Глава 47

— Э-это еще что за нищеброд тут выскочил?!

— О боже, какой кошмар! С ума сойти! Да он же хочет вытянуть из нашего Хвана все деньги! Ты что, бандит?!

— А ну пошел вон отсюда! Пока по морде не получишь, не угомонишься?!

Внезапное появление Истинного, судя по всему, показалось родителям Чхве Хвана весьма серьезной угрозой. Они грубо тыкали пальцами, замахиваясь кулаками, готовые ударить в любую секунду. Хван рефлекторно вздрогнул, вжимая голову в плечи и лишь Ённок, с обнаженным торсом, напрочь забыв о холоде, храбро встал между ними.

Выражаясь простым языком, он устроил им форменную истерику.

— О-о? Вы только посмотрите на эти ручки. И что? Ударишь? Давай, бей! Ну же, рискни! Думаете, я в первый раз с таким сталкиваюсь?!

Разумеется, для Ённока — человека, который всю свою жизнь только и делал, что усердно и честно вкалывал, подобные выходки были в новинку. В него словно вселились все те неадекватные клиенты, с которыми ему доводилось сталкиваться на работе. Он орал, сверкая глазами:

— Бей! Давай же! Посмотрим, как мы все вместе потом в полицейский участок поедем!

— Да что это за псих такой!

Двое скандалистов в ужасе отшатнулись, когда полуголый Ённок буквально бросился на них. Он намеренно надвигался вплотную, выпячивая грудь так, чтобы Метка бросалась в глаза. Отец Хвана, скривившись от отвращения, рефлекторно оттолкнул его. Только этого Ённок и ждал. Он с грохотом повалился на землю. Это был первоклассное падение, достойное голливудской игры профессионального футболиста.

— А-а-ак! Убивают! А-ах! Спасите-помогите! Избивают за правду! Охрана! Хёны-охранники! Ённока убивают! А-а-а-а-ак!

Истошно вопя, Ённок покатился по земле. Набрав скорость, он театрально впечатался телом в стену здания и снова заголосил: «Помогите!». Опешив от такого зрелища, парочка неадекватов растеряла весь свой пыл и попятилась. А Чхве Хван всё так и стоял, наблюдая за происходящим с совершенно ошарашенным видом.

Охранники Хвана не могли вмешаться, сдерживаемые протоколом защиты своего клиента, зато телохранители Ённока бросились к нему так резво, словно только и ждали этого момента. Они активно подыграли своему подопечному, нависнув над родителями Хвана огромными пугающими скалами.

— Что здесь происходит?!

— Хотите получить иск за нападение? Нам вызвать адвокатов?

Дикий спектакль Ённока, подкрепленный появлением внушительной охраны, окончательно сбил спесь с родителей. Они неохотно развернулись, напоследок тыча в Ённока дрожащими пальцами.

— Нет, вы посмотрите на него! С ума сойти!

— Откуда только взялся этот псих! Я тебе это с рук не спущу!

— Чхве Хван! Я буду звонить, только попробуй не взять трубку!

Ённок, продолжавший для вида жалобно стонать, облегченно выдохнул лишь тогда, когда обе фигуры окончательно скрылись из виду. Он впервые в жизни устроил подобный дебош, и всё это время его сердце билось так гулко, будто сейчас рёбра пробьёт. Как только адреналин схлынул, вернулся холод, заставив тело пробить крупной дрожью. Погода была слишком зябкой, чтобы бросаться на амбразуру с голым торсом.

— Б-брр, х-холодно...

— Вот ваша одежда. Вы же простудитесь. Пожалуйста, скорее оденьтесь.

Чон Боын поспешно протянул Ённоку футболку, которую тот сбросил ранее. Пока Ённок торопливо натягивал её на себя, Пак Чунсон незаметно, так, чтобы видел только Ённок, поднял большой палец вверх. Ённок усмехнулся. Отряхнув колени от въевшейся грязи и пыли, он поднялся на ноги и обернулся к Хвану.

— Ты как, в порядке?

