Глава 138

Обида жгла изнутри, но пришлось смириться с кармой, настигшей меня за то, что не смог получить контракт. Я тяжело вздохнул. «Будь я настоящим Спасителем, ничего этого бы не случилось».

Сумей я одним махом снять проклятие дома Кунов, у Тайрока не было бы ни единого повода рисковать собой в схватке с Сарне. Видимо, моё раздражение слишком явно отразилось на лице.

— Господин Лу, не сомневайтесь, ваше желание обязательно исполнится, Великий князь непременно одолеет Байян и вернётся к вам в добром здравии.

— Рик, хватит. Скажи честно: ты ведь тоже места себе не находишь, — я в упор посмотрел на него.

Помощник фальшиво кашлянул и отвёл взгляд. Тоже мне, утешитель нашёлся. Он явно недооценивал мою проницательность. У меня глаз-алмаз. Поняв, что его раскусили, Рик сдулся и шумно выдохнул.

— Как бы ни был силён господин, я всегда втайне мечтаю, чтобы у него была поддержка Божественного Зверя... Хотя, даже явись Зверь Кунов прямо сейчас, вряд ли это что-то изменило бы.

— Думаешь, Тайрок отверг бы его помощь из чистой неприязни к силе Божественных Зверей? — предположил я.

— Именно. Великий князь ненавидит... — Рик осёкся и испуганно округлил глаза. — Погодите, откуда вы об этом узнали?!

— Не знал. Просто догадался, а твоя реакция лишь подтвердила мои подозрения.

Зрачки Рика задрожали, словно пламя свечи на ветру. Пользуясь моментом, я решил копать глубже. Вспомнив, как у Кристального Озера Тайрок наотрез отказался принимать помощь от Зверя Борхуми, я спросил:

— Почему он ненавидит силу Божественных Зверей?

— Я... я не знаю...

— Знаешь.

Рик вздрогнул. Каждое движение тела выдавало его с потрохами. Теперь мне стало ясно, почему Тайрок держит его подле себя: более преданного и прозрачного человека просто не найти. Измена от Рика была невозможна — он бы выдал себя в первую же секунду.

— Я... я не владею всеми деталями, — сдался он. — Думаю, это как-то связано с гибелью предыдущего контрактора.

— Той, что погибла, пытаясь запечатать разлом тварей?

— Да. Она была наставницей Великого князя. Кажется, господин до сих пор винит себя в её смерти.

— Но ведь это был приказ безумного Императора, — возразил я.

— Наставница могла отказаться. Но она пошла на это, чтобы защитить Тайрока. В тот момент Император планировал отправить на передовую именно его — мальчишку, который только-только пробудил свои силы.

«Вот скотина» — пронеслось у меня в голове.

— Но при чём тут Божественный Зверь? Он ведь тоже, получается, пострадал.

— Не... не знаю...

— Знаешь.

Бедный помощник попятился. Осознав, что от меня ничего не скрыть, он в отчаянии обхватил голову руками.

— Это лишь мои догадки, господин Лу! Прошу, не принимайте их за истину.

— Выкладывай.

— Ха-а... Однажды господин сказал мне вот что: Божественный Зверь слепо обожает и поддерживает своего контрактора, но если появится тот, кто ему больше понравится, он... без тени сожаления бросает прежнего.

Что?

— Вы бы слышали, каким ледяным был его голос, когда он это говорил.

Рик замолчал, но мне не нужны были дальнейшие объяснения. Мозг мгновенно достроил картину. Неужели Зверь Кунов отвернулся от наставницы Тайрока ради него самого? И потому она, действуя на пределе сил, создала Око Ада и погибла?

— Значит, даже если Зверь вернётся, Тайрок может его не принять?

Рик печально кивнул. Я, знающий будущее, пребывал в замешательстве. В «оригинальном» сюжете Тайрок в итоге принимал силу Зверя. Неужели Ма Хойга так на него повлиял? Он настолько полюбил этого самозванца, что ради него переступил через собственные принципы?

От этой мысли по спине пробежал колючий холодок. Я ощутил, как внутренности завязываются узлом. Образ Тайрока, смотрящего на Хойгу влюблённым взглядом, вызывал во мне почти физическое отвращение.

— Точно не знаю, — пробормотал Рик, погружённый в свои мысли. — Но знаю, что он одержим идеей развить собственную силу взамен силы Божественного Зверя. Поэтому...

Он замялся, прежде чем закончить мысль:

— Иногда мне кажется, что Его Высочество намеренно бросается в самое пекло. Словно пытается таким образом нащупать предел своих возможностей и преодолеть его.

— Кун Тайрок.

