Глава 11

— Ха-а-а…

Глубокий вздох сорвался с моих губ, растворяясь в прохладном ночном воздухе. Кожу тут же покрыли мурашки, но мысль о том, чтобы вернуться в дом за верхней одеждой, казалась невыносимой. Я уже обошел весь огромный сад по периметру, кажется, не один раз, но так и не смог заставить себя коснуться дверной ручки. Причина была до отвращения проста: Кит сейчас был в своей спальне с очередной партнершей.

Я осторожно втянул носом воздух. Ну конечно. Он был буквально пропитан чужими феромонами. Если такой густой запах даже здесь, на улице, то что же творится внутри? Концентрация, должно быть, такая, что я бы просто не выдержал. Было физически страшно заходить в дом.

— Ёну, вы всё ещё здесь? — окликнул меня Чарльз, заметив в саду.

Я лишь нерешительно кивнул в ответ. С обычным непроницаемым выражением лица дворецкий произнёс:

— Скоро всё закончится. Вам не холодно? Может, принести тёплый напиток или верхнюю одежду?

— А, спасибо. Буду благодарен за одежду.

Чарльз коротко кивнул.

— Сию минуту.

И исчез так же беззвучно, как и появился. Я остался стоять на месте, потирая предплечья в попытке согреться.

Интересно, который сейчас час?

Я машинально посмотрел на своё пустое запястье и тут же с горечью отвёл взгляд. Кит приводил своих партнёрш то в отель, то домой. Периодичность была нерегулярной, но перерывы никогда не длились больше трёх дней. На этой неделе он приводил кого-то каждый день, уже семь дней подряд. Я давно смирился с этим, так что разочаровываться было уже не в чем. Было мучительно лишь одно: в те дни, когда он приводил их в особняк, мне приходилось смотреть, как очередная женщина уверенно направляется в его спальню.

Первое время я притворялся, что рано ложусь спать, и с самого вечера запирался в своей комнате. Но из-за зашкаливающей концентрации феромонов я и без того знал, что происходит, поэтому теперь предпочитал просто бродить снаружи. Сердце разрывалось от боли. Но самым унизительным было то, что моё тело вопреки воле, всё равно реагирует на этот запах. И мне приходилось срываться, дрожащими руками доводя себя до жалкого финала. Какое же это было жалкое зрелище.

…Холодно.

Я вздрогнул и съёжился. Сколько времени прошло? По ощущениям, часа три, не меньше, хотя на самом деле, скорее всего, гораздо меньше.

Кит никогда не спал со своими партнёршами. В буквальном смысле — только секс, и ничего больше. Я понял это ещё в первые дни жизни в особняке. Когда он встречался с женщинами в отеле, мне приходилось ждать в машине по меньшей мере три часа. Иногда он отвозил меня домой и лишь после этого уезжал, но и тогда к рассвету я слышал шум подъезжающей машины.

Может, уже всё?..

Досадно, что я забыл часы. Гостья приехала слишком рано, и я выскочил из дома в спешке, оставив даже мобильный телефон. Теперь, с тяжёлым сердцем, я ещё раз поднял взгляд на чёрный силуэт особняка.

Когда я в спешке выбежал на улицу, из приоткрытого окна комнаты Кита донёсся женский стон. Эти томные звуки, перемежавшиеся с тяжёлыми вздохами, заставили меня сорваться с места, бежать прочь, бездумно петляя по саду. Вернуться я решился лишь недавно, но эхо тех звуков ещё долго жгло память.

Куда сильнее мучило другое: нынешняя партнёрша Кита, Наоми, задержалась с ним гораздо дольше всех предыдущих. Срок, который он обычно отводил на одну женщину, давно истёк, но он так и не попросил найти ему кого-то нового.

Возможно, Наоми ему… понравилась.

От одной этой мысли сердце, казалось, вот-вот разорвётся на части.

Когда я наконец вернулся после долгих блужданий, особняк уже погрузился в тишину. Я выдохнул с облегчением, но тут за спиной раздался скрип открывающейся двери. Я решил, что это Чарльз вернулся с пальто, но ошибся.

