Глава 92

— Какое ещё «нет»? Это опасно, выбрось немедленно.

Увидев, как Кассиан небрежно швыряет его единственное оружие куда-то во тьму, Блисс вспыхнул от негодования:

— Думаешь, я от нечего делать на него бросился?! Я пытался убить монстра! Это кладбищенский призрак, самый настоящий демон!

На этот отчаянный вопль Кассиан ответил лишь снисходительной усмешкой:

— Ну разумеется. Как скажешь.

Эта издевательская невозмутимость стала последней каплей. Блисс едва не задохнулся от обиды, повышая голос:

— Я правду говорю! Я своими собственными глазами видел! Почему ты мне не веришь?! Это правда!

— Да-да, охотно верю.

— А-а-а-ах! Да я тебе клянусь! — Блисс едва не искрился от бессильной ярости, не зная, как пробить эту стену равнодушия. — Этот каменный ублюдок пялился прямо на меня! Ровно в тот момент, когда ты меня обнимал! Ты еще вот так сгреб меня за затылок, притянул к себе и уже собирался поцел... Мм-мпф!

Не дав ему выболтать эту компрометирующую чушь, Кассиан крепко зажал рот Блисса свободной рукой и решительно зашагал прочь. Он нёсся по тропинке широким шагом, почти переходя на бег, пока болтающийся у него под мышкой омега отчаянно барахтался, пытаясь вырваться и докричаться до справедливости. Однако все его возмущённые тирады жалко растворялись в чужой широкой ладони.

❈ ❈ ❈

— Что-то они задерживаются, — начальник охраны, ожидавший за воротами парка, сверил время по наручным часам и недовольно свёл брови.

Стоявший рядом местный служащий услужливо улыбнулся:

— Территория парка весьма обширна. Если уж зашли внутрь, то наверняка решили осмотреть и другие памятники. За таким занятием и полдня может незаметно пролететь.

«Это если прийти сюда днём», — мысленно цокнул языком начальник охраны. На что можно тратить полдня в такой непроглядной ночной тьме? Впрочем, ему с самого начала была абсолютно непонятна сама идея визита в столь поздний час.

«Разве поймёшь, что творится в головах у этих аристократов?»

На этом он предпочёл свернуть свои размышления. Да, в отличие от большинства высокомерных и невыносимых снобов высшего света, граф Херингер славился безупречными манерами и благородством, но он всё равно оставался аристократом. А значит, его эксцентричные выходки приходилось просто принимать как данность. И как раз в тот момент, когда он окончательно смирился с этой мыслью…

…тишину разорвал звук шагов. Начальник охраны тут же подобрался, сбросив расслабленность, и повернулся на звук. Из темноты уверенным тяжёлым шагом выходил тот, кого они так долго ждали. Мужчина со столь выдающейся фигурой, что его можно было узнать с первого взгляда даже на огромном расстоянии. Опередив охрану, личный секретарь Кассиана торопливо шагнул навстречу своему господину.

— С возвращением, сэр. Я немедленно распоряжусь подать машину. Вам что-нибудь нужно…

Голос секретаря резко осёкся. Когда граф вышел из мрака аллеи и попал в слепящий свет автомобильных фар, все присутствующие разом оцепенели от шока.

От безукоризненного образа графа, заходившего в парк, не осталось и следа. Идеально уложенные волосы были растрёпаны, пряди в беспорядке падали на побледневшее лицо. Безупречный дорогой костюм безнадёжно помялся, а галстук сбился набок и нелепо торчал поверх лацкана пиджака.

Но куда более шокирующим было другое: под мышкой Касиан крепко держал трепыхающегося паренька. Омега был крайне возмущен и, судя по всему, безостановочно что-то вопил. Правда, из-за того, что Кассиан безжалостно зажимал ему рот ладонью, разобрать сквозь мычание хоть слово было абсолютно невозможно.

— Э-э-э, господин граф…

«Кто это вообще такой?» — хотел было осторожно поинтересоваться секретарь, но Кассиан резко его оборвал:

— Открой дверь машины.