Чхве Хван всё ещё смотрел на Ённока совершенно потрясённым взглядом. Кожа на лбу, куда его ударил отец, покраснела, щеки и уши тоже пылали. Видимо, ему было невыносимо стыдно, что кто-то увидел его в таком жалком положении. Ённок, прекрасно понимая эти уязвленные чувства, попытался разрядить обстановку.

— Эй. Я тут ради тебя грязной работенкой занялся, так что гони бабки, — сказал он и протянул руку ладонью вверх.

Тон у него был нарочито развязный — точно такой же, как когда он варил для Хвана рамён или приносил воду, требуя оплату за услуги. Ённок бросил эту фразу в надежде, что Хван по привычке разозлится, начнет ворчать, и эта тяжелая атмосфера рассеется сама собой. Но к его удивлению, Хван долго не отвечал, не в силах прийти в себя. А затем медленно достал из кармана бумажник. И аккуратно вложил его в ладонь Ённока целиком.

— Вот... забирай всё...

От такой покорности Ённок растерялся.

«Это же шутка была, а он и правда отдал? Я теперь реально выгляжу как гопник, отжимающий мелочь», — с паникой подумал он. Но не успел и слова сказать, как совершенно оглушительно чихнул. Охранники тут же подхватили его под руки и затолкали в теплый дом. А Хван пулей сорвался с места и сбежал, словно боялся, что его обчистят до нитки. Так что вернуть бумажник Ённок просто не успел.

Подняв с пола в гостиной Ёнду, Ённок вернулся в спальню. Он задумчиво крутил в руках дорогой блестящий бумажник — такой же лощеный, как и его владелец.

Холод еще не до конца отступил. Ённок шмыгнул носом, но губы сами собой растянулись в улыбке.

«А день-то закончился не так уж и паршиво», — подумал он. Осознание этого факта приятно грело душу.

♣♣♣

Чхве Хван ведет себя странно. И не просто странно, а чертовски странно.

— Что делаешь?

Едва вернувшись со съемок, Хван сразу же проявил к нему интерес: втиснулся на диван, придвинувшись вплотную, а затем он с преувеличенным вниманием уставился на наполовину собранный пазл.

— Тебе помочь? Давай вместе собирать?

— Ну... если хочешь, давай... — с сомнением протянул Ённок.

Услышав это, Хван поспешно скинул пиджак и осторожно поднял один из элементов головоломки.

После того случая с изгнанием токсичных родителей, Хван первое время ходил как пришибленный, витая где-то в облаках. А потом вдруг, в один прекрасный день, начал вести себя с Ённоком подозрительно ласково и покладисто. И привыкнуть к этому было безумно тяжело.

«Вот бы он вел себя так раньше, когда я из кожи вон лез, чтобы мы поладили», — с легкой досадой подумал Ённок. Впрочем, он рассудил, что худой мир лучше доброй ссоры. — «Всё лучше, чем постоянно грызться».

Ённока вполне устраивал текущий формат их общения. Они стали похожи на обычных соседей по комнате, поддерживающих приятельские отношения.

Но были и другие странности. Точнее — Ём Чхонхо и Мун Гону.

А если быть совсем точным, то, как Мун Гону внезапно стал проявлять поразительную заботу о Чхонхо. Он первым заводил разговор, терся непозволительно близко и вообще вел себя настолько раскованно, что это невольно бросалось в глаза.

«С чего бы это он вдруг стал таким ласковым? Наверняка неспроста».

Они точно встречаются. Ённок слишком хорошо знал, что Мун Гону был из тех типов людей, кто держит других на расстоянии, если только речь не идет о любовниках. Поэтому Ённок изо всех сил старался делать вид, что ничего не замечает. У него не было ни малейшего желания ввязываться в этот любовный многоугольник, больше похожий на сумасшедший дом.

Однако иногда обстоятельства вынуждали вмешиваться.

Они с Хваном сидели в гостиной, едва ли не соприкасаясь макушками, и усердно собирали пазл, когда домой вернулся Ём Чхонхо. Он окинул их двоих непонятным, но явно довольным взглядом, а затем вынес из кабинета ноутбук, чтобы поработать рядом. Со времен инцидента с наркотиками Хван упорно игнорировал Чхонхо, поэтому только Ённок приветливо улыбнулся и поздоровался.

