишь ко­рот­ко кив­нул. Серд­це по­че­му-то пре­да­тель­ски уско­ри­ло ритм.

— Что ска­же­те про се­го­дняш­нюю кар­ти­ну? Мне, на­при­мер, немно­го не хва­ти­ло пси­хо­ло­ги­че­ской про­ра­бот­ки пер­со­на­жей.  Осо­бен­но вы­бор глав­но­го ге­роя в фи­на­ле... Он был слег­ка...

Джу­вон ста­рал­ся под­дер­жи­вать непри­нуж­дён­ную бе­се­ду, при этом жад­но рас­смат­ри­вая лицо Юну. Его взгляд за­дер­жал­ся чуть доль­ше, чем поз­во­ля­ли рам­ки при­ли­чия. В гла­зах чи­та­лось нечто го­раз­до бо­лее глу­бо­кое, чем про­сто ин­те­рес к мне­нию о кино. Чув­ствуя, как чу­жой взгляд мед­лен­но сколь­зит по его гла­зам, носу, гу­бам, Юну нерв­но сглот­нул.

В этот мо­мент во взгля­де Джу­во­на про­мельк­ну­ло еле уло­ви­мое смя­те­ние. Он за­мял­ся, слов­но под­би­рая сло­ва, а за­тем нере­ши­тель­но спро­сил:

— По­слу­шай­те... На­де­юсь, это не про­зву­чит гру­бо, но мне не даёт по­коя один во­прос, — он нелов­ко улыб­нул­ся и на­ко­нец вы­да­вил: — Вы слу­чай­но... не оме­га?

В ту же се­кун­ду, как Юну услы­шал этот во­прос, в его го­ло­ве слов­но что-то обо­рва­лось.

«Опять. Сно­ва этот чёр­тов вто­рич­ный пол».

Люди все­гда вели себя оди­на­ко­во. Их вол­но­ва­ла его био­ло­гия, а не он сам. Они воз­ла­га­ли ожи­да­ния, разо­ча­ро­вы­ва­лись, ве­ша­ли яр­лы­ки. Джу­вон ока­зал­ся ни­чем не луч­ше осталь­ных. Что бы ни скры­ва­лось за его при­сталь­ным взгля­дом — ба­наль­ное лю­бо­пыт­ство или нечто иное, — в ито­ге он ви­дел пе­ред со­бой лишь «кра­си­во­го оме­гу», а во­все не че­ло­ве­ка по име­ни Со Юну.

Пе­ред гла­за­ми, как в ка­лей­до­ско­пе, за­мель­ка­ли кар­ти­ны про­шло­го. Го­лос вра­ча, вы­но­ся­ще­го при­го­вор пят­на­дца­ти­лет­не­му под­рост­ку. Лица ро­ди­те­лей, на ко­то­рых сты­ло разо­ча­ро­ва­ние. Млад­шая сест­ра, сго­ра­ю­щая от сты­да за бра­та. Дру­зья, брезг­ли­во от­во­ра­чи­ва­ю­щи­е­ся от него.

Вме­сте с глу­бо­ким разо­ча­ро­ва­ни­ем в нём вски­пе­ла ярость. Бес­це­ре­мон­ный во­прос Джу­во­на острой иг­лой про­по­рол едва за­тя­нув­шу­ю­ся рану.

Лицо Юну за­ле­де­не­ло. Не ска­зав ни сло­ва, он по­ло­жил рас­пе­чат­ки о филь­ме на стол, раз­вер­нул­ся и вы­шел из ауди­то­рии. Ему было пле­вать на рас­те­рян­ность аль­фы, рас­те­рян­но гля­дев­ше­го ему вслед. В го­ло­ве би­лась одна мысль: аль­фам до­ве­рять нель­зя.

