Глава 73

Чонёну осточертело, что Мун Дохон вечно навязывает ему подарки через третьих лиц, даже не удосужившись спросить его мнения. Он ведь никогда не просил ни о чём подобном, и от этого на душе становилось ещё гаже, словно его принуждали к роли марионетки. «Будто султан, раздающий милости своей наложнице!» — с раздражением подумал он.

«Если бы Дохон вручал подарки сам, я бы хоть мог отказаться на месте, глядя ему в глаза», — мелькнула мысль. Но нет, Мун Дохон, как и во времена их брака, остался верен себе: слишком занятой, слишком важный, чтобы тратить время на такие мелочи, как выбор подарка или разговор по душам.

— Не берёт, — пробормотал Чонён, когда гудки в трубке оборвались. Это было привычно — Дохон часто пропадал, поглощённый своими делами, так что удивления не было.

Он хотел было дождаться, пока Дохон сам перезвонит, но, поколебавшись, снова нажал на вызов. На этот раз звонок сбросили почти мгновенно.

— Серьёзно? Сбросил? — Чонён с недоумением уставился на экран, где высветилось уведомление о завершении вызова. Может, Дохон на совещании или в дороге, но это не отменяло раздражения. «Как и раньше, делает всё, как ему удобно», — подумал Чонён, сжимая телефон чуть сильнее, чем нужно.

Он повертел в руке ключи от подаренной машины — очередной «щедрый жест» Дохона. Роскошная иномарка, сверкающая и непрактичная, выглядела нелепо в его жизни. У его дома даже парковки нормальной не было, а узкие переулки, где дома теснились друг к другу, явно не подходили для такого автомобиля.

«Если бы он хоть раз подумал о том, кому дарит, понял бы, что это скорее обуза, чем подарок!»

Но чуткость никогда не была сильной стороной Дохона, и эта его бесчувственность бесила Чонёна всё больше.

Вернуться в офис агентства? Или подождать ещё? Пока он размышлял, карман завибрировал. Чонён решил, что это Дохон, и схватил телефон, но на экране высветился номер компании «JT Электроникс».

— Алло? — ответил он, стараясь скрыть раздражение.

— Здравствуйте, это Шим Чонхёк, начальник секретариата директора компании «JT Электроникс», — раздался знакомый голос, спокойный и профессионально-вежливый.

Чонён на миг замер, но тут же узнал Шима.

— А, секретарь Шим! Что-то случилось? — спросил он, пытаясь звучать непринуждённо.

— Насколько я знаю, вы звонили директору Муну. Он сейчас на совещании с руководством и не может ответить. Если вам что-то нужно, пожалуйста, передайте мне.

«Так и знал — опять его работа!» — мысленно фыркнул Чонён. — «Руководители “JT Электроникс” что, теперь и по выходным пашут? Суббота — и совещание? Что за кризис у них там?»

Он попытался вспомнить, упоминал ли Дохон что-то о напряжённом периоде в компании и, решив надеяться на конкретику, спросил:

— А когда совещание закончится?

— Оно только началось, так что точно сказать сложно, — уклончиво ответил Шим.

«Надолго, значит», — Чонён недовольно поджал губы. Такой туманный ответ его не устроил.

— Тогда передайте, пожалуйста, чтобы он позвонил мне вечером, — сказал он, стараясь сдержать раздражение.

— Боюсь, у директора расписание забито до поздней ночи. Свободной минуты может не быть, — голос Шима оставался ровным, но в нём чувствовалась лёгкая неловкость.

— До ночи? Сегодня же выходной! — вырвалось у Чонёна.

На том конце повисла короткая пауза.

— Секретарь Шим? — переспросил Чонён, чувствуя, как терпение тает.

— Простите, — Шим кашлянул. — Это из-за нового проекта американского филиала. Из-за разницы во времени совещание проходит не в самое удобное для Кореи время.

Чонён мысленно закатил глаза. Это означало, что и Шиму, как и Дохону, придётся работать в выходной, да ещё и допоздна. Но в голосе секретаря не было ни намёка на усталость — только привычная деловая вежливость. Чонёну вдруг стало жаль его.

«Дохон всегда был трудоголиком, но не до такой же степени! Похоже, он вкалывает больше, чем я бегаю по прослушиваниям и съёмкам».

— То есть, вы не знаете, когда он освободится? — уточнил Чонён, уже не ожидая внятного ответа.

— В данный момент директор не оставил указаний, так что мне сложно ответить. Если вам нужна помощь или что-то срочное, можете сообщить мне.

— Нет, ничего срочного, — отрезал Чонён. Он не мог заставить себя просить Шима, которому и так предстояла работа до ночи, приехать и разобраться с этой дурацкой машиной. Это была идея Дохона, и вряд ли секретарь мог что-то решить самостоятельно.

— Эм… и ещё, Чонён-ним, — Шим вдруг замялся, чего за ним обычно не водилось. — Простите, что вмешиваюсь в личное, но не могли бы вы разблокировать мой личный номер?

Чонён замер, чувствуя, как щёки заливает жар. «Точно! В тот день, когда я ушёл от Дохона, я в ярости заблокировал всех, кто был с ним связан!»

— Так вот почему вы звоните с номера компании, — пробормотал он, неловко кашлянув. — Сейчас разблокирую. Простите!

— Вам не за что извиняться. Спасибо, — голос Шима смягчился, но оставался таким же профессиональным.

Повесив трубку, Чонён тут же открыл контакты, нашёл номер Шима и снял блокировку.

