Глава 2

Ким Джин­гён несколь­ко раз по­тёр гла­за, от­ка­зы­ва­ясь ве­рить пред­став­ше­му пе­ред ним зре­ли­щу. И оста­но­вил­ся лишь то­гда, ко­гда ед­кий дым окон­ча­тель­но разъ­ел сли­зи­стую, не да­вая даже разо­мкнуть век.

При­чи­ной по­жа­ра ста­ло ко­рот­кое за­мы­ка­ние. По сло­вам по­жар­ных, это был ро­ко­вой, но вполне за­ко­но­мер­ный ис­ход для та­ко­го ста­ро­го дома. Свя­зать­ся с до­мо­вла­дель­цем не со­ста­ви­ло тру­да — ста­рик, жив­ший на верх­нем эта­же, уже сто­ял пе­ред по­лы­ха­ю­щим зда­ни­ем в од­ной пи­жа­ме, со­вер­шен­но уби­тый го­рем.

Гля­дя на его по­те­рян­ное и по­бе­лев­шее лицо, Джин­гён так и не на­шёл в себе сил спро­сить: «Что же мне те­перь де­лать?». Лишь с тру­дом вы­да­вил прось­бу свя­зать­ся с ним, ко­гда всё немно­го уля­жет­ся, и по­брёл прочь от пе­пе­ли­ща.

Ни одеж­ду, ни кни­ги спа­сти не уда­лось. От зда­ния остал­ся лишь обуг­лен­ный остов. По­сколь­ку он жил один и сни­мал де­шё­вую ком­на­ту, цен­ных ве­щей у него от­ро­дясь не во­ди­лось. Но­ут­бук он все­гда но­сил с со­бой на пары, а дра­го­цен­но­стей не имел в прин­ци­пе. Про­бле­ма за­клю­ча­лась в дру­гом. В день­гах. Все на­коп­ле­ния Джин­гён пе­ре­вёл ро­ди­те­лям, и на бан­ков­ском сче­ту гу­лял ве­тер. А на­лич­ные — пла­ту за ре­пе­ти­тор­ство, ко­то­рую он на вся­кий слу­чай хра­нил в кон­вер­тах в ящи­ке сто­ла, что­бы при необ­хо­ди­мо­сти быст­ро офор­мить воз­врат, — со­жра­ло пла­мя.

В ито­ге у него на ру­ках оста­лось чуть боль­ше ста ты­сяч вон. Сме­хо­твор­ная сум­ма, ко­то­рой едва хва­ти­ло бы, что­бы про­сто до­жить до кон­ца неде­ли. Един­ствен­ным лу­чи­ком на­деж­ды оста­ва­лось зав­траш­нее за­ня­тие с уче­ни­ком.

Джин­гён от­крыл мес­сен­джер и на­пи­сал един­ствен­но­му дру­гу, у ко­то­ро­го мог бы пе­ре­кан­то­вать­ся:

«Могу я по­жить у тебя пару дней?»

От­вет при­шёл мо­мен­таль­но: ко­рот­кое «Ок». Вполне в духе Со Са­ни­ля. Но Джин­гён ре­шил, что си­ту­а­ция всё же тре­бу­ет объ­яс­не­ний, и при­нял­ся на­би­рать длин­ное со­об­ще­ние:

«Мое жи­лье сго­ре­ла, так что мне нуж­но где-то пе­ре­бить­ся неде­ли две. А ещё…!»

Он не успел до­пе­ча­тать — экран миг­нул, отоб­ра­жая вхо­дя­щий вы­зов. Зво­нил Са­ниль.

— Я как раз пи­сал тебе со­об­ще­ние… — уста­ло вы­дох­нул Джин­гён.

— Я так и по­нял. А что слу­чи­лось-то? Про­бле­мы? — раз­дал­ся в ди­на­ми­ке бод­рый го­лос.

— Мой дом сго­рел.

— Охре­неть. Из-за чего?

— Вро­де ко­рот­кое за­мы­ка­ние, но точ­но пока не знаю…

— А-ха-ха-ха! Блин, чу­вак, по­че­му твоя жизнь в по­след­нее вре­мя та­кая на­сы­щен­ная?! — Са­ниль звон­ко рас­хо­хо­тал­ся.

Как все­гда — жаж­да до­фа­ми­на пе­ре­ве­ши­ва­ла бес­по­кой­ство за дру­га.

— И не го­во­ри… — горь­ко усмех­нул­ся Джин­гён.

Он тя­же­ло сглот­нул под­ка­тив­ший к гор­лу ком. Если при­плю­со­вать ко все­му это­му те вещи, о ко­то­рых Са­ни­лю знать не по­ла­га­лось, то за по­след­ний ме­сяц он пе­ре­жил боль­ше дерь­ма, чем за всю свою преды­ду­щую жизнь. Чест­ное сло­во, по­пу­ляр­ные нын­че фан­та­сти­че­ские ро­ма­ны про воз­вра­ще­ние в про­шлое, ко­нец све­та, по­яв­ле­ние та­ин­ствен­ных ба­шен и охот­ни­ков ка­за­лись куда бо­лее ре­а­ли­стич­ны­ми, чем его соб­ствен­ные буд­ни.

— Ко­ро­че, меня сей­час нет дома, так что за­хо­ди сам. Па­роль от две­ри пом­нишь?

— Да. Спа­си­бо тебе.

— «Спа­си­бо» на хлеб не на­ма­жешь. С тебя мясо!

По­ме­шан­ный на жрат­ве при­ду­рок. Но всё-таки не пло­хой па­рень — ина­че они бы не сдру­жи­лись.

— Лад­но, — Джин­гён поз­во­лил себе сла­бую улыб­ку. Про­бле­ма с ноч­ле­гом хотя бы на вре­мя ре­ши­лась. — За­ра­бо­таю — уго­щу.

Улыб­ка всё ещё дер­жа­лась на его гу­бах, пока Са­ниль вдруг не вы­дал про­тяж­ное «А, точ­но!» и не до­ба­вил:

— Я по­поз­же при­ду с де­вуш­кой, ты же не про­тив?

Джин­гён на­хму­рил­ся, чув­ствуя, как дёр­га­ет­ся бровь.

— Что?

— Мы до­го­во­ри­лись вы­пить вме­сте. Нуну уло­жим на кро­вать, а мы с то­бой и на полу по­спим, де­лов-то.

Он со­всем иди­от? Слу­шать этот аб­сурд не было ни­ка­ких сил.

— За­будь, — сухо от­ре­зал Джин­гён, от­ка­зы­ва­ясь от при­гла­ше­ния.

— Да по­че­му-у? Ты же зна­ешь Аён-нуну. Бьюсь об за­клад, она ска­жет, что всё норм!

Они оба сто­и­ли друг дру­га. Джин­гён не со­мне­вал­ся, что эта де­вуш­ка и прав­да ска­жет «всё норм», но сам он по­доб­ной наг­ло­сти стер­петь не мог. За­явить­ся тре­тьим лиш­ним на сви­да­ние к па­роч­ке? Уволь­те.

— Нет. По­про­шу се­год­ня дру­го­го дру­га.

— У тебя есть дру­зья, кро­ме меня? — ис­кренне уди­вил­ся Са­ниль.

— Есть…

Не было ко­неч­но.

— Ну лад­но, то­гда от­бой.

Зво­нок сбро­сил­ся. Дру­же­ское со­чув­ствие это­го пар­ня все­гда ис­па­ря­лось с ре­корд­ной ско­ро­стью.

Тя­жесть, на мгно­ве­ние спав­шая с плеч, на­ва­ли­лась с двой­ной си­лой. Мас­си­руя но­ю­щие вис­ки, Джин­гён от­крыл кар­ту в те­ле­фоне и на­чал ис­кать бли­жай­ший чим­чиль­бан.

Чим­чиль­бан — круг­ло­су­точ­ные ко­рей­ские бани, где есть сау­ны, го­ря­чие бас­сей­ны, зоны от­ды­ха, кафе и раз­вле­че­ния. Там мож­но недо­ро­го пе­ре­но­че­вать.

• • • • • • • ✦ • • • • • • •

— …Это ещё что та­кое?

Сек­ре­тарь Кан, встре­тив­ший его в при­хо­жей, от­кро­вен­но ото­ро­пел. Уж от кого-кого, а от это­го же­ле­зо­бе­тон­но­го че­ло­ве­ка, у ко­то­ро­го ни один му­скул на лице не дрог­нет даже при кон­це све­та, Джин­гён ни­как не ожи­дал столь бур­ной ре­ак­ции. Его пле­чи неволь­но сжа­лись.

— Про­шу про­ще­ния.

— Да нет, из­ви­нять­ся тут не за что… Вы так и еха­ли? — сек­ре­тарь оки­нул его неве­ря­щим взгля­дом.

— …Да.

Лицо Джин­гё­на вспых­ну­ло, за­ли­ва­ясь гу­стым ру­мян­цем. Ко­рот­кие шор­ты гор­чич­но­го цве­та и та­кая же за­сти­ран­ная фут­бол­ка с круп­ным ло­го­ти­пом сау­ны на гру­ди. Пе­ре­пу­тать про­ис­хож­де­ние это­го на­ря­да было про­сто невоз­мож­но.

— Но по­че­му? — в го­ло­се сек­ре­та­ря Кана скво­зи­ло пол­ней­шее непо­ни­ма­ние.

С чего бы на­чать? С того, что квар­ти­ра сго­ре­ла? Что он хо­тел пе­ре­бить­ся у дру­га, но не вы­шло, и при­ш­лось но­че­вать в сауне? Что на­ут­ро его обо­кра­ли под­чи­стую, ута­щив не толь­ко но­ут­бук, но и всю одеж­ду? Что он си­дел в та­ком виде в по­ли­цей­ском участ­ке, пока не по­нял, что опаз­ды­ва­ет на урок, и не по­мчал­ся на ав­то­бус, со­би­рая по пути ше­пот­ки и оша­ра­шен­ные взгля­ды про­хо­жих? Как во­об­ще рас­ска­зать всё это так, что­бы оно зву­ча­ло хоть кап­лю ре­а­ли­стич­но?

— Воз­ник­ли непред­ви­ден­ные об­сто­я­тель­ства… — глу­хо вы­да­вил Джин­гён.

У него не оста­лось сил даже на то, что­бы оправ­ды­вать­ся. Да что там оправ­ды­вать­ся — сюда он до­е­хал толь­ко по­то­му, что сле­до­ва­тель в участ­ке, сжа­лив­шись над его неле­пым ви­дом, су­нул ему в руку де­сять ты­сяч вон на про­езд. А от до­ждя его спа­сал лишь най­ден­ный где-то по до­ро­ге де­шё­вый про­зрач­ный зон­тик со сло­ман­ны­ми спи­ца­ми, ко­то­рый он едва удер­жи­вал над го­ло­вой.

— Млад­ший гос­по­дин бу­дет в ужа­се, — сухо кон­ста­ти­ро­вал сек­ре­тарь Кан.

— Он и так все­гда от меня в ужа­се. По­ду­ма­ешь.

Джин­гё­на лег­ка улыб­нул­ся.

— Если бы он был в ужа­се, то в пер­вый же день…

Сек­ре­тарь Кан осёк­ся на по­лу­сло­ве, по­спеш­но за­хлоп­нул рот и сме­нил тему:

— Вы во­об­ще в со­сто­я­нии про­ве­сти за­ня­тие?

— Да. Учеб­ни­ки-то оста­лись, — Джин­гён при­под­нял за­жа­тую в руке стоп­ку книг.

Ви­ди­мо, учеб­ни­ки по ма­те­ма­ти­ке для стар­шей шко­лы не пред­став­ля­ли для вора ни­ка­кой цен­но­сти. Этот него­дяй ута­щил даже де­шё­вую по­все­днев­ную одеж­ду, но брезг­ли­во оста­вил ма­те­ри­а­лы для ре­пе­ти­тор­ства.

— У вас либо сталь­ная сила воли, либо вме­сто моз­гов цве­точ­ное поле… — яв­ствен­но про­бор­мо­тал себе под нос сек­ре­тарь Кан.

— Да­вай­те оста­но­вим­ся на пер­вом ва­ри­ан­те, — вяло ото­звал­ся Джин­гён и шаг­нул в ка­би­нет.

Хотя, если быть до кон­ца чест­ным, сила воли у него была ни к чёр­ту, в го­ло­ве рос сплош­ной бу­рьян, зато име­лось со­вер­шен­но ненуж­ное чув­ство ги­пе­ро­твет­ствен­но­сти.

Сто­и­ло Джин­гё­ну пе­ре­сту­пить по­рог, как чёр­ная пан­те­ра всем сво­им ви­дом про­де­мон­стри­ро­ва­ла край­нее недо­воль­ство. Зверь шум­но вы­дох­нул, но ска­лить клы­ки или вы­пус­кать ког­ти не стал.

Со­брав в ку­лак по­след­ние кро­хи энер­гии, Джин­гён от­вёл по­ло­жен­ные два часа и с тру­дом под­нял­ся со сту­ла.

— Про­шу про­ще­ния. Я не смог как сле­ду­ет под­го­то­вить­ся к се­го­дняш­не­му уро­ку, по­это­му до­маш­не­го за­да­ния не бу­дет. И… опла­ту за се­го­дняш­ний день мо­же­те не вно­сить.

Сей­час ему была жиз­нен­но необ­хо­ди­ма каж­дая вона, но брать день­ги за та­кую хал­ту­ру не поз­во­ля­ла со­весть. Джин­гён с мрач­ным ви­дом по­кло­нил­ся и на­пра­вил­ся к вы­хо­ду, ко­гда огром­ная чёр­ная кош­ка бес­шум­но скольз­ну­ла впе­рёд, пре­граж­дая ему путь.

— Вы хо­ти­те что-то ска­зать? — спро­сил он.

Хвост пан­те­ры рез­ко рас­сёк воз­дух, опи­сав острую дугу.

— По­звать сек­ре­та­ря Кана?

Зверь ко­рот­ко кив­нул. Джин­гён тут же вы­гля­нул в ко­ри­дор и по­звал по­мощ­ни­ка. Пока сек­ре­тарь Кан, скло­нив­шись к са­мо­му уху пан­те­ры, о чём-то с ней пе­ре­шёп­ты­вал­ся, Джин­гён сто­ял у сте­ны, чув­ствуя, как его по­ки­да­ют по­след­ние силы.

«Мо­жет, всё это лишь дур­ной сон?»

Ведь это пол­ная чушь. Он был са­мым обыч­ным сту­ден­том, ко­то­рый про­сто лю­бил пар­ней. И вдруг — это безум­ное ре­пе­ти­тор­ство, че­ло­век, пре­вра­ща­ю­щий­ся в ди­ко­го зве­ря, по­жар, а те­перь ещё и ограб­ле­ние в сауне.

В го­ло­ве не укла­ды­ва­лось, что весь этот сюр­ре­а­ли­стич­ный бред про­изо­шёл все­го за один ме­сяц. Ко­гда он си­дел в по­ли­ции и за­пол­нял за­яв­ле­ние о кра­же, то так дол­го пя­лил­ся в пу­стой бланк в пол­ном оце­пе­не­нии, про­сто не в си­лах осмыс­лить аб­сурд­ность сво­е­го бы­тия.

Если бы кто-ни­будь сей­час про­да­вал та­лис­ман от неудач, Джин­гён, как по­след­ний про­сто­фи­ля, вы­греб бы все свои жал­кие гро­ши, лишь бы его ку­пить.

— ...ним.

— ...

— Учи­тель.

— А? — Джин­гён вздрог­нул от неожи­дан­но­сти и под­нял го­ло­ву.

— Вы ска­за­ли, ме­сто, где вы жили, сго­ре­ло до­тла?

— От­ку­да вы зна­е­те? — вы­рва­лось у Джин­гё­на.

«Неуже­ли...»

— Под­жо­ги — не наш ме­тод. Мы пред­по­чи­та­ем ре­шать во­про­сы чи­сто и сво­и­ми ру­ка­ми, — сек­ре­тарь Кан, ка­за­лось, без тру­да про­чи­тал мельк­нув­шее в гла­зах Джин­гё­на по­до­зре­ние и тут же по­спе­шил его раз­ве­ять. — Я толь­ко что всё вы­яс­нил по по­ру­че­нию млад­ше­го гос­по­ди­на.

«Но ваш гос­по­дин же сей­час не мо­жет го­во­рить?» — Джин­гён про­гло­тил вер­тев­ший­ся на язы­ке во­прос.

— Раз уж вам пока негде жить, он ска­зал, что вы мо­же­те остать­ся здесь.

За спи­ной сек­ре­та­ря ма­я­чи­ла вну­ши­тель­ная фи­гу­ра чёр­ной пан­те­ры. Джин­гён за­мо­тал го­ло­вой и за­ма­хал ру­ка­ми.

— Нет-нет, всё в по­ряд­ке. Я по­про­шу дру­га.

— Ваш друг, ви­ди­мо, вла­де­ет чим­чиль­ба­ном? Ка­кой-ни­будь «Лес­ной гли­ня­ной сау­ной»?

— ...

Джин­гён нелов­ко при­крыл ру­кой ло­го­тип сау­ны на гру­ди.

— Мы не за­ни­ма­ем­ся бла­го­тво­ри­тель­но­стью. Млад­ший гос­по­дин хо­чет брать до­пол­ни­тель­ные уро­ки, по­это­му мы и пред­ла­га­ем вам остать­ся.

— А, вот оно что... Но всё рав­но, до­став­лять та­кие неудоб­ства...

При сло­ве «неудоб­ства» пан­те­ра фырк­ну­ла и от­вер­ну­лась.

— Учи­тель.

— Да?

— Вы ви­де­ли со­сед­ний дом, ко­гда еха­ли сюда?

— Да.

— Это тоже дом млад­ше­го гос­по­ди­на.

— Что?

— А дом ря­дом с ним ви­де­ли?

— ...Да.

— И он тоже. И тот, что за ним, и тот, что на­про­тив — все они, — сек­ре­тарь Кан звон­ко хлоп­нул в ла­до­ши, — при­над­ле­жат этой се­мье.

— ...

— Неуже­ли в этом огром­ном особ­ня­ке не най­дет­ся ме­ста, что­бы при­стро­ить ваше тело?

Воз­мож­но, кто-то дру­гой услы­шал бы в этих сло­вах за­бо­ту, но Джин­гё­ну по­чу­ди­лась от­кро­вен­ная угро­за: «Неуже­ли ты ду­ма­ешь, что нам негде тебя за­ко­пать?».

— Оста­вай­тесь.

Джин­гён, по­блед­нев как по­лот­но, об­ре­чён­но кив­нул. Сто­я­щая ря­дом пан­те­ра, слов­но вы­ра­жая удо­вле­тво­ре­ние, слад­ко по­тя­ну­лась, вы­тя­нув пе­ред­ние лапы, и бес­шум­но рас­тво­ри­лась в ко­ри­до­ре.

• • • • • • • ✦ • • • • • • •

Лёжа в про­стор­ной кро­ва­ти, Джин­гён за­крыл гла­за. То ли из-за непри­выч­но­го ме­ста, то ли из-за пе­ре­жи­то­го стрес­са сон не шёл. Про­во­ро­чав­шись доб­рых пол­ча­са, он в кон­це кон­цов сдал­ся и сел на по­сте­ли.

«Надо хотя бы воды по­пить».

Он вы­шел в ко­ри­дор, не вклю­чая ос­нов­ной свет. При каж­дом ти­хом шаге вни­зу стен мяг­ко за­го­ра­лись сен­сор­ные лам­пы.

Сек­ре­тарь Кан не пре­уве­ли­чи­вал — особ­няк был про­сто огро­мен. По­сколь­ку Джин­гён все­гда хо­дил од­ним и тем же марш­ру­том — от вход­ной две­ри до ка­би­не­та — он даже не пред­став­лял ис­тин­ных мас­шта­бов дома. Едва в го­ло­ве мельк­ну­ла мысль о том, что здесь недол­го и за­блу­дить­ся, как он с ужа­сом осо­знал, что по­ня­тия не име­ет, где на­хо­дит­ся.

— Э-э...

Джин­гён рас­те­рян­но огля­дел­ся. Он толь­ко что при­шел от­ту­да, свер­нул здесь... или не здесь? По­лу­мрак и туск­лый свет сен­сор­ных ламп толь­ко сби­ва­ли с тол­ку. От­ча­яв­шись най­ти кух­ню, он ре­шил вер­нуть­ся в ком­на­ту. Но уже че­рез пару ми­нут при­ш­лось при­знать горь­кую прав­ду: он окон­ча­тель­но и бес­по­во­рот­но за­блу­дил­ся в этом ла­би­рин­те рос­ко­ши.

Джин­гён тя­же­ло вздох­нул.

«Что же де­лать? Бу­дить кого-то и спра­ши­вать до­ро­гу как-то нелов­ко...»

Блуж­да­ю­щий взгляд за­це­пил­ся за стек­лян­ные две­ри бал­ко­на, ве­ду­ще­го в сад. Джин­гён ре­шил вый­ти на­ру­жу — если обой­ти дом по пе­ри­мет­ру, то на­вер­ня­ка мож­но най­ти глав­ный вход, а от­ту­да сори­ен­ти­ро­вать­ся бу­дет про­ще. Од­на­ко, сде­лав все­го несколь­ко ша­гов, он по­нял, на­сколь­ко наи­вен был его план.

— Ха-а...

Сад тоже ока­зал­ся необъ­ят­ным. До сих пор Джин­гён ви­дел лишь па­рад­ную часть пе­ред вхо­дом, но зад­ний двор пред­став­лял со­бой неиз­ве­дан­ную тер­ри­то­рию. Сколь­ко же нуж­но де­нег, что­бы от­гро­хать та­кой уча­сток в са­мом цен­тре Се­ула?

Это было по­и­стине агрес­сив­ное и по­дав­ля­ю­щее бо­гат­ство. У него даже мыс­ли не воз­ник­ло срав­ни­вать это со сво­им жал­ким по­ло­же­ни­ем. Оста­ва­лось лишь бла­го­го­веть.

— ...

Сре­ди де­ре­вьев по­слы­шал­ся ти­хий шо­рох, и Джин­гён, за­ме­рев, за­та­ил ды­ха­ние. Он рез­ко обер­нул­ся, но ни­ко­го не уви­дел. Мо­жет, про­сто ве­тер шу­мит в лист­ве по­сле до­ждя?

Он неуве­рен­но сде­лал еще один шаг. В этот раз шо­рох про­зву­чал от­чет­ли­вее и го­раз­до бли­же.

— К-кто здесь?

Смот­ря филь­мы ужа­сов, он все­гда ис­кренне не по­ни­мал, по­че­му ге­рои за­да­ют этот иди­от­ский во­прос в пу­сто­ту, услы­шав по­до­зри­тель­ный звук. Но, ока­зав­шись в точ­но та­кой же си­ту­а­ции, об­на­ру­жил, что дру­гие сло­ва про­сто не ле­зут в го­ло­ву.

Вме­сто от­ве­та ку­сты за­тряс­лись еще силь­нее. По спине Джин­гё­на про­бе­жал та­бун му­ра­шек. Он уже со­би­рал­ся дать деру, как вдруг из за­ро­с­лей пря­мо пе­ред ним вы­ско­чи­ло что-то огром­ное и чер­ное.

— А-а-ак!

Джин­гён вскрик­нул и от ужа­са под­прыг­нул на ме­сте. На него с нескры­ва­е­мым пре­зре­ни­ем смот­ре­ла пара ян­тар­ных глаз.

— Э-э... По­че­му вы... — Джин­гён рас­те­рян­но за­мор­гал, пы­та­ясь унять ко­ло­тя­ще­е­ся серд­це. — Вы­шли на ноч­ную про­гул­ку?.. Лео­пар­ды же ноч­ные жи­вот­ные, да?

Услы­шав это неле­пое бор­мо­та­ние, чер­ная пан­те­ра толь­ко тя­же­ло вздох­ну­ла и раз­дра­жен­но хлест­ну­ла его хво­стом по икре.

«А ты-то что тут за­был?» — ка­за­лось, чи­та­лось в ее взгля­де. Джин­гён сра­зу по­нял немой во­прос.

— Я не мог уснуть, по­шел по­пить воды и за­блу­дил­ся... Ха-ха, — ему са­мо­му ста­ло тош­но от соб­ствен­ной глу­по­сти. За­блу­дить­ся в доме, надо же.

Вы­слу­шав это жал­кое оправ­да­ние, пан­те­ра сме­ри­ла его дол­гим взгля­дом и неспеш­но по­шла впе­ред.

«Хо­чет, что­бы я шел за ним?»

Джин­гё­ну ни­че­го не оста­ва­лось, кро­ме как мол­ча по­сле­до­вать за чер­ным зве­рем.

За­пах до­ждя здесь сме­ши­вал­ся с гу­стым, пья­ня­щим аро­ма­том цве­ту­щей си­ре­ни. Пыш­ные ку­сты, сбив­ши­е­ся в гу­стые за­рос­ли, ка­за­лись оку­тан­ны­ми фи­о­ле­то­вой дым­кой, ис­то­чая неве­ро­ят­ную кра­со­ту.

Джин­гён неволь­но оста­но­вил­ся, за­во­ро­жен­ный зре­ли­щем.

— ...Как кра­си­во.

Эта неждан­ная, по­тря­са­ю­щая кар­ти­на ли­ши­ла его дара речи. Пан­те­ра оста­но­ви­лась и вни­ма­тель­но по­смот­ре­ла на за­стыв­ше­го в вос­хи­ще­нии пар­ня.

— А, про­сти­те. Вы же хо­те­ли по­ка­зать мне до­ро­гу...

Джин­гён оч­нул­ся от на­ва­жде­ния и нелов­ко по­че­сал за­ты­лок. Пан­те­ра, слов­но о чем-то за­ду­мав­шись, гра­ци­оз­но пе­ре­прыг­ну­ла че­рез клум­бу и скры­лась в стек­лян­ной оран­же­рее, при­стро­ен­ной к краю сада.

— Эй, а как же я...

«А мне-то что при­ка­же­те де­лать?»

