Экстра 17

«И что прикажете на это ответить? С чего вообще начать?» — именно эта мысль первой посетила Кассиана, когда его нервные клетки, объявившие было забастовку на добрых пару минут, наконец соизволили вернуться к работе. Сидящий напротив возлюбленный смотрел на него с такой горделивой уверенностью и выглядел до того очаровательно; но в то же время от этого зрелища становилось жутко.

— Камасутра?.. Надеюсь, речь не о той самой, о которой я думаю.

Кассиан растерялся настолько, что невольно произнёс свои мысли вслух. Он тут же спохватился, но было поздно — Блисс уже успел ухватиться за его слова.

— Это наука о том, как заниматься сексом!

От столь молниеносного ответа у Кассиана из груди вырвался тяжёлый, полный обречённости вздох.

«Да уж, с какого края вообще подступиться к этой проблеме?»

Терзаясь всё тем же вопросом, он с трудом заставил себя заговорить:

— И зачем тебе… изучать Камасутру?

Но у Блисса и на это имелся заготовленный ответ:

— Как зачем? Это же сфера, которая интересует меня больше всего на свете! Разве в университет идут не ради того, чтобы глубоко и профессионально изучать любимое дело?

Пока Кассиан сидел с открытым ртом, Блисс решительно сжал кулаки и с горящими глазами объявил:

— Вот увидишь, я буду очень стараться! Получу высший балл и стану настоящим экспертом в этой области! А потом пойду в профессора и буду учить студентов. Все станут меня уважать, правда ведь? Звучит просто потрясающе!

— Блисс, послушай, это…

Кассиан порывисто потянулся к нему, пытаясь остановить этот поток фантазий, но воображение Блисса уже унеслось в далёкое светлое будущее. В своих мечтах он вовсю расхаживал по университетскому кампусу в профессорской мантии, ловя на себе полные благоговения взгляды студентов, и от одной этой картины приходил в неописуемый восторг.

Глядя на него, Кассиан лишь подавил очередной вздох и бессильно опустил руку.

Сияющие глаза Блисса излучали абсолютную искренность. И, как назло, в самой сути его рассуждений об университете не было ни единого изъяна. Более того, внезапно проснувшаяся тяга к знаниям — разве это не похвально? В любой другой ситуации Кассиан осыпал бы его комплиментами и поддержал всеми силами, вот только выбранная специальность вызывала серьёзные вопросы.

— Блисс, я понимаю, к чему ты клонишь, но есть одна серьёзная загвоздка, — осторожно и без особого энтузиазма произнёс Кассиан, вынужденный спустить окрылённого мечтами возлюбленного с небес на землю. — Мне очень жаль, но это невозможно. Ни в одном университете мира не преподают Камасутру.

— А?

Блисс, чьи щёки уже успели залиться взволнованным румянцем, уставился на него во все глаза. Он растерянно захлопал ресницами — раз, другой, — однако выражение лица Кассиана оставалось всё таким же серьёзным.

— Увы, Блисс. В университетах такому не учат.

Лишь после того, как эта фраза прозвучала повторно, смысл сказанного начал постепенно доходить до Блисса. Кассиан молча наблюдал за тем, как тот возвращается в реальность, но внезапно Блисс нахмурил брови и спросил:

— Почему?

— То есть как «почему»?..

Кассиан уже собирался выпалить: «Да потому что это очевидно!», но вовремя прикусил язык. Здравый смысл в случае с Блиссом бессилен. С капибарой нужно разговаривать на языке капибар. Нарочито кашлянув в кулак, чтобы выиграть немного времени, Кассиан выдержал паузу и медленно заговорил:

— Видишь ли, эта наука уже достигла своего совершенства. Любое дальнейшее развитие в ней — дело сугубо индивидуальной практики… Ну вот возьмём, к примеру, буддизм. Каждый, кто усердно практикует, может стать Буддой… Так, стоп, неудачный пример…

Заметив, что в глазах Блисса застыли гигантские вопросительные знаки, Кассиан покачал головой и принялся искать другое сравнение.