«Думал, что больше никогда не буду иметь дела с этими людьми… А в итоге всё идёт совсем не так, как я хотел», — подумал он, ощущая горький привкус во рту. Он взглянул на ключи от машины, всё ещё зажатые в руке, и с тяжёлым вздохом бросил их на стол.

На следующий день Чонён оказался за длинным столом на читке сценария, окружённый именитыми актёрами, которых раньше видел только на экране телевизора. Атмосфера была одновременно волнующей и пугающей: сидеть плечом к плечу с такими звёздами — большая честь, но и огромная ответственность. Он чувствовал себя новичком, которому нельзя расслабляться ни на миг, иначе его ошибка станет заметной всем. Уткнувшись в сценарий, Чонён напряжённо ждал своей очереди, стараясь не пропустить ни одной реплики. Время от времени режиссёр или старшие актёры прерывали кого-то, чей тон не вписывался в нужное настроение, и давали резкие, но точные указания.

К счастью, к репликам Чонёна замечаний не было. Вчерашняя встреча с режиссёром явно пошла на пользу — он учёл все замечания, и это придало уверенности. Но даже в этой напряжённой обстановке мысли о Муне Дохоне не отпускали. Тот так и не связался с ним со вчерашнего дня — ни звонка, ни сообщения. Секретарь Шим предупреждал, что Дохон занят, но Чонён всё равно надеялся, что утром тот хотя бы напишет. Никогда ещё после их разговоров не было такого долгого молчания, и это выбивало из колеи.

В какой-то момент один из актёров сорвал голос, пытаясь передать эмоцию, и комната взорвалась смехом. Воспользовавшись короткой паузой, Чонён незаметно скосил взгляд на телефон, проверяя уведомления. Ничего. Только рекламные рассылки и сообщение в KakaoTalk от менеджера: «Жду на парковке». Чонён закусил губу, подавляя раздражение, и убрал телефон в карман.

«Нужно вернуть ему эти чёртовы ключи от машины! И сказать, чтобы прекратил присылать свои дурацкие подарки — они мне не нужны!»

Он был полон решимости высказать всё Дохону, но тот, похоже, решил просто игнорировать его.

«Звонить ещё раз? Или он специально не отвечает? Может, считает, что это неважно? Мы же и так видимся каждую пятницу...»

Мысль о том, что Дохон мог подарить машину лишь для того, чтобы лишний раз подчеркнуть своё превосходство, только сильнее злила Чонёна.

«Если хотел меня проигнорировать, зачем вообще дарить такие дорогие вещи? Я же не могу просто выбросить её на улице!»

— Всем спасибо за работу! На сегодня всё, — объявил режиссёр, прерывая его мысли.

Читка завершилась, и актёры зашумели, собирая вещи и вставая из-за стола.

— Спасибо!

— До встречи на съёмках!

— Что не успели обсудить, разберём на площадке. Посмотрим по декорациям. Надеюсь на плодотворную работу!

Чонён поспешно поднялся, кланяясь всем подряд, пока коллеги покидали комнату. Он задержался, собирая свои бумаги, и вышел в коридор последним, когда зал почти опустел.

— Ю Чонён, верно? — раздался голос за спиной.

Чонён обернулся и увидел актёра второго плана, который сидел на другом конце стола во время читки. Мужчина, на вид ровесник Чонёна, смотрел на него с дружелюбной улыбкой.

— Здравствуйте! — Чонён вежливо поклонился, слегка напрягшись.

Тот протянул руку для рукопожатия. Чонён, поколебавшись, ответил, ожидая уловить феромоны альфы — внешность у актёра была внушительная, с резкими чертами лица. Но ничего не почувствовал. «Бета?» — подумал он, слегка расслабившись.

— Отлично читал сегодня, твой тон мне очень понравился, — сказал актёр, его голос был лёгким, с ноткой непринуждённости, хотя он умело балансировал между уважительным и дружеским тоном.

— Спасибо, сонбэним. Я, честно говоря, сильно нервничал, — признался Чонён, неловко улыбнувшись.

— Совсем не заметно! Слышал, ты вчера встречался с режиссёром отдельно? Вы знакомы?

— Нет, ничего такого, — Чонён покачал головой. — Он просто хотел убедиться, что я… ну, не подведу. Обычная проверка.

Вспоминая ту встречу, Чонён невольно скрипнул зубами. Режиссёр тогда принял его «спонсора» за какого-то старика, и это до сих пор злило. Но, в конечном счёте, та беседа помогла ему лучше подготовиться к читке, так что всё сложилось удачно.

— Серьёзно? А в тебе всё равно чувствуется айдольская закалка, — усмехнулся актёр. — Знаешь, этот твой взгляд, который будто «пожирает камеру»? Как только загорается красный огонёк — ты весь преображаешься. Понимаешь, о чём я?

— Простите… сонбэним, вы тоже были айдолом? — удивился Чонён, его глаза загорелись любопытством.

— Не совсем. Я был трейни всего несколько месяцев, до дебюта так и не дошёл, — мужчина рассмеялся, потирая затылок. — Но тут таких, как я, хватает. Кстати, я даже знаю хореографию заглавного трека DEX!

— Правда? — Чонён расплылся в улыбке, словно встретил старого друга. — Это так круто!

Он уже собирался расспросить подробнее, но тут телефон в кармане завибрировал.

«Дохон? Наконец-то!» — сердце ёкнуло от надежды.

— Ой, простите, мне звонят! — Чонён жестом извинился перед собеседником и поспешно ответил. — Алло?