Глава 53

На губах Ём Чхонхо заиграла вежливая, но непреклонная полуулыбка, и он любезно пояснил:

— У нас сегодня закрытый прием, на котором обязательно присутствие партнёра. Мы как раз уходим.

Чхве Хван беспомощно хватал ртом воздух. Переводя ошарашенный взгляд с ослепительных Ённока на Чхонхо, он вдруг сорвался на крик:

— А меня почему не берете?!

— У тебя же сегодня вечером съемки, разве нет? Тебе самому уже пора выезжать, — недоумевая, спросил Ённок. Он прекрасно помнил, как еще вчера Хван недовольно ворчал из-за внезапно поставленных ночных смен.

Так что, какими бы ни были отношения между директором и актером, пойти вместе они не могли чисто физически. Хван явно хотел выплеснуть раздражение, но, похоже, и сам до конца не понимал причину собственной обиды, отчего его красивое лицо исказилось от досады.

— Я вообще-то тоже ваш Истинный! Почему вы вечно оставляете меня за бортом?!

«И это говорит человек, который сам шарахается от директора при каждом удобном случае?», — подумал Ённок, с недоверием глядя на Хвана, а глазах которого плескалась самая настоящая ревность.

Ённок, совершенно сбитый с толку, уже открыл было рот, чтобы спросить, какого черта тот устраивает истерику на пустом месте, но Чхонхо с легким вздохом постучал пальцем по циферблату своих часов.

— Нам пора отправляться. Обсудим это позже.

— А… д-да.

Чувствуя легкий укол совести из-за брошенного Хвана, Ённок все же поспешил следом за Чхонхо — опаздывать было нельзя. Но всю дорогу до двери он спиной чувствовал тяжелый взгляд, прожигающий затылок.

Стоило им выйти, как секретарь Ким Чонсон мгновенно материализовался у ожидавшего их автомобиля и распахнул дверцу. Как только машина плавно тронулась с места, накатившая нервозность махом вытеснила из головы Ённока все мысли о Хване.

— Мне правда нужно будет только поздороваться и всё? — снова спросил он, нервно теребя край пиджака.

— Разумеется. А если что-то и пойдет не так, я возьму всё на себя, так что расслабьтесь. В этом зале не найдется никого, кто посмел бы проявить к вам неуважение, Ённок-сси.

Услышать эти слова не от кого-нибудь, а от самого Ём Чхонхо, человека, излучающего абсолютную власть, было невероятно успокаивающе. Ённок немного расслабился, то и дело поглядывая то в зеркало, то в экран телефона, чтобы проверить, не растрепались ли волосы, пока они незаметно не прибыли к пункту назначения.

Заметив, что спутник все еще скован, Чхонхо плавно подался вперед, нарушая дистанцию.

— Позвольте…

Горячие пальцы легко коснулись лба Ённока. Всё в его облике и так было безукоризненно, но старшему партнеру явно хотелось передать ему часть своего спокойствия, ласково поправляя челку и воротник костюма. От этого мимолетного, но невероятно интимного прикосновения по коже побежали мурашки. Ённок робко поднял взгляд, и Чхонхо успокаивающе произнес:

— Вы выглядите более чем идеально. Безупречная пара для меня.

— П-правда?

— Абсолютно.

Только тогда лицо Ённока наконец просветлело. Сведенные от напряжения пальцы разжались, а плечи расправились. Тем временем автомобиль плавно затормозил у парадного входа в отель. Швейцар тут же оказался рядом и распахнул дверь с безупречной улыбкой.

— Добрый вечер. Господин Ём Чхонхо, господин партнёр. Желаю вам прекрасного вечера.

Ённок удивленно моргнул. Как и тогда в VIP-отделе торгового центра, их узнали в лицо, без единого слова.

«Они что, знакомы?», — пронеслась мысль, но врожденная осторожность не позволила задать вопрос вслух. Заметив его удивлённую реакцию, Чхонхо слегка наклонился.

— Он заранее выучил номер моей машины и лицо в лицо, — прошептал директор прямо на ухо Ённоку, обдавая кожу теплым дыханием. — Должно быть, очень опытный швейцар.

— А, так вот оно что… — восхищённо выдохнул Ённок, прижимаясь чуть ближе к Чхонхо.

Прием проходил в роскошном банкетном зале отеля. На входе строгий персонал тщательно проверял пригласительные. Сопровождавший их Ким Чонсон протянул тисненую карточку, и сотрудник, почтительно кивнув, пропустил их внутрь.

Зал уже был полон. Глядя на окружающих, Ённок осознал, что все его переживания по поводу наряда были напрасны, вокруг царило буйство тяжелого люкса и экстравагантности. Но больше всего поражало другое: большинство гостей намеренно выставляли свои Метки напоказ. Женщины носили платья с открытыми плечами или глубоким декольте, если символ располагался там; другие подчеркивали Метки на шее, запястьях или щиколотках россыпью драгоценных камней и изящными аксессуарами.

Никогда в жизни Ённок не видел столько Истинных в одном месте. В воздухе плыла нежная мелодия живого оркестра, интерьер в пастельных тонах дышал весенней свежестью, всё утопало в ароматах живых цветов, изысканных вин и дорогих закусок.

Словно Алиса, провалившаяся в кроличью нору, Ённок ошеломленно хлопал глазами, тенью следуя за директором.

Не успели они сделать и пары шагов, как к ним кто-то направился. Чхонхо, заметивший, что Ённок слишком увлекся рассматриванием изящных канапе и десертов, снова склонился к его уху.

