Глава 12.3

Зубы Мугья впились мне в заднюю часть шеи. Интуиция подсказывала, что сегодня он будет куда более ненасытным и грубым, чем обычно. Но раз уж я разукрасил ему лицо, то так и быть — решил я для себя, — сегодня буду терпеливее.

Его указательный палец снова принялся дразнить затвердевший сосок, в то время как горячий влажный язык шершаво оглаживал второй. Комнату наполнили непристойные звуки. Внизу живота стремительно разгорался жар. Не в силах выносить накатившее ощущение, я невольно сжал бёдра. Но Мугья тут же развёл мои ноги и втиснул между ними колено, лишив возможности сомкнуть их обратно.

— Вы ведь не спали всю ночь… Не устали?

Я посмотрел вниз, на Мугья, который теперь вылизывал мои рёбра. С такого ракурса его лица не было видно.

— Останься сегодня у меня, — пробормотал он.

— Хм… Думаете, стоит?

Стянув с меня штаны, Мугья сел ровно. Обхватив меня за талию, он заставил меня приподняться над собой так, чтобы мой полувозбуждённый член оказался на уровне его лица. А в следующее мгновение без предупреждения взял его в рот. Одним движением он заглотил его целиком и принялся сосать с такой силой, словно хотел вырвать с корнем. Казалось, меня поглощает раскалённая пещера.

Вцепившись в его плечи, я из последних сил пытался справиться с чувством, от которого нижняя половина тела буквально плавилась. Мои ноги заскользили по мягкой обивке дивана, и тогда Мугья обхватил меня за ягодицы, фиксируя на месте. Один из его пальцев скользнул ниже и принялся щекотать сжавшееся колечко. А затем безжалостно протолкнулся внутрь. В ту же секунду от затылка до самых кончиков пальцев ног меня прошило электрическим разрядом.

— Ха-а… Если так пойдёт и дальше… из-за вас я и впрямь превращусь в извращенца, — рвано выдохнул я.

— Почему?

Мугья выпустил изо рта мой член и поднял взгляд. Моя плоть, уже вставшая в полную силу, была мокрой от его слюны.

— Потому что даже когда я мастурбирую… мне кажется, я больше не могу кончить, если не трогаю себя сзади.

Услышав это, Мугья ухмыльнулся, обнажив зубы. Я не видел у него такой улыбки уже очень давно. Он перехватил мою руку, покоившуюся на его плече, и потянул вниз, заводя её мне за спину и прижимая к ягодицам.

— Покажи.

Я не был настолько наивен, чтобы переспрашивать: «Что показать?». Мугья снова обхватил губами мой член. Я опустил заведённую назад руку чуть ниже, нащупывая вход, в который уже был погружён палец Мугья. Он вошёл почти полностью, снаружи оставалась лишь одна фаланга.

Когда Мугья резко вытащил палец, внутри неприятно засаднило. Я поднес свою руку ко рту и щедро смочил указательный и средний пальцы слюной, скопившейся на языке. Заведя влажные пальцы обратно, я с силой протолкнул один из них внутрь. Стоило мне слегка подвигать пальцем, как податливые горячие стенки плотно обхватили его. Сам того не осознавая, я начал покачивать бёдрами, всё глубже вколачивая член в горло Мугья.

В этот момент палец Мугья скользнул следом, сплетаясь с моим внутри меня. Вставив средний палец, он с усилием оттянул узкое отверстие в сторону, освобождая место для ещё одного. Проникая глубже, Мугья дразняще задевал мой палец, безжалостно и грубо сминая податливую внутреннюю плоть. Когда я убрал руку, Мугья тоже отстранился, с влажным звуком выпустив мой член изо рта.

— Ты прямо как наркотик, — хрипло выдохнул он.

— А вы пробовали наркотики?

— Нет.

— Тогда откуда вам знать?

— И то верно.

Мугья медленно и мягко уложил меня спиной на подушки дивана. Развернув ладонь, он погладил сжавшееся колечко мышц. Три пальца скользили по чувствительному входу, выискивая щель, а затем без предупреждения, резко, на всю длину, ворвались в меня.

— Ах!