«Чёрт подери, и как ему это объяснить? Как ни старайся, человеку не дано стать капибарой».

За долю секунды смирившись с этой непреложной истиной, Кассиан сменил тактику и зашёл с другого бока:

— Скорее всего, до сих пор просто не нашлось смельчака, который взялся бы изучать этот предмет на профессиональном уровне. Так почему бы тебе не заняться независимыми исследованиями? Напишешь научную работу, выпустишь книгу, привлечёшь внимание общественности и в итоге станешь самым первым экспертом в истории.

— Самым первым?

Блисс моментально ухватился за манящее слово, и Кассиан с готовностью закивал:

— Именно. Поэтому давай для начала ты позанимаешься самообразованием. Договорились? Вот и славно, с этим вопросом разобрались. Лучше расскажи, чем ты занимался, пока ждал меня? Сильно скучал?

Кассиан поспешил перевести тему, пока этот опасный разговор не зашёл ещё дальше. В душу закрался лёгкий страх: «Если он и впрямь вздумает писать диссертацию, беды не оберёшься…» Но тут Блисс тихонько пробормотал:

— Я подписывал свадебные приглашения…

— Приглашения? — переспросил Кассиан.

Блисс бросил короткое: «Сейчас, погоди!» — вскочил с места, выбежал из чайной комнаты и вскоре вернулся с несколькими открытками в руках. Перебирая одну за другой карточки, исписанные поистине «неповторимыми» подписями, Кассиан не решался поднять взгляд на возлюбленного и, низко опустив голову, произнёс:

— Очень впечатляет. Ты сам всё это придумал?

— Угу, — кротко кивнул Блисс и со вздохом добавил: — Я хотел собственноручно подписать открытки для каждого гостя, который придёт к нам на свадьбу.

Кассиан побледнел как полотно и невольно вскинул голову, но Блисс, совершенно не замечая его состояния, продолжал:

— Но тётя Эл — это старая подруга папы и папочки, ну и моя подруга тоже — сказала, что гостей будет видимо-невидимо, и если я возьмусь подписывать приглашения всем подряд, то у меня просто рука отвалится. Она посоветовала вручить их только самым близким родственникам. Так что я решил послушаться.

Краска наконец вернулась на лицо Кассиана, и он с огромным облегчением перевёл дух.

— Да, прекрасная мысль.

«Спасибо вам огромное, тётя Эл».

Кассиан мысленно вознёс горячую благодарность женщине, которую даже в глаза никогда не видел, но виду не подал и мягко утешил Блисса:

— Нам и без того хватает предсвадебных хлопот, так что ничего не поделаешь. Конечно, жаль, но в будущем ещё наверняка представится случай.

Ласково воркуя, Кассиан улыбнулся в полной уверенности, что на этом все проблемы благополучно разрешились.

— Да ничего страшного, мне всё равно некого звать на свадьбу со своей стороны, кроме семьи. Друзей-то у меня нет.

«…Что?»

Лишь теперь Кассиан заметил, каким понурым и расстроенным выглядел Блисс.

«Проклятье, из-за этой Камасутры у меня совершенно вылетело из головы, с чего вообще всё началось!»

С запозданием осознав свой промах, Кассиан принялся искать выход. Как же избавить Блисса от этой печали? Должно же быть какое-то разумное решение, помимо абсурдной затеи с поступлением в университет.

«…Точно».

— Есть и другой способ, — тут же произнёс Кассиан, озарённый внезапной догадкой.

Как он и ожидал, Блисс удивлённо вскинул голову:

— Какой? Что нужно делать?

— Можно ведь просто выбрать другой факультет. Наверняка есть ещё какая-нибудь область, которую тебе хотелось бы изу… А, нет, вижу, что такой нет.