На пороге стояла Наоми.

— Ох, надо же… — она изумлённо ахнула, заметив меня. На её стройном теле было лишь тонкое платье с глубоким декольте. Кончиками ногтей она подцепила сползшую бретельку и, слегка покачиваясь, направилась ко мне.

— Вы ведь секретарь мистера Питтмана? Как удачно. А где здешний дворецкий? Он обещал отвезти меня домой, когда всё закончится.

— …Он скоро вернётся. Полагаю, у вас всё закончилось.

Впрочем, в ответе я не нуждался. Всё её тело источало густой аромат феромонов. Наоми была бетой. А значит, это был исключительно запах Кита.

В тот же миг меня захлестнула такая ревность, что я поспешно опустил голову, скрывая лицо. Она же, словно не замечая ничего, достала из крошечной сумочки сигарету, зажала её между губами и с ленивой грацией выпустила в воздух длинную струйку дыма.

— Вы ведь омега, да? — расслабленно протянула Наоми. — Тоже спали с мистером Питтманом?

В её голосе отчётливо слышалась томная ленца, которая остается после секса. В этом не было никаких сомнений.

— Нет. …Мистер Питтман… не спит с мужчинами.

Поразительно, но мой собственный голос прозвучал на удивление ровно. Наоми удивлённо приподняла брови, глядя прямо на меня, но, к счастью, не смогла разгадать настоящего смысла за моими словами.

— Правда? Даже если это омега?

Я повторил ещё раз, стараясь, чтобы голос звучал как можно суше:

— Он не занимается сексом с мужчинами.

Она выпустила длинную струйку сигаретного дыма в ночной воздух.

— Боже, какая жалость. Он в постели великолепен, а тебе, значит, так и не довелось попробовать.

На лице Наоми странным образом соединились самодовольство и сочувствие. Во мне же с одинаковой силой боролись любопытство и отвращение. Я пробормотал что-то вроде «Возможно, вы правы», но её, казалось, уже было не остановить — ей не терпелось выговориться хоть кому-нибудь.

— Если бы не пункт о неразглашении… Я слышала, Аннабель пыталась украсть его сперму, и теперь я её понимаю. Хочется сделать хотя бы его клон. Если бы он остался спать со мной, клянусь, я бы сфотографировала его член, пока он спит, и заказала бы себе дилдо точь-в-точь такой же формы. Интересно, как Аннабель это провернула? Если я спрошу у неё совета, она мне, наверное, влепит пощёчину, да?

Её слова звучали как нелепая шутка, но взгляд оставался мечтательно отрешённым. Она даже не пыталась скрыть разочарование тем, что её выпроводили сразу же, как только всё закончилось. Я стоял молча, не в силах вымолвить ни слова. Раньше мне не раз доводилось слышать чужие рассказы о ночах с Китом, но я всегда старательно отмахивался, менял тему, бежал от этих подробностей. Сейчас же я оказался загнан в ловушку без возможности укрыться.

Наоми, конечно, и не подозревала о буре в моей душе. Она лишь с явным сожалением покачала головой.

— Но даже самый лучший дилдо не повторит его техники, верно? Раз уж мы всё равно расстанемся, мог бы хотя бы напоследок как следует меня удовлетворить.

Я молча смотрел на её красивый профиль. Эта актриса, известная своей любовью к мужчинам, поначалу не выказала особой радости, когда я передал ей сообщение от Кита вместе с драгоценностями. Наоборот, она лишь высокомерно усмехнулась:

<Что ж, прекрасно. Мне как раз было любопытно, так ли он хорош, как о нём говорят.>

А потом, проведя с ним ночь в отеле, она со следующего же дня начала названивать в секретариат, спрашивая, когда назначена следующая встреча. Впрочем, так вели себя все партнёрши Кита, поэтому я не придал этому значения. Да не хотел глубоко об этом задумываться.

И вот теперь я услышал их от самой Наоми.

