Глава 45

— Мы с Гону-хёном расстались.

Это заявление прозвучало прямо с порога: дверь домашнего кинотеатра с грохотом распахнулась, являя миру Чхве Хвана. Рука Ённока, тянувшаяся за попкорном, дрогнула и застыла в воздухе. Впрочем, особого удивления новость у него не вызвала.

«Так вот почему на днях Мун Гону один посреди ночи глушил горе алкоголем…»

— Ага, понятно. Дверь с той стороны закроешь? А то из-за света из коридора экран ни черта не видно.

Намёк «закрой дверь и исчезни» был более чем прозрачным, но Чхве Хван привычно истолковал его по-своему. Захлопнув створку, он бесцеремонно ввалился в комнату и с размаху рухнул на диван вплотную к Ённоку.

— И что за третьесортную муть ты смотришь? Лучше бы включил фильмы со мной.

Нагло присвоив чужой попкорн, Хван без перехода принялся вываливать на Ённока подробности своей личной жизни — о которых, к слову, его никто не просил.

— Видимо, разницу в предпочтениях так просто не сгладить. Как ни крути, а быть пассивом я не намерен. Гону-хён предложил платонические отношения, но меня такой расклад не устраивает. В общем, я его бросил. Ого, так вот как Ли Джунсон выглядел в те годы? А ты знал, что он тогда крутил романы и с Руа, и с Ким Серим одновременно, а когда попался, его избили до кровавых соплей?

Сплошной поток абсолютно ненужной информации, от которого Ённок с радостью бы отгородился…

— Э-эх, — Хван картинно и тяжело вздохнул. — И какой смысл в том, что вокруг полно людей моего круга, если нормально встречаться ни с кем не выходит? Похоже, на роду мне написано помереть в гордом одиночестве.

То, что Хван ни на секунду не рассматривал самого Ённока в качестве потенциального партнёра, прозвучало до обидного чётко. Впрочем, удивляться было нечему. Даже сейчас этот нахал по привычке мял и тискал всё, до чего только мог дотянуться. Какое там «осознание себя Истинными», Хван обращался с ним как с живым пауэрбанком или удобной грелкой.

Ённок раздражённо шлёпнул по чужой руке, успевшей без спроса забраться ему под футболку, и фыркнул:

— А может, вы оба постоянно расстаётесь потому, что сходитесь без капли реальных чувств?

— Мы ведь Истинные. Зачем нам вообще какие-то там чувства? — искренне возмутился Хван.

— И как ты, чёрт возьми, умудряешься играть любовь в своих фильмах с таким подходом?

— Хм-м… — задумчиво протянул Чхве Хван, облизывая пальцы от солёной приправы.

В его глазах вдруг заплясали лукавые искры. Хван плавно подался вперёд, нависая над Ённоком. Воздух внезапно потяжелел, налившись такой подавляющей аурой, что Ённок рефлекторно вжался в спинку дивана. Он нутром чуял, что отстраняться сейчас нельзя, иначе признаешь поражение. Заметив это напряжение, Хван растянул губы в поистине дьявольской ухмылке.

— Ённок-а, — промурлыкал он, — чтобы сыграть что-то убедительно, вовсе не обязательно проживать это в реальности.

Ещё секунду назад расслабленная атмосфера натянулась, грозя вот-вот лопнуть. Ённок нервно сглотнул, не в силах отвести взгляд от губ Хвана. В полумраке комнаты они казались особенно выразительными — манящими и влажными.

— По-твоему, чтобы вжиться в роль убийцы, я должен пойти и прикончить кого-нибудь? — обманчиво мягко прошептал Хван.

Его пальцы, до этого лениво перебиравшие волосы на затылке Ённока, вдруг сомкнулись на его шее, усиливая хватку. Почувствовав, как парень в его руках цепенеет, Хван ослепительно улыбнулся… и внезапно, с явным аппетитом, цапнул Ённока за щёку!

Больно не было, но от неожиданности тот едва не подскочил до самого потолка.

— Ай!

Скорчив гримасу искреннего отвращения, Ённок принялся яростно оттирать пострадавшую кожу. Хван, которого бесцеремонно отпихнули в сторону, обиженно надулся.

— Эй, мог бы так и не шарахаться, вообще-то обидно! В конце концов, между нами ведь…

— Что «между нами»? — вспылил Ённок. — Кто я вообще для тебя?

— Э-э… — Хван глубокомысленно завис. На его лбу пролегла напряжённая морщинка. Спустя пару секунд интенсивных раздумий он выдал поистине обескураживающий ответ: — Мой мальчик на побегушках?

Вместо слов Ённок просто схватил декоративную подушку и от души начал лупить наглеца. Видимо, сообразив, что с «мальчиком на побегушках» он всё же фатально просчитался, Хван безропотно стерпел первые несколько ударов, а затем, громко расхохотавшись, поспешил ретироваться из комнаты.