Пальцы на ногах рефлекторно подогнулись, и из моего члена неожиданно толчками брызнула сперма. Мугья изучил моё тело настолько, что мог без труда находить простату. Он жёстко и ритмично двигал пальцами внутри, не сводя внимательного взгляда с моего лица. Стиснув зубы, я изо всех сил пытался сдержать рвущиеся наружу стоны.

Мугья согнул пальцы, оттягивая стенки вниз. Ощущение было, словно меня выворачивают наизнанку. Лёжа совершенно голым, я невидящим взглядом уставился на расписной потолок, переживая затухающие волны оргазма. Обмякший член судорожно дернулся и поник. Но Мугья и не думал давать мне передышку: он безжалостно втиснул внутрь ещё один палец. Стало невероятно тесно. Опустив взгляд, я увидел лишь двигающееся запястье, и на секунду мне почудилось, будто в меня вогнали целый кулак.

Рукой, до этого мявшей моё бедро, Мугья сдёрнул с плеч халат. Тяжёлая махровая ткань с тихим шорохом скользнула на пол. И дракон на его теле предстал во всём великолепии.

— Давайте… входите уже.

Пальцы, терзавшие меня изнутри, один за другим выскользнули наружу. Мугья жадно смотрел на мой пульсирующий вход. Его плоть, вставшая колом без единого прикосновения, упёлась в колечко мышц. Гладкая головка дразняще потёрлась о складки, размазывая смазку. Наконец, покрытая влагой плоть начала неумолимо раздвигать тесные стенки. Несмотря на то, что он долго и тщательно растягивал меня пальцами, было чертовски узко.

Я старался расслабиться, но впустить его оказалось непросто. И все же головка, блестевшая от предсеменной жидкости, протолкнулась внутрь. Следом за ней сухое основание начало с усилием раздвигать неподатливую плоть. Кожа тёрлась о кожу так плотно, словно мы сливались в единое целое.

Я приподнял руку и протолкнул два пальца в рот Мугья. Он тут же обхватил их губами, проходясь горячим языком между указательным и средним, присасываясь к ним так же жадно, как только что к моему члену. Вытащив влажные от слюны пальцы, я опустил руку вниз и щедро обмазал рельефный ствол. Он плавно вытянул наполовину вошедший член, а затем с силой вонзился обратно. Обильно смоченная слюной плоть гладко и стремительно вошла до самого конца.

Когда он полностью погрузился в меня, тяжёлые яйца с влажным шлепком ударились о мои ягодицы. Стенки судорожно сжимались, отторгая и одновременно принимая столь грубое вторжение. Казалось, растянутая до предела плоть беззвучно кричит от боли и наслаждения.

— Хгх… мм…

Стоило мне дёрнуться от болезненного чувства распирания, как Мугья стальной хваткой сжал мою талию, пригвоздив к месту. Вспотевшая спина прилипла к кожаной обивке дивана. Без малейшего предупреждения он начал вколачиваться в меня. С каждым его толчком сперма у меня на груди размазывалась, пачкая тело. Мугья входил под небольшим углом, тыкаясь в правую сторону. Толчки были такой силы, что, казалось, его член вот-вот прорвёт мой низ живота.

— Ах! А-а-ах! — на первом же мощном толчке из горла вырвался крик.

Он методично и яростно бил в одну точку, заставляя внутренности гореть огнём. Наверное, мне лишь померещилось, но меня охватила паника — казалось, я чувствую, как справа на животе выпирает бугорок от его члена. Мугья снял одну руку с моей талии и опустил на низ живота, с силой надавив. От этой невыносимо давящей тяжести единственным желанием было вытолкнуть из себя его плоть.

Мугья подался назад и тут же с влажным хлопком вбился до упора. Я стиснул зубы, не в силах сглотнуть набежавшую слюну — тонкая струйка скатилась по подбородку. Мугья тут же склонился и жадно слизал её горячим, шершавым, словно у зверя, языком.

Сменив угол, он начал в бешеном темпе насаживать меня на себя. Его член больше не бил в одну точку — он проходился по мне изнутри, сминая податливые стенки. Вживленные под кожу шарики скреблись по воспаленной слизистой. Он проникал так глубоко, что, казалось, его член останется во мне навсегда и уже никогда не выйдет наружу.

