Глава 31

— Как же хорошо, что мы решили переснять эту сцену! Чуть такой шедевр не упустили! Наш блистательный актёр ведь тоже считает, что дополнительные съёмки пошли только на пользу, а? Ну скажи!

— Ой, да отстаньте вы! — раздражённо отмахнулся Чхве Хван. — А ведь в прошлый раз божились, что это самый-самый последний дубль.

— Э-э-эй, ну кто же знал, что в кадр влезет тот случайный прохожий! Да ты сам подойди, посмотри на плейбэк. Просто дух захватывает, клянусь!

То ли статус баснословно дорогого актёра первой величины играл свою роль, то ли его безупречный талант, но со съёмочной площадки Хвану сдували пылинки, прощая любое недовольство. И как только актёр, внимательно взглянув на экран, довольно хмыкнул, режиссёр радостно завопил:

— Сегодня удача на нашей стороне! Ловим волну и добиваем все досъёмки одним махом! Погнали!

Ённок, никогда особо не интересовавшийся изнанкой киноиндустрии, впервые осознал, насколько съёмочный процесс зависит от банального везения. Во-первых, нужна была идеальная погода. Во-вторых, даже если главная звезда отыгрывала безупречно, любая ошибка актёра массовки неминуемо вела к браку. Реквизит не должен ломаться, посторонние шумы обязаны исчезнуть, а хореография экшен-сцен — совпадать до миллиметра. И сегодня звёзды действительно сошлись. Всё шло как по маслу, отчего режиссёр буквально светился от счастья.

— Небольшой перерыв! — скомандовал он.

Лишь после этого Чхве Хван, тяжело выдохнув, вернулся под навес. Вид у него был измождённый. Из-за слишком лёгкой, не по сезону одежды его пробирала дрожь, но от жара мощных софитов на лбу выступили крупные капли пота. К нему тут же подскочила стилистка, заботливо промокая лицо салфетками и поправляя грим. Ённок молча протянул ему бутылку с водой. С жадностью сделав несколько глотков, Хван спросил:

— Эй, Джунхо-хён ещё не приехал?

Ённок, как раз вскрывавший шуршащую упаковку с перекусом, Хван недавно пожаловался на голод, бросил быстрый взгляд на экран телефона.

— Написал, что будет примерно через час.

— Вот как? — разочарованно протянул актёр.

По правде говоря, работа менеджера оказалась до нелепого лёгкой. Ённока даже начинала грызть совесть, заслуживает ли он свои баснословные пять миллионов вон за такое ничегонеделание?

Пару раз кто-то из стаффа громко искал «менеджера Чхве Хвана», собираясь дать поручение. Ённок послушно подходил, но работники, окинув взглядом его брендовую, с иголочки подобранную Джунхо одежду, лишь нелепо открывали и закрывали рты, после чего спешно отправляли его обратно отдыхать. Видимо, гонять парня в таком роскошном виде им было попросту неловко. Благодаря этому Ённок только и делал, что объедался вкусностями из фуд-трака, присланного преданными фанатами, да с любопытством глазел на живых знаменитостей.

Чхве Хван, бегло пролистав сценарий во время короткой передышки, снова умчался к режиссёру — обсуждать отснятое. Ённок же почувствовал, как на него наваливается тягучая усталость. Он как раз сладко зевнул, прикрыв рот рукой, когда стилистка вдруг испуганно ахнула:

— Ой! Господин менеджер, у вас кровь из носа!

— Да? — вяло отозвался Ённок.

В последнее время такие сюрпризы организма стали для него привычной рутиной. Лениво наблюдая за игрой Хвана, он без особого удивления коснулся лица. Девушка суетливо протянула ему бумажные платочки, с тревогой заглядывая в глаза.

— Наверное, это из-за сухого воздуха, — защебетала она. — Месяца два назад у Хван-и тоже постоянно нос кровил. Вы так побледнели… Может, пойдёте в машину, отдохнёте немного?

— Но как же… — неуверенно начал Ённок.

Получая такие огромные деньги, уходить на боковую, пока твой босс в поте лица отрабатывает дубли, казалось верхом наглости. Однако стилистка, мягко подталкивая его в спину, заверила, что сейчас идёт долгий разбор отснятого материала, делать всё равно нечего, так что он может смело урвать хотя бы полчасика на сон. Резкий упадок сил дал о себе знать неприятным ознобом. Сдавшись, Ённок взял заботливо всученный ему пушистый плед и побрёл к припаркованному неподалёку авто.