Его голос звучал так же вымученно, как и выглядело его лицо. Услышав приказ, подчинённые мгновенно отмерли и засуетились. Как только распахнулась дверца заднего сиденья, Кассиан без лишних церемоний зашвырнул Блисса внутрь и тут же захлопнул за ним дверь. Затем обогнул автомобиль и сам опустился на сиденье с другой стороны, после чего начальник охраны торопливо закрыл дверь и за ним. Наблюдая через тонированное стекло, как снаружи суетится свита, готовясь к отъезду, Блисс злобно зыркнул на Кассиана.

— Это правда! Статуя шевелилась! — вновь завёл свою шарманку Блисс, наконец-то вырвавшись из удушающего захвата.

Он изо всех сил пытался донести истину, но реакция мужчины оставалась всё такой же равнодушной.

— Да-да, я понял. Твоя взяла. Всё так и было. Доволен? А теперь помолчи.

Кассиан отмахнулся от него небрежным жестом руки в воздухе, словно успокаивал не в меру разгавкавшегося щенка. От такой снисходительности Блисс обиженно сжал кулаки.

— Хмпф! Когда этот зомби выберется и откусит вам ногу, я даже не пошевелюсь, чтобы помочь. И не просите! Будете потом кусать локти, но станет уже слишком поздно!

Каким образом каменная статуя внезапно эволюционировала в плотоядного зомби, Кассиан не понимал, да и вникать в эту причудливую логику не горел желанием. Блисс, тяжело и возмущённо сопя, резко отвернулся и упрямо уставился в темноту за окном. Впрочем, Кассиан прекрасно знал, что этот бойкот долго не продлится. Совсем скоро омега просто отключится и уснёт.

Тем временем…

«Вот же гад».

Блисс искоса подглядывал за тем, как Кассиан, откинувшись на спинку сиденья, устало прикрыл глаза, и мысленно осыпал его проклятиями.

«Смеётся надо мной. Ни во что не ставит мои слова. А я ведь чётко видел!»

Блисс гневно сверкнул глазами. Дыхание участилось от нахлынувшего возмущения.

«Я помню каждую деталь! Эту бледную статую. Как эта наглая глыба смела пялиться прямо на меня и…»

«Пялился…»

«…Кассиан. На меня».

Тук-тук.

Сердце в груди вдруг снова зашлось в бешеном ритме.

«Совершенно точно. Он… Он ведь собирался меня поцеловать. …Кассиан. Меня».

Лицо мгновенно обдало жаром. Не зная, куда деться от этого внезапного румянца, Блисс отчаянно прижался пылающим лбом к прохладному стеклу окна.

«Нельзя, чтобы этот ублюдок всё понял! Остывай, ну же, остывай!»

Он исступлённо елозил лицом по стеклу, пытаясь хоть немного сбить температуру, а затем, затаив дыхание, воровато скосил глаза в сторону Кассиана. К его огромному облегчению, мужчина всё так же сидел, откинувшись на спинку сиденья и смежив веки.

— Фу-у-ух… — Блисс мысленно утёр холодный пот.

Он замахал ладонями перед лицом, создавая искусственный ветерок, и попытался сесть ровно, приняв независимый вид. Но стоило лишь на секунду ослабить бдительность, как предательское воображение вновь подкинуло ему сцену на кладбище.

«Да что ж такое! Опять всякий бред в голову лезет!» — в сердцах подумал Блисс и принялся звонко колотить себя кулаками по макушк, пытаясь выбить оттуда эти мысли. Но вдруг замер с занесённой рукой.

«Постойте-ка… А что это было?»

Глубоко запрятанное воспоминание внезапно прорвалось наружу. О чём он подумал там, в темноте, глядя на губы Кассиана? Что за странная смутная сцена промелькнула тогда перед внутренним взором?

Кассиан, смотрящий на него снизу вверх. Это лицо, с вечно сведёнными к переносице бровями, медленно, неотвратимо приближающееся в полумраке… А затем…

«Ох ё!»

Блисс едва не завизжал в голос. Он в панике зажал рот обеими ладонями, чудом подавив рвущийся наружу вскрик, и затравленно стрельнул глазами в сторону Кассиана.

