Глава 98

«Ой».

Увидев растерянное лицо Блисса, Кассиан внезапно пришел в себя. С запозданием осознав свое положение, он почувствовал, как по спине пробежал холодок.

«Что же я, черт возьми, творю?» — с ужасом пронеслось у него в мыслях. — «Совсем потерял хватку. Посмотри на эту капибару, он же в полном шоке. Надо срочно спасать положение, быстро. Думай, думай!»

Метнув по сторонам лихорадочный взгляд, Кассиан неимоверным усилием воли растянул губы в подобии теплой улыбки.

— Что случилось так внезапно? Мой лю…бимый Бли-Блэр.

На последнем слове Кассиан едва не откусил себе язык. Пережив этот момент острой боли за свое достоинство, он заметил, как Блисс, до этого смотревший на него остекленевшим взглядом, часто-часто заморгал. Казалось, мальчишка изо всех сил пытался переварить происходящее.

Отвечая на этот озадаченный взгляд, Кассиан, ни на секунду не сбрасывая натянутую ухмылку, заботливо проворковал:

— Нельзя же так носиться, ты можешь пораниться. Будь осторожнее.

Желудок тут же скрутило судорогой. Впервые в жизни Кассиан на собственном опыте понял, что от фальшивых, тошнотворно-сладких речей можно заработать вполне реальное физическое недомогание. Нужно было срочно выпроводить этого маленького сатану, пока внезапный приступ гастрита не согнул его пополам.

«Давай, сворачивай лавочку!»

— Итак, Бли-Блэр. Я сейчас немного занят, поэтому давай поговорим чуть попо…

— У меня к вам дело.

Словно раскусив его план и на корню пресекая попытку выставить себя за дверь, Блисс высокомерно вздернул носик и уверенно прошествовал вглубь комнаты. Кассиан аж онемел от возмущения, глядя, как этот несносный гость, даже не подумав спросить разрешения, по-хозяйски плюхается на диван.

«Да как этот наглый арахис вообще смеет?» — вскипел он мысленно.

Но на деле Кассиан не мог сделать ровным счетом ничего. Раньше он бы просто схватил этот назойливый арахисовый огрызок за шкирку и вышвырнул из спальни, но сейчас его руки были связаны. Правила игры изменились, и ради спасения своей легенды ему приходилось терпеть.

Легенду, в которой «Кассиан до беспамятства влюблен в Блисса».

Кассиан зажмурился и издал тихий, полный экзистенциальной боли стон, зародившийся где-то в глубине легких. Это был звук окончательной капитуляции. Обреченно выдохнув, он обернулся к Блиссу. Арахис всё так же неподвижно восседал на диване, буравя его подозрительным взглядом из-под прищуренных век.

— Кхм.

Прочистив горло, чтобы выторговать у судьбы еще пару секунд, Кассиан решительно шагнул навстречу своей участи. Он опустился в кресло напротив, поймал колючий взгляд парня и только тогда заговорил:

— И что же это за срочное дело, ради которого ты так ко мне спешил? Мой лю... бимый.

Ему почти удалось выдавить из себя нежность, но слово «любимый» упорно отказывалось покидать рот целиком. Кассиан буквально проглотил окончание, чудом избежав позорной запинки, и тут же нацепил самую лучезарную из своих масок, словно ничего не произошло.

Всю свою жизнь он виртуозно обменивался фальшивыми любезностями с самыми скользкими аристократами, так почему же сейчас эта дежурная улыбка казалась такой тяжёлой? Кассиан не узнавал самого себя, но заставил мозг вцепиться в задачу. Сейчас приоритет номер один — утихомирить эту взъерошенную капибару. Хотя граф ума не мог приложить, почему этот мальчишка вдруг стал смотреть на него так, будто планирует покушение.

— Я пришел поговорить, — упрямо повторил Блисс, прищуриваясь еще сильнее.