Остав­шись один по­сре­ди огром­но­го тем­но­го сада, Джин­гён немно­го по­мял­ся, но все же ре­шил пой­ти сле­дом за зве­рем в оран­же­рею. Пы­тать­ся най­ти до­ро­гу са­мо­му в этой кро­меш­ной тьме было за­ве­до­мо про­валь­ной иде­ей.

Внут­ри стек­лян­но­го па­ви­льо­на цве­ли ты­ся­чи цве­тов са­мых немыс­ли­мых от­тен­ков, на­зва­ний ко­то­рых Джин­гён даже не знал. Чер­ная пан­те­ра, устро­ив­ша­я­ся по­сре­ди это­го буй­ства кра­сок, вы­гля­де­ла как ше­девр ве­ли­ко­го ма­сте­ра, крас­ки на ко­то­ром еще не успе­ли вы­сох­нуть.

— Хо­ро­шее ме­сто. — Джин­гён по­пы­тал­ся за­пол­нить нелов­кую ти­ши­ну пер­вой при­шед­шей в го­ло­ву фра­зой. — Вы ча­сто при­хо­ди­те сюда по но­чам в оди­но­че­стве? Что-то вро­де сек­рет­ной базы, да?

— ...

— У меня в де­ревне тоже была своя сек­рет­ная база. Неболь­шая за­бро­шен­ная хи­жи­на на хол­ме за до­мом. Туда ни­кто ни­ко­гда не хо­дил, по­это­му...

Он вы­рос в кро­шеч­ном го­род­ке, где все зна­ли друг дру­га в лицо, вплоть до того, сколь­ко пар па­ло­чек для еды и трес­ну­тых ми­сок было на кухне у со­се­дей. Джин­гён был ти­хим ре­бен­ком, ни­ко­гда не бун­то­вал и ни с кем не ссо­рил­ся, но ино­гда ему про­сто необ­хо­ди­мо было ме­сто, где он мог бы по­быть в пол­ном оди­но­че­стве.

— Там, ко­неч­но, было не так кра­си­во, как здесь, но мне все рав­но нра­ви­лось... — мяг­ко улыб­нул­ся он, по­гру­зив­шись в вос­по­ми­на­ния.

И вдруг по­чув­ство­вал на себе при­сталь­ный взгляд. Пан­те­ра си­де­ла по­одаль и не сво­ди­ла с него глаз.

Он уто­нул в этом неми­га­ю­щем взо­ре ян­та­ря. Слов­но сама луна об­ре­ла зве­ри­ный об­лик. Под мер­ный, уба­ю­ки­ва­ю­щий шум до­ждя, бью­ще­го в стек­ло кры­ши, во тьме за­жглись два лун­ных дис­ка. Воз­дух за­стрял в пе­ре­сох­шем гор­ле, а где-то глу­бо­ко внут­ри вспых­нул и на­чал рас­пол­зать­ся по гру­ди пу­га­ю­щий, но при­тя­га­тель­ный жар.

— Ваше имя...

Джин­гён рез­ко от­вер­нул­ся. Ему от­ча­ян­но нуж­но было что-то ска­зать, что­бы раз­ру­шить это стран­ное на­ва­жде­ние, и сло­ва по­ли­лись сами со­бой, опе­ре­жая мыс­ли.

— Ко­гда я впер­вые услы­шал ваше имя, то по­ду­мал, что оно зву­чит как-то... кос­ми­че­ски... Оно на­пом­ни­ло мне о Юпи­те­ре.

«Юпи­тер» пе­ре­во­дит­ся на ко­рей­ский язык как Мок­сон (목성).

Это был на­сто­я­щий празд­ник аб­сур­да. Он слов­но раз­бра­сы­вал при­гла­ше­ния на ве­тер, зная, что ни­кто их не пой­ма­ет.

— Юпи­тер... ну, то есть, Юпи­тер иг­ра­ет огром­ную роль в су­ще­ство­ва­нии жиз­ни на Зем­ле. Люди ду­ма­ют, что мы жи­вем толь­ко бла­го­да­ря Солн­цу, но Юпи­тер не ме­нее ва­жен. Если бы не он, Зем­ля бы дав­но по­гиб­ла. Да что там, она бы во­об­ще не смог­ла сфор­ми­ро­вать­ся!

Ра­зум кри­чал ему за­ткнуть­ся, но рот уже жил сво­ей жиз­нью.

— Эта об­ласть на­зы­ва­ет­ся «Зона Зла­то­влас­ки». Юпи­тер ра­бо­та­ет как щит, за­щи­щая Зем­лю. Он при­тя­ги­ва­ет к себе асте­ро­и­ды и под­дер­жи­ва­ет пра­виль­ный гра­ви­та­ци­он­ный ба­ланс с Солн­цем, так что в ито­ге...

По­ток его крас­но­ре­чия был гру­бо пре­рван са­мым неожи­дан­ным об­ра­зом. Длин­ный пу­ши­стый хвост, бес­шум­но скольз­нув­ший к его лицу, с си­лой шлеп­нул Джин­гё­на по гу­бам.

«За­ткнись».

По­сыл был бо­лее чем по­ня­тен.

Джин­гён по­слуш­но со­мкнул губы. За­тем осто­рож­но сплю­нул при­лип­ший к ним кло­чок чер­ной шер­сти.

Усев­ша­я­ся пря­мо пе­ред ним пан­те­ра сно­ва при­кры­ла гла­за и рас­слаб­лен­но вы­тя­ну­лась.

Стук дож­де­вых ка­пель по стек­лу на­пол­нял оран­же­рею без­мя­теж­ной кра­со­той.

Сколь­ко они так про­си­де­ли?

Джин­гён впер­вые за дол­гое вре­мя ощу­тил аб­со­лют­ный, ни­чем не на­ру­ша­е­мый по­кой. Сидя на ска­мей­ке и гля­дя в окно, он вдруг тихо про­бор­мо­тал:

— Спа­си­бо... вам.

В гла­зах пан­те­ры про­мельк­ну­ло недо­уме­ние.

Джин­гён едва слыш­но про­дол­жил:

— Чест­но го­во­ря, я ни­ко­му об этом не рас­ска­зы­вал, но... мои нер­вы были ис­тре­па­ны в кло­чья. То, что мне при­ш­лось остать­ся здесь, по­то­му что боль­ше неку­да пой­ти — это ведь тоже стресс. Но я и по­ду­мать не мог, что этот дожд­ли­вый сад, на ко­то­рый я слу­чай­но на­брел, при­не­сет та­кое уте­ше­ние.

Пан­те­ра ни­как не от­ре­а­ги­ро­ва­ла. Она про­сто ле­жа­ла с за­кры­ты­ми гла­за­ми, слов­но была неотъ­ем­ле­мой ча­стью это­го пей­за­жа.

Дождь лил по­чти неде­лю, не пе­ре­ста­вая. Ка­за­лось, про­шла це­лая веч­ность с тех пор, как Джин­гён в по­след­ний раз ви­дел сво­е­го уче­ни­ка в че­ло­ве­че­ском об­ли­чье.

— Ско­рей бы дождь за­кон­чил­ся, — озву­чил он вслух мельк­нув­шую мысль.

Пан­те­ра от­кры­ла гла­за и уста­ви­лась на него. Она ни­че­го не «ска­за­ла» и ни­как не по­ше­ве­ли­лась.

Он про­сто смот­рел, не в си­лах ше­вель­нуть­ся. Ян­тар­ные гла­за по­лы­ха­ли на фоне уголь­ной тем­но­ты. Где-то за этой сле­пя­щей ра­дуж­кой скры­ва­лось тем­ное озе­ро — без­жиз­нен­ное зер­ка­ло на об­рат­ной сто­роне жел­той луны. В этом взгля­де скво­зи­ло нечто «иное», древ­нее и опас­ное, не под­да­ю­ще­е­ся че­ло­ве­че­ской ло­ги­ке. По­чув­ство­вав нечто столь чуж­дое, Джин­гён вдруг осо­знал ис­ти­ну, ко­то­рая пре­жде ни­ко­гда не при­хо­ди­ла ему в го­ло­ву:

— ...Или вам боль­ше нра­вит­ся, ко­гда идет дождь?

Пан­те­ра слег­ка дер­ну­ла хво­стом. Смысл это­го же­ста был кри­сталь­но ясен.

Джин­гён немно­го сму­тил­ся. Он все­гда счи­тал, что че­ло­ве­ку долж­но быть крайне дис­ком­форт­но пре­вра­щать­ся в зве­ря, но даже не до­пус­кал мыс­ли, что мо­жет быть на­о­бо­рот.

«Раз­ве быть зве­рем не тя­же­лее? Нель­зя го­во­рить, нель­зя сво­бод­но гу­лять, где хо­чет­ся, де­лать то, что хо­чет­ся...»

Но тут он осо­знал, что не мо­жет су­дить о же­ла­ни­ях и пред­по­чте­ни­ях дру­го­го муж­чи­ны по сво­им соб­ствен­ным мер­кам.

«Ко­неч­но, та­кое вполне воз­мож­но».

Ко­гда Джин­гён впер­вые по­нял, что ему нра­вят­ся пар­ни, по­чув­ство­вал лишь рас­те­рян­ность и глу­бо­кую оби­ду. Он вы­рос в са­мой обыч­ной се­мье, жил са­мой обыч­ной жиз­нью, и вне­зап­но про­явив­ша­я­ся «осо­бен­ность» вы­би­ла у него поч­ву из-под ног. А сле­дом при­ш­ла оби­да: по­че­му он дол­жен стра­дать? Ведь он не го­ло­со­вал за за­кон при­ро­ды, со­глас­но ко­то­ро­му нуж­но лю­бить про­ти­во­по­лож­ный пол.

С тех пор Джин­гён при­дер­жи­вал­ся про­сто­го пра­ви­ла: пока это не при­чи­ня­ет вре­да дру­гим, лю­бой вы­бор че­ло­ве­ка име­ет пра­во на су­ще­ство­ва­ние.

— Что ж, то­гда пусть дождь идет и даль­ше, — при­ми­ри­тель­но про­из­нес он. — Глав­ное, что­бы не до­шло до на­вод­не­ния.

Услы­шав это, пан­те­ра слег­ка об­на­жи­ла клы­ки и мед­лен­но втя­ну­ла воз­дух.

«Он что... сме­ет­ся надо мной?»

Джин­гён по­крыл­ся хо­лод­ным по­том, га­дая, не сболт­нул ли лиш­не­го. Ка­ким бы кра­си­вым ни был пей­заж и уми­ро­тво­ря­ю­щей — ат­мо­сфе­ра, тех­ни­че­ски он пря­мо сей­час был за­перт в од­ном по­ме­ще­нии с хищ­ни­ком.

«Надо быть осто­рож­нее».

Он сно­ва мол­ча уста­вил­ся на за­ли­тый до­ждем сад.

Дроб­ный ше­пот до­ждя по стек­лу, тя­же­лый дух раз­мо­рен­ной зем­ли и соч­ный аро­мат влаж­ной зе­ле­ни спле­та­лись в еди­ный. Сквоз­няк нет-нет да и при­но­сил при­зрач­ное ды­ха­ние си­ре­ни — тон­кую, едва уло­ви­мую ноту, ко­то­рая окон­ча­тель­но уба­ю­ки­ва­ла со­зна­ние. Джин­гён це­нил эти мо­мен­ты. Он знал за со­бой ред­кую по ны­неш­ним вре­ме­нам доб­ро­де­тель — уме­ние про­ва­ли­вать­ся в глу­бо­кий, це­ли­тель­ный сон, что­бы каж­дое утро встре­чать мир с яс­ной го­ло­вой и за­па­сом но­вых сил.

Но проснув­шись се­год­ня, он всем те­лом ощу­тил, что его глав­ное до­сто­ин­ство дало се­рьез­ный сбой.

— ...Угх...

Всё тело ныло и за­тек­ло так, буд­то его же­сто­ко из­би­ли.

«Та­кое чув­ство, буд­то я спал на го­лой зем­ле...»

— Ох!

Джин­гён вздрог­нул и рез­ко рас­пах­нул гла­за — вме­сто при­выч­но­го по­тол­ка спаль­ни пе­ред ним воз­ник­ли вет­ви де­ре­вьев и цве­ты. Ви­ди­мо, вче­ра ве­че­ром он за­снул пря­мо на ска­мей­ке, лю­бу­ясь ноч­ным небом.

Он тя­же­ло вздох­нул. До­ка­тил­ся — те­перь еще и бом­жу­ет.

— ...Мог­ли бы хоть раз­бу­дить пе­ред ухо­дом, — про­вор­чал он, отря­хи­вая при­лип­шие к одеж­де ли­стья. — Раз уж ска­зать не мо­же­те, толк­ну­ли бы ла­пой или за шкир­ку по­тя­ну­ли...

В этот мо­мент сбо­ку по­слы­шал­ся шо­рох. Джин­гён ре­флек­тор­но по­вер­нул го­ло­ву... и за­стыл.

— Я бу­дил. Это ты не про­сы­пал­ся.

С эти­ми сло­ва­ми па­рень неспеш­но под­нял­ся на ноги. Аб­со­лют­но го­лый. В чем мать ро­ди­ла.

— ...

В тот мо­мент Джин­гён впер­вые в жиз­ни на соб­ствен­ной шку­ре по­нял, что зна­чит вы­ра­же­ние «от шока в го­ло­ве ста­ло аб­со­лют­но пу­сто». Мозг про­сто от­ка­зал­ся об­ра­ба­ты­вать ин­фор­ма­цию и вы­да­вать хоть ка­кую-то ре­ак­цию.

Па­рень под­нял руки и слад­ко по­тя­нул­ся. Его дви­же­ния были те­ку­чи­ми и гиб­ки­ми, как у по­тя­ги­ва­ю­щей­ся кош­ки.

Пе­ред Джин­гё­ном слов­но ожи­ло тво­ре­ние ан­тич­но­го ма­сте­ра — со­вер­шен­ная скульп­ту­ра, чей без­упреч­ный си­лу­эт был вы­леп­лен из гли­ны на негну­щем­ся сталь­ном кар­ка­се. Мыш­цы спи­ны при каж­дом дви­же­нии рас­хо­ди­лись от по­зво­ноч­ни­ка, на­по­ми­ная мощ­ный раз­мах кры­льев, го­то­вых к по­ле­ту. Глу­бо­кая лож­бин­ка по­слуш­но сле­до­ва­ла из­ги­бу по­зво­ноч­но­го стол­ба, ис­че­зая в ли­нии креп­ких яго­диц. Но на этом жи­вом мра­мо­ре за­стыл един­ствен­ный изъ­ян — гру­бый след, остав­лен­ный буд­то небреж­ным взма­хом рез­ца. Ста­рый шрам, ко­то­рый воз­вра­щал эту бо­же­ствен­ную фи­гу­ру в мир смерт­ных.

Как толь­ко Джин­гён осо­знал это, па­рень по­вер­нул­ся к нему ли­цом.

«...Это еще что. По­че­му хвост всё еще спе­ре­ди...»

Их взгля­ды встре­ти­лись.

— Ты же го­во­рил, что лю­бишь пар­ней.

— ...А?

— На­вер­ня­ка уже на­смот­рел­ся на муж­ские тела до тош­но­ты. Чего пя­лишь­ся?

Ка­за­лось, по­след­ние кап­ли кро­ви, еще пи­тав­шие мозг Джин­гё­на, ис­па­ри­лись.

— П-про­сти­те.

Его лицо, шея и даже уши вспых­ну­ли пун­цо­вым цве­том. Джин­гён за­крыл лицо ру­ка­ми и низ­ко опу­стил го­ло­ву, ко­гда до него до­нес­ся низ­кий смех.

— Я, по­жа­луй, пой­ду к себе в ком­на­ту и умру... То есть. Я про­сто пой­ду.

— Как хо­чешь.

«Пой­ду и умру. Точ­но умру. За­чем я во­об­ще живу на этом све­те».

Джин­гён уже раз­вер­нул­ся, что­бы пу­лей вы­ле­теть из оран­же­реи, ко­гда Мок Сон­ха оклик­нул его:

— Эй.

— Д-да?

— До­ро­гу-то най­дешь?

— ...

Чест­но го­во­ря, он со­вер­шен­но не был в этом уве­рен.

— Иди за мной.

Джин­гён по­кор­но по­плел­ся сле­дом за пар­нем. Под осле­пи­тель­но-го­лу­бым, ре­жу­щим гла­за утрен­ним небом он брел, опу­стив го­ло­ву, слов­но пре­ступ­ник, иду­щий на эша­фот.

• • • • • • • ✦ • • • • • • •

Едва успев при­нять душ, Джин­гён пу­лей вы­ско­чил из особ­ня­ка, со­слав­шись на то, что пора в уни­вер­си­тет. Но даже на за­ня­ти­ях рас­су­док уда­ва­лось со­хра­нять с тру­дом. Слу­шал ли он лек­цию, ел ли в сто­ло­вой, чи­тал ли кни­гу в биб­лио­те­ке — утрен­няя кар­ти­на, от­пе­ча­тав­ша­я­ся на сет­чат­ке, упор­но не же­ла­ла по­ки­дать его мыс­ли.

— ...гён.

— ...

— Ким Джин­гён!

— А?

— Ты чем там за­нят? Я тебя уже сто раз по­звал, а ты мол­чишь, — про­из­нес Го Джи­нён, плюх­нув сум­ку на стол.

— Про­сти­те. Я про­сто... за­ду­мал­ся на се­кун­ду.

— Как там под­го­тов­ка к до­кла­ду?

— Я как раз по­это­му вам и на­пи­сал. Воз­ник­ли непред­ви­ден­ные об­сто­я­тель­ства, так что я немно­го за­дер­жусь с об­ра­бот­кой ма­те­ри­а­лов.

Флеш­ка с уже от­сор­ти­ро­ван­ны­ми дан­ны­ми была во­ткну­та в но­ут­бук, ко­то­рый укра­ли, так что всё при­хо­ди­лось на­чи­нать с нуля.

— А что слу­чи­лось-то? Про­бле­мы?

— Мой дом сго­рел.

Го Джи­нён округ­лил гла­за, по­ка­зы­вая, что в кур­се:

— Это тот дом пе­ред уни­ве­ром? Охре­неть. Ты там жил?

— Да.

— Жесть. Он ж вы­го­рел под­чи­стую. Зна­чит, и твои вещи тоже сго­ре­ли?

— ...Ха-ха. Типа того.

— Вот дерь­мо. У тебя стра­хов­ка от по­жа­ра хоть была?

«У меня-то нет, но...»

— На­вер­ное, у хо­зя­и­на была. Он же дол­жен бу­дет вы­пла­тить ком­пен­са­цию, да? Обя­за­тель­но стря­си с него за мо­раль­ный ущерб!

Джин­гён в оче­ред­ной раз убе­дил­ся: слу­хи о том, что вы­ра­же­ние «го­ло­ва — цве­точ­ное поле» при­ду­ма­ли спе­ци­аль­но для Го Джи­нё­на, были чи­стой прав­дой.

— Да. Буду на­де­ять­ся, что всё раз­ре­шит­ся.

Вспо­ми­ная уби­тое го­рем лицо ста­ри­ка-до­мо­вла­дель­ца, сто­я­ще­го пе­ред пы­ла­ю­щим зда­ни­ем, Джин­гён пре­крас­но по­ни­мал, что не то что ком­пен­са­ции — даже за­ло­га ему не ви­дать как сво­их ушей. Но вслух он это­го не ска­зал.

— И где ты сей­час но­чу­ешь?

— Э-э, ну...

При сло­ве «где» в па­мя­ти Джин­гё­на неволь­но всплы­ла ши­ро­кая го­лая спи­на, пред­став­шая пе­ред взо­ром утром, и он гу­сто по­крас­нел.

— Ого, у де­вуш­ки!

— Нет.

— Да лад­но за­ли­вать, что зна­чит нет? Кто она? С на­ше­го фа­куль­те­та?

— Я вре­мен­но оста­но­вил­ся у зна­ко­мо­го. И это не де­вуш­ка.

— Ой, да лад­но тебе сму­щать­ся. Сим­па­тич­ная? У нее есть стар­шая или млад­шая сест­ра? Если есть — по­зна­комь!

Джин­гё­ну вдруг ста­ло невы­но­си­мо стыд­но за свое про­шлое. Как он во­об­ще мог быть влюб­лен в при­дур­ка, по­ме­шан­но­го на дев­чон­ках, ко­то­рый при этом еще и про­сит по­зна­ко­мить его с сест­рой неко­ей несу­ще­ству­ю­щей де­вуш­ки? И это при том, что у него еще и дом сго­рел!

— В лю­бом слу­чае, как толь­ко я всё за­кон­чу, сра­зу вам ски­ну.

— Ага, да­вай.

Джин­гён со­брал вещи и встал.

— Эй, Джин­гён-а. Так ты в об­ща­гу пе­ре­едешь?

— В се­ре­дине се­мест­ра же не за­се­ля­ют.

— Да нет, в осо­бых слу­ча­ях, если есть сво­бод­ные ме­ста, мо­гут и пу­стить. Спро­си в ад­ми­ни­стра­ции. Хо­чешь, я сам узнаю?

Го Джи­нён был добр, со­вер­шен­но ис­кренне и без зло­го умыс­ла. На­столь­ко, что на ве­че­рин­ке пер­во­курс­ни­ков, ко­гда Джин­гён, не рас­счи­тав свои силы, на­драл­ся до по­лу­смер­ти, Джи­нён спе­ци­аль­но сбе­гал в даль­ний круг­ло­су­точ­ный ма­га­зин и ку­пил ему на­пи­ток от по­хме­лья... Ах да, имен­но то­гда Джин­гён в него и втю­рил­ся. Ка­кая де­ше­вая и неле­пая влюб­лен­ность.

— Нет, я сам спро­шу. Спа­си­бо, что ска­за­ли.

— Раз спа­си­бо, то...

— До сви­да­ния.

Пока Джи­нён сно­ва не за­вел шар­ман­ку про де­ву­шек, Джин­гён по­спеш­но по­кло­нил­ся и ре­ти­ро­вал­ся.

• • • • • • • ✦ • • • • • • •

— Если вам что-ни­будь по­на­до­бит­ся, про­сто по­зо­ви­те.

— ...Да. Спа­си­бо.

Джин­гён нелов­ко кив­нул, на­по­ло­ви­ну при­встав со сту­ла. Гор­нич­ная, по­ста­вив еду на стол, тут же по­ки­ну­ла сто­ло­вую.

Даже гля­дя на устав­лен­ный де­ли­ка­те­са­ми стол, Джин­гён не чув­ство­вал ни ма­лей­ше­го ап­пе­ти­та.

— По­че­му не ешь? Мо­лишь­ся? — спро­сил па­рень, си­дев­ший во гла­ве длин­но­го сто­ла.

— Нет, — Джин­гён по­слуш­но взял па­лоч­ки.

Ку­пив по до­ро­ге гам­бур­гер, он столк­нул­ся в при­хо­жей с сек­ре­та­рем Ка­ном. Тот немед­лен­но кон­фис­ко­вал па­кет с фаст­фу­дом и чуть ли не пин­ка­ми за­гнал его в сто­ло­вую, за­явив, что вме­сто «этой вред­ной дря­ни нуж­но есть нор­маль­ную еду».

Про­бле­ма была в том, что «нор­маль­ную еду» в это вре­мя дол­жен был есть не толь­ко Джин­гён. Уви­дев за сто­лом Мок Сон­ху, он за­стыл как вко­пан­ный. Сон­ха, од­на­ко, лишь маз­нул по нему взгля­дом и боль­ше ни­как не от­ре­а­ги­ро­вал.

«Мо­жет, луч­ше по­го­ло­дать?»

Джин­гён на мгно­ве­ние за­ду­мал­ся, но Сон­ха, даже не под­няв го­ло­вы, ко­рот­ко бро­сил: «Са­дись». Джин­гён тут же ото­дви­нул стул и по­слуш­но опу­стил­ся на си­де­нье.

Так на­чал­ся этот нелов­кий ужин.

Несмот­ря на то, что блю­да, при­го­тов­лен­ные вза­мен ото­бран­но­го сек­ре­та­рем Ка­ном гам­бур­ге­ра, вы­гля­де­ли рос­кош­но и ис­то­ча­ли драз­ня­щие аро­ма­ты, ап­пе­ти­та со­всем не было. Джин­гён лишь вяло ко­вы­рял­ся вил­кой, от­ку­сы­вая по кро­шеч­но­му ку­соч­ку.

Сон­ха же мол­ча ел, не от­ры­вая взгля­да от ле­жа­щей пе­ред ним кни­ги. Он не пы­тал­ся за­ве­сти раз­го­вор, и над сто­лом по­вис­ла тя­же­лая, гне­ту­щая ти­ши­на.

— Вы… чи­та­е­те?

Джин­гён мыс­лен­но дал себе под­за­тыль­ник.

«Ну за­чем я это спро­сил? Не вы­нес нелов­ко­сти, ду­рак!» — ру­гал он себя, чув­ствуя, как крас­не­ют кон­чи­ки ушей.

— Ты же сам ска­зал учить­ся.

— Что?

— Ты ска­зал, что­бы я де­лал это так же ре­гу­ляр­но, как ем.

— А…

Джин­гён вспом­нил свой от­вет на во­прос о том, ко­гда нуж­но за­ни­мать­ся: «По­сто­ян­но, как буд­то вы еди­те».

«…Так он и прав­да сле­ду­ет мо­е­му со­ве­ту бук­валь­но».

Ему вдруг ста­ло немно­го теп­ло на душе от того, что этот че­ло­век так се­рьез­но от­нес­ся к его бро­шен­ной вскользь фра­зе.

— Если про­дол­жи­те в том же духе, то, мо­жет, и не в этом году, но вы обя­за­тель­но по­сту­пи­те в уни­вер­си­тет, в ко­то­рый хо­ти­те, — чест­но ска­зал Джин­гён. Из-за ба­наль­ной нехват­ки вре­ме­ни он не мог га­ран­ти­ро­вать по­ступ­ле­ние в этом году, но при долж­ном усер­дии хо­ро­шие ре­зуль­та­ты были лишь во­про­сом вре­ме­ни.

— Я дол­жен по­сту­пить в этом году.

— Сей­час мно­гие бе­рут до­пол­ни­тель­ный год на под­го­тов­ку…

— Нет.