Тяжело вздохнув, Ённок выключил фильм, который всё это время беззвучно мелькал на экране. Так или иначе, ему уже пора было собираться на встречу.

♣♣♣

Быстро переодевшись, Ённок отправился на встречу. Сегодня клуб любителей вязания устраивал праздничный ужин в честь первой завершённой работы господина И Сонмёна. Однако, переступив порог ресторана традиционных рёбрышек кальби с лучезарной улыбкой на лице, Ённок озадаченно замер.

— Ой, а почему нас сегодня так мало?

— Эх, не поверишь, прямо закон подлости, — со вздохом отозвалась одна из женщин. — Только что звонили. У Миён вся семья слегла с кишечным гриппом, у Хеджин трубу прорвало — возится с потопом. А у Хигён возникли какие-то срочные семейные обстоятельства, так что она тоже прийти не смогла.

Выслушав эту сводку внезапных катастроф, обрушившихся на участниц клуба, И Сонмён лишь сочувственно поцокал языком, но затем добродушно рассмеялся:

— Ну что ж, значит, посидим и повеселимся нашим узким кругом!

Несмотря на то, что компания собралась небольшая, ужин вышел на редкость душевным. Когда же пришло время расходиться, Ённок привычно потянулся за бумажником, но с удивлением обнаружил, что счёт уже закрыт. На его растерянный взгляд старшие товарищи лишь добродушно отмахнулись:

— Ённок-а, такие вещи оплачивают взрослые.

— Вообще-то, я тоже взрослый… — смущённо пробормотал он.

— Ой, ну скажешь тоже! Ты на себя посмотри — у тебя же ещё пушок на щеках! Какой из тебя взрослый?

Поскольку средний возраст участников клуба перевалил за пятьдесят, к Ённоку здесь относились не иначе как к несмышлёному ребёнку. У большинства дети были его ровесниками, а то и постарше. Ённоку было жутко неловко от того, что за него постоянно платят, он переминался с ноги на ногу, не зная, куда деть глаза. Заметив чужие терзания, И Сонмён предложил:

— Мы так плотно поели, может, немного разомнёмся? Я видел, этажом выше есть экранный гольф.

Кроме пары человек, которым нужно было пораньше вернуться домой, остальные идею с радостью поддержали. Ённок ни разу в жизни не держал в руках клюшку, но И Сонмён взялся обучать его со всем возможным терпением. А поскольку старшие наперебой нахваливали его отличную физическую форму и быструю реакцию, в итоге игра увлекла Ённока куда сильнее, чем он мог себе представить.

Спустя примерно час Ённок вдруг поймал себя на мысли, что от их шумной компании остались лишь они с господином И Сонмёном, его тоннё. Ему успела полюбиться эта живая многолюдная суета, поэтому от внезапно повисшей тишины на сердце стало чуточку тоскливо.

— Ённок-а, не хотите ли чего-нибудь выпить? — ненавязчиво поинтересовался И Сонмён. С тёплой улыбкой он наблюдал за тем, как парень с головой ушёл в освоение экранного гольфа.

За сегодняшний вечер Ённока и так слишком много угощали. Он с готовностью вызвался оплатить напитки сам, но и в этот раз потерпел сокрушительное фиаско.

— В таких случаях нужно просто сказать «спасибо» и с радостью принять заботу старших. Так чего бы вам хотелось?

— Тогда… один айс-американо, пожалуйста. И всё-таки мне очень хотелось вас угостить, — сдался Ённок, смущённо потирая шею.

Вскоре им принесли горячий имбирный чай для старшего и ледяной американо для младшего. В горле у Ённока и так пересохло от усердия, поэтому он бросил жадный взгляд на запотевший стакан, но решил сначала закончить удар и деловито принял правильную стойку.

Клюшка со свистом рассекла воздух, и мяч врезался в экран. Высветившийся на табло результат оказался до обидного скромным. Ённок озадаченно склонил голову набок.

— Может, вот так? Или так?..

Пытаясь поймать правильное движение, он замахнулся с удвоенной силой. Но то ли из-за излишнего рвения, то ли из-за внезапного холодка, без причины пробежавшего по спине, подошва его кроссовка издала противный скрип и предательски скользнула по полу.

Потеряв равновесие, Ённок неуклюже пошатнулся. Клюшка описала нелепо широкую дугу и с лёгким щелчком отбила мяч. Прямо ему за спину.

— Ува-а! — раздался сзади сдавленный вопль.

Это оказался тот самый сотрудник, что принёс напитки. Каким-то образом он всё это время отирался неподалёку от Ённока. Парень бдительно следил за размахом клюшки, но даже в страшном сне не мог предвидеть, что снаряд полетит в обратном направлении.

