Глава 18

За всё время, что Чонён жил с Мун Дохоном, он ни разу не видел, чтобы тот брал отпуск. Казалось, что, занимая пост генерального директора JT Electronics, Дохон просто не мог себе позволить такую роскошь.

«Чёрт… Получается, возможность была всегда, но он просто не хотел тратить её на меня?»

Чонён с раздражением соскрёб последние крошки с подноса, пытаясь подавить внезапно охватившую его злость.

На мгновение ему даже стало любопытно, зачем секретарь Шим вообще рассказывает ему такие подробности, но гнев быстро вытеснил посторонние мысли.

— Надо было взять больше еды… Может, я принесу ещё? — спросил Шим.

— Нет, этого достаточно, — резко отозвался Чонён, отодвигая пустой поднос.

— Простите, вы ведь играете внука? — неожиданно обратился к нему один из сотрудников съёмочной группы.

— Да, всё верно.

— Нужно срочно поменять вам штаны. Те, что на вас сейчас, понадобились другому актёру. Прямо сейчас!

Сотрудник быстро сунул Чонёну новые брюки и, не дожидаясь ответа, исчез в коридоре, добавив на ходу:

— Переоденьтесь и передайте старые в серый фургон у входа!

— Понял.

Чонён взял брюки и уже собирался сказать секретарю Шиму, что тот слишком много хлопочет вокруг него, но внезапно заметил в руках Шима большой зонт.

— …Откуда он у вас?

— Предусмотрительно взял из машины. Дождь может усилиться. Пойдёмте, я провожу вас до парковки.

Чонён взглянул в окно. Моросящий дождь мягко барабанил по асфальту, укрывая всё сероватой дымкой. Вздохнув, он двинулся вперёд, следуя за Шимом.

Тот не только придерживал над ним зонт, но и сообщил, что в машине имеется запасная зубная щётка и освежитель для одежды — на всякий случай.

Чонён не мог определиться, как относиться к такой заботе. С одной стороны, излишнее внимание напрягало, с другой — с таким помощником было несравнимо удобнее. Возможно, именно в таких мелочах и заключалось отличие секретаря генерального директора от простого офисного служащего.

Переодевшись в машине, он вышел обратно и с облегчением заметил, что дождь почти закончился. Небо всё ещё оставалось хмурым, но зонт уже был не нужен.

Аккуратно сложив старые брюки, Чонён огляделся, ища серый фургон. В этот момент мимо него прошла девушка-ассистент с тяжёлой коробкой реквизита. Внезапно из коробки что-то выпало и упало на землю.

— Простите, у вас что-то упало, — окликнул её Чонён.

Приглядевшись, он понял, что это был ботинок.

Ассистентка даже не заметила потери, поэтому Чонён поднял обувь и протянул ей:

— Ой! Когда он выпал?.. Большое спасибо! Простите, не могли бы вы положить его обратно в коробку? У меня руки заняты...

Она виновато улыбнулась и кивнула на коробку, которая явно была слишком тяжёлой.

— Куда вы её несёте? Я помогу.

Чонён взглянул на небо — дождь почти прекратился, возвращаться в комнату ожидания смысла уже не было, поэтому он предложил помощь.

Рядом тут же раздался голос Шима:

— Позвольте, я лучше понесу.

— Нет-нет! Я справлюсь сама, — быстро отказалась девушка.

— Тогда давайте хотя бы разделим груз. Я возьму самые тяжёлые вещи, — спокойно настоял Чонён.

— Ах… это так неловко… Огромное вам спасибо!

— Секретарь Шим, отнесите пока штаны в фургон.

Согласовав это, Чонён заглянул в коробку и выбрал самые тяжёлые металлические трубы. Оказалось, это была разборная вешалка для одежды.

— Куда её нести?

— Туда, к тому грузовику на краю площадки…

— Довольно далеко, — заметил Чонён.

Ассистентка кивнула, но почему-то начала бросать на него странные взгляды. Она несколько раз опустила голову, затем снова украдкой посмотрела на него, словно что-то взвешивая в уме.

Внезапно она резко остановилась и повернулась к нему:

— Простите, но… вы ведь Ю Чонён, да?

— …Да? Вы меня знаете? — удивлённо спросил Чонён, замерев на месте от неожиданности.

— Боже мой, это правда вы?! Ю Чонён из DEX! Не может быть! — девушка почти подпрыгнула от восторга, а затем громко взвизгнула от радости.