Сон­ха под­нял го­ло­ву. В его по­тем­нев­ших гла­зах чи­та­лась непре­клон­ность. И это было не про­сто упрям­ство из­ба­ло­ван­но­го пар­ня

— Есть ка­кая-то при­чи­на, по ко­то­рой вы не мо­же­те по­до­ждать год?

— Я ска­зал Пред­се­да­те­лю, что по­ступ­лю в этом году.

— ……

Джин­гён смут­но при­пом­нил, что ре­ше­ние о по­ступ­ле­нии в уни­вер­си­тет тоже было во­лей это­го са­мо­го «Пред­се­да­те­ля». Он осто­рож­но от­каш­лял­ся и на­чал из­да­ле­ка:

— А… кто та­кой этот Пред­се­да­тель?

— Де­душ­ка.

Раз­ве нор­маль­ные люди на­зы­ва­ют сво­их де­ду­шек «Пред­се­да­те­ля­ми»?

Это по­ка­за­лось Джин­гё­ну стран­ным, но он ре­шил не при­ди­рать­ся к чу­жим се­мей­ным при­выч­кам. Сглот­нув, он про­дол­жил бо­лее мяг­ким то­ном:

— Мо­жет, вам сто­ит по­го­во­рить с ним? По­ступ­ле­ние — это, ко­неч­но, важ­но, но оно не опре­де­ля­ет всю жизнь. Если для него это так мно­го зна­чит, мо­жет, он пой­дет нав­стре­чу и даст вам хотя бы…

Сон­ха с гром­ким хлоп­ком за­хлоп­нул кни­гу. Джин­гён вздрог­нул всем те­лом, ин­стинк­тив­но втя­нув го­ло­ву в пле­чи.

— Кто это та­кой?

— Что?

— Кто этот «По­ступ­ле­ние», что он сме­ет опре­де­лять мою жизнь? Ка­кой-то ублю­док, чье­го лица я даже не ви­дел?

У Джин­гё­на по­му­ти­лось в го­ло­ве. «Что я сей­час услы­шал?»

— П-по­ступ­ле­ние?

— Да.

Гла­за Сон­хи, вспы­хи­ва­ю­щие зо­ло­ти­стым зве­ри­ным ис­кра­ми, ме­та­ли от­кро­вен­ное раз­дра­же­ние. Джин­гён, за­ме­рев, су­до­рож­но за­мо­тал го­ло­вой:

— Нет-нет, это не имя че­ло­ве­ка! Это со­кра­ще­ние от «по­ступ­ле­ние в уни­вер­си­тет». По-ступ-ле-ни-е.

Сон­ха на се­кун­ду опу­стил взгляд, слов­но об­ду­мы­вая услы­шан­ное, а за­тем сно­ва впил­ся гла­за­ми в Джин­гё­на.

— За­чем со­кра­щать?

— А?

— За­чем со­кра­щать без вся­кой нуж­ды?

Джин­гён на мгно­ве­ние по­те­рял дар речи.

«Он ведь не шу­тит, да? Он прав­да это­го не знал?»

— По­слу­шай­те… — Джин­гён за­мял­ся, под­би­рая сло­ва, а за­тем осто­рож­но спро­сил: — Вы ведь го­во­ри­ли, что сда­ли эк­за­ме­ны за стар­шую шко­лу экс­тер­ном?

— Ага.

— А сред­няя шко­ла?

— Тоже.

— …То­гда, про­сти­те, — мысль, дав­но не да­вав­шая ему по­коя, на­ко­нец офор­ми­лась. Он спро­сил так де­ли­кат­но, как толь­ко мог: — А как же на­чаль­ная шко­ла…?

— Я в нее не хо­дил.

От­вет про­зву­чал на­столь­ко обы­ден­но, что Джин­гён толь­ко рас­те­рян­но за­хло­пал рес­ни­ца­ми, не зная, что на это ска­зать.

Осо­бые об­сто­я­тель­ства, чу­до­вищ­ные про­бе­лы в ба­зо­вых зна­ни­ях об окру­жа­ю­щем мире и все их преды­ду­щие раз­го­во­ры вы­стро­и­лись в еди­ную це­поч­ку.

«С за­ня­ти­я­ми раз в неде­лю по­сту­пить в уни­вер­си­тет бу­дет слож­но. Луч­ше бы вам каж­дый день хо­дить на кур­сы или во­об­ще лечь в пан­си­он…»

«Это аб­со­лют­но ис­клю­че­но».

«Толь­ко от столб­ня­ка. При­вив­ка от бе­шен­ства не нуж­на. Млад­ший гос­по­дин не гу­ля­ет на ули­це».

Сло­жив все ку­соч­ки паз­ла, он при­шел к един­ствен­но­му ле­де­ня­ще­му душу вы­во­ду.

— Вы, слу­чай­но… со­всем не вы­хо­ди­те на ули­цу?

— А за­чем? — ко­рот­ко от­ве­тил Сон­ха.

В его глу­бо­ком го­ло­се не было ни кап­ли эмо­ций. Джин­гён опу­стил го­ло­ву, чув­ствуя, как по спине пол­зет лип­кий хо­ло­док.

Ста­ло как-то не по себе.

Он не хо­дил в на­чаль­ную шко­лу, сдал все эк­за­ме­ны экс­тер­ном и ни­ко­гда не по­ки­да­ет дом. Даже ре­ше­ние о по­ступ­ле­нии в уни­вер­си­тет при­ни­ма­ет не он сам, а некий «Пред­се­да­тель».

Сде­лать вы­вод было нетруд­но.

За­бро­шен­ность. И за­то­че­ние.

Долж­но быть, Сон­ха всю жизнь про­вел вза­пер­ти в этом огром­ном особ­ня­ке, предо­став­лен­ный сам себе. Если по­ду­мать, с тех пор как Джин­гён ока­зал­ся здесь, он ни разу не ви­дел ро­ди­те­лей Сон­хи и даже не слы­шал, что­бы о них упо­ми­на­ли. Да и во­об­ще, кро­ме сек­ре­та­ря Кана, дру­гих слуг он здесь по­чти не встре­чал. Ка­за­лось, в этом необъ­ят­ном доме Сон­ха про­во­дит все свое вре­мя в пол­ном оди­но­че­стве.

Осо­зна­ние это­го фак­та за­ста­ви­ло кровь Джин­гё­на вски­петь.

«Дер­жать че­ло­ве­ка, нет, жи­вот­ное… нет, че­ло­ве­ка и жи­вот­ное вза­пер­ти, не вы­пус­кать на ули­цу и не поз­во­лять ни с кем об­щать­ся — это во­об­ще мыс­ли­мо?! За­пе­реть его здесь на всю жизнь толь­ко из-за того, что от воды он пре­вра­ща­ет­ся в чер­ную пан­те­ру?!»

Сон­ха ска­зал, что не вы­хо­дит, по­то­му что ему это не нуж­но, но это было са­мое на­сто­я­щее ли­ше­ние сво­бо­ды. Мог ли ма­лень­кий ре­бе­нок, даже не по­шед­ший в на­чаль­ную шко­лу, доб­ро­воль­но вы­брать от­шель­ни­че­ство?

Пер­вой мыс­лью Джин­гё­на было за­явить в по­ли­цию. Но это было слиш­ком рис­ко­ван­но. Во-пер­вых, он был свя­зан кон­трак­том и не мог ни­ко­му рас­крыть сек­рет Сон­хи. Во-вто­рых, кто по­ве­рит за­яв­ле­нию о том, что взрос­ло­го пар­ня дер­жат в рос­кош­ном особ­ня­ке про­тив его воли, пока он сам утвер­жда­ет, что его все устра­и­ва­ет? По­ли­ция на­вер­ня­ка про­сто от­мах­нет­ся.

«То­гда что мне де­лать?»

По прав­де го­во­ря, са­мым ра­зум­ным и без­опас­ным вы­хо­дом было при­тво­рить­ся, что он ни­че­го не за­ме­ча­ет. В кон­це кон­цов, Джин­гён сам ока­зал­ся здесь не по доб­рой воле, а под дав­ле­ни­ем шан­та­жа.

«…И все рав­но, нель­зя же так по­сту­пать с жи­вым су­ще­ством!»

— Чего уста­вил­ся?

— А?

— Чего смот­ришь? Хо­чешь что-то ска­зать? — спро­сил Сон­ха, даже не ото­рвав­шись от ре­ше­ния за­да­чи. На­вер­ное, из-за при­ме­си зве­ри­ной кро­ви он чув­ство­вал чу­жое вни­ма­ние ко­жей.

— Да нет, ха-ха, про­сто…

Как бы к это­му под­сту­пить­ся? Пред­ло­жить по­мощь в лоб? Сон­ха ему не по­ве­рит. На­чать рас­суж­дать о неза­кон­ном ли­ше­нии сво­бо­ды? Сон­хе бу­дет пле­вать. К тому же, в та­ком доме на­вер­ня­ка пол­но про­слуш­ки.

— Вы… лю­би­те кино?

— Чего?

Сон­ха чуть на­хму­рил­ся и под­нял го­ло­ву. Длин­ная, слов­но на­ри­со­ван­ная ки­стью, бровь изо­гну­лась вверх в немом во­про­се.

— На сле­ду­ю­щей неде­ле вы­хо­дит фильм мо­е­го лю­би­мо­го ре­жис­се­ра. У меня есть бес­плат­ные би­ле­ты, так что, если вы лю­би­те кино…

«…Боже, зву­чит так, буд­то я к нему под­ка­ты­ваю!» — в па­ни­ке по­ду­мал Джин­гён. Но сей­час глав­ной це­лью было вы­та­щить его на­ру­жу. Даже один вы­ход за пре­де­лы особ­ня­ка — это уже по­ло­ви­на по­бе­ды.

— Что за фильм?

«Сра­бо­та­ло! Он за­ин­те­ре­со­вал­ся!» — щеки Джин­гё­на по­ро­зо­ве­ли от ра­дост­но­го вол­не­ния.

— Это на­уч­ная фан­та­сти­ка, при­квел од­ной из­вест­ной се­рии. Но…

— Ска­жи на­зва­ние. Сек­ре­тарь Кан его до­ста­нет.

— В смыс­ле?

— Фильм.

«Он что, со­брал­ся ска­чать пи­рат­скую ко­пию?» Джин­гён нелов­ко улыб­нул­ся и по­пы­тал­ся вы­кру­тить­ся:

— Но филь­мы ведь луч­ше смот­реть на боль­шом экране, что­бы про­чув­ство­вать мас­штаб…

— У нас дома есть ки­но­те­атр. В во­сточ­ном кры­ле. Экран по­боль­ше, чем в боль­шин­стве ки­но­те­ат­ров. Про­сто купи пра­ва на по­каз.

«Да уж, вы­та­щить кого-то из зо­ло­той клет­ки бо­га­чей — за­дач­ка не из лег­ких…»

— А-а, вот как. Зна­чит, фильм я буду смот­реть один… — про­бор­мо­тал Джин­гён себе под нос, ли­хо­ра­доч­но со­об­ра­жая, как еще мож­но под­сту­пить­ся к про­бле­ме. — А чем вы обыч­но за­ни­ма­е­тесь, ко­гда вам скуч­но?

— Мне не бы­ва­ет скуч­но.

— Э-э, ну то­гда… есть ли у вас хоб­би или что-то, что вам нра­вит­ся? — Джин­гён го­тов был ухва­тить­ся за лю­бую со­ло­мин­ку, лишь бы най­ти по­вод вы­ма­нить его из дома.

— Нет.

— …А-ха-ха. Ка­кой у вас, од­на­ко, спо­кой­ный ха­рак­тер, — нерв­но рас­сме­ял­ся он, про­дол­жая от­ча­ян­но ге­не­ри­ро­вать идеи. — А в клу­бы вы не хо­ди­те? Вы­пить с дру­зья­ми или, мо­жет…

Сон­ха мед­лен­но по­ло­жил руч­ку на стол. Джин­гён же втя­нул в себя воз­дух, по­чув­ство­вав, как ат­мо­сфе­ра в ком­на­те вдруг сгу­сти­лась.

— Эй.

— Д-да?

— То, о чем мы сей­час го­во­рим, име­ет ка­кое-то от­но­ше­ние к уче­бе?

— К-ко­неч­но…

Не име­ло. Ни ма­лей­ше­го.

— …име­ет! Про­цесс обу­че­ния, то есть ме­то­ды пре­по­да­ва­ния, долж­ны быть адап­ти­ро­ва­ны под каж­до­го кон­крет­но­го уче­ни­ка. По­это­му мне очень важ­но знать ваши лич­ные осо­бен­но­сти! Об этом же го­во­рит тео­рия мно­же­ствен­но­го ин­тел­лек­та Го­вар­да Гард­не­ра, а ещё… кон­цеп­ция диф­фе­рен­ци­ро­ван­но­го обу­че­ния Кэрол Том­лин­сон, и… — Джин­гён су­до­рож­но скрёб по су­се­кам па­мя­ти, вы­тас­ки­вая на свет все свои скуд­ные по­зна­ния в пе­да­го­ги­ке, лишь бы при­дать это­му жал­ко­му бле­фу хоть кап­лю ака­де­ми­че­ской со­лид­но­сти.

Тео­рия мно­же­ствен­но­го ин­тел­лек­та (Г. Гард­нер) утвер­жда­ет, что ин­тел­лект не еди­ная ве­ли­чи­на (IQ), а на­бор из 8 неза­ви­си­мых спо­соб­но­стей: от ло­ги­че­ских и линг­ви­сти­че­ских до му­зы­каль­ных и те­лес­ных. Каж­дый че­ло­век ода­рен по-сво­е­му.

Диф­фе­рен­ци­ро­ван­ное обу­че­ние (К. Том­лин­сон) — это пе­да­го­ги­че­ский ме­тод, при ко­то­ром учи­тель адап­ти­ру­ет слож­ность ма­те­ри­а­ла, спо­со­бы его по­да­чи и фор­му за­да­ний под лич­ные осо­бен­но­сти, та­лан­ты и уро­вень под­го­тов­ки каж­до­го кон­крет­но­го уче­ни­ка.

— Вот как? — Сон­ха, на удив­ле­ние, лег­ко за­гло­тил на­жив­ку.

— Д-да. Имен­но так!

— В клу­бы я не хожу. Пить пред­по­чи­таю в оди­но­че­стве, так спо­кой­нее, — ров­ным то­ном от­ве­тил тот, слег­ка скло­нив го­ло­ву и гля­дя на него из-под по­лу­опу­щен­ных рес­ниц. — Что ещё хо­чешь узнать?

— …А ка­кой у вас иде­аль­ный тип?

Джин­гён все­рьёз пла­ни­ро­вал вы­ду­мать ка­кую-ни­будь несу­ще­ству­ю­щую хо­ро­шень­кую сту­дент­ку и вы­ма­нить сво­е­го под­опеч­но­го из особ­ня­ка под пред­ло­гом зна­ком­ства.

— Уж точ­но не ты.

— Н-ну ра­зу­ме­ет­ся!

Лицо Джин­гё­на по­лых­ну­ло гу­стой крас­кой. Си­ту­а­ция «ноль при­зна­ний — один от­каз» была для него до боли при­выч­ной, но в этот раз где-то в гру­ди коль­ну­ло куда бо­лез­нен­нее обыч­но­го.

«…Мо­жет, это от­то­го, что он из­на­чаль­но зна­ет о моей ори­ен­та­ции?» — тоск­ли­во по­ду­мал он, чув­ствуя, как го­рят кон­чи­ки ушей.

За­ме­тив, как Джин­гён мо­мен­таль­но сник, Сон­ха скольз­нул по нему нечи­та­е­мым взгля­дом и небреж­но до­ба­вил:

— У меня его во­об­ще нет.

— Чего?

— Я ни­ко­гда не ду­мал о ком-то как об объ­ек­те для сек­са.

— Нет, по­до­жди­те, я ведь не имел в виду обя­за­тель­но парт­нё­ра для со­и­тия! Иде­аль­ный тип — это про­сто че­ло­век, к ко­то­ро­му воз­ни­ка­ет из­на­чаль­ная сим­па­тия… а по­том уже мож­но пе­ре­хо­дить к это­му… то есть нет, я не го­во­рю, что нуж­но де­лать это пря­мо сей­час!..

Сло­ва Джин­гё­на спу­та­лись в невнят­ный па­ни­че­ский ком. Блед­ная кожа со­всем по­шла крас­ны­ми пят­на­ми вплоть до са­мой шеи. Сон­ха мол­ча и неот­рыв­но на­блю­дал за этой стре­ми­тель­ной сме­ной эмо­ций на чу­жом лице.

— Ни сей­час, ни по­том. Я всё рав­но не со­би­ра­юсь это­го де­лать.

— …Что?

— Не буду, го­во­рю.

— Ч-чего не бу­де­те?

— Тра­хать­ся.

Джин­гён едва не со­рвал­ся на крик, еле сдер­жав рву­ще­е­ся с язы­ка воз­му­щён­ное: «Да по­че­му?!».

Ско­ван­ный пер­во­быт­ным стра­хом, Джин­гён ред­ко осме­ли­вал­ся смот­реть Сон­хе пря­мо в гла­за, но от­ри­цать оче­вид­ное было выше его сил: этот че­ло­век был пре­ступ­но кра­сив. Каж­дая чер­та его лица, вы­ве­рен­ная с ма­те­ма­ти­че­ской точ­но­стью, ка­за­лась три­ум­фом скульп­тур­но­го ге­ния. А эти вкрап­ле­ния рас­плав­лен­но­го зо­ло­та в ра­дуж­ке… Они при­да­ва­ли его взо­ру от­те­нок невы­но­си­мой, бью­щей че­рез край рос­ко­ши, в ко­то­рой скво­зи­ло нечто глу­бо­ко по­роч­ное.

Иметь внеш­ность, бук­валь­но со­здан­ную для аб­со­лют­но­го ге­до­низ­ма и раз­вра­та, и ни разу ею не вос­поль­зо­вать­ся?!

«Ка­кое рас­то­чи­тель­ство! Но по­че­му? Ради все­го свя­то­го, по­че­му?!»

— А-а, на­вер­ное, вы про­сто ещё слиш­ком мо­ло­ды… — про­тя­нул Джин­гён и толь­ко тут с ужа­сом осо­знал упу­щен­ную де­таль. — Кста­ти, а сколь­ко вам лет?

— А что, если я млад­ше, нач­нёшь ты­кать мне и ве­сти себя как хён? — усмех­нул­ся Сон­ха.

— Н-нет, что вы.

— Два­дцать два.

Он ока­зал­ся млад­ше! Джин­гё­ну до оду­ри за­хо­те­лось от­бро­сить веж­ли­вость и за­го­во­рить с ним на «ты», как со стар­ше­класс­ни­ком. Од­на­ко соб­ствен­ная жизнь была куда до­ро­же кон­фу­ци­ан­ских прин­ци­пов и иерар­хии по воз­рас­ту, по­это­му он бла­го­ра­зум­но со­хра­нил по­чти­тель­ный тон.

— Ну, в та­ком воз­расте это вполне нор­маль­но, ха-ха.

— Нет. Я со­би­ра­юсь жить так и даль­ше.

— Но ведь ко­гда вы по­сту­пи­те в уни­вер­си­тет, вы встре­ти­те мно­го от­лич­ных дру­зей и…

«Нуж­но все­ми си­ла­ми со­здать у него по­ло­жи­тель­ный об­раз внеш­не­го мира!» — мыс­лен­но при­ка­зал себе Джин­гён, на­тя­ги­вая обод­ря­ю­щую улыб­ку.

— Я ска­зал, что по­лу­чу оцен­ки, нуж­ные для по­ступ­ле­ния. Но я ни разу не го­во­рил, что со­би­ра­юсь туда хо­дить.

От это­го хо­лод­но­го за­яв­ле­ния Джин­гён тут же оне­мел.

— То есть… вы про­сто прой­дё­те по бал­лам, но учить­ся не пой­дё­те?

— Ага.

— Но по­че­му?

Ему было ис­кренне лю­бо­пыт­но. Раз­ве сло­ва это­го за­га­доч­но­го «Пред­се­да­те­ля» о по­ступ­ле­нии не озна­ча­ли, что став сту­ден­том, Сон­ха об­ре­тёт сво­бо­ду и смо­жет вы­хо­дить за пре­де­лы особ­ня­ка? И глав­ное… Сон­ха ведь учил­ся как про­кля­тый. По­на­ча­лу Джин­гён ду­мал, что пе­ред ним ти­пич­ный бо­га­тень­кий сы­нок, ко­то­ро­му на­ня­ли ре­пе­ти­то­ра для га­лоч­ки. Но всё ока­за­лось ина­че. Сон­ха вы­кла­ды­вал­ся без остат­ка. Он так ста­рал­ся, что умуд­рял­ся ре­шать за­да­чи, даже пре­вра­тив­шись в огром­но­го зве­ря, лов­ко при­вя­зав руч­ку к хво­сту!

И по­сле та­ких ти­та­ни­че­ских уси­лий — про­сто не пой­ти на за­ня­тия?!

— В этом про­сто нет необ­хо­ди­мо­сти, — от­ре­зал Сон­ха.

— По­слу­шай­те… Не всё в этой жиз­ни де­ла­ет­ся толь­ко по необ­хо­ди­мо­сти. Ино­гда мож­но по­про­бо­вать что-то сде­лать… про­сто так.

— «Just do it»? — Сон­ха ва­льяж­но под­пёр под­бо­ро­док ру­кой и из­дал ти­хий сме­шок. — Я не фа­нат Най­ка.

Несмот­ря на иг­ри­вый тон, эти­ми сло­ва­ми он жест­ко рас­ста­вил гра­ни­цы. Это не было юно­ше­ской бра­ва­дой или ка­при­зом пар­ня, не зна­ю­ще­го ре­аль­ной жиз­ни.

Джин­гён несколь­ко раз рас­те­рян­но морг­нул, пре­жде чем очень осто­рож­но спро­сить:

— Вы, слу­чай­но… про­сто не лю­би­те на­хо­дить­ся сре­ди лю­дей?

— Ага.

— На это есть ка­кая-то осо­бая при­чи­на?

— А у тебя есть осо­бая при­чи­на лю­бить муж­чин? — мгно­вен­но па­ри­ро­вал он.

Во­прос на во­прос. При­чём от­вет был ис­чер­пы­ва­ю­щим в сво­ей обез­ору­жи­ва­ю­щей про­сто­те. Джин­гён на се­кун­ду за­ду­мал­ся, осо­зна­вая, что это врож­дён­ная часть его са­мо­го, и глу­хо ото­звал­ся:

— Нет.

— Ещё во­про­сы есть?

— …Боль­ше нет.

Тихо вы­дох­нув, Джин­гён вер­нул­ся к уро­ку.

• • • • • • • ✦ • • • • • • •

— Слу­шай, вот если кто-то на­хо­дит­ся в очень пло­хой си­ту­а­ции, но сам это­го даже не осо­зна­ёт. Что бы ты сде­лал?

Жу­ю­щий ча­чжан­мён впе­ре­меш­ку с кус­ка­ми жа­ре­ной сви­ни­ны тан­с­у­юк Со Са­ниль непо­ни­ма­ю­ще уста­вил­ся на него.

— Чего?

— Ты бы по­мог ему? — на­стой­чи­во спро­сил Джин­гён.

— Нет. С ка­кой ста­ти? Ты же сам ска­зал — он не в кур­се. Зна­чит, жи­вёт себе при­пе­ва­ю­чи и не па­рит­ся, — Са­ниль с гром­ким чав­ка­ньем про­гло­тил пор­цию лап­ши.

— Но ведь чи­сто по-че­ло­ве­че­ски…

— Эй. Ким Джин­гён, — Са­ниль угро­жа­ю­ще на­хму­рил­ся, от­кла­ды­вая де­ре­вян­ные па­лоч­ки в сто­ро­ну. — Опять пла­ни­ру­ешь стро­ить из себя лоха и огре­сти лю­лей?

— Да нет, я не о том…

— О том, о том. Тебе, по­хо­ду, ре­аль­но по кай­фу по­лу­чать по мор­де.

Са­ниль знал, о чём го­во­рит. Если Джин­гён ви­дел на ули­це, как ху­ли­га­ны тря­сут ме­лочь со школь­ни­ка, он фи­зи­че­ски не мог прой­ти мимо. Со­вер­шен­но не умея драть­ся и не об­ла­дая вы­да­ю­щей­ся си­лой, он каж­дый раз лез на ро­жон и в ито­ге за­ко­но­мер­но по­лу­чал по шее. Соб­ствен­но, так они с Са­ни­лем и по­зна­ко­ми­лись — тот про­сто про­хо­дил мимо и вы­та­щил неза­дач­ли­во­го ге­роя из оче­ред­ной дра­ки. Это ста­ло на­ча­лом их друж­бы, но Са­ниль до сих пор от­кро­вен­но бе­сил­ся из-за ги­пер­тро­фи­ро­ван­но­го чув­ства спра­вед­ли­во­сти сво­е­го при­я­те­ля.

— Ты трус­ли­вый как заяц, но веч­но су­ёшь нос куда не про­сят. Ко­ро­че, в этот раз не лезь. Убе­ри свою дур­ную баш­ку от­ту­да.

«…Ка­жет­ся, моя баш­ка уже за­стря­ла там на­по­ло­ви­ну», — мыс­лен­но вздох­нул Джин­гён.

— А, точ­но. Нуна Аён про­си­ла узнать, где ты сей­час во­об­ще кан­ту­ешь­ся. Ска­за­ла: «У него вро­де и дру­зей-то нор­маль­ных нет, не спит ли он там на ули­це?».

— А-ха-ха… — нерв­но хи­хик­нул Джин­гён.

Эти двое, с их же­сто­кой, про­сто убий­ствен­ной пря­мо­ли­ней­но­стью, были бук­валь­но со­зда­ны друг для дру­га. Иде­аль­ная пара.

— Так где ты жи­вёшь? — Са­ниль при­сталь­но уста­вил­ся на него.

— Э-э… у од­но­го зна­ко­мо­го.

— У ка­ко­го ещё зна­ко­мо­го?

— …Ко­то­ро­го ты не зна­ешь.

— Что это за зна­ко­мый та­кой, ко­то­ро­го ты зна­ешь, а я нет? — Са­ниль, на удив­ле­ние, не сда­вал­ся, явно по­чу­яв нелад­ное.