— Ух, как же зябко… — пробормотал он, забираясь в салон.

Зима уже подходила к концу, но пронизывающий ледяной ветер всё ещё безжалостно кусался. Ённок откинул спинку сиденья, уютно закутался в плед по самый подбородок и прикрыл глаза. Вроде бы ничего тяжелее бутылки с водой не поднимал, а тело гудело от необъяснимой слабости.

«Никогда бы не подумал, что ради пары минут экранного времени нужно так долго торчать на площадке», — промелькнула сонная мысль. — «Если я понадоблюсь, они сами меня позовут…»

В тепле машины сон тут же накрыл его мягкой волной. Ённок спал сладко и крепко. Он не знал, сколько именно прошло времени, когда внезапный толчок и лёгкая тряска заставили его с трудом разлепить свинцовые веки.

— …?

Что за чёрт? Машина едет?

Сон как рукой сняло. Глаза распахнулись сами собой. Это не показалось, под мерный гул двигателя автомобиль действительно нёсся вперёд. Ённок в панике подскочил на сиденье, растерянно озираясь по сторонам. И тут с водительского кресла донёсся знакомый голос.

— Проснулся? Я уж думал, ты в спячку впал, — бросил Чхве Хван с поразительно равнодушным видом.

Ённок, ещё не до конца осознавший масштаб катастрофы, ошарашенно захлопал ресницами:

— Какого… Съёмки уже закончились?

— Естественно. В окно посмотри. Уже темнеет.

И правда, небо за стеклом уже окрасилось в багровые закатные тона. Но зимой темнеет рано, так что понять, который час, по одному лишь солнцу было невозможно. Ённок принялся суетливо хлопать себя по карманам в поисках телефона. Пусто. Он пошарил по сиденью, заглянул на пол, думая, что выронил его во сне, и, наконец, тяжело вздохнул.

— Слушай, дай свой телефон на секунду. Наберу свой номер, поищу.

— У нас нет телефонов.

— …В смысле?

— Твой и мой остались у стилистки, — невозмутимо пояснил Хван, плавно перестраиваясь в другой ряд. — Нам же не нужно, чтобы нас отследили по геолокации, верно? Зная Ём Чхонхо, он вполне на такое способен.

До Ённока дошло только через пару долгих секунд. Чхве Хван только что сбежал, нагло бросив на площадке менеджера, стилистов и даже собственных телохранителей и прихватил его с собой.

— Ах ты ж, придурок чокнутый! — во всю силу лёгких заорал Ённок.

— Да что опять-то?! — возмутился актёр, раздражённо дёрнув плечом. — Съёмки закончились рано, время есть. Захотел немного оттянуться, что в этом такого?!

— Да мне плевать на твои хотелки! Меня-то ты зачем потащил?!

— Думаешь, я горел желанием? А кто тебя просил дрыхнуть в моей машине? Не мог же я вышвырнуть тебя на асфальт! Меня бы тут же спалили!

От возмущения у Ённока аж дыхание перехватило. Он потер занывшую шею. В голове помутнело то ли от стресса, то ли от слабости. Теперь он на собственной шкуре прочувствовал, на что так горько жаловалась охрана Хвана. Должно быть, прямо сейчас бедные телохранители рвут на себе волосы, обнаружив пропажу сразу двух подопечных.

А тем временем Хван, невероятно гордый своим успешным побегом, тихонько напевал себе под нос. Бросив на Ённока быстрый взгляд через зеркало заднего вида, он снисходительно хмыкнул:

— Ну, по крайней мере, одет ты прилично. Хоть не стыдно с тобой показаться.

«Ах ты ж мелкий ублюдок!», — вспыхнул Ённок, до хруста сжав кулаки. Ударить водителя на ходу он не мог, оставалось только бессильно скрежетать зубами. Машина мчалась по трассе. Судя по мелькающим за окном незнакомым пейзажам, они уже очень далеко отъехали от съёмочной площадки.

Смирившись с неизбежным, Ённок устало спросил:

— И куда мы едем?

— В клуб.

— В клуб? В клу-у-уб?! В таком виде?!

Ённок откровенно орал. И не без причины: Чхве Хван всё ещё был в сценическом костюме. Он даже грим не смыл — на щеке красовалась искусственная, но весьма реалистичная кровавая рана. Однако актёр лишь нагло ухмыльнулся:

— А что не так? Им так даже больше нравится. Думают, что это косплей.