Я не знал, как реагировать, поэтому выбрал молчание. Любопытство грызло меня, но я понимал, что стоит ей раскрыться чуть больше, и станет только хуже. Я выбрал гордость, а не пытливость.

— Рад, что вы остались довольны, — произнёс я сухо.

— Довольна? — Наоми фыркнула, выпуская дым сквозь смешок. — Впрочем, вы же с ним не спали, откуда вам знать. Кит — лучший мужчина из всех, что у меня были. Боже, я-то думала, почему все так по нему с ума сходят. Какая досада. Уверена, когда он скажет, что всё кончено, я тоже буду плакать и цепляться за него.

Хотелось, чтобы это скорее кончилрсь. Ну когда же придёт Чарльз? Теряя терпение, я невольно ляпнул то, что было на уме:

— Даже если так, я бы попросил вас хотя бы не бить меня, когда будете цепляться за него.

— Бить вас? — её голос прозвучал искренне удивлённо, и я понял, что выдал лишнего. Но слово — не воробей.

Я тяжело вздохнул, встретил её округлившийся взгляд и произнёс подчеркнуто сухо:

— Просто многие не могут смириться с расставанием, когда сожаление слишком велико. Мистер Питтман до последнего выполняет все свои обязательства, но, видимо, есть вещи, которые нельзя компенсировать материально.

Я предпочёл замолчать, не желая углубляться в тему. Наоми прищурилась, словно изучая меня, и я никак не мог понять, о чём именно она думает.

— Ну, люди всегда срывают злость на тех, кто слабее. Ведь выплеснуть её на самого Кита Найта Питтмана у них духу не хватает. Тяжёлая у вас жизнь, однако. — Она медленно затянулась и, выпустив дым, лукаво улыбнулась. — Не могу обещать, как поведу себя я. Поживём — увидим, не так ли?

Её слова были правдой, но я, оказавшись выставленным в позицию жертвы, не мог просто кивнуть и согласиться. Видя, что я молчу, Наоми спросила:

— А если не бить, а просто трогать, можно?

— Что, простите?

На мгновение показалось, что я ослышался. Пока я растерянно моргал, она хихикнула и сказала:

— Омега ведь может спать с женщиной, верно? Просто детей завести не получится. А если чисто для удовольствия, то так даже лучше.

Я оторопел. Мне было известно, что у неё репутация женщины, падкой на мужчин, но и в мыслях не возникало, что я могу оказаться в числе её интересов. Конечно, всерьёз она этого не имела в виду… наверное.

— Какой ты милый, — протянула Наоми, и уголки её губ дрогнули. — Знаешь, ты похож на моего сына.

— На сына?

Разве у Наоми были дети? Она была дважды замужем, но сейчас, насколько я знал, была одна. Я никогда не слышал, чтобы у неё был ребёнок, и когда я приезжал к ней домой, то, кроме прислуги, никого не видел. Я лихорадочно рылся в памяти, а затем с подозрением посмотрел на неё.

— …Вы про ту маленькую собачку, что живёт у вас дома?

— Точно! Про Микки, — радостно воскликнула она.

В этот момент я не смог совладать с лицом. Боже мой. Услышать, что я похож на собаку. Увидев мою исказившуюся гримасу, она заливисто рассмеялась.

— И правда похож! Микки корчит точно такую же мордочку, когда злится на меня. Посмотрите, разве не прелесть?

Она принялась рыться в телефоне, явно намереваясь показать мне фотографию. Разумеется, я резко отказался:

— Увольте. И простите, мне нужно отойти.

Я уже собирался сказать, что пойду искать Чарльза, как вдруг она опасно качнулась в сторону. Я испугался и машинально подхватил её за локоть.

В тот же миг густой шлейф феромонов, окутывавший её, с дыханием ворвался в мои лёгкие. Я поспешно затаил вдох, но было поздно — сердце бешено заколотилось, а ладони вспотели. Я удерживал Наоми, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. Её взгляд, направленный на меня, был мутным и рассеянным.