Джин­гён нелов­ко рас­сме­ял­ся, ста­ра­тель­но от­во­дя взгляд в сто­ро­ну и раз­гля­ды­вая пу­стую сте­ну кафе.

— Тебя там ни в ка­кое мут­ное ме­сто в раб­ство не про­да­ли, а? — при­щу­рил­ся друг.

— Я не то что­бы в за­лож­ни­ках, про­сто так вы­шло, что вре­мен­но у них живу…

Джин­гён не мог за­ста­вить себя вслух опро­верг­нуть сло­ва про «мут­ное ме­сто».

— У кого «у них»? Что ты по­сто­ян­но уви­ли­ва­ешь?

— …У се­мьи мо­е­го уче­ни­ка.

Са­ниль, с на­би­тым ча­чжан­мё­ном ртом, недо­вер­чи­во уста­вил­ся на него:

— У того пси­ха?

— Угу.

— Ты же сам го­во­рил, что ради уволь­не­ния на­плёл ему ка­кую-то дичь про то, что тебе нра­вят­ся пар­ни!

— Было дело.

«Толь­ко вот это была со­всем не дичь», — мыс­лен­но вздох­нул Джин­гён.

— И те­перь ты у них жи­вёшь? По­годь-ка, — Са­ниль, слов­но осе­нён­ный вне­зап­ной до­гад­кой, угро­жа­ю­ще вски­нул пе­ре­ма­зан­ные в тём­ном со­усе па­лоч­ки. — Неуже­ли…

Серд­це Джин­гё­на тре­вож­но ух­ну­ло вниз. Неуже­ли друг до­га­дал­ся о его сек­ре­те?

— Это сек­та?!

— Чего? Ка­кая ещё… — Джин­гён мгно­вен­но сдул­ся, чув­ствуя, как от­лег­ло от серд­ца.

— А кто ещё так лег­ко за­тя­ги­ва­ет к себе в дом слу­чай­ных лю­дей, кро­ме сек­тан­тов? Или по­го­ди. Этот ублю­док тоже по пар­ням?

— Да нет же. Аб­со­лют­но точ­но нет.

«Уж луч­ше бы это была сек­та. Ве­ро­ят­ность и то выше».

— Ой, да лад­но тебе. Слу­шай, если по­ду­мать, это с са­мо­го на­ча­ла было по­до­зри­тель­но. Ты им в лицо за­яв­ля­ешь, что гей, а они тебя не вы­швы­ри­ва­ют, да ещё и кон­тракт под­пи­сы­ва­ют. Будь осто­ро­жен. Так и гла­зом морг­нуть не успе­ешь, как сам пе­ди­ком ста­нешь.

«Уже стал».

Джин­гён лишь про­мол­чал, за­дум­чи­во от­пи­вая чай и пред­по­чи­тая не ком­мен­ти­ро­вать этот вы­пад.

— Но всё рав­но, пу­стить к себе жить ре­пе­ти­то­ра, ко­то­ро­го они ви­де­ли пару раз от силы?

— У них про­сто очень боль­шой дом.

— Да будь он хоть раз­ме­ром с дво­рец. Кто на та­кое пой­дёт про­сто так? Зна­чит, им от тебя что-то нуж­но.

Что-то нуж­но.

В го­ло­ве Джин­гё­на слов­но вспых­ну­ла осле­пи­тель­ная мол­ния. Он рез­ко вско­чил из-за сто­ла, едва не опро­ки­нув стул.

— Спа­си­бо, Со Са­ниль!

— А? За что спа­си­бо-то?

— Мне пора бе­жать. По­том по­го­во­рим!

— Э, лад­но. Слышь, с тебя по­том мясо!

Несмот­ря на вне­зап­ный по­бег дру­га, Са­ниль не упу­стил шан­са стре­бо­вать ха­ляв­ную еду в ка­че­стве ком­пен­са­ции. Джин­гён лишь то­роп­ли­во мах­нул ему на про­ща­ние, пу­лей вы­ле­тел из за­бе­га­лов­ки и рез­во за­прыг­нул в ав­то­бус, иду­щий в сто­ро­ну особ­ня­ка.

На­ко­нец-то! Он на­шёл иде­аль­ный спо­соб вы­та­щить на­ру­жу это­го огром­но­го ле­ни­во­го кота, ко­то­ро­му ни до чего нет дела!

Сей­час Сон­ха страст­но же­лал лишь од­но­го.

По­ступ­ле­ния в уни­вер­си­тет.

Он был на­столь­ко одер­жим этой це­лью, что поз­во­лил ма­ло­зна­ко­мо­му пар­ню по­се­лить­ся в сво­ём доме, лишь бы вы­тор­го­вать себе до­пол­ни­тель­ные часы за­ня­тий. Джин­гён со­би­рал­ся ис­поль­зо­вать это на пол­ную ка­туш­ку.

В при­под­ня­том на­стро­е­нии он вбе­жал в особ­няк — и тут же столк­нул­ся в про­стор­ной при­хо­жей с вы­хо­дя­щим муж­чи­ной.

От неожи­дан­но­сти Джин­гён за­мер на ме­сте, при­от­крыв рот.

Это был Сон­ха. Оде­тый в без­упреч­ный, иде­аль­но скро­ен­ный чёр­ный ко­стюм.

Кон­траст с его обыч­ным рас­слаб­лен­ным до­маш­ним ви­дом был на­столь­ко ра­зи­тель­ным, что Джин­гён бук­валь­но оце­пе­нел, во все гла­за уста­вив­шись на сво­е­го уче­ни­ка.

Ак­ку­рат­но уло­жен­ные во­ло­сы и стро­гий крой тка­ни со­зда­ва­ли уду­ша­ю­ще-ас­ке­тич­ный об­раз, но само лицо Сон­хи си­я­ло та­кой небреж­но-яр­кой кра­со­той, что от­ве­сти взгляд было фи­зи­че­ски боль­но. Если бы он пря­мо сей­час вы­шел на по­ди­ум, то за­тмил бы всех. Нет, даже вспы­шек всех ка­мер мира не хва­ти­ло бы, что­бы за­пе­чат­леть эту хищ­ную гра­цию.

Но боль­ше все­го Джин­гё­на по­ра­зи­ло дру­гое.

— …Вы вы­хо­ди­те на ули­цу? — едва слыш­но вы­дох­нул он.

— Да, — невоз­му­ти­мо от­ве­тил Сон­ха, по­прав­ляя обувь.

От­вет про­зву­чал на­столь­ко буд­нич­но, что Джин­гён вне­зап­но по­чув­ство­вал себя пол­ным иди­о­том. Он ведь несколь­ко дней ло­мал го­ло­ву, при­ду­мы­вая хит­рые пла­ны, как бы вы­ма­нить его из особ­ня­ка!

— А куда вы?

— На встре­чу с Пред­се­да­те­лем.

При упо­ми­на­нии Пред­се­да­те­ля у Джин­гё­на опу­сти­лись руки. Он по­ня­тия не имел, что это за че­ло­век, но ясно осо­зна­вал одно: этот власт­ный род­ствен­ник кон­тро­ли­ру­ет каж­дый шаг Сон­хи.

— Вы по­еде­те один?

На его во­прос от­ве­тил сто­я­щий по­за­ди сек­ре­тарь Кан:

— Я со­про­вож­даю его.

Толь­ко сей­час Джин­гён за­ме­тил несколь­ких су­ро­вых те­ло­хра­ни­те­лей, ко­то­рых рань­ше ни­ко­гда здесь не ви­дел. Тре­во­га хо­лод­ны­ми паль­ца­ми сда­ви­ла гор­ло.

— Т-то­гда я… я тоже по­еду с вами!

— С ка­кой ста­ти?

От это­го хо­лод­но­го во­про­са Джин­гён по­перх­нул­ся сло­ва­ми. Сон­ха был аб­со­лют­но прав. Они не со­сто­я­ли в тех от­но­ше­ни­ях, где ре­пе­ти­тор име­ет пра­во так наг­ло на­вя­зы­вать­ся и вме­ши­вать­ся в чу­жие дела.

И всё же… по­че­му-то от­пус­кать его со­всем не хо­те­лось. Необъ­яс­ни­мое пред­чув­ствие скреб­лось на за­двор­ках со­зна­ния.

— Н-ну, раз уж я стал ва­шим пре­по­да­ва­те­лем, мне ка­жет­ся пра­виль­ным за­сви­де­тель­ство­вать по­чте­ние стар­шим в ва­шей се­мье. Это во­прос веж­ли­во­сти… — про­бор­мо­тал он, на ходу вы­ду­мы­вая жал­кие от­го­вор­ки, ко­то­рые мог­ли бы сра­бо­тать раз­ве что в стране с глу­бо­ко въев­ши­ми­ся кон­фу­ци­ан­ски­ми тра­ди­ци­я­ми.

— Сей­час не са­мое под­хо­дя­щее… — на­чал было сек­ре­тарь Кан, но Сон­ха же­стом обо­рвал его:

— В дру­гой раз.

В от­ли­чие от обыч­ной ле­ни­вой са­мо­уве­рен­но­сти, сей­ас его лицо сей­час ка­за­лось неесте­ствен­но на­пря­жён­ным.

— То­гда… — Джин­гён оклик­нул Сон­ху, ко­гда тот уже сто­ял на по­ро­ге. — Ко­гда вер­нё­тесь, я про­ве­ду для вас до­пол­ни­тель­ное за­ня­тие!

Это было са­мое боль­шее — и са­мое луч­шее — что он мог сей­час пред­ло­жить это­му непри­ступ­но­му че­ло­ве­ку, что­бы хоть как-то под­дер­жать его.

— До­го­во­ри­лись.

Сон­ха шаг­нул за по­рог. Джин­гён ещё дол­го сто­ял в при­хо­жей, неви­дя­щим взгля­дом гля­дя на мас­сив­ную за­кры­тую дверь, пре­жде чем на­ко­нец-то снял свою обувь.

• • • • • • • ✦ • • • • • • •

В по­лу­сне до слу­ха Джин­гё­на до­нес­ся ка­кой-то шум. Он нехо­тя при­от­крыл гла­за, пы­та­ясь стрях­нуть с себя остат­ки дре­мо­ты.

«По­ка­за­лось?»

Он уже со­би­рал­ся сно­ва про­ва­лить­ся в сон, как вдруг звук по­вто­рил­ся — на этот раз го­раз­до бо­лее рез­кий и от­чет­ли­вый, без­жа­лост­но раз­ре­за­ю­щий ноч­ную ти­ши­ну.

Звон бью­ще­го­ся стек­ла.

Джин­гён вздрог­нул и мгно­вен­но вы­ско­чил из-под оде­я­ла. Шум до­но­сил­ся из-за две­ри на­про­тив. Из ка­би­не­та, где они обыч­но про­во­ди­ли за­ня­тия. Джин­гён за­снул, так и не до­ждав­шись воз­вра­ще­ния Сон­хи, но свет в той ком­на­те, ка­жет­ся, до сих пор го­рел.

Он ли­хо­ра­доч­но взгля­нул на часы.

Два часа ночи.

Джин­гён ко­ле­бал­ся, сто­ит ли вхо­дить без сту­ка, но в этот мо­мент из-за две­ри сно­ва раз­дал­ся оглу­ши­тель­ный гро­хот — ка­за­лось, буд­то там кру­ши­ли ме­бель. Тело сра­бо­та­ло быст­рее ра­зу­ма, он ре­флек­тор­но рас­пах­нул дверь и во­рвал­ся в ка­би­нет.

— Что случ… — толь­ко на­чал было он, но сло­ва за­стря­ли в гор­ле.

По­сре­ди раз­гром­лен­ной ком­на­ты сто­ял Сон­ха. С ли­цом и ру­ка­ми, пол­но­стью за­ли­ты­ми кро­вью.

Джин­гён ви­дел его в та­ком жут­ком со­сто­я­нии лишь од­на­ж­ды. Но раз­ни­ца за­клю­ча­лась в том, что в про­шлый раз это была чу­жая кровь. Сей­час Сон­ха был пе­ре­ма­зан соб­ствен­ной.

— А, урок, — буд­нич­ным то­ном про­из­нёс Сон­ха, ка­за­лось, буд­то про­сто вспом­нив о незна­чи­тель­ной до­го­во­рен­но­сти. А за­тем мед­лен­но под­нял руку и тыль­ной сто­ро­ной ла­до­ни небреж­но про­вел по щеке, оста­вив этим дви­же­ни­ем ши­ро­кий влаж­ный баг­ро­вый след. — По­хо­же, се­год­ня уро­ка не бу­дет.

Джин­гё­на охва­тил ле­дя­ной ужас. Он бро­сил­ся к пар­ню на­про­тив:

— Да к чер­ту этот урок! Н-не дви­гай­тесь! Вы ис­те­ка­е­те кро­вью…

Сон­ха с аб­со­лют­но пу­стым, нечи­та­е­мым вы­ра­же­ни­ем лица опу­стил взгляд на свои руки. На полу ва­ля­лось на­по­ло­ви­ну раз­би­тое зер­ка­ло. В разо­рван­ную плоть на ко­стяш­ках глу­бо­ко впи­лись ост­рые оскол­ки, и из рас­тер­зан­ных ран непре­рыв­ным по­то­ком ли­лась кровь.

Джин­гён в па­ни­ке пе­ре­хва­тил его за­пя­стья.

— По­до­жди­те, нуж­но оста­но­вить кровь… Под­ни­ми­те руки вот так, по­вы­ше…

Кровь Сон­хи мгно­вен­но про­пи­та­ла не толь­ко руки Джин­гё­на, но и его одеж­ду. К гор­лу под­ка­ти­ла тош­но­та, в гла­зах по­тем­не­ло от под­сту­па­ю­ще­го об­мо­ро­ка, но он чу­дом за­ста­вил себя остать­ся в со­зна­нии. Кро­во­те­че­ние из изуро­до­ван­ных оскол­ка­ми рук ни­как не оста­нав­ли­ва­лось.

— Нуж­но сроч­но в боль­ни­цу. Я сей­час по­зво­ню в 119…

Джин­гён су­до­рож­но на­чал ша­рить по кар­ма­нам в по­ис­ках те­ле­фо­на, но в этот мо­мент в ка­би­нет во­рвал­ся сек­ре­тарь Кан.

— Отой­ди­те!

Он гру­бо от­стра­нил Джин­гё­на, и сле­дом в ком­на­ту вбе­жа­ли люди с ме­ди­цин­ски­ми че­мо­дан­чи­ка­ми, тут же при­няв­шись за ока­за­ние пер­вой по­мо­щи. Ни­кто из них не вы­ка­зал ни кап­ли па­ни­ки, слов­но по­доб­ное зре­ли­ще было для них ру­ти­ной.

— Мо­же­те воз­вра­щать­ся в свою ком­на­ту, — бро­сил Кан Джин­гё­ну веж­ли­вым то­ном. Хотя, по сути, это было ни­чем иным, как при­ка­зом.

Джин­гён бро­сил по­след­ний взгляд на Сон­ху, окру­жен­но­го вра­ча­ми. Их гла­за встре­ти­лись, но Сон­ха не про­из­нес ни сло­ва.

В кон­це кон­цов Джин­гён по­кор­но вер­нул­ся к себе. В го­ло­ве би­лась толь­ко одна мысль: «Здесь что-то не так. Все это в корне непра­виль­но».

Он за­пер­ся в ван­ной и дол­го от­ти­рал руки под кра­ном. Вид кро­ви, спи­ра­лью за­кру­чи­ва­ю­щей­ся в сток вме­сте с во­дой, сно­ва вы­звал спазм в же­луд­ке. Даже пе­ре­одев­шись в чи­стую одеж­ду, он дол­го не мог унять круп­ную дрожь в теле.

«По­че­му ни­кто не ве­зет его в боль­ни­цу?!»

— Учи­тель, — спу­стя ка­кое-то вре­мя в дверь по­сту­ча­ли, и на по­ро­ге по­явил­ся сек­ре­тарь Кан. — Вы ни­где не по­ра­ни­лись?

— Д-да. Я в по­ряд­ке. А гос­по­дин Сон­ха…

— С млад­шим гос­по­ди­ном все хо­ро­шо.

— Но он по­те­рял столь­ко кро­ви! По­че­му его не от­вез­ли в…

— Его осмот­ре­ла про­фес­си­о­наль­ная ме­ди­цин­ская бри­га­да. Вам не о чем бес­по­ко­ить­ся. Ло­жи­тесь спать.

Это было недву­смыс­лен­ное пре­ду­пре­жде­ние: «Не лезь не в свое дело». Джин­гён был до­ста­точ­но умен, что­бы по­нять на­мек, но недо­ста­точ­но трус­лив, что­бы про­сто про­гло­тить его.

— …И все рав­но, ему нуж­но нор­маль­ное ле­че­ние в кли­ни­ке! Нель­зя про­сто бро­сать его в та­ком со­сто­я­нии!

— Что, про­сти­те? — Кан непо­ни­ма­ю­ще на­хму­рил­ся.

— Если на лице оста­нут­ся шра­мы… Огра­ни­чить­ся пер­вой по­мо­щью при та­ких глу­бо­ких ра­нах — это по­чти ха­лат­ность... А ха­лат­ность при­рав­ни­ва­ет­ся к же­сто­ко­му об­ра­ще­нию.

По­след­ние сло­ва он по­чти про­шеп­тал, чув­ствуя, как тря­сут­ся кон­чи­ки паль­цев.

«Сей­час меня изо­бьют. Нет, уто­пят. Нет, за­ко­па­ют за­жи­во… Ну по­че­му я не мог про­сто про­мол­чать?!»

— Ха­лат­ность? Же­сто­кое об­ра­ще­ние? О ком вы во­об­ще го­во­ри­те? — на лице сек­ре­та­ря от­ра­зи­лось ис­крен­нее недо­уме­ние.

— О гос­по­дине Сон­хе…

— О млад­шем гос­по­дине? Вы ду­ма­е­те, это я с ним так об­ра­ща­юсь? — ко­рот­ко усмех­нул­ся сек­ре­тарь, уста­ло по­тёр пе­ре­но­си­цу и с на­жи­мом про­дол­жил: — Кля­нусь вам, если кто-ни­будь по­сме­ет под­нять руку на млад­ше­го гос­по­ди­на, я лич­но пе­ре­ло­маю это­му ублюд­ку по­зво­ноч­ник, что­бы он всю остав­шу­ю­ся жизнь пол­зал на чет­ве­рень­ках. По­то­му что та­кая мразь не до­стой­на хо­дить на двух но­гах.

Джин­гён неволь­но по­ежил­ся, по­чув­ство­вав фан­том­ный хо­ло­док вдоль соб­ствен­но­го по­зво­ноч­ни­ка, и неза­мет­но по­че­сал спи­ну.

— Мы по­ня­ли друг дру­га?

— Нет, по­до­жди­те ми­ну­ту! — Джин­гён от­ча­ян­но вце­пил­ся в ру­кав ухо­дя­ще­го сек­ре­та­ря.

— Что еще?

— Ка­ки­ми бы «осо­бы­ми» ни были об­сто­я­тель­ства, не пус­кать че­ло­ве­ка в боль­ни­цу…

— Ни­кто ему не за­пре­ща­ет. Он сам от­ка­зы­ва­ет­ся вы­хо­дить.

— Но даже так…

Вос­по­ми­на­ния о недав­ном ин­ци­ден­те на­хлы­ну­ли бур­ным по­то­ком: в тот мо­мент, ко­гда Джин­гён во­рвал­ся в ка­би­нет, он едва не ли­шил­ся чувств. Сквозь рва­ные раны от стек­ла на ру­ках Сон­хи бук­валь­но бе­ле­ли ко­сти, а кровь хле­ста­ла, не пе­ре­ста­вая. Оста­вить все как есть было безу­ми­ем…

— Учи­тель, — став­ший низ­ким голо сек­ре­та­ря Кана вы­рвал из дур­но­го ви­де­ния.

— Д-да?

— Вы­брось­те эти глу­по­сти из го­ло­вы и иди­те спать. Зав­тра по­смот­ри­те на лицо млад­ше­го гос­по­ди­на, то­гда и по­го­во­рим.

— ……

«Это он на­ме­ка­ет, что зав­тра за­ко­па­ет меня?» — сглот­нул Джин­гён.

— Ах да, и еще кое-что, — до­ба­вил Кан, уже взяв­шись за руч­ку две­ри. — Млад­ший гос­по­дин сей­час не в духе. Не лезь­те к нему на ро­жон... В та­кие дни он мо­жет и уку­сить, если его спро­во­ци­ро­вать.

— …По­нял.

Сек­ре­тарь вы­шел, плот­но при­крыв за со­бой дверь.

Остав­шись один, Джин­гён едва до­плел­ся до кро­ва­ти — силы по­ки­ну­ли его окон­ча­тель­но. Он по­слуш­но сме­жил веки, как ему и ве­ле­ли, од­на­ко сон не шёл. А спу­стя ка­кое-то вре­мя ти­ши­ну на­ру­ши­ли стран­ные зву­ки.

Шлёп. Шлёп.

Тя­же­лые влаж­ные шаги мед­лен­но уда­ля­лись от его две­ри. До­ждав­шись, пока они стих­нут, Джин­гён бес­шум­но вы­скольз­нул из-под оде­я­ла и вы­гля­нул на­ру­жу. В по­лу­мра­ке туск­ло по­блес­ки­вал за­ли­тый во­дой пол: це­поч­ка мок­рых от­пе­чат­ков тя­ну­лась от спаль­ни Сон­хи, те­ря­ясь в тем­ных нед­рах дома. Во­круг сто­я­ла та­кая ти­ши­на, что недав­нее про­ис­ше­ствие ка­за­лось лишь дур­ным сном.

По­ко­ле­бав­шись на по­ро­ге, Джин­гён всё же пе­ре­си­лил страх и по­шел по сле­дам. Ноч­ная про­хла­да кос­ну­лась лица, ко­гда он вы­шел во двор. По мере того, как он углуб­лял­ся в сад, дур­ма­ня­щий аро­мат цве­тов ста­но­вил­ся всё плот­нее, пока ноги сами не вы­ве­ли его к зна­ко­мо­му си­лу­эту стек­лян­ной оран­же­реи.

Ин­ту­и­ция его не под­ве­ла, огром­ный зверь тя­же­ло рас­пла­стал­ся на ска­мье. Где он умуд­рил­ся так про­мок­нуть, оста­ва­лось за­гад­кой, но с гу­стой чер­ной шер­сти на пол непре­рыв­ны­ми струй­ка­ми сте­ка­ла вода, со­би­ра­ясь в лужи.

Джин­гён неслыш­но при­бли­зил­ся. Пан­те­ра на­вер­ня­ка уло­ви­ла его за­пах еще на под­хо­де, но даже не по­ве­ла ухом.

— Вы… в по­ряд­ке?

С за­ми­ра­ни­ем серд­ца Джин­гён всмот­рел­ся в мас­сив­ную мор­ду и мощ­ные пе­ред­ние лапы. Он не по­ве­рил соб­ствен­ным гла­зам — на влаж­ной шку­ре не оста­лось ни еди­но­го сле­да. Ни рва­ных ран, ни даже кро­шеч­ной ца­ра­пи­ны. Это не укла­ды­ва­лось в го­ло­ве. Ка­ким бы ге­ни­аль­ным ни был врач, со­тво­рить по­доб­ное чудо за пару ча­сов было по­про­сту фи­зи­че­ски невоз­мож­но.

В па­мя­ти тут же всплы­ла за­га­доч­ная фра­за сек­ре­та­ря Кана:

«Зав­тра по­смот­ри­те на лицо млад­ше­го гос­по­ди­на, то­гда и по­го­во­рим».

«…Так вот что он имел в виду».

И всё же тре­во­га не от­сту­па­ла. Опа­са­ясь, что страш­ные уве­чья скры­ты где-то еще, Джин­гён при­нял­ся скру­пу­лез­но осмат­ри­вать зве­ря. Чер­ная, лос­ня­ща­я­ся даже в по­лу­мра­ке шерсть по­кры­ва­ла тело сплош­ным тя­же­лым ков­ром, пря­ча под со­бой ма­лей­шие изъ­я­ны.

«А вдруг по­вре­жде­ния про­сто сме­сти­лись на дру­гие участ­ки тела?»

Но сто­и­ло ему на­кло­нить­ся, пы­та­ясь за­гля­нуть под му­ску­ли­стый жи­вот, как пан­те­ра неуло­ви­мо быст­рым дви­же­ни­ем са­да­ну­ла его пе­ред­ней ла­пой по го­ло­ве. Джин­гён сдав­лен­но ох­нул и неле­по плюх­нул­ся на мок­рый пол, ин­стинк­тив­но схва­тив­шись за ушиб­лен­ный лоб. Зверь даже не вы­пу­стил ког­ти, но удар ока­зал­ся та­кой силы, что в ушах за­зве­не­ло.

— За­чем вы это сде­ла­ли? — с оби­дой вы­рва­лось у него, хотя он пре­крас­но по­ни­мал аб­сурд­ность сво­е­го во­про­са.

От­ве­та, ра­зу­ме­ет­ся, не по­сле­до­ва­ло. Пан­те­ра про­дол­жа­ла ле­жать с за­кры­ты­ми гла­за­ми, на­по­ми­ная из­ва­я­ние.

— Даже если вы зли­тесь, нель­зя так рас­пус­кать лапы! — Джин­гён воз­му­щен­но шмыг­нул но­сом. — Пусть ваши раны и за­тя­ги­ва­ют­ся на гла­зах, но боль-то ни­ку­да не ис­че­за­ет. По­жа­луй­ста, не под­став­ляй­тесь так боль­ше.

Вме­сто от­ве­та пан­те­ра лишь ле­ни­во от­вер­ну­ла мор­ду в дру­гую сто­ро­ну.