Пытаясь спасти лицо, сотрудник в панике шарахнулся в сторону. Потеряв опору, он со всего маху рухнул прямо на И Сонмёна, который как раз в этот момент невозмутимо отхлёбывал горячий чай, обмениваясь с этим самым сотрудником многозначительными взглядами.

— А-а-а-ак! — крикнул И Сонмён, когда кипяток плеснул ему прямо на руку.

Наблюдая за этой катастрофической цепной реакцией, запущенной его же собственным феноменальным невезением, Ённок в ужасе вскрикнул:

— Боже! Вы в порядке?!

Он пулей подлетел к старшему и бросился оказывать первую помощь. А именно — недолго думая, от души вылил свой ледяной американо прямо на ошпаренную руку господина И. Перехватив мужчину за запястье, чтобы хоть как-то сбить температуру, Ённок начал лихорадочно озираться по сторонам в поисках аптечки.

И в этот самый момент И Сонмён, весь вечер, казавшийся воплощением добродушной заботы, вдруг с силой отшвырнул его от себя. Лицо мужчины исказила гримаса такой ярости, что Ённок опешил. Растерянный взгляд парня невольно опустился на покрасневшую от ожога ладонь.

— Ой, у вас на ладони…

Ледяная вода смыла часть пластыря телесного цвета, и из-под него проступил странный, приковывающий взгляд узор.

«Татуировка? Или… Да быть того не может!»

Рисунок выглядел слишком необычным и легкомысленным для солидного пенсионера вроде И Сонмёна. Сомнения одолевали Ённока, но он всё же рискнул спросить:

— Господин И, вы… носитель Метки?

И Сонмён, до этого со свирепым выражением лица прятавший руку, вдруг замер. В его глазах на долю секунды мелькнуло лихорадочное раздумье. Но уже в следующее мгновение он вновь нацепил на себя привычную маску добродушного дядюшки и плавно кивнул:

— Хо-хо. Всё верно. У меня есть Метка.

— Ничего себе, правда? Кажется, я совсем не наблюдательный, раз до этого момента даже не догадывался!

— Ох… Стоит людям узнать об этом, как они тут же начинают донимать расспросами. Поэтому я предпочитаю её скрывать.

Ённок с полным пониманием и совершенно искренней наивностью, энергично закивал. Уж кому, как не ему, было это знать! Какое счастье, что его собственная Метка надёжно спрятана под одеждой. Он до сих пор с содроганием вспоминал, как бывшие коллеги буквально не давали ему прохода, когда символ только-только проявился.

— Кстати, как ваша рука? Сильно обожглись?

— Ой, пустяки. К счастью, чай был не таким уж и горячим.

«Как же, не горячим», — мысленно усомнился Ённок. Кожа на ладони пылала пунцовым. Да и лицо самого И Сонмёна почему-то всё ещё оставалось подозрительно красным и налитым кровью.

Тут Ённок с запозданием вспомнил о бедолаге-официанте, рухнувшем при попытке увернуться от удара, и резко обернулся. Однако позади никого не оказалось. Зал был абсолютно пуст.

«Странно. Готов поклясться, что мяч отскочил прямо сюда…»

— Разве мой мяч только что не попал в кого-то из персонала? — озадаченно спросил Ённок.

— Да? Всё произошло так сумбурно, что я даже не заметил. Да и с чего бы мячу лететь назад, нарушая законы физики? Хо-хо-хо.

Ённок продолжал суетиться, настойчиво предлагая съездить в больницу или хотя бы попросить льда, но старший отвечал категорическим отказом. Чтобы доказать, что он в полном порядке, мужчина даже схватил клюшку и сделал пару показательных взмахов. Ённоку показалось, или от этих резких движений ожог покраснел ещё сильнее? Со стороны это выглядело чертовски больно…

«По-моему, мне пора уносить отсюда ноги».

Хроническое невезение, преследовавшее Ённока с самого детства, в последнее время вроде бы взяло передышку, но сегодня явно решило отыграться за весь простой. Одно дело, когда страдал он сам — к такому не привыкать. Но из-за его феноменальной неуклюжести досталось сразу двоим! Чувство вины тяжёлым камнем легло на грудь. Нервно покрутив в пальцах мячик для гольфа, Ённок виновато опустил голову:

— Наверное, я пойду.

— А? Почему так рано? Сыграли бы ещё партию, — И Сонмён поспешно попытался его удержать.

Но стоило Ённоку снова бросить тревожный взгляд на пострадавшую кисть, как мужчина воровато спрятал руку за спину, развернувшись вполоборота.

— Я очень переживаю за вашу руку. К тому же, я и так уже натворил дел.

И уже про себя обречённо добавил: «А если я задержусь ещё немного, то, зная свою удачу, точно разнесу здесь всё к чертям»