В какой-то момент я осознал, что рука Мугья обхватила мой снова вставший член. Спереди и сзади, сменяя друг друга, накатывали волны боли и наслаждения. Внутри всё горело, но я уже не мог разобрать, было ли это мучением или высшей точкой экстаза. Когда головка с размаху ударила по простате, я снова кончил. Свежие капли спермы смешались на груди с теми, что уже успели подсохнуть.

Мугья потянулся и больно ущипнул меня за сосок.

— Угх!

Из-за скользкой от спермы кожи пальцы сорвались, и щипок получился ещё более обжигающим. Мугья взял небольшую паузу и начал двигать бёдрами медленно. Понимая, что он делает это, чтобы оттянуть свой финал, я кое-как выровнял сбитое дыхание и хрипло произнёс:

— Правило… одного раза… Давайте сегодня обойдёмся… без него.

За всё время нашего знакомства я впервые видел, чтобы радость отразилась на лице Мугья так откровенно, так беззастенчиво. Едва ли кто-то ещё назвал бы его сейчас милым, но в моих глазах он выглядел до безумия очаровательным.

— Смотри не пожалей.

— Не пожалею. Сегодня… я тоже хочу взять от тебя всё.

Любовь, конечно, не сводится к одному лишь сексу, но это определённо самый простой и честный способ разделить друг с другом чувства.

— Ли Чуин, надеюсь, мне не придётся заказывать для тебя плакальщиц? — усмехнулся он.

Я притянул его за щёку к себе и крепко поцеловал. Мугья, не скрывая удовольствия, легонько ткнул указательным пальцем в уголок моих приподнятых в улыбке губ.

Его лицо оказалось так близко, что наши носы почти соприкоснулись. Я зажмурился, и в следующий миг он начал входить в меня с неистовой силой. Из-за яростных толчков его плоти мне казалось, что шариков под кожей члена не единицы, а сотни. Долго сдерживавший себя Мугья обхватил мои яйца, подтянул их и вошёл ещё глубже. Я не выдержал и из моего горла вырвался сорванный, мучительный стон. Мугья вздрогнул, его член начал пульсировать, заливая меня горячим семенем. Ощущение было таким, словно сперма затопила меня изнутри. Спустя ещё шесть или семь мощных пульсаций он замер. Моя грудь тяжело вздымалась, и свежая сперма крупными каплями стекала по коже вниз, на кожаный диван, смешиваясь с потом и образуя под моей спиной лужу.

Мугья подался назад, и густая жидкость тут же потекла по бёдрам. Но он не стал выходить до конца. Оставив слегка обмякший член внутри, он начал плавно двигаться. Не давая мне времени на передышку, его плоть снова начала наливаться, стремительно твердея. Разбухающий ствол вновь растянул податливые стенки, которые послушно обхватили его.

Мугья подхватил меня на руки, рывком отрывая от дивана. От неожиданности голова пошла кругом. Густая сперма из места нашего соединения закапала на ковер. С каждым его шагом член глубоко проскальзывал внутри меня. Вживлённые шарики цеплялись за чувствительный вход, с влажным трением прокатываясь туда-сюда.

Мугья принёс меня в спальню, уложил на постель лицом вниз и подложил под живот высокую подушку. От давления на низ живота сперма, оставшаяся внутри, устремилась к выходу. Но до предела возбуждённая плоть Мугья снова безжалостно ворвалась в меня. Обилие смазки позволяло члену легко скользить внутри, но истерзанные долгим сексом стенки всё равно нещадно ныли. Каждый мощный толчок сопровождался громким, непристойным хлюпаньем — излишки спермы выплёскивались наружу. Он кончил так обильно, что даже его яйца, бьющие по моим ягодицам, были измазаны в липкой жидкости.

— А-а-ах! А-а-а!

Бешено работая бёдрами, Мугья схватил меня за подбородок, грубо развернул моё лицо к себе и впился в губы, жадно втягивая язык. Задыхаясь, я вырвался из поцелуя и уткнулся лицом обратно; нити слюны сорвались изо рта на смятые простыни. От хлёстких, сильных ударов сзади, брызги спермы разлетались во все стороны и падали на простыню, словно небрежные мазки белой краски на холст. Мугья навалился сверху всем весом, вдавив меня в кровать. Оказавшись зажатым между его мощным телом и подушкой под животом, я запаниковал — казалось, от этого давления скопившаяся внутри сперма разорвёт меня изнутри.