Воз­мож­но, всё дело было в том, что Джин­гён те­перь знал его ре­аль­ный воз­раст. Но сей­час огром­ный зверь вдруг по­ка­зал­ся ему про­сто на­су­пив­шим­ся под­рост­ком. Упря­мым де­те­ны­шем, ко­то­рый еще не успел по­взрос­леть. И хотя от од­но­го вида это­го хищ­ни­ка кровь по-преж­не­му сты­ла в жи­лах, Джин­гён упря­мо, пусть и дро­жа­щим го­ло­сом, про­дол­жил:

— Вы бы схо­ди­ли по­том в боль­ни­цу… Ра­зу­ме­ет­ся, ран не вид­но, но всё же…

Боль­шой чер­ный кот даже не ше­лох­нул­ся. Джин­гён во­ро­ва­то огля­дел­ся. В оран­же­рее не было ни души, во­круг гу­сте­ла аб­со­лют­ная ти­ши­на, но на вся­кий слу­чай он при­дви­нул­ся к пан­те­ре вплот­ную.

— По­слу­шай­те, — за­шеп­тал он, скло­нив­шись к са­мой мор­де зве­ря.

Круг­лые, до это­го плот­но при­жа­тые к го­ло­ве уши пан­те­ры тут же вста­ли торч­ком.

— Вдруг нас кто-то услы­шит, — по­яс­нил Джин­гён, про­дол­жая тре­вож­но ози­рать­ся по сто­ро­нам. — Вы ведь… мо­же­те вы­хо­дить на ули­цу, да?

Судя по се­го­дняш­ней по­езд­ке к Пред­се­да­те­лю, его не дер­жа­ли здесь под аб­со­лют­ным зам­ком. Да, это не от­ме­ня­ло того фак­та, что по фак­ту еще юно­шу ли­ши­ли нор­маль­ной шко­лы и обыч­но­го дет­ства, но это да­ва­ло шанс.

Прон­зи­тель­ные жел­тые гла­за при­от­кры­лись и неми­га­ю­ще уста­ви­лись на Джин­гё­на. В этом хо­лод­ном при­щу­ре слиш­ком яв­ствен­но чи­та­лось: «Ка­ко­го чер­та ты за­да­ешь та­кие ту­пые во­про­сы?»

— Я сде­лаю всё, что­бы вы точ­но по­сту­пи­ли в уни­вер­си­тет в этом году, — вы­па­лил Джин­гён.

Зверь при­под­нял го­ло­ву и низ­ко за­ры­чал.

— Да. Я се­рьез­но. Ко­неч­но, Се­уль­ский на­ци­о­наль­ный, Ёнсе или Корё… это пока недо­сти­жи­мо, но я га­ран­ти­рую, что вы прой­де­те в уни­вер­си­тет в Се­уле, на­зва­ние ко­то­ро­го у всех на слу­ху…

До­го­во­рить он не успел. Мир вне­зап­но на­кре­нил­ся. По­те­ряв рав­но­ве­сие, Джин­гён за­ва­лил­ся на спи­ну, а в сле­ду­ю­щую се­кун­ду огром­ная туша на­ва­ли­лась свер­ху, при­да­вив его пле­чи тя­же­лы­ми ла­па­ми.

Пусть внут­ри и пря­тал­ся че­ло­век, сна­ру­жи это всё еще был смер­то­нос­ный зверь. Ока­зав­шись вдав­лен­ным в зем­лю, Джин­гён по­чув­ство­вал, как ужас па­ра­ли­зо­вал каж­дую клет­ку его тела. Он не мог по­ше­ве­лить ни еди­ным паль­цем, не мог нор­маль­но вдох­нуть. Из сдав­лен­но­го гор­ла не вы­рва­лось ни зву­ка, даже жал­ко­го пис­ка о по­мо­щи.

В па­мя­ти про­нес­лось предо­сте­ре­же­ние: «Не лезь­те к нему на ро­жон... В та­кие дни он мо­жет и уку­сить, если его спро­во­ци­ро­вать.».

«…Я же не про­во­ци­ро­вал! По­жа­луй­ста, не ку­сай­те!»

Чер­ная верх­няя губа вздер­ну­лась, об­на­жив влаж­но бле­стя­щие, бе­ло­снеж­ные клы­ки. Вдоль по­зво­ноч­ни­ка Джин­гё­на про­ка­ти­лась ле­дя­ная вол­на. Буд­то две мер­ца­ю­щие зо­ло­тые луны не от­ры­ва­ясь смот­ре­ли на него из тем­но­ты.

Из са­мых недр зве­ри­ной гру­ди под­нял­ся низ­кий ро­кот, про­зву­чав­ший как по­след­нее пре­ду­пре­жде­ние. Но Джин­гён ка­ким-то ше­стым чув­ством по­нял невы­ска­зан­ный во­прос.

«Ты сей­час се­рьез­но?»

Су­до­рож­но сглот­нув, он пре­ры­ви­сто кив­нул:

— Да. Аб­со­лют­но.

Мас­сив­ная лапа, раз­ме­ром с го­ло­ву ре­бен­ка, еще тя­же­лее вда­ви­ла его пле­чо в зем­лю. Зверь тре­бо­вал про­дол­же­ния. Ему была нуж­на при­чи­на. Ка­ко­го чер­та этот со­вер­шен­но чу­жой че­ло­век за­шел так да­ле­ко?

Неми­га­ю­щий взгляд хищ­ни­ка бу­ра­вил его, вы­ис­ки­вая ма­лей­шую фальшь. Зверь оце­ни­вал до­бы­чу, пы­та­ясь учу­ять под­вох.

Во рту пе­ре­сох­ло. Джин­гён сглот­нул вяз­кую слю­ну. Он с дет­ства был ужас­ным тру­сом, сто­и­ло по­смот­реть по те­ле­ви­зо­ру де­ше­вый ужа­стик, как ноч­ной по­ход в туа­лет пре­вра­щал­ся в невы­пол­ни­мую мис­сию. С воз­рас­том он на­учил­ся пря­тать эту сла­бость за фа­са­дом невоз­му­ти­мо­сти, но сей­час хруп­кая мас­ка тре­ща­ла по швам. Паль­цы дро­жа­ли, а гла­за щи­па­ло от на­во­ра­чи­ва­ю­щих­ся жал­ких слез.

При­чи­на.

По­че­му он, уми­рая от стра­ха, так упор­но ле­зет в дела со­вер­шен­но чу­жо­го че­ло­ве­ка?

По прав­де го­во­ря, Джин­гён и сам не знал точ­но­го от­ве­та. Он мог с ходу на­звать де­ся­ток при­чин, по­че­му сле­до­ва­ло бы дер­жать­ся от это­го пар­ня по­даль­ше.

И все-таки…

— …По­то­му что вы мой уче­ник…

Он про­сто не мог от­вер­нуть­ся. Сон­ха сто­ял на та­кой недо­ся­га­е­мой со­ци­аль­ной вер­шине, где ни­чтож­ный, по­гряз­ший в дол­гах Джин­гён про­сто не имел пра­ва ис­пы­ты­вать к нему жа­лость. Но одна лишь мысль о том, что этот юно­ша про­вел всю свою жизнь за­пер­тым в рос­кош­ной клет­ке — в пу­стом, ги­гант­ском особ­ня­ке, на­прочь от­ре­зан­ный от нор­маль­но­го мира, — жгла из­нут­ри.

Вот и всё. Эта мысль про­сто не да­ва­ла ему по­коя.

— Но вза­мен…

Пре­одо­ле­вая ско­вы­ва­ю­щее мыш­цы оце­пе­не­ние, Джин­гён с уси­ли­ем при­под­нял­ся на лок­тях. Он на­хо­дил­ся так близ­ко, что го­ря­чее ды­ха­ние хищ­ни­ка об­жи­га­ло лицо. По­дав­шись впе­ред, к са­мо­му уху пан­те­ры, он вы­дох­нул по­чти без­звуч­но:

— Мы бу­дем за­ни­мать­ся на ули­це.

Сна­ча­ла муж­чи­на — точ­нее, зверь — не по­нял его слов. По­ня­тие «на ули­це» было для него слиш­ком раз­мы­тым.

— За пре­де­ла­ми особ­ня­ка, — уточ­нил Джин­гён.

Услы­шав это, пан­те­ра на дол­гую се­кун­ду за­мер­ла. Жел­тые гла­за неми­га­ю­ще уста­ви­лись на че­ло­ве­ка, а за­тем тя­же­лая лапа с раз­ма­ху вле­пи­ла ему пря­мо в ви­сок.

Глу­хо рык­нув, хищ­ник шум­но отрях­нул­ся, ока­тив Джин­гё­на ве­е­ром хо­лод­ных ка­пель, гра­ци­оз­но рас­тво­рил­ся во мра­ке оран­же­реи.

Так бес­слав­но и за­кон­чи­лись их ноч­ные пе­ре­го­во­ры.

А на сле­ду­ю­щее утро Сон­ха, уже вер­нув­ший себе че­ло­ве­че­ский об­лик, за­явил­ся в ком­на­ту Джин­гё­на. На его без­упреч­ном лице не было ни еди­но­го сле­да вче­раш­не­го кро­ва­во­го буй­ства.

— По­че­му? — спро­сил он пря­мо с по­ро­га.

Он от­ка­зы­вал­ся брать в толк, с ка­кой ста­ти этот ре­пе­ти­тор взял на себя сме­лость обе­щать ему по­ступ­ле­ние в уни­вер­си­тет, да еще и при аб­сурд­ном усло­вии за­ня­тий вне дома. И, спра­вед­ли­во­сти ради, воз­му­ще­ние Сон­хи было аб­со­лют­но ло­гич­ным. Ведь сам Джин­гён за всю ночь так и не смог вы­ду­мать ни од­но­го вра­зу­ми­тель­но­го ар­гу­мен­та, спо­соб­но­го оправ­дать свой безум­ный уль­ти­ма­тум.

— М-мне про­сто нра­вит­ся бы­вать на ули­це.

— И ка­кая связь меж­ду тем, что тебе нра­вит­ся ули­ца, и тем, что­бы про­во­дить за­ня­тия сна­ру­жи?

Здра­во­го смыс­ла это­му пар­ню, мо­жет, и не хва­та­ло, но вот с ло­ги­кой у него всё было в пол­ном по­ряд­ке.

— …Мне нуж­ны день­ги.

— То­гда по­лу­чай свои день­ги и за­ни­май­ся со мной дома. Я за­пла­чу вдвое боль­ше.

— День­ги — это ещё не всё.

— Да неуже­ли? То­гда втрое.

Джин­гён едва не сдал­ся.

— Вчет­ве­ро?

— Нет.

С тру­дом вер­нув себе са­мо­об­ла­да­ние, Джин­гён по­ка­чал го­ло­вой. Ещё немно­го раз­го­во­ров о день­гах, и он мог про­сто не вы­дер­жать.

— Как я уже го­во­рил, у меня тоже есть лич­ная жизнь. Я не могу про­во­дить всё своё вре­мя в этом особ­ня­ке.

— И что же это за лич­ная жизнь та­кая, ради ко­то­рой тебе обя­за­тель­но нуж­но пре­по­да­вать на ули­це?

«Вот же… до­тош­ный ублю­док».

— Ну… это…

Джин­гён дол­го ко­ле­бал­ся, но в ито­ге вы­брал са­мый про­стой и са­мый под­лый путь.

— Муж­чи­ны?

— …….

«Чув­ствую. Я прям ко­жей это чув­ствую». Даже с опу­щен­ной го­ло­вой он без­оши­боч­но ощу­щал на себе пре­зри­тель­ный взгляд Сон­хи.

— К-как я уже ска­зал, мне они очень нра­вят­ся… Муж­чи­ны.

Ска­зал — и тут же по­чув­ство­вал ост­рый при­ступ нена­ви­сти к са­мо­му себе.

«Чем я сей­час луч­ше Джин­гё­на, ко­то­рый про­сил по­зна­ко­мить его с дев­чон­кой сра­зу по­сле того, как у меня сго­ре­ла квар­ти­ра?»

А с учё­том того, что он толь­ко что рас­пи­нал­ся о сво­ей люб­ви к день­гам, си­ту­а­ция вы­гля­де­ла и того хуже.

— В этом доме тоже пол­но муж­чин, — рав­но­душ­но бро­сил Сон­ха.

Джин­гён за­ма­хал ру­ка­ми.

— Нет! Ни за что. Толь­ко не здесь.

— По­че­му?

— …Они не в моём вку­се.

И это было чи­стой прав­дой. Все ра­бот­ни­ки особ­ня­ка вы­гля­де­ли так, слов­но толь­ко что вы­шли из кри­ми­наль­ной хро­ни­ки. Сре­ди них не было ни од­но­го лица, ко­то­рое хоть от­да­лен­но впи­сы­ва­лось бы в по­ня­тие «нор­маль­но­сти», не го­во­ря уже о чьих-либо ро­ман­ти­че­ских пред­по­чте­ни­ях.

— И ка­кие же тебе нра­вят­ся? Я най­му тех, кто бу­дет в тво­ём вку­се.

— В моём вку­се…

Джин­гён рас­те­рян­но под­нял го­ло­ву. Их взгля­ды с Сон­хой встре­ти­лись, и он по­спеш­но от­вёл гла­за.

— С этим я раз­бе­русь сам. В лю­бом слу­чае, я хочу про­во­дить за­ня­тия на ули­це. Если ты так про­тив…

Сон­ха смот­рел на него дол­го и ис­пы­ту­ю­ще, по­сле чего тя­же­ло вздох­нул.

— Лад­но.

— А?

— Бу­дем за­ни­мать­ся на ули­це. Но у меня тоже есть усло­вие.

Джин­гён сглот­нул вяз­кую слю­ну.

«Что на этот раз? Если про­ва­лит всту­пи­тель­ные, при­ка­жет от­ру­бить мне руку?… Неуже­ли мне при­дёт­ся по­ста­вить на кон соб­ствен­ное за­пястье ради спа­се­ния че­ло­ве­че­ства?»

Смер­тель­но по­блед­нев, Джин­гён уста­вил­ся на свои руки.

— Если со­бе­рёшь­ся тра­хать­ся, де­лай это там, где меня не бу­дет.

— Да. Ра­зу­ме­ет­ся… По­го­ди, что?

— Я ска­зал, де­лай это там, где меня нет. Я не со­би­ра­юсь смот­реть на это дерь­мо.

— Нет, ко­неч­но, с чего бы мне во­об­ще…

На­чав было оправ­ды­вать­ся, Джин­гён вдруг осо­знал, ка­кую имен­но ле­ген­ду он себе вы­брал.

«Я не за­ни­ма­юсь этим. Ни­ко­гда не про­бо­вал, в бли­жай­шее вре­мя не пла­ни­рую, уж тем бо­лее — на гла­зах у дру­гих лю­дей, и… я во­об­ще ни разу это­го не де­лал!»

— …Да. Не буду.

Про­гло­тив все сло­ва, рву­щи­е­ся на­ру­жу, Джин­гён и в этот раз вы­брал са­мый под­лый и про­стой путь.

• • • • • • • ✦ • • • • • • •

— Ауч! — Джин­гён звон­ко хлоп­нул себя ла­до­нью по ноге.

Сон­ха по­смот­рел на него с вы­ра­же­ни­ем: «Опять?».

— …Ко­ма­ры ку­са­ют толь­ко меня, — рас­сме­ял­ся Джин­гён, по­ти­рая кожу, на ко­то­рой уже рас­цве­та­ли крас­ные пят­на. Его ис­ку­са­ли боль­ше де­сят­ка раз, в то вре­мя как Сон­ху не тро­нул ни один ко­мар. — На­вер­ное, у меня вкус­ная кровь. Ха-ха…

— Кровь тут ни при чём, про­сто у тебя тем­пе­ра­ту­ра тела выше.

— Тем­пе­ра­ту­ра? Да нет, нор­маль­ная вро­де.

На вся­кий слу­чай Джин­гён по­тро­гал свой лоб. Ни­ка­ко­го жара, да и чув­ство­вал он себя пре­крас­но.

— Твоя обыч­ная тем­пе­ра­ту­ра. При­мер­но на 0,2 гра­ду­са выше, чем у дру­гих лю­дей. Не знал?

— Не знал. А вы-то от­ку­да зна­е­те?

Сон­ха мед­лен­но на­кло­нил го­ло­ву. Джин­гён про­сле­дил взгля­дом за тем, как при этом дви­же­нии под че­лю­стью Сон­хи на­пряг­лась вена.

— Я это чув­ствую.

— …….

— Пульс, тем­пе­ра­ту­ру, за­пах.

Го­лос Сон­хи об­ла­дал стран­ным свой­ством вы­зы­вать фи­зи­че­ские ощу­ще­ния. Низ­кий, гру­бый и хо­лод­ный тембр… Ка­за­лось, с каж­дым про­из­не­сён­ным сло­вом по коже Джин­гё­на рас­пол­за­ет­ся тон­кая кор­ка льда.

Сон­ха, не от­ры­вая взгля­да от ре­пе­ти­то­ра, про­дол­жил:

— Ты, ко­неч­но, шум­ный, но тер­петь мож­но.

— Я шум­ный?

Та­кое он слы­шал впер­вые. Джин­гён не счи­тал себя бол­ту­ном. Да, ко­гда он нерв­ни­чал, сло­ва ли­лись из него, как из сло­ман­но­го кра­на, но в обыч­ной жиз­ни он пред­по­чи­тал слу­шать, а не го­во­рить.

— Ко­гда ты пу­га­ешь­ся или нерв­ни­ча­ешь, твое серд­це на­чи­на­ет ко­ло­тить­ся как су­ма­сшед­шее.

— …….

— Пря­мо как сей­час.

— …А-ха-ха…

«Он даже стук серд­ца слы­шит. Это уже ка­кая-то су­пер­спо­соб­ность».

Вне­зап­но Джин­гё­на осе­ни­ло.

— Так вот по­че­му вы не лю­би­те тол­пу?

Сон­ха на удив­ле­ние лег­ко со­гла­сил­ся на за­ня­тия вне дома. Это явно сви­де­тель­ство­ва­ло о том, на­сколь­ко силь­но он хо­тел по­сту­пить в уни­вер­си­тет.

Од­на­ко на сле­ду­ю­щий день, бли­же к по­лу­но­чи, он как ни в чём не бы­ва­ло раз­бу­дил Джин­гё­на.

— По­шли за­ни­мать­ся.

— …О чём вы? Как мы бу­дем за­ни­мать­ся в та­кое вре­мя? — за­про­те­сто­вал за­спан­ный, взлох­ма­чен­ный Джин­гён, едва раз­ле­пив гла­за и по­смот­рев на часы. Но это не по­мог­ло.

— Ты сам хо­тел на ули­це. Вре­мя мы не об­суж­да­ли.

В ито­ге, око­ло часа ночи Джин­гён си­дел за рас­клад­ным сто­ли­ком на бе­ре­гу реки Хан­ган и вёл урок.

— Да. Шум­но и во­ня­ет, — от­ве­тил Сон­ха, вы­пи­сы­вая циф­ры в тет­ра­ди. — И во­об­ще, про­сто бе­сят.

Джин­гён тихо вздох­нул.

Как и ему не нуж­на была при­чи­на, что­бы «лю­бить муж­чин», так и Сон­хе не тре­бо­ва­лось обос­но­вы­вать свою нена­висть к лю­дям.

— А вам хо­ро­шо вид­но? По-мо­е­му, тем­но­ва­то, — про­бор­мо­тал Джин­гён, во­зясь с бес­про­вод­ной лам­пой, ко­то­рую при­та­щил спе­ци­аль­но для ноч­но­го уро­ка. Он на­де­ял­ся, что если Сон­ха по­жа­лу­ет­ся на тем­но­ту, вре­мя за­ня­тий удаст­ся немно­го сдви­нуть.

— Я вижу бук­вы и без этой шту­ки. Я вклю­чил её для тебя.

— …..

«К нему во­об­ще не под­ко­пать­ся».

Джин­гён мол­ча на­блю­дал за тем, как Сон­ха ре­ша­ет за­да­чи. И тут вспом­ни­лись сло­ва про­фес­со­ра по выс­шей ма­те­ма­ти­ке на пер­вом кур­се:

«По тому, как че­ло­век ре­ша­ет за­да­чи, мож­но опре­де­лить его ха­рак­тер».

Сон­ха все­гда пи­сал фор­му­лы уве­рен­но и без ко­ле­ба­ний. Будь то зна­ко­мая за­да­ча или со­вер­шен­но но­вая — он про­сто на­чи­нал пи­сать, стре­мясь сра­зу по­лу­чить от­вет. Это по­хо­ди­ло на охо­ту. Аб­со­лют­но жи­вот­ный ин­стинкт.

— От­лич­но спра­ви­лись.

Про­ве­рив от­вет Сон­хи, Джин­гён за­пи­сал в тет­ра­ди дру­гую за­да­чу и сно­ва по­дви­нул к нему. Преды­ду­щий при­мер Сон­ха ре­шил ско­рее бла­го­да­ря уда­че. Нуж­но было по­ка­зать ему пра­виль­ный ал­го­ритм ре­ше­ния.

— То­гда по­про­буй­те ре­шить и эту. А по­том я ещё раз объ­яс­ню тео­рию.

Сон­ха взял тет­радь, и в на­сту­пив­шей ти­шине от­чет­ли­во за­зву­чал мер­ный скрип руч­ки о бу­ма­гу. Про­хла­да ноч­но­го воз­ду­ха мяг­ко ка­са­лась щек, при­но­ся дол­го­ждан­ное об­лег­че­ние, а ти­хий ро­кот реки, раз­би­ва­ю­щей­ся о бе­рег, оку­ты­вал без­мя­теж­но­стью. Было так спо­кой­но.

«…А ведь ре­пе­ти­тор­ство по­сре­ди ночи — не та­кая уж пло­хая за­тея», — мыс­лен­но кон­ста­ти­ро­вал Ким Джин­гён, от­пи­вая осты­ва­ю­щий кофе из бу­маж­но­го ста­кан­чи­ка.

— Эй.

— Да?

— Му­жик идет.

— …

«Если не счи­тать это­го».

Вда­ле­ке, тя­же­ло и рит­мич­но дыша, про­бе­жал муж­чи­на в спор­тив­ном ко­стю­ме. Джин­гён об­ре­чен­но по­тер лоб.

— Не в тво­ем вку­се? — Мок Сон­ха за­да­вал этот во­прос каж­дый раз, ко­гда мимо кто-то про­хо­дил.

— …Нет.

— Урод?

— Я даже лица не раз­гля­дел… Впро­чем, неваж­но, — Джин­гён по­сту­чал ко­стяш­ка­ми паль­цев по рас­кры­той тет­ра­ди, при­зы­вая к по­ряд­ку. — Ре­шай­те за­да­чу,

— Так ка­кие лица тебе нра­вят­ся? — Сон­ха под­нял го­ло­ву, ис­пы­ту­ю­ще гля­дя на учи­те­ля.

— …

Джин­гё­на было не про­ве­сти. На­зо­ви он сей­час хоть один кон­крет­ный ти­паж, и этот ненор­маль­ный на­вер­ня­ка най­мёт всех по­хо­жих пар­ней окру­ги, что­бы на­бить ими свой особ­няк.

— Те, к кому ля­жет душа, — от­ве­тил Джин­гён, на­ме­рен­но сде­лав ак­цент на внут­рен­нем мире, а не на внеш­но­сти.

— И как имен­но она долж­на лечь?

— …Ну, если че­ло­век бу­дет ко мне добр?

— То есть, если кто-то про­сто с то­бой мил, и твое сер­деч­ко тут же тает — это и есть твой вкус? — пе­ре­спро­сил Сон­ха с та­ким ви­дом, буд­то услы­шал пол­ней­шую неле­пи­цу.

— Имен­но так.

Ра­зу­ме­ет­ся, это была наг­лая ложь. В иде­а­ле из­бран­ник дол­жен был об­ла­дать смаз­ли­вой мор­даш­кой и от­лич­ной фи­гу­рой. А уж доб­ро­та пле­лась где-то в са­мом кон­це спис­ка. Сто­и­ло ка­ко­му-ни­будь кра­сав­чи­ку с ре­льеф­ным те­лом про­явить к Джин­гё­ну хоть кап­лю вни­ма­ния, как тот мо­мен­таль­но те­рял го­ло­ву.

Его влюб­лен­но­сти все­гда про­те­ка­ли лег­ко. За­рож­да­ясь ис­клю­чи­тель­но в мыс­лях, они оста­ва­лись аб­со­лют­но без­обид­ны­ми. Он ни­ко­гда не при­зна­вал­ся в сво­их чув­ствах и ни­че­го не тре­бо­вал вза­мен. Про­сто тихо на­чи­нал взды­хать по объ­ек­ту сим­па­тии и так же тихо сво­ра­чи­вал эту ла­воч­ку.

— А ты у нас, ока­зы­ва­ет­ся, тот еще вет­ре­ник, учи­тель.

— …Ха-ха.

«Знать бы еще, с кем вет­ре­ни­чать», — сглот­нув оби­ду, Джин­гён сде­лал еще один гло­ток кофе, успо­ка­и­вая нер­вы.

— По­то­рап­ли­вай­тесь. Мы не уй­дем, пока не за­кон­чим вот до этой стра­ни­цы.

Он по­хло­пал по об­лож­ке до­пол­ни­тель­но­го учеб­ни­ка, и Сон­ха по­слуш­но уткнул­ся в при­ме­ры. Как ни стран­но, во вре­мя за­ня­тий он вел себя на ред­кость по­кла­ди­сто, бес­пре­ко­слов­но вы­пол­няя все ука­за­ния.

— За­ни­мать­ся на ули­це? Вы в сво­ем уме?! — имен­но так от­ре­а­ги­ро­вал сек­ре­тарь Кан, ко­гда Джин­гён из­ло­жил ему свой учеб­ный план. Ре­ак­ция была пред­ска­зу­е­мой.

— Сей­час мно­гие учат­ся в кафе или ко­вор­кин­гах.

— Вы со­би­ра­е­тесь вы­ве­сти млад­ше­го гос­по­ди­на в люди? Вы с ума со­шли?!

— …Обе­щаю, в дождь мы ни­ку­да не пой­дем. Я буду стро­го сле­дить за про­гно­зом по­го­ды.

— Взять ЕГО и вый­ти на­ру­жу?! Вы точ­но спя­ти­ли!