Чонён растерялся, не зная, как реагировать. Его уже давно никто не узнавал, и теперь он лихорадочно пытался подобрать подходящий ответ.

Ассистентка же, похоже, совсем забыла обо всём на свете, буквально пожирая его глазами:

— Я… я писала вам письма, когда вы ещё выступали! Однажды даже получила ответ от вас! Помните? Мин Херин…

— Ах… Да, конечно, помню. Вы были на фан-встрече, правда? — вспомнив недавнее письмо, Чонён мягко улыбнулся.

— О боже! Да-да-да! — восторженно подтвердила Херин.

— Вы тогда говорили, что учитесь в университете?

— Верно! Я посещала пары и одновременно следила за вами! Вы правда помните меня? Невероятно…

— Херин, ты чего застыла? Нам нужно занести всё это внутрь! — окрик её старшей коллеги вывел девушку из ступора.

Мин Херин тут же смутилась и крепче прижала к себе коробку:

— Ах, простите, уже иду!

— Все ждут тебя, чтобы разобрать вещи... Эх, если коробка тяжёлая, могла бы попросить помощи.

— Простите, сейчас иду! — быстро ответила Херин и снова обратилась к Чонёну:

— Оппа, я дальше сама донесу. Спасибо огромное за помощь! Так приятно было встретить вас здесь! Надеюсь, увидимся снова!

Не дав ему возможности ответить, девушка быстро забрала у него вешалку и поспешила следом за коллегой. Уже уходя, она несколько раз обернулась, сияя улыбкой.

Чонён остался стоять на месте, провожая её взглядом. Это внезапное напоминание о его прошлом казалось странным и неожиданным. Всё произошло так быстро, но ощущение тепла от этой встречи не покидало его ещё долго.

Съёмки закончились лишь на следующее утро.

Фактически перед камерой Чонён провёл не больше тридцати минут, однако из-за постоянно сдвигающегося графика ожидание затянулось почти на сутки.

Для него, после многолетнего опыта айдола, подобные задержки были привычным делом. Но вот мысль о том, что секретарь Шим вынужден провести бессонную ночь далеко от Сеула, заставляла его испытывать чувство вины.

Однако, к удивлению Чонёна, секретарь совершенно не выглядел уставшим. Как и Дохон, он был доминантным альфой и обладал потрясающей выносливостью. Даже спустя сутки без сна Шим уверенно вёл машину и доставил Чонёна прямо к его дому в Сеуле.

За эти сутки они не стали ближе, но, по крайней мере, исчезла прежняя неловкость.

Чонён ожидал, что будет напряжён рядом с альфой, но вопреки всем опасениям, чувствовал себя спокойнее, чем рядом с Дохоном. Этот контраст его сильно беспокоил.

Феромоны Чонёна всегда были нестабильны, а в присутствии бывшего мужа ситуация лишь ухудшалась. Стоило Дохону приблизиться, и его тело тут же начинало выдавать неуправляемую реакцию.

Другие называли это «напряжением» или даже «страстью», но для самого Чонёна подобные ощущения были мучительны. Он постоянно волновался о том, как выглядит в глазах Дохона.

Дохон же привык жить среди бет и других альф, совершенно не имея опыта общения с таким, как Чонён. Для него Чонён стал первым рецессивным омегой, так же как и для Чонёна Дохон был первым доминантным альфой. Возможно, именно в этом и крылась причина их многочисленных недопониманий.

Но почему же рядом с Шимом всё было иначе?

Лёжа в кровати, Чонён долго перебирал мысли в голове, пока не решил наконец остановить этот бесполезный поток.

Какой смысл в этих размышлениях? Всё это давно в прошлом.

Дохон больше не был его семьёй. Теперь не нужно было притворяться идеальной омегой, стараясь соответствовать его ожиданиям.

Сбросив с себя груз воспоминаний, Чонён постарался сосредоточиться на настоящем.

Он готовился к переезду, подбирал мебель, обновил фотографии для профиля в агентстве и регулярно посещал курсы актёрского мастерства.

Дни сменялись один за другим, и вот, незаметно, наступил день переезда.

К его удивлению, всё прошло легко и гладко. У него было мало вещей — только чемодан, вывезенный из дома Дохона, и банковский счёт на собственное имя.

Но настоящие трудности начались, когда он столкнулся с необходимостью обустроить пустую квартиру.

Только сейчас он осознал, как много всего нужно было купить: моющие средства, полотенца, постельное бельё, подушки и даже простую сушилку для белья…