— Н-не дави так! — вскрикнул я, слепо шаря руками позади себя и пытаясь оттолкнуть его в твёрдый живот.

Мугья без труда перехватил мои запястья, заломил их мне за спину и с удвоенной силой вколотился внутрь. Он брал меня с такой неутолимой жадностью, словно выплескивал всё сексуальное напряжение, которое копилось долгими неделями. Когда его накрыл второй оргазм, и он снова начал изливаться в меня горячими пульсирующими толчками, я мысленно проклял свой язык. Надо было заменить «правило одного раза» на «правило двух оргазмов», а не отменять его вовсе! Не успел он толком излиться, как эта дьявольская штуковина внутри меня снова начала твердеть. Я не плакал, даже когда решил, что он мне изменяет, но сейчас из глаз брызнули слёзы, влажными пятнами покрывая простыню. Мугья перевернул меня на спину. Внутри всё было настолько скользким от спермы, что он проделал это, даже не выходя из меня.

— Похоже, тебе хорошо до слёз.

Мугья, сделав грандиозно неверный вывод, мягко стёр слёзы с уголков моих глаз. Он широко развёл мои бедра, крепко удерживая их руками, и в таком положении начал глубоко входить в меня.

— Ха-а, а-а-ах…

С каждым его толчком казалось, будто всё, что скопилось внутри, сейчас выйдет наружу вместе с членом. Но из-за бешеного темпа сперма, готовая вытечь, снова и снова заталкивалась внутрь, заполняя меня до краёв. Ощущение было такое, будто кто-то схватил моё тело, доверху наполненное водой, и неистово трясёт его вверх-вниз. Тело ниже поясницы начало неметь, но стенки внутри, напротив, становились пугающе, болезненно чувствительными.

Шарики, вживлённые в его ствол, бесстыдно и грубо терзали мою плоть изнутри. Сквозь стиснутые зубы вырывались сдавленные стоны. Я попытался поднять взгляд на Мугья, но глаза закатывались, а веки налились свинцом. Я ничего не ел, но живот был настолько переполнен, что внутри отчётливо хлюпало. Каждый раз, когда его член скользил назад, сперма текла из меня непрерывным потоком.

Не веря, что во мне может быть столько его семени, я опустил руку вниз, чтобы дотронуться до этой липкой лужи. Мугья тут же схватил мою руку и засунул испачканные пальцы мне в рот. Вязкая жидкость обволокла язык, оставляя на нём терпкий, солоноватый привкус. Голова моталась из стороны в сторону, и от этой качки меня начало мутить — сознание поплыло, словно в приступе морской болезни.

Но каждый раз, когда Мугья изливал в меня очередную порцию спермы, мое ускользающее сознание резко возвращалось. От обжигающего семени казалось, что внутренности полыхают огнём. Он снова вытащил ствол почти полностью и снова резким толчком вогнал его обратно. Так повторялось снова и снова.. Из растянутого отверстия непрестанно вытекала сперма.

Наконец он извлёк свой член и поднёс к моим губам. Плоть, всё ещё каменная от возбуждения и сплошь перемазанная вязкой жидкостью, была настолько горячей, что, казалось, от неё исходит пар.

Головка ткнулась мне в приоткрытые губы. Я попытался вытолкнуть языком вторгающийся в рот член. Я уже сбился со счёта, в который раз он это делает. Я хотел умолять его прекратить, но из пересохшего горла не доносилось ни звука. Я мог лишь беспомощно хватать ртом воздух. Чувствуя, как тело безвольно содрогается, я балансировал на зыбкой грани между явью и спасительным забытьём.

Когда я снова приоткрыл глаза сквозь пелену тумана, Мугья, словно приказывая мне прийти в себя, начал вколачиваться в меня ещё неистовей. От этого я едва не обмочился. А может, и правда обмочился — низ живота и так был мокрым и липким. Тело больше не подчинялось мне, оно жило своей жизнью. Мне стало по-настоящему страшно.

— Хг-г…

Сжав обессиленные кулаки, я попытался оттолкнуть мужчину, который продолжал набрасываться на меня с маниакальным упорством. Меня била крупная дрожь. Кажется, Мугья тихо выругался сквозь зубы и хрипло извинился, но я уже не мог разобрать ни слова.

В глазах померкло, и мир погрузился в непроглядную темноту.