По­сле это­го слу­чая Юну на­чал из­бе­гать Джу­во­на. Если тот на­хо­дил­ся в клуб­ной ком­на­те, Юну не пе­ре­сту­пал по­рог. Если за­ме­чал его в ко­ри­до­ре — де­лал огром­ный крюк, лишь бы не пе­ре­сечь­ся. Джу­вон несколь­ко раз пы­тал­ся по­дой­ти, но раз за ра­зом вы­нуж­ден был от­сту­пать, на­ты­ка­ясь на непре­клон­ный от­каз и ле­дя­ной взгляд.

Джу­вон по­нял, что со­вер­шил се­рьёз­ную ошиб­ку, и горь­ко со­жа­лел о слу­чив­шем­ся. Его при­во­ди­ло в от­ча­я­ние, что все­го один бес­такт­ный во­прос раз­ру­шил даже на­деж­ду на от­но­ше­ния с че­ло­ве­ком, к ко­то­ро­му его так неудер­жи­мо тя­ну­ло.

Несколь­ко дней спу­стя Юну сто­ял пе­ред кор­пу­сом фа­куль­те­та ди­зай­на, раз­би­рая свои ма­ке­ты, ко­гда мимо про­шла Соён. Она оклик­ну­ла его, и Юну за­ме­тил, что ря­дом с ней мнёт­ся Джу­вон, вы­гля­дя­щий ещё бо­лее ви­но­ва­тым и по­те­рян­ным, чем рань­ше.

Как ока­за­лось, Соён и Джу­вон учи­лись на од­ном кур­се и непло­хо сдру­жи­лись, де­лая сов­мест­ный про­ект на об­ще­уни­вер­си­тет­ских лек­ци­ях. Бо­лее того, Соён, бу­дучи рав­но­душ­ной к ки­не­ма­то­гра­фу, всту­пи­ла в ки­нок­луб ис­клю­чи­тель­но бла­го­да­ря на­стой­чи­вым уго­во­рам пред­се­да­те­ля.

— О, Юну! Ты чего здесь тор­чишь? — пер­вой по­да­ла го­лос Соён.

Джу­вон, встре­тив­шись взгля­дом с Юну, нелов­ко про­каш­лял­ся.

— Слу­шай, ты по­че­му от него бе­га­ешь в по­след­нее вре­мя? Он тебя по­всю­ду ищет, — спро­си­ла де­вуш­ка, бес­це­ре­мон­но ткнув Джу­во­на лок­тем в бок.

За­тем пе­ре­ве­ла взгляд с за­стыв­ше­го лица Юну на скон­фу­жен­но­го аль­фу и, ви­ди­мо, смек­нув, в чём дело, про­тя­ну­ла:

— Эй, Ча Джу­вон. Ты что та­ко­го ляп­нул, что умуд­рил­ся вы­бе­сить это­го ти­хо­ню? Мо­жешь не объ­яс­нять, но сто про­цен­тов ко­сяк твой. Живо из­ви­няй­ся.

От её пря­мо­ли­ней­но­го на­ез­да Джу­вон сму­тил­ся ещё силь­нее, со­вер­шен­но рас­те­ряв свой обыч­ный лоск. Соён оки­ну­ла его снис­хо­ди­тель­ным взгля­дом, под­миг­ну­ла Юну — мол, сжаль­ся уж над убо­гим — и так­тич­но ре­ти­ро­ва­лась.

Как толь­ко она ушла, меж­ду ними по­вис­ло нелов­кое мол­ча­ние. Юну хо­тел лишь од­но­го — по­ско­рее сбе­жать. Он то­роп­ли­во на­чал со­би­рать вещи. В этот мо­мент Джу­вон шаг­нул впе­рёд, пре­граж­дая ему путь. Юну вски­нул на него недо­умён­ный взгляд. Аль­фа кри­во улыб­нул­ся и про­тя­нул ему ста­кан с го­ря­чим ли­мон­ным чаем.

— ...Вы­пей­те. Ка­жет­ся, вам та­кой нра­вит­ся.

Юну за­меш­кал­ся. Ему со­вер­шен­но не хо­те­лось лю­без­но­стей от это­го че­ло­ве­ка. Но, по­смот­рев в гла­за Джу­во­на, он уви­дел в них нечто со­вер­шен­но иное: непод­дель­ное со­жа­ле­ние и осто­рож­ность.