Сек­ре­тарь Кан та­ра­щил гла­за, про­дол­жая раз за ра­зом по­вто­рять одно и то же. Джин­гён то­гда лишь ис­пу­ган­но вжал го­ло­ву в пле­чи:

— …Мне ка­жет­ся, все бу­дет в по­ряд­ке…

Сек­ре­тарь в от­ча­я­нии хлоп­нул себя ла­до­нью по лбу. Вы­пу­стив дол­гий, тя­же­лый вздох, он за­та­ра­то­рил:

— Да кому тут быть в по­ряд­ке?! Это вы что ли вос­пи­ты­ва­ли млад­ше­го гос­по­ди­на? Нет! А я его на соб­ствен­ном гор­бу вы­нян­чил. Ни­ку­да не хо­ди­те. Ко­вор­кинг? Да я вам его пря­мо в особ­ня­ке обу­строю! Дай­те мне неде­лю, и все бу­дет го­то­во. Толь­ко, ради бога, по­слу­шай­те меня и не вы­во­ди­те его за во­ро­та!

Джин­гён сце­пил влаж­ные от хо­лод­но­го пота паль­цы. Та­ко­го со­про­тив­ле­ния он ожи­дал.

— …Но нель­зя же веч­но си­деть вза­пер­ти.

Он на­ме­рен­но опу­стил под­ле­жа­щее. Сек­ре­тарь Кан, чьи гла­за, ка­за­лось, вот-вот за­ки­пят от яро­сти, про­це­дил:

— Лад­но. Хо­ро­шо. Ду­ма­е­те, млад­ший гос­по­дин сам за­хо­чет вый­ти? Уж я-то его знаю. Он ни за что на это не со­гла­сит­ся.

Ве­ро­ят­но, это был его глав­ный ко­зырь.

— Я пой­ду, — вне­зап­но по­дал го­лос неждан­ный спа­си­тель.

По­до­шед­ший со спи­ны Сон­ха небреж­но стя­нул со сто­ла спе­лое яб­ло­ко. С соч­ным хру­стом от­ку­сив из­ряд­ный ку­сок, он невоз­му­ти­мо до­ба­вил:

— Тому, кого так хо­ро­шо зна­ет сек­ре­тарь Кан, по­за­рез нуж­но по­сту­пить в уни­вер­си­тет.

Уго­лок губ Сон­хи едва за­мет­но дрог­нул в хищ­ной усмеш­ке. Каж­дый раз, ко­гда его ров­ные бе­лые зубы с влаж­ным хру­стом вон­за­лись в плот­ную мя­коть, в воз­ду­хе раз­ли­вал­ся слад­кий яб­лоч­ный аро­мат. От это­го въед­ли­во­го за­па­ха у Джин­гё­на по­че­му-то за­пер­ши­ло в гор­ле, и он по­спеш­но опу­стил гла­за.

В ито­ге, об­ло­жив их де­сят­ком же­сто­чай­ших усло­вий, сдав­ший­ся сек­ре­тарь всё же дал доб­ро на улич­ные за­ня­тия.

— Будь­те пре­дель­но осто­рож­ны, — на­пут­ство­вал он на­по­сле­док тя­же­лым то­ном.

— Да, ко­неч­но, не вол­нуй­тесь. Я буду сле­дить, что­бы он не про­мок под до­ждем, и…

— Нет, я не об этом, — мрач­но пе­ре­бил его Кан. — Про­сто… будь­те осто­рож­ны. Я вас пре­ду­пре­дил.

К сча­стью, се­год­ня они вы­бра­лись на све­жий воз­дух уже в тре­тий раз, и пока об­хо­ди­лось без ма­лей­ших экс­цес­сов. Сон­ха вел себя на ред­кость смир­но — на­столь­ко усерд­но зуб­рил учеб­ный ма­те­ри­ал, что тот пу­га­ю­щий ноч­ной ин­ци­дент по­сле ви­зи­та Пред­се­да­те­ля ка­зал­ся те­перь лишь неле­пым ноч­ным кош­ма­ром.

«Ка­кое об­лег­че­ние. Если так пой­дет и даль­ше, то, по­жа­луй, мы спра­вим­ся…» — с на­деж­дой по­ду­мал Джин­гён.

— Еще одни идут, — вдруг ле­ни­во на­ру­шил ти­ши­ну Сон­ха.

— Ради бога, хва­тит…

Не успел Джин­гён по­про­сить сту­ден­та уго­мо­нить­ся, как к их сто­ли­ку кто-то по­спеш­но при­бли­зил­ся.

— Из­ви­ни­те.

Го­лос был со­всем юным. Вздрог­нув от неожи­дан­но­сти, Джин­гён под­нял го­ло­ву.

— Да?

Пе­ред ним сто­я­ла со­всем мо­ло­день­кая де­вуш­ка в лег­ком бе­го­вом ко­стю­ме. С за­трав­лен­ным вы­ра­же­ни­ем лица она ис­пу­ган­но огля­ну­лась че­рез пле­чо в гу­стую тем­но­ту ал­леи и сбив­чи­во за­шеп­та­ла:

— Про­сти­те ради бога… там сза­ди увя­за­лись ка­кие-то пар­ни. Они дол­го идут за мной и по­сто­ян­но что-то го­во­рят…

Джин­гён тот­час встал, вгля­ды­ва­ясь в тем­но­ту. Как она и ска­за­ла, в их сто­ро­ну раз­ва­ли­стой по­ход­кой на­прав­ля­лись двое здо­ро­вя­ков. В от­ли­чие от де­вуш­ки, спор­том они явно не за­ни­ма­лись.

— Слу­шай­те вни­ма­тель­но, чуть даль­ше по ал­лее есть круг­ло­су­точ­ный ма­га­зин, — быст­ро про­го­во­рил Джин­гён. — Бе­ги­те туда и по­про­си­те про­дав­ца за­пе­реть дверь. Чуть что — сра­зу зво­ни­те в по­ли­цию. О нас не бес­по­кой­тесь. Иди­те, ско­рее!

С бла­го­дар­ной тре­во­гой кив­нув на про­ща­ние, де­вуш­ка со­рва­лась с ме­ста и мгно­вен­но рас­тво­ри­лась в спа­си­тель­ных те­нях де­ре­вьев.

— Э, че за дела? Куда она рва­ну­ла? — недо­воль­но рык­нул один из при­бли­жа­ю­щих­ся пар­ней, гля­дя вслед убе­га­ю­щей. — Эй, кра­сот­ка! Да по­годь ты! Бля, я че, со­жру тебя, что ли? Про­сто куль­тур­но по­об­щать­ся хо­те­ли!

Ко­гда муж­чи­ны по­до­шли вплот­ную, в нос ши­ба­ну­ло пе­ре­га­ром.

— Про­шу про­ще­ния, — Джин­гён шаг­нул впе­ред, ста­ра­ясь го­во­рить мак­си­маль­но ми­ро­лю­би­во. — Де­вуш­ке было непри­ят­но ваше вни­ма­ние. Ду­маю, вам луч­ше уйти.

— Слышь, ты кто та­кой, что­бы нам ука­зы­вать? — оска­лил­ся ам­бал. — Ты, блядь, че, мыс­ли чи­та­ешь? От­ку­да тебе знать, при­ят­но ей или нет?

Джин­гён мыс­лен­но про­сто­нал.

— Эй, ты! А ну сто­ять! Кому го­во­рю, по­годь!

Вто­рой му­жик вдруг дер­нул­ся в ту сто­ро­ну, куда убе­жа­ла де­вуш­ка, на­ме­ре­ва­ясь пу­стить­ся в по­го­ню. Джин­гён ре­флек­тор­но бро­сил­ся на­пе­ре­рез, за­го­ра­жи­вая до­ро­гу.

— По­слу­шай­те, вы же взрос­лые люди, так нель­зя! Она же со­всем ре­бе­нок, сту­дент­ка еще…

— Взрос­лые?! А-ха-ха! Слышь, уебок, да я еще пиз­дец ка­кой мо­ло­дой! — за­бул­ды­га, ко­то­ро­му на вид было глу­бо­ко за трид­цать, нес от­кро­вен­ную чушь. — Раз я млад­ше тебя, зна­чит, имею пол­ное пра­во чи­сто по-брат­ски с ней по­пиз­деть, да? Ты мне типа раз­ре­ша­ешь?

— Пре­кра­ти­те, ина­че…

Джин­гён хо­тел ска­зать «ина­че я вы­зо­ву по­ли­цию». И ска­зал бы. Если бы Сон­ха, до это­го ме­лан­хо­лич­но ре­шав­ший за­да­чи, вдруг не под­нял­ся с ме­ста. Точ­нее, если бы он не под­нял­ся и не впе­ча­тал тя­же­лую бес­про­вод­ную лам­пу со сто­ла пря­мо в го­ло­ву пьян­чу­ги.

— А-а-а-а-а!

Муж­чи­на рух­нул на ко­ле­ни, об­хва­тив про­би­тый че­реп, и ис­тош­но за­во­пил. Из раны на ма­куш­ке толч­ка­ми брыз­ну­ла тем­ная кровь. Эта со­вер­шен­но несо­раз­мер­ная же­сто­кость воз­ник­ла без ма­лей­ше­го пре­ду­пре­жде­ния.

— Эй, че за… Ты че тво­ришь, ублюд… А-а-а-гх!

Сон­ха с ле­дя­ным спо­кой­стви­ем об­ру­шил окро­вав­лен­ную лам­пу на го­ло­ву вто­ро­го му­жи­ка.

С каж­дым но­вым уда­ром оскол­ки пла­сти­ка раз­ле­та­лись во все сто­ро­ны впе­ре­меш­ку с баг­ро­вы­ми кап­ля­ми.

— Блядь… Сука, ты кто та­кой?!

Муж­чи­на, по­лу­чив­ший все­го один удар, от­пол­зал на­зад, гряз­но ма­те­рясь и за­жи­мая рану, сквозь паль­цы ко­то­рой тек­ли ру­чей­ки кро­ви. Сон­ха с рав­но­душ­ным ви­дом швыр­нул на ас­фальт то, что оста­лось от све­тиль­ни­ка — го­лое ос­но­ва­ние. От рез­ко­го зву­ка пья­ни­ца ин­стинк­тив­но вжал го­ло­ву в пле­чи.

— Ты же ска­зал, что мо­ло­дой.

— Чего-о?!

— Вот я и ду­маю, с хуя ли та­кой «пиз­дец мо­ло­дой» сме­ет мне ты­кать?

— …

«Так ты мне тоже ты­ка­ешь», — некста­ти по­ду­мал Джин­гён. Хо­те­лось ска­зать мно­гое, но сей­час глав­ной за­да­чей было оста­но­вить Сон­ху.

— Пре­кра­ти­те! — он схва­тил пар­ня за руку. — Нель­зя так де­лать!

— По­че­му? — Сон­ха мед­лен­но по­вер­нул к нему го­ло­ву.

В его ров­ном го­ло­се скво­зи­ло аб­со­лют­но ис­крен­нее непо­ни­ма­ние. Ни грам­ма яро­сти или зло­сти. Джин­гё­на вдруг за­зно­би­ло. И тут страш­ная до­гад­ка окон­ча­тель­но офор­ми­лась в его со­зна­нии:

«Он ведь и прав­да это­го не зна­ет».

Сон­ха, за­пер­тый в зо­ло­той клет­ке с са­мо­го рож­де­ния, ни­ко­гда не вы­хо­дил в свет. У него по­про­сту не было ни еди­но­го шан­са на­учить­ся жить сре­ди нор­маль­ных лю­дей.

— Лю­дям нель­зя…

— Нель­зя при­чи­нять боль? — под­хва­тил Сон­ха.

С эти­ми сло­ва­ми он ухва­тил­ся за спин­ку ме­тал­ли­че­ско­го сту­ла, на ко­то­ром толь­ко что си­дел. За­ли­тый соб­ствен­ной кро­вью де­бо­шир, до ко­то­ро­го на­ко­нец до­шел весь мас­штаб на­дви­га­ю­щей­ся ка­та­стро­фы, с ужа­сом по­пя­тил­ся на­зад, от­ча­ян­но скре­бя по­дош­ва­ми бо­ти­нок по ас­фаль­ту.

— Я в кур­се, учи­тель. Даже я знаю та­кие ба­зо­вые вещи.

Ме­тал­ли­че­ские нож­ки из­да­ли мерз­кий, ца­ра­па­ю­щий нер­вы скре­жет, ко­гда Сон­ха нето­роп­ли­во по­во­лок стул пря­мо на от­пол­за­ю­щую жерт­ву. Вда­ле­ке, со сто­ро­ны при­пар­ко­ван­ных чер­ных ав­то­мо­би­лей, на­ко­нец осо­знав кри­тич­ность си­ту­а­ции, к ним со всех ног уже нес­лись те­ло­хра­ни­те­ли.

• • • • • • • ✦ • • • • • • •

— Учи­тель. Вы ведь пре­крас­но зна­е­те, что та­кое «точ­ка ки­пе­ния»? Ко­неч­но, зна­е­те. Вы же у нас ум­ный, вы­да­ю­щий­ся учи­тель, сту­дент из хо­ро­ше­го уни­вер­си­те­та.

Каж­дое сло­во было про­пи­та­но ед­ким сар­каз­мом. В тот день в боль­ни­цу по­па­ли двое охран­ни­ков, ко­то­рые пы­та­лись от­та­щить Сон­ху. Он оста­но­вил­ся толь­ко то­гда, ко­гда вдо­воль на­ма­хал­ся сту­лом и вы­пу­стил пар.

— …Да. Знаю.

— У каж­до­го че­ло­ве­ка есть своя точ­ка ки­пе­ния, вер­но? У тех, кто скло­нен к гне­ву, она обыч­но низ­кая. Они вспы­хи­ва­ют из-за пу­стя­ков, ча­сто злят­ся. Та­ких лю­дей во­круг пол­но.

Двое ху­ли­га­нов, за­те­яв­ших ту пе­ре­пал­ку, тоже ока­за­лись в боль­ни­це. Есте­ствен­но, в той, что при­над­ле­жа­ла фон­ду се­мьи Мок. Сек­ре­тарь Кан, узнав о слу­чив­шем­ся, ни­чуть не уди­вил­ся и хлад­но­кров­но ула­дил все во­про­сы.

— Да, у каж­до­го от при­ро­ды своя точ­ка ки­пе­ния.

Джин­гён си­дел, по­ло­жив руки на ко­ле­ни, и мол­ча слу­шал гнев­ную от­по­ведь.

— И как вы ду­ма­е­те, ка­ко­ва точ­ка ки­пе­ния на­ше­го млад­ше­го гос­по­ди­на? Вы же ум­ный, вы­да­ю­щий­ся учи­тель из хо­ро­ше­го уни­вер­си­те­та, на­вер­ня­ка смо­же­те уга­дать.

Каж­дый раз, ко­гда зву­ча­ло это «вы­да­ю­щий­ся учи­тель из хо­ро­ше­го уни­вер­си­те­та», серд­це Джин­гё­на об­ли­ва­лось хо­лод­ным по­том. По­мед­лив, он нелов­ко улыб­нул­ся и про­тя­нул:

— Гра­ду­сов де­сять…?

Это была очень щед­рая оцен­ка. По мне­нию Джин­гё­на, точ­ка ки­пе­ния Сон­хи на­хо­ди­лась где-то ниже нуля. Он за­ки­пал при тем­пе­ра­ту­ре, при ко­то­рой жид­кость в прин­ци­пе не мо­жет су­ще­ство­вать.

— Невер­но.

— …….

— У млад­ше­го гос­по­ди­на нет точ­ки ки­пе­ния. Он за­ки­па­ет, ко­гда ему взду­ма­ет­ся. Ни­кто не зна­ет, ко­гда и в ка­кой мо­мент это про­изой­дёт. На­вер­ное, он и сам это­го не зна­ет.

«И вы за­пер­ли меня в од­ной ком­на­те с че­ло­ве­ком… нет, со зве­рем… с су­ще­ством без точ­ки ки­пе­ния?»

— Вы зна­е­те, по­че­му вас на­ня­ли? — спро­сил сек­ре­тарь Кан, впив­шись взгля­дом в гла­за Джин­гё­на. — Учи­тель. В на­шей стране пол­но лю­дей с луч­шим об­ра­зо­ва­ни­ем, ко­то­рые пре­по­да­ют куда луч­ше вас. А у этой се­мьи до­ста­точ­но де­нег, что­бы со­брать их всех вме­сте и на­нять в ка­че­стве ва­ших ас­си­стен­тов.

— Это уж точ­но, — про­бор­мо­тал Джин­гён, осо­знав на­ко­нец об­щую кар­ти­ну. И прав­да. По­че­му вы­бра­ли имен­но его? На­вер­ня­ка было мно­го кан­ди­да­тов с куда боль­шим опы­том. — Так по­че­му же вы вы­бра­ли меня?

— По­то­му что вы трус­ли­вы и от вас ни­чем не пах­нет.

— Что? Про­сти­те?

Услы­шав та­кое неле­пое со­че­та­ние ка­честв, Джин­гён не по­ве­рил сво­им ушам. На­ня­ли за тру­сость и от­сут­ствие за­па­ха? Что это, чем­пи­о­нат мира сре­ди кро­ли­ков?…

— Как я уже го­во­рил, млад­ший гос­по­дин очень чув­стви­те­лен к за­па­хам. Хотя слух, ося­за­ние и зре­ние у него тоже обостре­ны.

Джин­гён вспом­нил свой са­мый пер­вый день в сте­нах это­го особ­ня­ка. Он сто­ял то­гда по­сре­ди ком­на­ты, по­бе­лев от жи­вот­но­го стра­ха, а Сон­ха, бес­це­ре­мон­но при­дви­нув свое иде­аль­ное лицо вплот­ную к его шее, мед­лен­но и глу­бо­ко втя­нул но­сом воз­дух. В тот мо­мент Джин­гён ис­кренне ре­шил, что это про­сто оче­ред­ная пу­га­ю­щая при­чу­да бо­га­тень­ко­го пси­хо­па­та.

— Ко­гда млад­ший гос­по­дин впер­вые встре­ча­ет че­ло­ве­ка и ему хоть немно­го не нра­вит­ся его есте­ствен­ный за­пах, он мо­мен­таль­но от­ка­зы­ва­ет­ся от най­ма без ка­ких-либо объ­яс­не­ний. Шум­ных, су­ет­ли­вых лю­дей он тоже фи­зи­че­ски не вы­но­сит. Пре­жде чем мы на­шли вас, он за­бра­ко­вал не мень­ше сот­ни пер­во­класс­ных ре­пе­ти­то­ров.

Джин­гён вспом­нил усло­вия най­ма, ко­то­рые то­гда по­ка­за­лись ему шут­кой: «Неку­ря­щий, ти­хий и чи­сто­плот­ный че­ло­век».

— Но… тру­сость-то здесь при чём?

То, что чи­сто­плот­ность озна­ча­ет от­сут­ствие за­па­ха, он ещё мог по­нять, но по­че­му обя­за­тель­ным усло­ви­ем была тру­сость — оста­ва­лось за­гад­кой.

— Это усло­вие до­ба­вил я, — сек­ре­тарь Кан сце­пил паль­цы в за­мок и под­пёр ими под­бо­ро­док. — По­то­му что бес­страш­ные ублюд­ки в кон­це кон­цов все­гда до­во­дят млад­ше­го гос­по­ди­на до точ­ки ки­пе­ния. Как тот па­рень, ко­то­ро­го вы ви­де­ли в свой пер­вый день.

Пе­ред гла­за­ми Джин­гё­на всплыл об­раз окро­вав­лен­но­го муж­чи­ны, ко­то­ро­го во­лок­ли по ко­ри­до­ру. Кровь в жи­лах по­хо­ло­де­ла.

— В этом плане вы под­хо­ди­ли иде­аль­но. Ну, если не счи­тать ва­шей люб­ви к муж­чи­нам. В лю­бом слу­чае, ре­пе­ти­то­ра мы ис­ка­ли с боль­шим тру­дом, по­это­му млад­ше­му гос­по­ди­ну даже при­ш­лось на­деть на пе­ред­ние лапы пер­чат­ки, что­бы под­стро­ить­ся под вас.

Джин­гён вспом­нил этот день: как огром­ная чёр­ная пан­те­ра до­жи­да­лась его в этих са­мых неле­пых огром­ных пер­чат­ках.

«…Это было даже немно­го мило».

— Так по­че­му же вы, та­кой трус­ли­вый учи­тель, по­сто­ян­но до­во­ди­те млад­ше­го гос­по­ди­на до точ­ки ки­пе­ния?

— Я-я ни­ко­го не до­во­дил! — го­лос Джин­гё­на дрог­нул от оби­ды. В тот день Сон­ху спро­во­ци­ро­ва­ли те при­дур­ки, что при­ста­ва­ли к де­вуш­ке.

— Это­го ин­ци­ден­та во­об­ще бы не слу­чи­лось, если бы вы не по­та­щи­ли его на ули­цу.

— Это так, но…

Джин­гён от­пил немно­го воды из ста­ка­на, сто­яв­ше­го на сто­ле. Серд­це бе­ше­но ко­ло­ти­лось. От стра­ха хо­те­лось сбе­жать пря­мо сей­час, но он за­ста­вил себя спо­кой­но про­дол­жить:

— …Но это не зна­чит, что его нуж­но веч­но дер­жать вза­пер­ти…

— Кого?

— А?

— Кто по­сме­ет дер­жать млад­ше­го гос­по­ди­на вза­пер­ти? Вы ду­ма­е­те, это во­об­ще воз­мож­но?

Джин­гён нерв­но сглот­нул.

— Я слы­шал, что он… даже в на­чаль­ную шко­лу не хо­дил.

— Да. В то вре­мя об­сто­я­тель­ства не остав­ля­ли нам дру­го­го вы­бо­ра.

— Но всё рав­но… ре­бён­ку ведь ну­жен хоть ка­кой-то ми­ни­маль­ный опыт со­ци­а­ли­за­ции…

— Ну­жен, — сек­ре­тарь Кан зал­пом вы­пил ста­кан воды и со сту­ком опу­стил его на стол. — Ко­гда этот ре­бё­нок бу­дет го­тов вый­ти в мир.

— И ко­гда же он бу­дет го­тов?

С та­ким под­хо­дом он не бу­дет го­тов ни­ко­гда. Нель­зя на­учить­ся жить в об­ще­стве, про­сто сидя в огром­ном особ­ня­ке, чи­тая кни­ги и смот­ря те­ле­ви­зор. По край­ней мере, Джин­гён в это ве­рил.

— Учи­тель.

У сек­ре­та­ря Кана была осо­бая ин­то­на­ция, с ко­то­рой он про­из­но­сил сло­во «учи­тель», ко­гда злил­ся. Джин­гён сло­жил руки на ко­ле­нях и по­слуш­но ото­звал­ся:

— Да?

— А по­че­му, соб­ствен­но, вас так вол­ну­ет его го­тов­ность?

— …….

— Вы на­ня­ты, что­бы под­го­то­вить его к всту­пи­тель­ным эк­за­ме­нам в уни­вер­си­тет. Ка­кое вам дело до все­го осталь­но­го?

Это был про­зрач­ный на­мёк: «Знай своё ме­сто». Джин­гён за­мял­ся:

— Ну…

— Учи­тель. Вы что, влюб­ле­ны в на­ше­го млад­ше­го гос­по­ди­на?

— Что?! — в ужа­се пе­ре­спро­сил Джин­гён.

— Вы же сами ска­за­ли, что вам нра­вят­ся муж­чи­ны. И очень силь­но.

Джин­гён и по­ду­мать не мог, что от­го­вор­ка, ко­то­рую он в па­ни­ке вы­ду­мал в пер­вый день, что­бы его уво­ли­ли, так аук­нет­ся ему сей­час.

— Нет! В смыс­ле, да, муж­чи­ны мне нра­вят­ся, но млад­ший гос­по­дин — нет!

— По­че­му же? Как он мо­жет не нра­вить­ся? — до­пы­ты­вал­ся сек­ре­тарь Кан. Шрам, тя­ну­щий­ся от бро­ви вниз, зло­ве­ще дёр­нул­ся.

Джин­гён вдруг вспом­нил го­род­скую ле­ген­ду о Жен­щине с раз­ре­зан­ным ртом. Ту са­мую, где к тебе под­хо­дит незна­ком­ка в мас­ке и спра­ши­ва­ет: «Я кра­си­вая?». Если от­ве­тишь «да», она раз­ре­жет тебе рот, что­бы ты стал та­ким же, а если «нет» — разо­злит­ся и про­сто убьёт.

«От­вет уже пред­ре­шён, так что про­сто сдох­ни, да?»

— П-по­то­му что я его бо­юсь! — вы­па­лил Джин­гён. Ста­но­вить­ся со­участ­ни­ком Жен­щи­ны с раз­ре­зан­ным ртом он точ­но не со­би­рал­ся.

— И чего там бо­ять­ся? Он же про­сто оча­ро­ваш­ка.

«Это го­во­рит че­ло­век, ко­то­рый пять ми­нут на­зад рас­пи­нал­ся о том, что у него нет точ­ки ки­пе­ния?»

— А-а я бо­юсь! Не вижу в нём ни­че­го оча­ро­ва­тель­но­го… И зубы у него слиш­ком ост­рые, и ког­ти… И пасть слиш­ком крас­ная и огром­ная!

— Это предубеж­де­ние. Если при­смот­реть­ся, он очень даже ми­лый, — воз­му­тил­ся сек­ре­тарь Кан, но Джин­гё­на было уже не оста­но­вить. Что­бы оправ­дать­ся, он на­чал на­ме­рен­но пре­уве­ли­чи­вать свой страх.

— Ко­гда он меня по­ца­ра­пал, мне было до ужа­са страш­но! Я при­шёл до­мой и пла­кал! Вот, ви­ди­те, шрам остал­ся? И гла­за, его гла­за…

Джин­гён лу­ка­вил. Ему нра­ви­лись эти гла­за. Зо­ло­ти­стая вязь, рас­хо­дя­ща­я­ся от зрач­ков Сон­хи, на­по­ми­на­ла ми­ри­а­ды искр, за­стыв­ших в веч­ном ян­та­ре. Под по­кро­вом ночи это си­я­ние ста­но­ви­лось невы­но­си­мым, за­став­ляя серд­це Джин­гё­на сби­вать­ся с рит­ма. В эти мо­мен­ты оста­ва­лось лишь ощу­ще­ние ино­го про­стран­ства, бес­ко­неч­но да­ле­ко­го от Зем­ли, где он сто­ял, за­та­ив ды­ха­ние.