Заметив, как остекленел взгляд Блисса, а душа едва не покинула тело от одной мысли об учёбе, Кассиан поспешно исправился:

— Ладно, забудем про университет. Как тебе другой вариант: давай я познакомлю тебя со своими друзьями?

— С друзьями?

Безжизненные глаза Блисса мигом вновь обрели осмысленность и блеск. Кассиан охотно кивнул:

— Именно, с моими приятелями. Кстати, всё складывается как нельзя лучше: скоро наша помолвка, и я приглашу туда всех своих друзей. Там вы спокойно познакомитесь и сможете подружиться.

Кассиану эта идея показалась блестящей, однако реакция Блисса оказалась совсем иной. Он тут же нахмурился и недовольно надул губы:

— И зачем мне знакомиться с твоими приятелями? Мне вообще-то нужны собственные друзья!

— Так ты и подружишься с моими, — мягко возразил Кассиан и, глядя в полное недоверия лицо возлюбленного, добавил: — Мои друзья — это и твои друзья. Ведь всё, что принадлежит мне, принадлежит и тебе. Разве не так?

После этих слов выражение лица Блисса заметно переменилось. Было видно, что аргумент пришёлся ему по душе, и Кассиан с удвоенным пылом принялся ковать железо, пока горячо:

— Так что можешь смело брать моих друзей себе в шаферы. Будешь звать их на вечеринки, а открытки… открытки им, кстати, можно и не подписывать. В общем, у вас найдётся масса совместных дел! Подружишься с этими ребятами — и в университет поступать не придётся, и над учебниками сидеть не надо, — очаровательно улыбнулся Кассиан. — Правда ведь?

При виде его лица сердце Блисса наполнилось безграничным доверием.

«И то верно, Кассиан дело говорит. Ни к чему ломать себе голову над всякими скучными науками».

— Ладно, уговорил.

Услышав заветное согласие, Кассиан просиял. Ему показалось, что теперь-то вопрос точно закрыт окончательно и бесповоротно, однако у Блисса оставалось ещё одно важное замечание.

— Только хочу сразу кое о чём тебя предупредить.

Он начал с таким суровым видом, что Кассиан внутренне напрягся.

«Что ещё он задумал? Господи, только бы снова не про Камасутру. И про самодельные приглашения, умоляю, тоже не надо».

Пока Кассиан в безмолвном трепете ждал продолжения, Блисс со всей строгостью вынес вердикт:

— Если твои друзья полюбят меня сильнее, чем тебя, чур, не обижаться. Сам понимаешь, тут уж ничего не поделаешь — это совершенно естественно.

Плечи Кассиана тут же расслабленно опустились, а губы дрогнули в улыбке. Однако Блисс продолжал смотреть на него с предельной серьёзностью. С трудом подавив рвущийся наружу смех, Кассиан напустил на себя торжественный вид и ответил:

— Хорошо, буду иметь в виду. Но ведь самым близким для тебя человеком всё равно останусь я, верно?

Между прочим, вопрос был отнюдь не праздным. Кассиан соглашался познакомить его с приятелями исключительно потому, что Блиссу недоставало общения, но в глубине души ревнивому графу претила сама мысль о том, что кто-то посторонний будет слишком тесно любезничать с его драгоценным возлюбленным.

Разумеется, Блисс даже не догадывался о подобных собственнических терзаниях и с гордым видом пообещал:

— Ну конечно! О чём тут вообще говорить.

Кассиан широко улыбнулся, поднялся с места и, потянув Блисса за руки, крепко прижал к себе.

— Что ж, а теперь пора возвращаться домой.

Блисс охотно обвил его руками в ответ и уткнулся лицом ему в грудь.

— Угу, поехали.

И прежде чем покинуть чайную комнату, Кассиан наконец сделал то, чего не успел при встрече, — накрыл сладкие губы Блисса долгим, глубоким поцелуем.