И тут до меня дошло. Наоми была пьяна от феромонов. Видимо, если пропитаться ими до такой степени, они действуют даже на бет.

Впрочем, со мной ведь было то же самое.

Поскольку она бета, эффект проявился не сразу, а спустя какое-то время. Когда она выходила из особняка, выглядела вполне трезвой, значит, действие накрыло её позже. С горьким чувством я сильнее сжал её руку, и от боли она на секунду будто пришла в себя.

— Это из-за феромонов. Когда вернётесь, обязательно примите душ. Я позабочусь, чтобы вам дали лекарство, выпейте его... А то можете превратиться в омегу.

— Какой вы добрый, мистер щеночек, — внезапно пробормотала Наоми, пьяно моргнув, а потом вдруг улыбнулась.

И прежде чем я успел что-либо сказать, произошло то, чего я меньше всего ожидал. Она резко схватила моё лицо обеими руками и рванулась вперёд, впечатываясь в меня поцелуем.

Я не успел ни увернуться, ни даже вздохнуть. На долю секунды я застыл, ошеломлённый, а за это мгновение она успела прижаться мягкими горячими губами и попыталась протолкнуть язык в мой рот.

От этого влажного прикосновения я тут же пришёл в себя. Резко оттолкнув её, я крикнул:

— Что вы творите? Придите в себя!

— Ха-ха-ха, — весело рассмеялась Наоми.

Мне же было совсем не до смеха. Я торопливо вытирал губы ладонью, когда из дома, наконец, показался Чарльз.

— Чарльз!

Я поприветствовал его с таким облегчением, как никогда раньше. Чарльз, принёсший мою верхнюю одежду, тут же заметил Наоми и направился прямо к ней.

— Я вас отвезу, — сказал он привычно спокойным голосом. — Ёну, можете возвращаться в дом.

Он протянул мне пальто, уже готовясь увести Наоми.

— Постойте, — торопливо остановил я Чарльза. — Мне кажется, она опьянела от феромонов. Лекарство…

Чарльз ответил со своим обычным невозмутимым видом:

— Обычное дело. Не беспокойтесь.

Его спокойная реакция заставила меня почувствовать себя неловко, словно я сказал что-то лишнее. Но Наоми, казалось, совершенно не понимала, что происходит.

— Ещё увидимся, мистер щеночек! — хихикая, Наоми послала мне воздушный поцелуй.

Я ничего не ответил. Стоя на месте, я смотрел, как Чарльз уводит её прочь, и внезапно по спине у меня пробежал холодок. Сам не зная почему, я поднял голову и замер.

На балконе, прислонившись к перилам, стоял Кит. Он курил и смотрел прямо на меня.

Сердце ухнуло куда-то вниз, дыхание перехватило. Я остолбенел, встретив его взгляд.

Ни он, ни я не сказали ни слова. Мы просто смотрели друг на друга. Когда он там появился? Что он видел? Почему он так смотрит на меня? О чём он сейчас думает?

Все эти вопросы роились у меня в голове, но я не мог их озвучить. Его рубашка была расстёгнута на пару верхних пуговиц, волосы чуть растрёпаны — он выглядел подчеркнуто небрежно, вольно, так, как я его ещё никогда не видел. Этот непривычный образ только сильнее дезориентировал и заставлял сердце биться в яростном ритме.

Одинокий ночной ветер пронёсся по саду, зацепив кожу ледяным сквозняком. Я машинально поднял руку, приглаживая растрёпанные волосы, и, поколебавшись, вновь вскинул взгляд. Кит всё ещё был там.

Он медленно выдохнул длинную струйку дыма. На миг серое облачко словно прорезало темноту, но тут же растворилось в воздухе. Мне показалось, или его брови чуть дрогнули? Едва заметное нахмуренное выражение мелькнуло и тут же исчезло.

Внезапно Кит двинулся. Его взгляд скользнул в сторону, словно меня больше не существовало. Он развернулся, вернулся в спальню и исчез за дверью.

Ах…

И только когда острая боль пронзила моё одинокое сердце, я осознал, что остался совсем один в этом опустевшем саду.