— Учи­тель? Э-э… — Сек­ре­тарь Кан вдруг фаль­ши­во каш­ля­нул и по­дал Джин­гё­ну знак гла­за­ми.

По­ду­мав, что сек­ре­тарь то­ро­пит его с объ­яс­не­ни­я­ми, Джин­гён тут же про­дол­жил:

— Они… слиш­ком жёл­тые. Но­чью на них страш­но смот­реть, а днём — ещё страш­нее. Как я могу лю­бить млад­ше­го…

— Вер­но. Учи­тель меня не лю­бит, — раз­дал­ся вдруг ле­дя­ной го­лос.

Кровь за­сты­ла в жи­лах, а серд­це, ка­за­лось, и во­все оста­но­ви­лось. Джин­гён даже не смог по­вер­нуть го­ло­ву в сто­ро­ну го­во­рив­ше­го.

— Я ведь ни­ко­гда не был с то­бой лас­ков. Да и гла­за у меня жёл­тые.

Сон­ха, по­сту­ки­вая паль­цем по угол­ку гла­за, по­дал­ся впе­ред. Он на­кло­нил­ся так близ­ко, что его лицо ока­за­лось пря­мо пе­ред но­сом Джин­гё­на. Тот су­до­рож­но вздох­нул. На гла­за на­вер­ну­лись го­ря­чие слё­зы.

«За­чем вы на меня так страш­но смот­ри­те? Вы же сами го­во­ри­ли, что­бы я в вас не влюб­лял­ся! Го­во­ри­ли, что если влюб­люсь — моя жизнь обо­рвёт­ся! А я про­сто хочу жить дол­го, пусть скуч­но, но цеп­ко…»

До смер­ти на­пу­ган­ный Джин­гён мел­ко дро­жал, опу­стив взгляд в пол. Гля­дя на эту съе­жив­шу­ю­ся фи­гу­ру, Сон­ха едва за­мет­но по­вел угол­ком губ, по­дав­ляя снис­хо­ди­тель­ную усмеш­ку, и небреж­но стя­нул со сто­ла на­лив­ное яб­ло­ко.

— Зво­ни­ли из боль­ни­цы. Про­си­ли свя­зать­ся с ними.

— Да. По­нял, — ко­рот­ко от­ве­тил сек­ре­тарь Кан, и при сло­ве «боль­ни­ца» его лицо по­мрач­не­ло.

Сон­ха с соч­ным хру­стом от­ку­сил ку­сок яб­ло­ка. В по­лу­мра­ке хищ­но мельк­ну­ли необы­чай­но ост­рые бе­лые зубы. По­чув­ство­вав необъ­яс­ни­мый хо­ло­док на за­тыл­ке, Джин­гён зяб­ко по­ёжил­ся.

Не пе­ре­ста­вая пе­ре­жё­вы­вать мя­коть, Сон­ха вне­зап­но при­дви­нул лицо вплот­ную к шее Джин­гё­на. И хотя ра­з­умом па­рень пре­крас­но по­ни­мал, что тот про­сто при­ню­хи­ва­ет­ся, страх того, что сей­час ему пе­ре­гры­зут глот­ку, за­ста­вил за­та­ить ды­ха­ние. Он ощу­щал, как бе­ше­но ко­ло­тит­ся пульс в его сон­ной ар­те­рии, по­чти ка­са­ясь чу­жих губ.

— Учи­тель, ты зна­ешь, что от тебя пах­нет?

— Что? А, нет. Ни­чем не пах­нет, — Джин­гён при­крыл шею ру­кой. — Прав­да. Я даже пар­фю­мом не поль­зо­вал­ся.

Было обид­но. Он при­нял душ сра­зу по­сле того, как проснул­ся утром, и вче­ра пе­ред сном тоже.

— Пах­нет яб­ло­ка­ми, — кон­ста­ти­ро­вал Сон­ха, бро­сая огры­зок в му­сор­ное вед­ро. — Если бы пах­ло гру­ша­ми, я бы в тот же день тебя вы­швыр­нул.

«…Папа, мама. Ну по­че­му вы ре­ши­ли вы­ра­щи­вать имен­но яб­ло­ки?»

— Эй.

Об­ра­ще­ние без вся­ких пе­ре­хо­дов рух­ну­ло с ува­жи­тель­но­го «учи­те­ля» до пре­не­бре­жи­тель­но­го «эй». Джин­гён вы­тя­нул спи­ну по струн­ке и писк­нул:

— Да.

— По­до­жди немно­го сна­ру­жи.

Джин­гён усерд­но за­ки­вал. Сей­час глав­ное — не быть по­ку­сан­ным ко­том без точ­ки ки­пе­ния.

• • • • • • • ✦ • • • • • • •

— Ты сам на­пра­ши­ва­ешь­ся на непри­ят­но­сти.

Так ска­зал Со Са­ниль, ко­гда в тре­тий раз вы­тас­ки­вал Джин­гё­на из дра­ки, в ко­то­рую тот влез по глу­по­сти и по­лу­чил по шее.

— Я?

— Ага. Есть в тебе что-то та­кое, что стран­ным об­ра­зом бе­сит лю­дей. Ка­жет­ся, буд­то ты та­кой по­слуш­ный, а в ито­ге всё рав­но ни­ко­го не слу­ша­ешь и де­ла­ешь по-сво­е­му.

— Да ко­гда это я так де­лал?

— Да хоть сей­час. Ты же обыч­но даже в гла­за ху­ли­га­нам по­смот­реть бо­ишь­ся, так ка­ко­го чер­та ты во­об­ще туда по­лез? Сто­ишь, тря­сёшь­ся от стра­ха, но при этом вы­ска­зы­ва­ешь им всё в лицо — как тут не на­про­сить­ся на по­бои?

Са­ниль от­чи­ты­вал дру­га, по­кры­то­го си­ня­ка­ми по­сле по­пыт­ки оста­но­вить стар­ше­класс­ни­ков, ко­то­рые пле­ва­ли в без­дом­но­го ста­ри­ка и из­де­ва­лись над ним.

— И что мне было де­лать? Про­сто прой­ти мимо?

— Да! Прой­ти мимо!!!! — ярост­ный рёв Са­ни­ля в тот день до сих пор сто­ял в ушах.

— …Мо­жет, и прав­да сто­и­ло прой­ти мимо?

Ока­зав­шись в без­вы­ход­ном по­ло­же­нии, Джин­гён пре­да­вал­ся вос­по­ми­на­ни­ям.

— …Ниже из­ло­же­но всё то, что я вам толь­ко что объ­яс­нил, — сек­ре­тарь Кан за­чи­тал усло­вия длин­но­го кон­трак­та и по­ло­жил его пе­ред Джин­гё­ном. — Вам нуж­но рас­пи­сать­ся здесь. А ещё здесь, здесь и вот здесь.

Джин­гён с руч­кой в руке лишь нелов­ко улы­бал­ся.

— В чём дело? Раз­ве не об этом вы меч­та­ли?

— Не то что­бы меч­тал, про­сто хо­тел по­мочь…

Губы сек­ре­та­ря Кана скри­ви­лись в усмеш­ке.

«Кому ты там по­мочь со­брал­ся, ублю­док?»

По­сле кро­ва­во­го де­бо­ша на бе­ре­гу Хан­га­на Джин­гён был аб­со­лют­но уве­рен: Сон­ха на­о­трез от­ка­жет­ся по­ки­дать особ­няк. Тем бо­лее по­сле того, как сам Джин­гён, стоя пря­мо пе­ред ним, нёс от­кро­вен­ную чушь. Он ведь ляп­нул, что до оду­ри бо­ит­ся его, что у того слиш­ком ост­рые зубы и даже… что у него слиш­ком жёл­тые гла­за.

Ко­гда Сон­ха ве­лел ему по­до­ждать сна­ру­жи, Джин­гён по­ду­мал, что это ко­нец. Ре­шил, что те­перь его точ­но уво­лят, и ни­ка­ких за­ня­тий на ули­це не бу­дет.

«А мо­жет, оно и к луч­ше­му», — вяло уте­шал он сам себя. — «Да. Я же с са­мо­го на­ча­ла ис­кал по­вод, что­бы меня уво­ли­ли. Чего ещё сто­и­ло ожи­дать, если я, не зная сво­е­го ме­ста, по­лез в чу­жие дела?.. Но по­че­му же то­гда на душе так пар­ши­во? И за­чем я во­об­ще со­врал про гла­за? Что в них пу­га­ю­ще­го? В жиз­ни не ви­дел ни­че­го кра­си­вее… Надо было прав­ду го­во­рить, так мол и так, до дро­жи в ко­ле­нях бо­юсь ва­ших клы­ков и ва­шей окон­ча­тель­но по­ехав­шей ку­ку­хи!»

Уны­ло сгор­бив­шись на ди­ване в ожи­да­нии неиз­беж­но­го при­го­во­ра, Джин­гён вне­зап­но пой­мал себя на пу­га­ю­щей мыс­ли: уволь­не­ние — это сей­час наи­мень­шая из его про­блем.

«По­стой­те-ка. А что, если на этот раз меня всё-таки пу­стят в рас­ход? Вдруг они там пря­мо сей­час вы­би­ра­ют под­хо­дя­щее море, что­бы ски­нуть труп? Нет, по­до­жди­те, они же обе­ща­ли, что море я смо­гу вы­брать сам!»

Из пу­чи­ны на­дви­га­ю­щей­ся па­ни­ки и яр­ких ви­де­ний того, как он идёт ко дну, его без­жа­лост­но вы­дер­нул бес­страст­ный го­лос сек­ре­та­ря Кана:

— Вот, это об­нов­лён­ный кон­тракт. Озна­комь­тесь и под­пи­ши­те.

«Ка­кой ещё кон­тракт? За­чем? С чего бы мне…»

Ко­гда Джин­гён в за­ме­ша­тель­стве по­пы­тал­ся от­ка­зать­ся от под­пи­си, сек­ре­тарь Кан взял бу­ма­ги и на­чал мо­но­тон­но их за­чи­ты­вать. Суть сво­ди­лась к «га­ран­тии по­ступ­ле­ния в уни­вер­си­тет» при про­ве­де­нии за­ня­тий на ули­це и пра­ви­лам по­ве­де­ния вне дома.

«…Он прав­да со­би­ра­ет­ся про­дол­жать? Ему на­столь­ко необ­хо­ди­мо по­сту­пить в уни­вер­си­тет? Он ведь всё рав­но не бу­дет там учить­ся!» — Джин­гён си­дел, сжи­мая в по­дра­ги­ва­ю­щих паль­цах руч­ку, а в его го­ло­ве ро­ил­ся мил­ли­он огром­ных во­про­си­тель­ных зна­ков.

— Ну, у вас есть во­про­сы?

— Э-э, это во­прос не по кон­трак­ту, но…

— То­гда не за­да­вай­те, — сек­ре­тарь Кан ре­ши­тель­но пре­сёк его по­пыт­ку.

— Нет, — Джин­гён по­ка­чал го­ло­вой. — Мне нуж­но это знать, что­бы ре­шить, под­пи­сы­вать кон­тракт или нет.

— О чём вы го­во­ри­те? — фырк­нул сек­ре­тарь.— Бу­де­те вы под­пи­сы­вать кон­тракт или нет — ре­ша­е­те не вы.

— …….

Ах, точ­но. Как он мог за­быть.

— Лю­бые во­про­сы, не ка­са­ю­щи­е­ся кон­трак­та, за­да­вай­те непо­сред­ствен­но вто­рой сто­роне — млад­ше­му гос­по­ди­ну.

— …Мне страш­но, — вы­дох­нул Джин­гён.

Услы­шав это, сек­ре­тарь Кан вски­нул бро­ви:

— Если вам так страш­но, за­чем вы во­об­ще по­та­щи­ли ре­бён­ка… то есть, млад­ше­го гос­по­ди­на на ули­цу? Со­всем страх по­те­ря­ли. Да ещё и на­обе­ща­ли, что если он бу­дет за­ни­мать­ся на ули­це, то вы га­ран­ти­ро­ван­но его в уни­вер­си­тет про­толк­нё­те.

Джин­гён рас­слы­шал, как сек­ре­тарь Кан тихо про­бор­мо­тал себе под нос: «Су­ма­сшед­ший ублю­док». Не смея воз­ра­зить, он лишь тихо под­дак­нул:

— И прав­да.

Ведь ему про­сто хо­те­лось хоть как-то вы­та­щить Сон­ху на ули­цу, раз тот с са­мо­го дет­ства си­дел вза­пер­ти в пол­ном оди­но­че­стве.

— …А если, не дай бог, я не смо­гу под­го­то­вить его к по­ступ­ле­нию, что то­гда бу­дет?

— Что бу­дет? Смерть, что же ещё.

— Где это ви­да­но, что­бы за непо­ступ­ле­ние в уни­вер­си­тет уби­ва­ли?! — воз­му­тил­ся Джин­гён, едва не пла­чаю

Сек­ре­тарь Кан тя­же­ло вздох­нул.

— Вы хоть зна­е­те, сколь­ко лет млад­ший гос­по­дин не вы­хо­дил на ули­цу по соб­ствен­но­му же­ла­нию, не счи­тая край­ней необ­хо­ди­мо­сти?

— Ну, не знаю… Года два?

Всё-таки, по мне­нию Джин­гё­на, раз или два он дол­жен был вы­хо­дить.

— Две­на­дцать лет.

— …….

Тя­жесть этих цифр кам­нем лег­ла на грудь, и Джин­гён по­чув­ство­вал, что на­чи­на­ет за­ды­хать­ся.

— Вы — пер­вый че­ло­век, с ко­то­рым он пол­но­цен­но за­ни­ма­ет­ся. Млад­ший гос­по­дин ис­кренне ве­рит, что вы по­мо­же­те ему по­сту­пить в уни­вер­си­тет.

— …….

— Так что бе­ри­те на себя от­вет­ствен­ность и сде­лай­те так, что­бы он по­сту­пил, — поды­то­жил сек­ре­тарь Кан, гля­дя на Джин­гё­на свер­ху вниз со скре­щен­ны­ми на гру­ди ру­ка­ми.

По­это­му, про­гло­тив слё­зы, Джин­гён всё-таки под­пи­сал кон­тракт.

За вре­мя, про­ве­дён­ное с Сон­хой, он усво­ил несколь­ко непре­лож­ных ис­тин.

Во-пер­вых, этот па­рень аб­со­лют­но не ве­рил сло­вам. Лю­бые, даже са­мые кро­шеч­ные до­го­во­рен­но­сти долж­ны были быть без­жа­лост­но за­фик­си­ро­ва­ны на бу­ма­ге, скреп­ле­ны под­пи­ся­ми и усло­ви­я­ми. Во-вто­рых, как и пре­ду­пре­ждал сек­ре­тарь Кан, тот ни­ко­гда не по­ки­дал свою рос­кош­ную нору без край­ней необ­хо­ди­мо­сти. Если не счи­тать их улич­ных за­ня­тий, Джин­гён ви­дел вы­хо­дя­ще­го из дома Сон­ху лишь три­жды, и все три раза — ради обя­за­тель­но­го ви­зи­та к Пред­се­да­те­лю.

Ну и глав­ное: одер­жи­мость Сон­хи по­ступ­ле­ни­ем в уни­вер­си­тет вы­хо­ди­ла за рам­ки вся­ко­го здра­во­го смыс­ла. И с каж­дой по­езд­кой к деду эта фа­на­тич­ная идея фикс лишь пус­ка­ла всё бо­лее глу­бо­кие кор­ни.

• • • • • • • ✦ • • • • • • •

— Мы здесь.

Вы­со­кая фи­гу­ра, толь­ко что пе­ре­сту­пив­шая по­рог кафе, без­оши­боч­но вы­хва­ти­ла взгля­дом Джин­гё­на, а по­сле уве­рен­ным ша­гом на­пра­ви­лась к его сто­ли­ку.

— Проб­ки жут­кие.

— Из­ви­ни­те. В этом рай­оне все­гда так.

— И на­хре­на ты вы­брал та­кое ме­сто?

— …Вы же сами на­ста­и­ва­ли, что при­е­де­те сюда.

До­пол­ни­тель­ные за­ня­тия — это, ко­неч­но, пре­крас­но, но са­мо­му Джин­гё­ну тоже во­об­ще-то нуж­но было сда­вать сес­сию. Даже сей­час, в са­мый раз­гар под­го­тов­ки к про­ме­жу­точ­ным эк­за­ме­нам, Сон­ха тре­бо­вал про­во­дить уро­ки. Усво­ив од­на­ж­ды бро­шен­ный Джин­гё­ном со­вет — «что­бы на­вер­стать упу­щен­ные годы, при­дет­ся па­хать как про­кля­то­му», — Сон­ха бук­валь­но по­свя­тил зуб­реж­ке всё свое сво­бод­ное ото сна вре­мя. Его пу­га­ю­щее усер­дие до­шло до того, что он стал за­яв­лять­ся к кам­пу­су пря­мо в ко­рот­кие окна меж­ду па­ра­ми сво­е­го ре­пе­ти­то­ра.

— Ты же го­во­рил, что се­год­ня ве­че­ром тоже не смо­жешь прий­ти.

Зав­тра у Джин­гё­на было сра­зу два эк­за­ме­на по про­филь­ным пред­ме­там. При­хо­ди­лось вы­кра­и­вать вре­мя на учё­бу даже за счёт сна.

— Да. У меня сей­час одни эк­за­ме­ны. При­дёт­ся всю ночь си­деть в биб­лио­те­ке.

— Пф, по­ду­ма­ешь. Ты же сту­дент, учись как-ни­будь по­про­ще, — недо­воль­но на­хму­рил­ся Сон­ха.

— За­ка­зать вам кофе?

— Не буду.

— То­гда, мо­жет, дру­гой на­пи­ток?

— Не буду.

— …Я то­гда пой­ду за­ка­жу себе ещё один.

По­сколь­ку в за­ве­де­нии дей­ство­ва­ло стро­гое пра­ви­ло «один за­каз на каж­до­го по­се­ти­те­ля», Джин­гён под­нял­ся с ме­ста. На­прав­ля­ясь к стой­ке ба­ри­ста, он спи­ной ощу­щал лю­бо­пыт­ные взгля­ды де­сят­ков лю­дей, то и дело ко­сив­ших­ся в сто­ро­ну их сто­ли­ка.

«…Он опре­де­лён­но при­вле­ка­ет вни­ма­ние».

Несмот­ря на на­дви­ну­тую на гла­за кеп­ку и мас­ку, сто­и­ло Сон­хе вой­ти, как он тут же ока­зал­ся в цен­тре вни­ма­ния. Впро­чем, са­мо­му Сон­хе было пле­вать — он про­сто чи­тал кни­гу.

— Что бу­де­те за­ка­зы­вать?

— Один аме­ри­ка­но, по­жа­луй­ста.

Сде­лав стан­дарт­ный за­каз и по­лу­чив пей­джер, Джин­гён вер­нул­ся к сто­ли­ку. За это вре­мя во­круг Сон­хи уже успе­ли со­брать­ся люди.

— Из­ви­ни­те, вы слу­чай­но не зна­ме­ни­тость? — с лю­бо­пыт­ством спро­си­ла школь­ни­ца в фор­ме. Сон­ха даже не под­нял го­ло­вы.

— Из­ви­ни­те, вы ино­стра­нец?

— По­хо­ду да. Офи­геть ка­кой кра­сав­чик.

— Ска­жи что-ни­будь по-ан­глий­ски. Ты же хо­ро­шо зна­ешь ан­глий­ский.

Школь­ни­цы об­сту­пи­ли сто­лик, вы­жи­дая мо­мент, что­бы за­го­во­рить с ним. Джин­гён по­спе­шил вме­шать­ся:

— Про­шу про­ще­ния, у нас сей­час урок.

— А этот оппа точ­но ко­ре­ец? По­че­му он не от­ве­ча­ет и де­ла­ет вид, что не по­ни­ма­ет?

— Он про­сто ин­тро­верт. Из­ви­ни­те.

— То­гда, мо­жет, оппа даст свой но­мер? Или хотя бы ин­ста­грам.

— Про­сти­те, но это невоз­мож­но. Из­ви­ни­те.

Джин­гён несколь­ко раз веж­ли­во из­ви­нил­ся, и школь­ни­цы, недо­воль­но вор­ча, вер­ну­лись на свои ме­ста.

— За что ты из­ви­ня­ешь­ся? — спро­сил Сон­ха, от­ки­нув­шись на спин­ку сту­ла.

— …Даже не знаю.

«За то, что вы­та­щил тебя, кота без точ­ки ки­пе­ния, в люди».

— Здесь по­чти нет муж­чин.

— …..

— О, вон один за­шёл.

Ещё один факт, ко­то­рый Джин­гён узнал о Сон­хе.

Он вос­при­ни­мал сло­ва сво­е­го ре­пе­ти­то­ра аб­со­лют­но бук­валь­но. Сна­ча­ла Джин­гён ду­мал, что над ним из­де­ва­ют­ся, но вско­ре по­нял, что Сон­ха ис­кренне бо­ле­ет за его вы­ду­ман­ную «лег­ко­мыс­лен­ную лич­ную жизнь».

— Не в тво­ём вку­се?

— Да. Не в моём. Чи­тай­те кни­гу. Про­чти­те то, что я от­ме­тил, и, если что-то непо­нят­но, спра­ши­вай­те.

— По­че­му ты сам мне не объ­яс­нишь, а за­став­ля­ешь чи­тать?

— Вы долж­ны раз­ви­вать на­вык са­мо­сто­я­тель­но­го по­ни­ма­ния тек­ста. Толь­ко так вы смо­же­те чи­тать и ре­шать за­да­чи.

Сон­ха без воз­ра­же­ний при­нял­ся за чте­ние, как и было ве­ле­но, а Джин­гён тем вре­ме­нем про­бе­жал­ся гла­за­ми по сво­им соб­ствен­ным кон­спек­там.

В этот мо­мент кто-то по­ста­вил на их стол под­нос.

— Ваш за­каз.

— Ой, про­сти­те. Я дол­жен был сам за­брать.

«Раз­ве пей­джер зво­нил?» Джин­гён по­смот­рел на устрой­ство, ле­жав­шее на сто­ле.

— Ни­че­го страш­но­го. Кста­ти, у нас за­кон­чи­лись круж­ки, по­это­му я на­ли­ла в ста­кан для хо­лод­ных на­пит­ков.

— Всё в по­ряд­ке. Не пе­ре­жи­вай­те.

— При­ят­но­го ап­пе­ти­та!

Джин­гён округ­лил гла­за, уви­дев ря­дом с кофе три кус­ка тор­та.

— Из­ви­ни­те, ка­жет­ся, вы ошиб­лись. Я за­ка­зы­вал толь­ко один кофе. — Джин­гён по­тя­нул­ся за че­ком в кар­ман.

— Нет-нет, что вы! Это ком­пли­мент от за­ве­де­ния. На­сла­ждай­тесь! — про­вор­ко­ва­ла ба­ри­ста и, гу­сто по­крас­нев, по­спеш­но ре­ти­ро­ва­лась за бар­ную стой­ку.

Джин­гён пе­ре­вел оша­ра­шен­ный взгляд с трёх рос­кош­ных кус­ков тор­та на Сон­ху и об­рат­но. За по­след­нее вре­мя он успел во­очию изу­чить все мыс­ли­мые ста­дии жен­ско­го обо­жа­ния. Он на­гляд­но убе­дил­ся, на ка­кую от­ча­ян­ную сме­лость и щед­рость спо­соб­ны жен­щи­ны, ока­зав­шись ря­дом с неве­ро­ят­но кра­си­вым муж­чи­ной. И речь шла во­все не о смаз­ли­вых маль­чиш­ках, ка­ких пол­но на ули­цах Се­ула. Сон­ха об­ла­дал той сног­сши­ба­тель­ной кра­со­той, одна-един­ствен­ная встре­ча с ко­то­рой вре­за­ет­ся в па­мять на всю остав­шу­ю­ся жизнь.

«Эти люди на­вер­ня­ка бу­дут хва­стать­ся тем, что ви­де­ли се­год­ня Сон­ху, ещё несколь­ко лет, а то и де­ся­ти­ле­тий».

— …Бу­де­те?

— Сам ешь.

И по­след­ний факт, ко­то­рый узнал Джин­гён.

Сон­ха ни­ко­гда не ел то, что ему пред­ла­га­ли дру­гие. Будь то шо­ко­лад или кофе — Джин­гён ни разу не ви­дел, что­бы Сон­ха при­ни­мал пищу вне дома.

«Эх. Если я это остав­лю, то по­па­ду в ад».

Вздох­нув, Джин­гён во­ору­жил­ся вил­кой и при­нял­ся без осо­бо­го эн­ту­зи­аз­ма же­вать при­тор­но-слад­кий биск­вит. И вдруг он спин­ным моз­гом по­чув­ство­вал на себе тя­же­лый, при­сталь­ный взгляд.

— …Что?

Сон­ха по­сту­чал паль­цем пря­мо око­ло сво­ей губы.

«Что? Что с гу­ба­ми-то…»

— Вы­три.

— А…

На­ко­нец со­об­ра­зив, в чем дело, Джин­гён по­спеш­но стер слад­кий крем с угол­ков рта. Но Сон­ха сно­ва по­сту­чал паль­цем — те­перь уже с дру­гой сто­ро­ны.

— И там тоже.

Джин­гён по­слуш­но по­тер кожу бу­маж­ной сал­фет­кой и с этой сто­ро­ны.

— Всё ещё гряз­но.

Зо­ло­ти­стые гла­за так неот­рыв­но сле­ди­ли за его гу­ба­ми, что Джин­гён вне­зап­но за­лил­ся крас­кой. За­па­ни­ко­вав, он с остер­ве­не­ни­ем при­нял­ся те­реть рот сал­фет­кой, сти­рая кожу чуть ли не до крас­но­ты.

В этот мо­мент чья-то изящ­ная бе­лая рука по­сту­ча­ла по сто­лу.

— Из­ви­ни­те.