Юну опу­стил взгляд на ста­кан, от ко­то­ро­го под­ни­мал­ся пар. Кис­ло-слад­кий вкус и бод­ря­щий аро­мат. Во вре­мя из­ма­ты­ва­ю­щих смен на под­ра­бот­ках он лишь из­ред­ка поз­во­лял себе рос­кошь, по­ку­пая этот на­пи­ток. В его бес­про­свет­ных буд­нях ста­кан лю­би­мо­го чая уте­шал го­раз­до силь­нее, чем мож­но было ожи­дать. Но от­ку­да Джу­вон мог об этом знать? Юну не пом­нил, что­бы ко­гда-либо даже вскользь упо­ми­нал об этом.

Он с лёг­ким удив­ле­ни­ем по­смот­рел на Джу­во­на, а за­тем про­тя­нул руку и взял ста­кан. При­ят­ное теп­ло со­гре­ло за­мёрз­шие паль­цы.

То, что Юну при­нял на­пи­ток, ви­ди­мо, при­да­ло Джу­во­ну сме­ло­сти. В его гла­зах вспых­ну­ло об­лег­че­ние, и он глу­бо­ко, по­чти­тель­но по­кло­нил­ся.

— В тот раз... я вёл себя аб­со­лют­но непро­сти­тель­но. Про­сти­те меня.

В его го­ло­се зву­ча­ла ис­крен­ность.

— Я ляп­нул не по­ду­мав. Как бы мне ни было лю­бо­пыт­но, я не имел ни­ка­ко­го пра­ва за­да­вать та­кой бес­такт­ный во­прос. Я су­дил по внеш­но­сти и ауре, сде­лал пред­взя­тые вы­во­ды и оскор­бил ваши чув­ства. Мне очень жаль. По­жа­луй­ста... при­ми­те мои из­ви­не­ния.

Эта че­ре­да веж­ли­вых, по­вто­ря­ю­щих­ся из­ви­не­ний... Этот го­ря­чий чай, о люб­ви к ко­то­ро­му он ка­ким-то чу­дом узнал... Юну на мгно­ве­ние по­те­рял дар речи. На его па­мя­ти ещё ни один аль­фа не из­ви­нял­ся так от­кры­то, так пра­виль­но и чут­ко. В рас­ка­я­нии Джу­во­на не чув­ство­ва­лось скры­то­го умыс­ла или при­выч­но­го для альф вы­со­ко­ме­рия. Он про­сто при­знал вину и по­про­сил про­ще­ния.

Но даже это не мог­ло в од­но­ча­сье рас­пах­нуть на­глу­хо за­ко­ло­чен­ные две­ри в душе Юну.

— ...Ни­че­го страш­но­го, — бро­сил Юну всё тем же ле­дя­ным то­ном и от­вер­нул­ся, всем ви­дом по­ка­зы­вая, что раз­го­вор окон­чен.

Тень разо­ча­ро­ва­ния скольз­ну­ла по лицу Джу­во­на, но он тут же за­ста­вил себя улыб­нуть­ся:

— ...Хо­ро­шо. То­гда не буду ме­шать. По­ста­рай­тесь хоть немно­го от­дох­нуть.

Он не стал боль­ше на­вя­зы­вать­ся и раз­вер­нул­ся, ухо­дя прочь. Гля­дя ему вслед, Юну ощу­щал теп­ло за­жа­то­го в ру­ках ста­ка­на.

Где-то в са­мом тём­ном, за­мёрз­шем угол­ке его серд­ца что-то слег­ка дрог­ну­ло. Ра­зу­ме­ет­ся, он не со­би­рал­ся так про­сто сда­вать свои ба­сти­о­ны. Но по по­верх­но­сти ско­вав­ше­го его душу льда по­бе­жа­ла тон­кая, едва за­мет­ная тре­щи­на.

Воз­мож­но, Джу­вон и прав­да немно­го от­ли­чал­ся от осталь­ных.