— …таким образом, мы договорились предоставить отчёт до конца сегодняшнего дня. Я снова свяжусь с режиссёром и уточню ход работы. Ланч сегодня не запланирован, в три часа у вас встреча с адвокатом. Он подготовит проект контракта по сделке с мистером Чейзом Миллером. И последнее: мистер Грейсон Миллер просил вас с ним связаться…

Я зачитывал распорядок бесцветным голосом, ровным, как стук метронома. Кит сидел рядом, молчал и курил, глядя прямо перед собой. Я дочитал до конца, замер в ожидании его реакции, но он оставался непроницаемым.

Будь на его месте Грейсон Миллер, он бы непременно подшутил, усмехнувшись: «Ну и скука, ты что, решил усыпить меня?». Но Кит, конечно, был не таким. Он просто молчал, будто меня не существовало.

Вчерашняя сцена на балконе всё сильнее казалась призрачным сном. Возможно, в ней не было смысла. Может, он просто стоял там, курил, а наши взгляды случайно встретились.

Это просто мои тщетные надежды придают всему особый смысл.

Горькая усмешка едва тронула мои губы, но я тут же стер её, вернув себе невозмутимое выражение.

Я украдкой взглянул на него, но, как и следовало ожидать, не вызвал у него ни малейшего интереса. Он наверняка даже не заметил, как на миг изменилось моё лицо. И в этом было двоякое чувство: облегчение, что он не видит моей слабости, и старая привычная горечь от того, что я для него — пустое место.

Кстати говоря.

Я вспомнил, что сегодня утром, взглянув на баночку с лекарством, заметил, что таблеток в ней заметно поубавилось. Сейчас я принимал бóльшую дозу, чем обычно, так что неудивительно, что они исчезали быстрее, чем ожидалось. Вспомнив слова Чарльза, я достал телефон. Нужно было отправить ему сообщение с просьбой пополнить запасы на тот случай, если у меня самого не будет времени заехать в аптеку. Раз уж приходится пить их в таком темпе, запас должен быть внушительным.

И за вещами бы неплохо съездить.

Прошло гораздо больше времени, чем я предполагал. Всё это время всем необходимым меня обеспечивал Чарльз. Даже костюмами для работы. Это было распоряжение Кита, но всё равно было не по себе. Я решил, что, как только мне станет лучше, нужно будет либо съездить за покупками, либо забрать свои вещи.

Если станет лучше… Может, тогда стоит и вовсе вернуться домой?

Эта мысль мелькнула и тут же была мной отброшена. Надо сосредоточиться на настоящем. Я быстро набирал сообщение, когда вдруг услышал голос Кита:

— Что нужно Грейсону?

Я торопливо отправил СМС, убрал телефон и ответил:

— Он не уточнил. Только оставил сообщение с просьбой перезвонить.

Кит нахмурился, но промолчал. Он и так был не особо разговорчив, но теперь, когда я находился с ним так близко, это ощущалось ещё острее. Каждое утро я ехал с ним на работу в одной машине. Каждый день зачитывал расписание, ждал указаний. Но этот ритуал, повторяющийся изо дня в день, всё никак не становился привычкой. Он всякий раз выбивал меня из равновесия, оставлял мысли в смятении.

— …Чейзу Миллеру.

— Да, мистер Питтман, — я отозвался мгновенно.

Он сделал последнюю затяжку и неторопливо затушил сигарету в пепельнице.

— Скажи ему, что роль меняется. Не Себастьян, а Кроу.

— Что, простите? — слова сорвались прежде, чем я успел их удержать, и я тут же прикусил язык. Но после небольшой паузы всё же уточнил: — Но ведь это роль второго плана, а не главная.

Кит ничего не ответил. Он лишь повернул голову и мельком взглянул на меня. Этого было достаточно.

— Я вас понял. Что тогда делать с главной ролью?

— Просто подбери несколько подходящих кандидатов и представь мне на рассмотрение.

— Будет сделано.