Джин­гён, всё ещё вы­ти­рая губы, под­нял го­ло­ву. Ря­дом с ним, улы­ба­ясь, при­се­ла эф­фект­ная жен­щи­на. В нос тут же уда­рил рез­кий цит­ру­со­вый аро­мат.

— У вас есть де­вуш­ка?

Ее взгляд был при­ко­ван ис­клю­чи­тель­но к Сон­хе. Джин­гё­на для нее про­сто не су­ще­ство­ва­ло. По­ни­мая, что этот удуш­ли­вый за­пах сей­час на­вер­ня­ка вы­ве­дет из себя зве­ря с ну­ле­вой точ­кой ки­пе­ния, Джин­гён осо­знал: нуж­но сроч­но сво­ра­чи­вать этот раз­го­вор и от­прав­лять да­моч­ку во­сво­я­си. От­бро­сив ском­кан­ную сал­фет­ку, он по­спеш­но встрял:

— Из­ви­ни­те.

— Что? А вы-то по­че­му из­ви­ня­е­тесь?

— А, мой друг ин­тро­верт, он не очень лю­бит об­щать­ся…

— Ну, даже если он ин­тро­верт, те­ле­фон-то у него есть. Дай­те свой но­мер, — жен­щи­на про­тя­ну­ла свой те­ле­фон. Это была не прось­ба, а ско­рее при­каз. Сра­зу было вид­но: ей ни­ко­гда ни в чём не от­ка­зы­ва­ли.

«…С та­кой-то внеш­но­стью, неуди­ви­тель­но».

— У него нет те­ле­фо­на, — от­ве­тил за него Джин­гён.

— Нет те­ле­фо­на? Что за бред.

— …….

«Да уж. Я по­на­ча­лу тоже ду­мал, что это бред, но ока­за­лось, что это прав­да».

— Луч­ше бы про­сто пря­мо от­ка­за­ли. Как же это бе­сит.

— Про­сти­те, — тихо из­ви­нил­ся Джин­гён.

— Эй, я с вами во­об­ще раз­го­ва­ри­ва­ла? Чего вы по­сто­ян­но вле­за­е­те?

— А, прост…

Из­ви­не­ния Джин­гё­на по­да­ви­лись в гор­ле и обо­рва­лись на по­лу­сло­ве.

Сон­ха под­нял­ся со сво­е­го ме­ста. Из-за неве­ро­ят­но длин­ных ног и ши­ро­ких плеч, вы­пря­мив­шись в пол­ный рост, он вдруг ока­зал­ся в несколь­ко раз круп­нее и вну­ши­тель­нее, чем ка­зал­ся сидя. Да­вя­щая аура хищ­ни­ка тут же за­пол­ни­ла тес­ное про­стран­ство кафе. Жен­щи­на по­да­ви­лась воз­ду­хом, на се­кун­ду опе­ши­ла и ис­пу­ган­но за­дра­ла го­ло­ву, гля­дя на на­вис­шую над ней ска­лу.

— Учи­тель.

Серд­це Джин­гё­на ух­ну­ло куда-то вниз. Ста­ра­ясь со­хра­нить спо­кой­ствие, он от­ве­тил:

— Да.

— Пе­ре­ся­дем.

— Что?

— Во­ня­ет.

Сон­ха слег­ка по­мор­щил­ся.

Джин­гён пре­крас­но знал, что в этом же­сте не было ни кап­ли над­мен­но­сти или же­ла­ния оскор­бить. Для Сон­хи чу­жие за­па­хи, осо­бен­но этот рез­кий цит­ру­со­вый шлейф, были не про­сто непри­ят­ны — они при­чи­ня­ли фи­зи­че­скую боль. Как-то раз он об­мол­вил­ся, что ед­кий пар­фюм для него срод­ни уда­ру по лицу. Учи­ты­вая ди­кую зве­ри­ную кровь, те­ку­щую в жи­лах, это было вполне ло­гич­но. Про­бле­ма за­клю­ча­лась лишь в том, что окру­жа­ю­щие об этом не зна­ли и до­га­дать­ся, ра­зу­ме­ет­ся, не мог­ли.

— Что?! Да что вы себе поз­во­ля­е­те?! — лицо оскорб­лен­ной кра­са­ви­цы мгно­вен­но пошло некра­си­вы­ми крас­ны­ми пят­на­ми гне­ва.

— Нет-нет, по­слу­шай­те, дело со­вер­шен­но не в вас… — по­пы­тал­ся сгла­дить углы Джин­гён, но чу­жая ярость опе­ре­ди­ла его сло­ва.

Жен­щи­на рез­ко вско­чи­ла, схва­тив ста­кан с кофе.

«Нет, это же не айс-аме­ри­ка­но!»

Не успел Джин­гён из­дать и зву­ка, как пол­ная пор­ция све­же­сва­рен­но­го кофе ши­ро­кой ду­гой взмы­ла в воз­дух. Джин­гён сра­бо­тал на чи­стых ин­стинк­тах и рва­нул впе­ред, всем те­лом за­кры­вая Сон­ху. Что бы сей­час ни про­изо­шло, он про­сто не имел пра­ва до­пу­стить, что­бы на это­го непред­ска­зу­е­мо­го хищ­ни­ка по­па­ла хоть кап­ля вла­ги.

— …Угх.

По­чув­ство­вав, как по бед­ру рас­те­ка­ет­ся об­жи­га­ю­щий жар, Джин­гён по­да­вил стон.

— Со­всем с ума со­шла.

— Что слу­чи­лось? По­че­му она так по­сту­пи­ла? Мо­жет, по­ли­цию вы­звать? — во­круг на­ча­ли пе­ре­шёп­ты­вать­ся люди.

— Всё в по­ряд­ке. Ни­че­го страш­но­го, — по­спе­шил ула­дить си­ту­а­цию Джин­гён.

В го­ло­ве всплы­ли сло­ва сек­ре­та­ря Кана: если он устро­ит ещё один ин­ци­дент, его про­сто за­ко­па­ют.

«Толь­ко не по­ли­ция. Ни за что на све­те».

— Вы как? Ни­где не на­мок­ли? — он ли­хо­ра­доч­но осмот­рел одеж­ду Сон­хи.

И в этот мо­мент их гла­за встре­ти­лись. Обыч­но свет­лые, ра­дуж­ки Сон­хи за­то­пи­ла непро­ни­ца­е­мая тьма рас­ши­рен­ных зрач­ков. Он с пу­га­ю­щим спо­кой­стви­ем свер­лил взгля­дом за­стыв­шую жен­щи­ну. Джин­гён ко­жей по­чув­ство­вал, как воз­дух во­круг них сгу­стил­ся. Пусть у это­го пар­ня и не было точ­ки ки­пе­ния, пря­мо сей­час он пре­вра­тил­ся в бом­бу с со­рван­ной че­кой.

— Нель­зя, — вы­дох­нул Джин­гён и мерт­вой хват­кой вце­пил­ся в за­пястье Сон­хи, за­ме­тив, как его на­пря­жен­ные паль­цы уже об­хва­ти­ли край сто­леш­ни­цы. Одно дви­же­ние — и этот мас­сив­ный стол раз­ле­тит­ся в щеп­ки, по­гре­бая под со­бой ви­нов­ни­цу.

— От­пу­сти, — ко­рот­ко бро­сил Сон­ха.

— Нель­зя.

Из гру­ди Сон­хи вы­рвал­ся ко­рот­кий сме­шок, ост­рый ка­дык мед­лен­но дер­нул­ся. Джин­гён в от­ча­я­нии сжал его руку еще силь­нее и вы­па­лил:

— …Если вы сей­час разо­зли­тесь, я боль­ше не буду с вами за­ни­мать­ся!

Было стыд­но при­бе­гать к та­ким угро­зам, но дру­го­го вы­хо­да он не ви­дел.

— Что ты ска­зал?

— Не буду! Чест­но, ни за что на све­те!

Улыб­ка тут же ис­чез­ла с лица Сон­хи. В эту же се­кун­ду к ним под­ле­тел блед­ный со­труд­ник кафе, на ходу про­тя­ги­вая Джин­гё­ну смо­чен­ное ле­дя­ной во­дой по­ло­тен­це.

— Вы в по­ряд­ке? Не обо­жглись?

— Всё хо­ро­шо, — спо­кой­но от­ве­тил он.

Сон­ха же мед­лен­но по­вер­нул­ся к жен­щине. До той, ви­ди­мо, на­ко­нец до­шел весь мас­штаб ее безум­ной вы­ход­ки, и те­перь она сто­я­ла, бе­лая как мел, мел­ко дро­жа.

— Я по­ни­маю, вы слу­чай­но про­ли­ли. Сами-то не по­стра­да­ли?

Жен­щи­на по­же­ва­ла гу­ба­ми, едва слыш­но писк­ну­ла «нет» и, по­хва­тав свои вещи, пу­лей вы­ле­те­ла из кафе. Как толь­ко дверь за ней за­кры­лась, Сон­ха опу­стил на Джин­гё­на тя­же­лый взгляд. Тот вы­му­чен­но улыб­нул­ся, при­жи­мая хо­лод­ное по­ло­тен­це к ноге, и жал­ко пред­ло­жил:

— Мо­жет, на се­год­ня за­кон­чим?

• • • • • • • ✦ • • • • • • •

— Тебе ча­сто го­во­рят, что ты при­ду­рок?

— А?

— Ну, лох, иди­от, всё в та­ком духе.

— …А-ха-ха…

Стоя в туа­ле­те и рас­стё­ги­вая пу­го­ви­цы на ру­баш­ке с пят­на­ми от кофе, Джин­гён лишь бес­силь­но по­сме­и­вал­ся.

«Я, ко­неч­но, не ждал бла­го­дар­но­стей, но по­лу­чить вме­сто это­го «при­дур­ка, лоха и иди­о­та» за то, что при­нял на себя удар го­ря­чим кофе…»

— Ка­ко­го чёр­та ты под­ста­вил­ся под этот кофе? Со­всем иди­от? — сно­ва на­чал от­чи­ты­вать его Сон­ха, при­сло­нив­шись к две­ри сна­ру­жи.

«И прав­да, с чего бы это? За­чем я во­об­ще вы­лез со сво­и­ми улич­ны­ми за­ня­ти­я­ми?»

Мыс­лен­но вор­ча, Джин­гён снял ру­баш­ку. Че­рез верх две­ри в ка­бин­ку пе­ре­ле­те­ла бе­лая фут­бол­ка — охран­ни­ки, де­жу­рив­шие непо­да­лё­ку, опе­ра­тив­но до­ста­ви­ли смен­ную одеж­ду.

— Спа­си­бо.

Джин­гён на­тя­нул на себя но­вую фут­бол­ку, на ко­то­рой ещё вид­не­лись ров­ные склад­ки.

— Точ­но не бу­дешь по­да­вать в суд? — уже в тре­тий раз спро­сил Сон­ха.

Он пред­ла­гал узнать имя жен­щи­ны, её ре­ги­стра­ци­он­ный но­мер, ад­рес, на­нять ад­во­ка­та и за­су­дить её, если Джин­гён толь­ко по­же­ла­ет.

— Всё в по­ряд­ке. Ка­жет­ся, она про­сто в серд­цах не рас­счи­та­ла.

Судя по тому, как неле­по и кри­во по­ле­тел ста­кан — жен­щи­на плес­ну­ла кофе не при­цель­но в лицо Сон­хе, а куда-то на­у­гад, — это была лишь спон­тан­ная вспыш­ка уязв­лен­но­го эго. По её на­смерть пе­ре­пу­ган­но­му лицу Джин­гён по­нял, что до нее толь­ко се­кун­ду спу­стя до­шло, что на­пи­ток был го­ря­чим.

— Это ведь из-за ду­хов, да?

— …….

— На­вер­ное, вы и ман­да­ри­ны с апель­си­на­ми не еди­те.

Джин­гён по­пы­тал­ся раз­ря­дить об­ста­нов­ку шут­кой, но из-за две­ри до­нес­лось лишь ле­дя­ное мол­ча­ние.

— И всё же впредь вам не сто­ит го­во­рить та­кие вещи.

«Гос­по­ди, неуже­ли мне при­дет­ся раз­же­вы­вать ему даже та­кие ба­зо­вые пра­ви­ла по­ве­де­ния в об­ще­стве?» — мыс­лен­но взвыл он. Джин­гён об­ре­чен­но вздох­нул, щелк­нул пряж­кой рем­ня и по­тя­нул вниз про­пи­тан­ную лип­кой жид­ко­стью ткань.

Но сто­и­ло ему по­пы­тать­ся стя­нуть брю­ки, как при­лип­шая к ожо­гу ткань ото­дра­лась от тела, и по бед­ру ре­за­ну­ла ост­рая боль.

— Угх… — Джин­гён неволь­но за­ши­пел сквозь стис­ну­тые зубы.

Опу­стив взгляд, он на­ко­нец уви­дел об­шир­ное баг­ро­вое пят­но. Кофе, уда­рив­ший по ка­са­тель­ной, впи­тал­ся в шта­ни­ну и об­ва­рил кожу.

— Силь­но бо­лит?

Джин­гён при­жи­мал к ноге хо­лод­ное влаж­ное по­ло­тен­це, ко­то­рое ему всу­чил ра­бот­ник, пока они жда­ли, ко­гда ку­рьер при­не­сет чи­стую одеж­ду. И толь­ко сей­час, об­на­жив ногу, он смог в пол­ной мере оце­нить ущерб.

«Это бу­дет ад­ски бо­леть еще пару дней», — с тос­кой по­ду­мал он, раз­гля­ды­вая пун­цо­вую кожу.

— Эй.

От неожи­дан­но­го, рез­ко­го уда­ра ла­до­нью по пла­сти­ко­вой две­ри ка­бин­ки Джин­гён всем те­лом вздрог­нул.

— Д-да?

— Я спра­ши­ваю, силь­но бо­лит?

— А, нет, про­сто немно­го по­щи­пы­ва­ет. Ни­че­го страш­но­го, прав­да. По­ма­жу за­жив­ля­ю­щей ма­зью, и че­рез пару дней всё прой­дет…

«К утру точ­но взду­ют­ся здо­ро­вен­ные вол­ды­ри», — мыс­лен­но до­ба­вил он, мор­щась и ак­ку­рат­но стя­ги­вая на­сквозь про­пи­тан­ные кофе брю­ки.

— …За­чем ты это сде­лал?

— А?

— Ка­ко­го чёр­та ты под­ста­вил­ся? Мне-то пле­вать, даже если бы я по­стра­дал.

Услы­шав этот аб­сурд, Джин­гён из­дал ко­рот­кий сме­шок.

— С чего бы это пле­вать?

— …….

— То, что ваши раны мгно­вен­но за­тя­ги­ва­ют­ся, ещё не зна­чит, что вы не чув­ству­е­те боли, — про­дол­жил Джин­гён, стя­ги­вая бе­лые крос­сов­ки, за­ли­тые ко­рич­не­вы­ми пят­на­ми. — Боль­но было бы в лю­бом слу­чае — что мне, что вам. К тому же, слу­чись что непред­ви­ден­ное…

От од­ной мыс­ли о том, что по­сре­ди пе­ре­пол­нен­но­го кафе вдруг по­явит­ся огром­ная чёр­ная пан­те­ра, по спине Джин­гё­на про­бе­жал хо­ло­док. В наше вре­мя, ко­гда лю­бое ви­део мгно­вен­но раз­ле­та­ет­ся по соц­се­тям, ни­ка­кие день­ги се­мьи Мок не смог­ли бы за­мять по­доб­ный ин­ци­дент.

— От та­ко­го ко­ли­че­ства воды я не пре­вра­щусь. Ты же зна­ешь.

«Нуж­но, что­бы вода ока­ти­ла с ног до го­ло­вы», — так он го­во­рил. И Джин­гён это пре­крас­но пом­нил.

— Вся­кое бы­ва­ет. Да и я всё-таки ваш пре­по­да­ва­тель. Уж луч­ше пусть по­стра­да­ет учи­тель, чем уче­ник. Ха-ха.

Со­про­во­див сло­ва нелов­ким смеш­ком, Джин­гён пе­ре­ки­нул мок­рые, на­сквозь про­пи­тан­ные кофе брю­ки пря­мо че­рез верх­нюю кром­ку двер­цы. Он про­тя­нул руку, ожи­дая, что ему тут же вло­жат в ла­донь смен­ную одеж­ду — так же быст­ро, как пару ми­нут на­зад пе­ре­да­ли чи­стую фут­бол­ку.

— Э-э, мож­но мне брю­ки?..

— От­крой дверь.

— Что? Ка­кую ещё дверь…

— Эту дверь от­крой, — Сон­ха сно­ва нетер­пе­ли­во уда­рил ла­до­нью по пла­сти­ку.

Джин­гён опе­шил.

— За­чем мне её от­кры­вать?

— От­кры­вай.

Джин­гён су­до­рож­но вце­пил­ся в за­движ­ку. По­хо­же, этот огром­ный, аб­со­лют­но не со­ци­а­ли­зи­ро­ван­ный чёр­ный кот со­вер­шен­но не по­ни­мал, на­сколь­ко дву­смыс­лен­но и неле­по бу­дут вы­гля­деть двое взрос­лых пар­ней, за­пер­тых в тес­ной ка­бин­ке об­ще­ствен­но­го туа­ле­та.

— Если вам нуж­но что-то ска­зать, да­вай­те про­сто по­го­во­рим сна­ру­жи…

Дверь ка­бин­ки со­дрог­ну­лась от мощ­но­го уда­ра. Ме­тал­ли­че­ская за­движ­ка с хру­стом от­ле­те­ла. Она что, из фоль­ги была сде­ла­на? От неожи­дан­но­сти Джин­гён так и за­стыл на ме­сте.

— Вы что тво­ри­те…

Вме­сто от­ве­та Сон­ха бес­це­ре­мон­но шаг­нул впе­ред, гру­бо втал­ки­вая остол­бе­нев­ше­го Джин­гё­на в глу­би­ну тес­ной ка­бин­ки. Про­тис­нув­шись сле­дом, он невоз­му­ти­мо за­хлоп­нул за со­бой по­ка­ле­чен­ную дверь. Ши­ро­кие пле­чи и по­дав­ля­ю­щая аура мгно­вен­но со­жра­ли всё сво­бод­ное про­стран­ство, вы­тес­нив из лег­ких Джин­гё­на остат­ки кис­ло­ро­да.

— З-за­чем? По­че­му так вне­зап­но…

— Ка­кая сто­ро­на?

— Что?

— Куда по­пал кофе? Я спра­ши­ваю, на ка­кую ногу?

Тя­жё­лый взгляд Сон­хи мед­лен­но опу­стил­ся вниз. Толь­ко в этот мо­мент до Джин­гё­на до­шло, что он сто­ит без брюк, свер­кая го­лы­ми но­га­ми в од­ном ниж­нем бе­лье.

— Ах! — за­па­ни­ко­вав, Джин­гён по­пы­тал­ся от­тя­нуть край фут­бол­ки по­ни­же, что­бы хоть как-то при­крыть свою на­го­ту, но тка­ни ка­та­стро­фи­че­ски не хва­та­ло.

— И что ты де­ла­ешь? — Сон­ха по­смот­рел на него свер­ху вниз взгля­дом, в ко­то­ром чи­та­лось от­чёт­ли­вое: «Ты боль­ной?».

— Нет, по­го­ди­те! За­чем вы во­об­ще вло­ми­лись… Вый­ди­те! Если кто-то уви­дит, нас непра­виль­но пой­мут! — Джин­гён упёр­ся ла­до­нью в грудь Сон­хи, пы­та­ясь от­толк­нуть его. Но тот сто­ял как ка­мен­ная сте­на — ни на мил­ли­метр не сдви­нул­ся.

— Ка­кая раз­ни­ца? Я-то муж­чин не люб­лю.

— Зато я люб… Про­сто вый­ди­те от­сю­да немед­лен­но!

— Пра­вая? — про­игно­ри­ро­вав его па­ни­ку, Сон­ха про­тя­нул руку и креп­ко об­хва­тил го­лое бед­ро Джин­гё­на.

— А-а-ак! — Джин­гён ша­рах­нул­ся на­зад, ис­пу­гав­шись в несколь­ко раз силь­нее, чем ми­ну­ту на­зад.

— По­хо­же, вол­ды­ри бу­дут.

— Оставь­те в по­кое! Пусть бу­дут!

«В кон­це кон­цов, у меня есть хотя бы ба­зо­вое че­ло­ве­че­ское пра­во на соб­ствен­ные вол­ды­ри!»

— Эй, — тихо, но с на­жи­мом по­звал Сон­ха.

Джин­гё­ну до оду­ри хо­те­лось рас­пла­кать­ся.

«Ну за что вы так со мной?»

— Дер­жи это в сек­ре­те.

— Не буду!

У него и так уже на­ко­пи­лась це­лая гора тайн, свя­зан­ных с этим пар­нем, и до­бав­лять в эту ко­пил­ку ещё одну он ка­те­го­ри­че­ски не же­лал.

— Сек­ре­та­рю Кану тоже ни сло­ва.

— Тем бо­лее не буду! — Джин­гён от­ча­ян­но за­мо­тал го­ло­вой.

Имен­но сек­ре­тарь Кан все­гда при­но­сил стоп­ки кон­трак­тов и ре­шал все про­бле­мы. Если Сон­ха про­сит скрыть что-то даже от него, зна­чит, гря­дёт нечто аб­со­лют­но невы­но­си­мое.

— По­нял меня?

— Да ни­че­го я не по­нял!..

Вне­зап­но Сон­ха опу­стил­ся на одно ко­ле­но пря­мо на гряз­ный ка­фель­ный пол туа­ле­та. Жест­кой хват­кой удер­жи­вая Джин­гё­на за бед­ро, он рыв­ком по­тя­нул его на себя, за­став­ляя пе­ре­ки­нуть обо­жжен­ную ногу че­рез свое бед­ро.

Поза ока­за­лась до­нель­зя от­кро­вен­ной: слиш­ком уяз­ви­мой, вы­став­ля­ю­щей на­по­каз всё, что рань­ше на­деж­но скры­ва­ла длин­ная фут­бол­ка. Кровь тут же бро­си­лась Джин­гё­ну в лицо, а пе­ред гла­за­ми пре­да­тель­ски по­плы­ло. В угол­ках глаз ско­пи­лись слё­зы невы­но­си­мо­го сты­да. Но по-на­сто­я­ще­му за­ры­дать ему за­хо­те­лось лишь се­кун­ду спу­стя.

— …!

Сон­ха скло­нил­ся и при­жал­ся гу­ба­ми к по­крас­нев­шей, пуль­си­ру­ю­щей от ожо­га коже на бед­ре. От шока Джин­гён по­шат­нул­ся, едва не за­ва­лив­шись на спи­ну, но чу­жая рука мгно­вен­но об­ви­лась во­круг его та­лии. Паль­цы Сон­хи впи­лись в ткань, фик­си­руя на ме­сте с пу­га­ю­щей на­деж­но­стью.

— Стой смир­но.

— В-вы с ума сош…

Сон­ха мед­лен­но под­нял го­ло­ву. Его взгляд за­во­ра­жи­вал — в ра­дуж­ках слов­но рас­пус­ка­лись хищ­ные зо­ло­тые цве­ты. Джин­гён вздрог­нул, чув­ствуя, как этот свер­ка­ю­щий взгляд вон­за­ет­ся ему пря­мо в серд­це ост­рым зо­ло­тым оскол­ком. За­ды­ха­ясь, он су­до­рож­но вце­пил­ся в во­ло­сы пар­ня, пы­та­ясь от­толк­нуть его от себя, но тот не сдви­нул­ся ни на мил­ли­метр. На­блю­дая, как ре­пе­ти­тор бес­по­мощ­но тре­пе­щет в его ру­ках, Сон­ха тихо усмех­нул­ся. Виб­ра­ция это­го смеш­ка го­ря­чей вол­ной от­да­лась в об­на­жен­ной коже бед­ра.

Джин­гён все­гда хо­тел про­жить дол­гую, ни­чем не при­ме­ча­тель­ную жизнь. Без ве­ли­ких ам­би­ций, без по­тря­се­ний — про­сто ти­хое и мир­ное су­ще­ство­ва­ние. Боль­ше все­го на све­те он бо­ял­ся стать при­чи­ной горя для ро­ди­те­лей, так что ран­няя смерть со­вер­шен­но точ­но не вхо­ди­ла в его пла­ны.

Но сей­час…

— …!

«…Я про­сто хочу уме­реть».

Же­ла­ние про­ва­лить­ся сквозь зем­лю ста­ло по­чти фи­зи­че­ски невы­но­си­мым. Ко­гда нос пар­ня, ко­то­рый явно на­сла­ждал­ся его бес­по­мощ­но­стью, скольз­нул по внут­рен­ней сто­роне бед­ра, Джин­гён едва не шаг­нул за грань, от­ку­да не воз­вра­ща­ют­ся.

— Нель­зя! Что вы во­об­ще тво­ри­те?! — с тру­дом вы­скре­бая остат­ки усколь­за­ю­ще­го рас­суд­ка, вы­дох­нул он.

Его паль­цы силь­нее впи­лись в ма­куш­ку Сон­хи, но гу­стые, уди­ви­тель­но мяг­кие пря­ди лишь бес­по­лез­но сколь­зи­ли сквозь по­дра­ги­ва­ю­щие фа­лан­ги.

— Ты же сам ска­зал, что луч­ше пусть по­стра­да­ет учи­тель, чем уче­ник.

Каж­дое сло­во со­про­вож­да­лось го­ря­чим вы­до­хом, опа­ля­ю­щим тон­кую чув­стви­тель­ную кожу. От это­го влаж­но­го, ин­тим­но­го теп­ла му­раш­ки про­ши­ли тело Джин­гё­на от кон­чи­ков паль­цев ног до са­мой ма­куш­ки. Он су­до­рож­но сглот­нул, чув­ствуя, как пе­ре­сох­ло в гор­ле.

— Но, как по мне, было бы куда луч­ше, если бы по­стра­дал я.

— Нет…

— По­это­му я ре­шил, что так бу­дет спра­вед­ли­во.

Едва до­го­во­рив, Сон­ха чуть при­от­крыл губы и мед­лен­ным дви­же­ни­ем язы­ка влаж­но про­вел по сад­ня­ще­му бед­ру.