«Надо было позволить им вызвать директора агентства. И дёрнул же меня чёрт повестись на эти лёгкие пять миллионов!», — мысленно застонал Ённок, в отчаянии зарывшись пальцами в волосы. Кажется, история с тремя миллионами, из-за которых он в прошлый раз влип в неприятности, повторялась один в один. Заметив его жест, Хван истолковал его по-своему и самоуверенно заявил:

— Да не кипишуй ты. Вот приедем, и сам поймёшь, как там круто. Хён берёт всё на себя, отдохнёшь по высшему разряду.

— Какой ты мне к чёрту хён!

Время близилось к часу пик. Как только они въехали в город, движение стало плотным. Оставшись без связи и бумажника, Ённок окончательно сдался, молясь лишь о том, чтобы они поскорее добрались до места. Просто хотелось нормально поесть. Да и если честно — состояние было паршивым, слабость никуда не делась, и больше всего на свете он мечтал вернуться в особняк и рухнуть в тёплую постель. Но одна мысль зудела в голове, и он не выдержал:

— У тебя вообще-то парень есть. Тебе разве можно по клубам шляться?

— А что такого? Я же не изменять туда еду. Просто тусуюсь с друзьями, а клуб — это всего лишь место встречи.

Ённок потерял дар речи от такой наглости.

— И что, твой парень нормально к этому относится?

Хван ничего не ответил. Он вдруг сделал вид, что всецело поглощён процессом парковки, откровенно игнорируя вопрос.

«Да и ладно. Пусть хоть передерутся из-за этого клуба, мне-то какое дело? С какой стати я должен защищать интересы Мун Гону и лезть не в своё дело…», — подумал Ённок, отворачиваясь к окну.

Машина остановилась у того самого клуба, где они уже были в прошлый раз. Ённок ещё тогда поразился, насколько засекреченным был вход. Они подъехали к неприметной парковке обычного с виду здания. Хван чуть приоткрыл тонированное стекло. Охранник, внимательно оглядев лицо знаменитости, учтиво кивнул и пропустил их внутрь, где обнаружилась скрытая дверь.

Как только они переступили порог, к ним тут же подскочил ожидавший у входа сотрудник.

— Добро пожаловать! Сейчас я провожу вас за ваш столик!

Сотрудник отвесил глубокий поклон и уверенно повёл их за собой. На этот раз место оказалось совсем другим. В прошлый визит они сидели в закрытой VIP-зоне, подальше от посторонних глаз. Теперь же их стол находился почти у самой сцены, в самом центре пульсирующей музыки и слепящего неона. Видимо, тогда Хван всё-таки опасался гнева Ём Чхонхо и прятался в тени, а сегодня, почувствовав абсолютную безнаказанность, ведь телефоны остались на площадке, решил гулять на широкую ногу.

— О? Хван-и сегодня рано!

— Хён, ты уже здесь?

— Тут места полно, давай к нам!

Шумная компания, с которой они пересекались в прошлый раз, радостно приветствовала Хвана. Присмотревшись, Ённок узнал парочку лиц — он определённо видел их по телевизору или на рекламных баннерах. Несколько парней из компании стали с любопытством оглядываться по сторонам.

— А тот хённим из прошлого раза не пришёл?

— Не-а, — сухо и без малейших пояснений отрезал Хван.

Впрочем, все, похоже, привыкли к его скверному характеру и не стали допытываться.

— Жаль. А ведь мог бы стать нашим спонсором… Сразу видно, у мужика денег куры не клюют. Засветиться бы перед таким — милое дело.

— Слышь, ублюдок, ты и так в этом году в куче рекламы снялся, куда тебе ещё?

— Да этот И Минён удавится от жадности.

Они дружно заржали, перекидываясь сальными шутками, пока наконец не обратили внимание на Ённока, который неловко переминался с ноги на ногу за спиной Хвана.

— Кстати, а кто это с тобой?

— Ага, что-то лицо незнакомое.

Никто из присутствующих не узнал в нём того самого парня с прошлой вечеринки. Наверное, потому, что тогда лицо Ённока было почти полностью скрыто низко надвинутым козырьком кепки. Кто-то лукаво прищурился и ехидно бросил:

— Неужто твой новый парень?

— Я и вот это? — Хван вальяжно развалился на диване, скривив губы.

Даже в интонации, с которой он это произнёс, сквозило такое снисходительное презрение, что Ённоку до зуда в пальцах захотелось его придушить.