Заметив это, Хван искоса взглянул на Ённока и вдруг предложил:

— Эй, у меня тут окно в расписании намечается. Может, сходим как-нибудь на сакуру посмотреть?

— На сакуру?

А ведь и правда, сезон цветения вишни был не за горами. За всю свою жизнь Ённок разве что ловил лепестки на ходу, спеша по делам, но никогда не ходил на настоящие пикники под дождём розовых лепестков. Предложение звучало заманчиво. Однако был один нюанс.

— Но ты уверен, что сможешь пойти? Тебя же люди узнают.

— Ну...

О том, какие толпы собираются в парках весной, Ённок был хорошо осведомлён, даже ни разу там не побывав. Хван тоже, видимо, вспомнил свой прошлый опыт общения с фанатами и нахмурился. Он ткнул деталь пазла не в то место, раздраженно выдернул её и пробормотал:

— Да просто замотаем лица как следует, вот и всё.

Судя по поникшему голосу, он и сам слабо верил в то, что его не раскусят. И в этот момент Ём Чхонхо, не отрываясь от работы за ноутбуком, вкрадчиво заметил:

— Не лучше ли выбрать место, где вообще не будет людей? Например, мои частные владения.

— У тебя и такое есть?

Услышав слова Чхонхо, Хван впервые за долгое время отреагировал с таким энтузиазмом. Кто-кто, а уж директор слов на ветер бросать не стал бы.

Чхонхо хотел было добавить что-то еще, но внезапно осекся. Привычным жестом он извлек из кармана платок и прижал к носу. По белоснежной ткани стремительно расползлось багровое пятно.

— ...Ах.

Он склонил голову, зажимая переносицу пальцами — видимо, накатил приступ головокружения. В глубокой морщинке между бровями явно читалась вынужденная терпимость к боли.

Хван, не получивший ответа на свой вопрос, ничуть не проникся сочувствием к чужому состоянию и недовольно буркнул:

— И где этот Мун Гону ходит, пока ты тут загибаешься?

«Когда он пытался к ним подкатывать, то щебетал "Чхонхо-хён", "Гону-хён", а стоило получить от ворот поворот — так сразу по именам», — подумал Ённок. Манеры у Хвана явно остались на уровне капризного подростка.

— Господин Гону в последнее время был слишком занят, мы почти не виделись, — глухо отозвался Чхонхо.

А ведь точно. Хотя в последнее время казалось, что они сблизились, за прошедшую неделю Ённок ни разу не видел Чхонхо и Гону вместе. Оба пропадали на работе до глубокой ночи. Выходит, Мун Гону сейчас тоже страдает от нехватки контакта с Истинными? Впрочем, самочувствие Гону Ённока не особо волновало, а вот состояние Чхонхо вызвало укол беспокойства.

— Вам дать руку? — вежливо попросил Ённок, поскольку был уверен, что у Чхонхо уже есть партнёр.

Но не успел Чхонхо ответить, как Чхве Хван подорвался с дивана.

— Я! Я это сделаю!

Он резко шагнул ближе и потянулся, желая ухватить его за заднюю часть шеи, точно так же, как часто проделывал это с Ённоком, но Чхонхо жёстко перехватил чужое запястье. Видимо, даже такого тактильного контакта хватило, чтобы купировать симптомы Отката — кровь остановилась в считанные секунды.

Опустив испачканный платок, Чхонхо медленно улыбнулся. Он смотрел на Хвана как на неразумного щенка, решившего огрызнуться на вожака. Под этим тяжелым взглядом Хван съежился и нервно сглотнул.

— Давай-ка обойдемся без фамильярностей. Держаться за руки будет вполне достаточно.

— Да...

Поджавший хвост Хван опасливо косился на Чхонхо, но всё же упрямо сжал его ладонь. Ённок хлопал глазами, совершенно не понимая, что за странная муха укусила этого избалованного актера.

«Ему всё ещё не разблокировали кредитки, вот он и решил подлизаться?»

Усмирив Хвана и позволив ему держать себя за руку, Ём Чхонхо повернулся к Ённоку и запоздало ответил:

— И да... буду признателен, если вы тоже одолжите мне свою руку.