Тот даже бровью не повёл, хотя Блисс тут чуть ли не чечётку отбивал от волнения.

«Вот же бесчувственный чурбан. Может, его хвалёная бессонница — это просто наглое враньё?»

Блисс подозрительно прищурился, затем всё же медленно убрал руки от лица и вновь погрузился в свои беспокойные мысли.

«Неужели… неужели я тогда и правда поцеловал этого ублюдка?!»

Да нет, бред какой-то. Блисс так отчаянно замотал головой, что едва не свернул себе шею. Это всего лишь воспалённое воображение. Галлюцинация. Ему просто приснилось! В конце концов, бывает же так, что человек спит с открытыми глазами! Значит, он просто вырубился на секунду и увидел дурацкий сон. Да, всё именно так. Обретя эту спасительную уверенность, Блисс решительно сжал кулаки.

«Я бы ни за что не поцеловался с этим уродом. Абсолютно исключено».

Тем временем…

«Какого дьявола он там творит?»

Кассиан, сквозь узкую щёлочку приоткрытых глаз наблюдавший, как Блисс исступлённо полирует лицом стекло, едва слышно выдохнул.

Он уже давно бросил гиблое дело — пытаться найти логику в поступках этого омеги. Но, с другой стороны, вряд ли в целом свете вообще существовал человек, способный понять эту безумную Капибару.

Впиться лицом в стекло, воровато оглянуться, избить самого себя по голове, снова оглянуться… Этот нелепый цикл повторился несколько раз, прежде чем Блисс наконец угомонился.

«Сейчас отрубится», — безразлично подумал Кассиан, просто ожидая неизбежного.

— Хр-р-р…

Вскоре салон действительно огласило тихое мерное посапывание, плавно переходящее в храп. Кассиан открыл глаза и покосился на соседнее сиденье. Как он и предсказывал, Блисс крепко спал.

Он скрючился в три погибели, неловко привалившись виском к холодному стеклу. Кассиан молча потянулся к нему, осторожно выровнял его позу, чтобы тот не свернул себе шею на кочках, и укрыл мягким пледом, лежавшим на заднем сиденье. Почувствовав уютное тепло, Блисс сквозь сон блаженно расплылся в глуповатой улыбке.

Глядя на это беспечное лицо, Кассиан и сам невольно усмехнулся.

Вновь откинувшись на кожаную спинку кресла, граф наконец получил возможность привести мысли в порядок. Он собирался мысленно прокрутить следующие пункты их абсурдного маршрута, но, к его величайшему несчастью, подсознание услужливо подкинуло совершенно другой образ.

«Я чуть было не совершил немыслимую глупость».

Кассиан с силой потёр переносицу, пытаясь разгладить пролёгшую там морщину, и раздражённо выдохнул. В это просто невозможно было поверить. Да, у него хронический недосып. Да, мозг отказывался соображать. Да, в бледном лунном свете лицо этого парня внезапно показалось до щемящего хрупким и беззащитным, а тело, дрожащее в его объятиях, — податливым и… желанным. Но всё же!

«Как мне вообще пришло в голову поцеловать эту безумную Капибару?!»

— Твою ж… — еле сдержав рвущееся с губ грязное ругательство, он до скрежета стиснул зубы.

Вместо этого Кассиан обхватил голову обеими руками и с силой сдавил виски, пытаясь вернуть себе хотя бы крупицу холодного аристократичного рассудка. Впрочем, от всепоглощающего стыда за собственную минутную слабость это не спасло.

«Соберись, Кассиан Стрикленд. Тебе просто нужен этот арахисовый огрызок как успокоительное. Да, арахисовое успокоительное ради качественного сна. И только».

Жёстко одёрнув себя, он бросил косой взгляд в сторону. И, глядя на то, как Блисс безмятежно спит, пуская слюни в плед, дал себе нерушимую клятву:

«Я больше никогда не позволю этому Арахису выбить меня из колеи».

Пока Кассиан мысленно хлестал себя по щекам, возвращая самообладание, тяжёлый автомобиль продолжал бесшумно разрезать ночную тьму, увозя их всё ближе к следующему пункту назначения.