— К нам идет председатель сталелитейной корпорации «Юджун». Давайте поздороваемся.

Спина Ённока мгновенно напряглась. Мужчина средних лет с широкой радушной улыбкой приблизился к ним.

— Директор Ём! Сколько лет, сколько зим. Как поживаете?

— Директор Ю. Благодарю, всё превосходно, как и всегда.

— Впервые вижу вас на подобных приемах. Неужели это… — мужчина перевел интригующий взгляд на застывшего Ённока.

Улыбка Чхонхо стала еще глубже.

— Да. Это мой Истинный. Вы первый, кому я его представляю, директор Ю. Ённок-сси, знакомьтесь, это председатель корпорации «Юджун» Ю Донхо.

— З-здравствуйте. Меня зовут Ли Ённок.

— Какая честь для меня — лично встретить Хвамёнджа директора Ёма! Ха-ха, искренне рад знакомству!

В глубине души Ённок сжимался от страха, ожидая, что этот влиятельный человек моментально раскусит в нем простака и смерит презрительным взглядом, но ничего подобного не произошло. До самого конца короткой беседы председатель оставался исключительно вежливым и благожелательным.

Вслед за ним Ённоку пришлось поприветствовать еще бесчисленное множество людей. И все они, как один, проявляли к нему странный почтительный интерес. Возможно, дело было в ауре самого Чхонхо, который не отходил от него ни на шаг. Но даже с учетом этого, их вежливость граничила с заискиванием. Президенты компаний, председатели советов директоров, профессора, медийные лица — все они вели себя так, будто отчаянно пытались ему понравиться.

«У меня что, мания величия разыгралась?»

Мозг Ённока работал на пределе, просчитывая каждое слово, лишь бы не ляпнуть глупость. К тому моменту, когда он, выслушав слово «Хвамёнджа» больше раз, чем за всю свою предыдущую жизнь, наконец опустился на стул, чувствовал себя выжатым как лимон.

Началась вступительная речь. Чхонхо, безошибочно прочитав побледневшее лицо своего партнёра, молча вложил ему в руку прохладный бокал с водой. Только в эту секунду Ённок осознал, насколько сильно у него пересохло в горле. Опустошив стакан до дна, он потянулся к стоящему рядом десерту. Сахар ударил в кровь, и дышать стало немного легче.

— Если честно… — едва слышно прошептал Ённок.

Чхонхо мягко накрыл его ладонь своей. Ённок вздрогнул, подавляя инстинктивное желание затравленно оглянуться по сторонам. Вместо этого он придвинулся почти вплотную к директору, чтобы его голос не утонул в шуме зала. Он не замечал, но десятки глаз то и дело стреляли в их сторону. И один взгляд среди них был особенно тяжелым.

— Я думал, что ко мне здесь будут относиться свысока.

— Откуда такие мысли? — спокойно спросил Чхонхо, совершенно игнорируя выступающего на сцене спикера и глядя только на порозовевшие щеки Ённока.

— Боялся, что будет слишком очевидно, что я не из вашего круга… Что я здесь лишний.

Встречи с Истинными сильно ударили по его самооценке. Не то чтобы она раньше была высокой, но откровенное пренебрежение Хвана и ледяной цинизм Гону в начале их знакомства оставили глубокие шрамы. И хотя сейчас их отношения стали куда теплее, осадок всё равно никуда не исчез.

— Ох уж эти страхи, — тихо произнес Чхонхо.

Казалось, он читает Ённока как открытую книгу. Видя, как тот смутился собственной откровенности, Чхонхо склонился к нему еще ближе, вторгаясь в личное пространство.

— Единственное, что сейчас совершенно очевидно, — это то, насколько вы очаровательны.

— Что?! — едва не вскрикнул Ённок.

У него не было абсолютно никакого иммунитета к подобным речам. Чувствуя, как лицо обдает жаром, он мертвой хваткой сжал руку Чхонхо под столом.

— Директор, я взрослый мужчина! Такие слова мне вообще ни капли не подходят!

— Это не имеет значения. Вы — мой драгоценный человек, только и всего.

— Директор, я давно хотел сказать… как у вас вообще язык поворачивается так легко произносить такие смущающие вещи?

Ответом ему послужил низкий смешок. Чхонхо выглядел абсолютно довольным жизнью. И если сами сладкие слова Ённок еще хоть как-то мог вынести, то от этих глубоких ноток смеха уши вспыхнули ярче сигнальных огней.

Неловко кашлянув, он залпом допил остатки воды, пытаясь сбить внутренний жар. И только в этот момент кожей ощутил направленные на него взгляды. Стоило Ённоку повернуть голову, как большинство из них вежливо рассеялись, но один, особенно цепкий и пронзительный, не успел.

Хорошо одетый мужчина средних лет встретился с ним взглядом, вздрогнул и суетливо отвернулся. Ённок нахмурился. Он был уверен, что видит этого человека впервые, но почему-то черты его лица показались смутно знакомыми… Впрочем, сегодня он и так собрал на себе слишком много чужих взглядов.

Проведя вечер бок о бок с Ём Чхонхо, Ённок окончательно осознал, что его Истинный был фигурой куда более колоссального масштаба, чем он мог себе вообразить.

В зале то и дело мелькали лица политиков и бизнесменов, которых Ённок видел только в новостных сводках. Разговоры вращались вокруг контрактов на сотни миллионов, а его самого с нескрываемым благоговением называли «Хвамёнджа». Всё это ощущалось как совершенно другая реальность, законы которой только предстояло постичь.