Кассиан не стал тратить силы на сопротивление и покладисто кивнул:

— Хорошо, я весь во внимании.

О чем он хочет толковать с таким воинственным видом? Речь о поездке в герцогское поместье? Пенелопа наверняка уже успела всё разболтать. Неужели собирается заявить, что никуда не поедет?

Надо хотя бы выслушать его нелепые отговорки. Хотя Кассиан всё равно потащит его за собой, даже если придется закинуть его на плечо и нести силой. Оставлять его здесь без присмотра было слишком опасно — страшно представить, какую катастрофу он устроить за время его отсутствия.

— Вы ведь сказали, что я вам нравлюсь?

Услышав этот вопрос, Кассиан на мгновение завис. Ах, вот оно что... Глядя на донельзя серьезную физиономию сидящей напротив капибары, он начал прозревать. Видимо, бедный мальчишка просто не мог поверить собственным ушам и пришел за личным подтверждением. Теперь всё встало на свои места, этот наивный юнец, влюбившийся в него по самые уши и примчавшийся в дом под прикрытием, сейчас просто ошеломлен своим счастьем.

От этой мысли уголки губ Кассиана невольно дрогнули в расслабленной усмешке. Ну что с него взять? Сущий ребенок.

— Верно, сказал, — голос графа зазвучал мягче, приобретя нотки чуть покровительственной снисходительности. — Ты мне нравишься. Теперь-то веришь?

Кассиан вальяжно откинулся на спинку кресла, предвкушая бурную развязку. Что же будет дальше? Блисс расплачется от умиления? Бросится ему на шею с признаниями?

Однако тот, не переставая щуриться, лишь холодно уронил:

— Вот как.

Тон звучал так, будто он принял какое-то крайне важное судьбоносное решение. И пока Кассиан тщетно гадал, какая еще чепуха сейчас вылетит из этого рта, Блисс наконец торжественно изрек:

— Тогда встаньте на колени.

Услышав это абсолютно абсурдное, взятое с потолка требование, Кассиан так и застыл, во все глаза уставившись на наглеца. Ему ведь не послышалось? Не веря собственным ушам, он продолжал молча буравить Блисса взглядом, и эта заминка явно пришлась тому не по вкусу.

Мальчишка недовольно сморщил носик и с нажимом повторил:

— Я сказал — на колени! Быстро. Кому говорю!

Блисс даже нетерпеливо притопнул ногой, но Кассиан не шелохнулся, чувствуя, как внутри закипает праведный гнев.

«Что за бред несет этот арахисовый огрызок?»

— Размечтался? — усмехнувшись, бросил Кассиан.

В ответ на эту насмешку Блисс широко распахнул глаза и возмущенно выпалил:

— Вы же сами сказали, что любите меня! Раз так — встаньте на колени! Прямо сейчас! Немедленно!

Наблюдая за тем, как мальчишка буквально искрит от нетерпения, Кассиан ощутил странное спокойствие.

«Ах, вот оно что».

Он едва сдержал порыв обреченно покачать головой от нелепости происходящего. Посмотрите-ка на него, ну сущий ребенок. Глядя на то, как Блисс грозно и самоуверенно сверлит его взглядом с противоположного конца комнаты, Кассиан не смог сдержать легкого, полного усталости смешка.

«Ладно, раз уж я всё равно ляпнул, что люблю его, неужели я не смогу подыграть в такой мелочи?»

Сказано — сделано. Кассиан поднялся, и этот внезапный порыв заставил Блисса невольно втянуть голову в плечи. Послышался громкий звук сглатываемого комка в горле. Кассиан, сохранив на губах тень улыбки, сделал широкий шаг вперед и грациозно опустился вниз. Он преклонил перед Блиссом одно колено, глядя на него снизу вверх взглядом, в котором мешались ложное обожание и аристократичная покорность.

В тот миг, когда их глаза встретились, Блиссу показалось, что его сердце совершило кульбит и ухнуло куда-то в район пяток.