Глаза Байян вспыхнули зловещим огнём. В её взгляде не было ничего, кроме чистой, насыщенной злобы. Годы суровых тренировок научили её отсекать лишние эмоции при встрече с врагом.

Обычно люди, столкнувшись с такой концентрированной злобой, впадали в первобытный ужас. Однако золотые глаза напротив оставались поразительно спокойными.

Будь он её союзником, Байян не поскупилась бы на похвалу такой силе духа. Но сейчас этот ледяной покой лишь раздражал её, предвещая непростой бой.

— Я всё гадала, какая крыса увязалась за нами по пятам. А стоило заглянуть в нору — она сама выползла на свет, — Байян по-прежнему сидела у костра, лениво оглядывая окрестности. — И где же остальные грызуны?

— Чтобы раздавить насекомых, достаточно одного меня.

Ха, один? Байян коротко рассмеялась, но её взгляд стал ещё острее. Она лихорадочно соображала: ловушка это или запредельная наглость? В любой другой ситуации её бы не заботило, сколько солдат прячется в кустах — она и её четверо учеников могли справиться с небольшим войском. Но сейчас её приоритетом была Чёрная Медведица. Эту гнилую ветвь семьи Сарне надо было отсечь в первую очередь.

— Что ж, а мне, чтобы прихлопнуть одного крысёныша, не обязательно пачкать руки.

Она медленно поднялась и дала знак двоим ученикам. План был прост: пока они сдерживают Тайрока, она с оставшимися двумя уйдёт. Байян верила, что даже её «разочарований» хватит, чтобы выиграть немного времени. По крайней мере, она хотела в это верить.

Она развернулась, собираясь уйти. Но не успела сделать и пяти шагов, как пришлось остановиться.

За это время её ученики уже сорвались с места, издав боевой клич. Сейчас должен был раздаться звон сталкивающейся стали. Но лес пронзил лишь короткий, свистящий звук рассекаемого воздуха.

Ш-ш-вых.

Звук был тонким, почти невесомым, словно мимо пронеслась невидимая нить. Байян, словно что-то почувствовав, резко бросилась в сторону.

Там, где она только что стояла, пронеслась волна зловещей энергии. Обернувшись, она увидела своих учеников. Они замерли в нелепых позах, выронив мечи.

«Не смогли отразить единственный выпад?» — её презрительный взгляд скользнул по земле.

Однако когда в поле зрения попали отрубленные кисти рук, валяющиеся в пыли рядом с клинками, её ярость внезапно остыла.

«Я слишком недооценила Тайрока».

С тихим, зловещим скрежетом Байян обнажила свой меч. Белоснежная аура начала медленно окутывать лезвие.

— Крысёныш... как ты посмел.

Тётя и наставница, Кун Сорнихилл, сказала Тайроку, когда тот впервые пробудил свою силу:

— Тайрок, у тебя огромный сосуд.

Проведя ещё несколько испытаний, она коротко добавила:

— Тебе больше нечему у меня учиться.

Её голос был, как обычно, спокоен, но во взгляде виднелась странная смесь гордости и печали. Однако тогда он не придал значения её словам.

Юный Тайрок лишь недоумевал, почему это ему нечему учиться. Ведь он знал, что сила Божественных Зверей капризна и опасна. Поэтому другие отпрыски Великих домов годами оттачивали мастерство управления ею. Но его, ненавидимого Императором, никто никогда не учил.

— В наследном принце не чувствуется и капли божественной ауры, — заявил когда-то Верховный жрец, верный пёс Императора. — Божественный Зверь остаётся лишь с тем, кто ему нравится, а значит от него должна исходить аура.

Позже выяснилось, что жрец был шарлатаном, но в то время его слова обрадовали правителя. Император до безумия боялся, что сын окажется достойнее его в глазах Божественного Зверя. Поэтому, когда Тайрок впервые ощутил внутри себя божественную силу, он не почувствовал радости.

К тому же, ему говорили, что использование этой силы — тяжкий труд, требующий тренировок и усилий. Но для него всё было иначе.

Сила текла по его жилам так же естественно, как кровь. Владеть ею было не труднее, чем дышать. «Может быть, та частица силы, что мне досталась, просто слишком ничтожна?» — думал он.

Но Сорнихилл считала иначе.

— Если сосуд обычного человека размером с чашу, то твой способен вместить в себя океан.

Сначала он подумал, что это преувеличенная метафора. Тётя была сурова, но всегда добра к нему. Однако вскоре, на одной из тренировок, она велела:

— Выплесни всю силу. Не сдерживайся.

Получив разрешение, Тайрок собрал свою силу в ладонях, ожидая легкого дуновения, слабого сквозняка, который едва ли пошевелит листву.

Но ветер, сорвавшийся с рук, понёсся, превратившись в яростный ураган.