Я почтительно кивнул и тут же сделал пометку. По приезде в офис придётся обзвонить пол-Голливуда.

Чейз Миллер.

Я невольно представил его лицо. Самый востребованный актёр сегодняшнего дня, третий сын семьи Миллеров, и, разумеется, тоже доминантный альфа. Те же роскошные светлые волосы, что у всех Миллеров, и фиолетовые глаза.

— Значит, придётся красить волосы в чёрный, — машинально пробормотал я, а затем поспешно добавил: — Впрочем, ему, конечно, пойдёт.

Повисла неловкая тишина. Кит молча просматривал документы. Кит молча перелистывал документы, а я, чувствуя, как подступает неловкость, уткнулся в блокнот и продолжил зачитывать расписание.

— Какие планы на вечер? Мне пригласить мисс Наоми Паркер в отель?

Он по-прежнему не отвечал. Подождав немного, я поднял голову. Заметив его задумчивый профиль, спросил ещё раз:

— Мистер Питтман, мне вызвать мисс Паркер в отель?

— Что?

Он с опозданием обернулся, и я понял, что всё это время он меня не слушал. А потом совершенно неожиданно наши взгляды столкнулись.

Сердце пропустило удар и тут же сорвалось в яростный ритм. Я замер, не в силах дышать. Кит тоже не отводил взгляда. Просторный салон седана внезапно стал тесным, как клетка. Воздуха катастрофически не хватало, вырывались лишь короткие сбивчивые вздохи, а глаза не могли оторваться от его лица.

Он смотрел прямо на меня. Нет — на мои губы.

Они моментально пересохли. Я невольно облизал их, чувствуя, как тронутая ранкой кожа отозвалась острой болью, будто его взгляд сам оставил ожог.

Лицо Кита чуть дрогнуло. Он едва заметно нахмурился и приоткрыл рот, словно собираясь что-то сказать.

— Послушай, ты…

Я напрягся так, словно всё моё тело превратилось в один сплошной слух. Замер, боясь упустить даже малейший вздох Кита.

Но он больше ничего не сказал. Лишь смотрел на меня тем самым хмурым сосредоточенным взглядом. Я мог только ждать, ловя каждое его движение.

Казалось, он передумал. И вдруг я увидел, как он медленно поднимает руку. Его длинные изящные пальцы приближались к моей щеке. Моё дыхание стало таким частым и неровным, что в висках зашумело, а голова закружилась. Свалить всё на феромоны? Поверит ли он ещё раз? Нет… да и смогу ли я солгать, если эта рука действительно коснётся меня?

Я невольно закрыл глаза...

♪♪♬♬♩♩♩♪…….

В этот момент раздался звонок телефона. Поколебавшись, я приоткрыл веки. Кит всё ещё смотрел прямо на меня, а его рука застыла на полпути.

Телефон продолжал звонить. В оглушающей тишине лишь фортепианная соната Бетховена тревожно металась в воздухе.

— Хах.

Мне почудилось, или Кит коротко вздохнул? Его пальцы дрогнули, и рука, так и не коснувшись меня, мучительно медленно отступила назад. Мне пришлось до боли сжать кулаки, лишь бы удержаться и не схватить её, не прижать к своим губам.

Пока Кит говорил по телефону, я с трудом взял себя в руки и попытался успокоиться. Когда дыхание понемногу выровнялось, я наконец снова почувствовал тонкий аромат его феромонов. За окном машины показалось знакомое здание. Скоро приедем.

— Скажи ей, чтобы приезжала в отель, — бросил Кит, заканчивая разговор.

Я на мгновение растерялся, но тут же понял, о ком речь.

— Я передам мисс Паркер. Назначить на семь? У вас ведь нет ужина в расписании.

Голос мой звучал уже безукоризненно деловым, будто только что внутри меня не бушевала буря. Кит коротко кивнул, даже не взглянув в мою сторону.

— Будет сделано, — отозвался я и тут же сделал пометку, старательно опустив глаза к бумаге, лишь бы он не заметил, что во мне ещё дрожит отголосок той бури.