«Свершилось!» — взвыл его внутренний голос в паническом восторге. — «Этот день действительно настал!»

Плечи Блисса тяжело вздымались — он едва мог дышать от переполнявших эмоций. Теперь была его очередь говорить.

«Ах ты мерзавец! Я проделал весь этот путь только ради мести! А ну извиняйся за то, что поливал грязью мою семью! И, разумеется, я ни за что не приму твои жалкие чувства!»

Блисс набрал в грудь побольше воздуха, готовясь обрушить на графа всю мощь своего праведного гнева и высказать всё, что годами копилось на душе. Но именно в тот миг, когда он уже открыл рот для сокрушительной тирады… Кассиан вдруг мягко улыбнулся.

Весь запал Блисса испарился в мгновение ока. Он поперхнулся собственным вдохом, беспомощно проглатывая заготовленные проклятия.

«Что? Чего это… чего это он улыбается?»

Пока Блисс растерянно хлопал ресницами, пытаясь осознать происходящее, Кассиан плавно протянул руку и накрыл его ладонь своей.

— А? Э-э… — только и смог выдавить Блисс.

Окончательно сбитый с толку, он даже не шелохнулся, чтобы вырваться. Лишь завороженно наблюдал за каждым движением графа.

«Что он вообще творит?!»

— Что… — едва слышно пролепетал Блисс, наконец обретая подобие дара речи.

Но закончить фразу ему не дали. Кассиан медленно склонил голову, и Блисс почувствовал на тыльной стороне ладони чужое, обжигающе нежное и трепетное прикосновение.

Чмок.

Едва слышный звук отозвался в тишине комнаты. Блисс замер, вытаращив глаза до предела, глядя на то, как чужие губы запечатлевают поцелуй на его руке.

«…Что за?..» — только и пронеслось в гудящей голове.

Он сидел, нелепо моргая, пока Кассиан не поднял лицо. Их взгляды снова столкнулись, и на губах графа вновь заигралатеплая улыбка.

— Ты мне нравишься, Бли-Блэр.

Блисс не проронил ни звука. Он так и застыл на месте, не в силах отвести взгляд от этого «влюбленного» безумца.

«Ты мне нравишься, Бли-Блэр.»

Он снова перепутал имя! Блисс зафиксировал этот вопиющий факт где-то на периферии сознания, но, как ни странно, волна ярости не последовала. Гнев просто не нашел места в голове, заглушая всё остальное, бились куда более важные и совершенно немыслимые слова.

«Ты мне нравишься, Бли-Блэр.»

«Нравишься».

Это слово эхом отозвалось в голове, и в то же мгновение лицо Блисса полыхнуло таким густым румянцем, что он стал подозрительно напоминать перезрелый помидор.

— Уа-а-а-а-а!

Кожа горела так, словно по ней прошлись открытым пламенем. Блисс, сам того не осознавая, резво подскочил с дивана.

Кассиан, всё еще картинно застывший на одном колене, снизу вверх созерцал эту буйную реакцию. Озадаченный столь внезапным взрывом эмоций, он недоуменно склонил голову набок и, нахмурившись, предпринял попытку прояснить ситуацию:

— Что с тобой вдр…

— Уа-а! А-а-а-а! Уа-а-а-а-а-а-а!

Не дав графу договорить, Блисс издал пронзительный вопль и, не разбирая дороги, бросился прочь из комнаты. Глядя на его стремительно удаляющуюся спину, Кассиан лишь ошарашенно захлопал глазами.

— …И что это с ним?

Оставшись в воцарившейся тишине, граф медленно поднялся с колен.

— Я ведь сделал всё в точности так, как он просил, — пробормотал он под нос, и на его губах против воли заиграла усмешка.

Стоило вспомнить это залитое краской, полыхающее лицо, как суровый лед в глазах графа начал таять.

«А он немного… милый»