Глава 196

Почему? Глядя на человека перед собой, я не мог отделаться от единственного вопроса: «Зачем тебе закрывать Око Ада?»

Я прекрасно знал, что Тайрок не бросает слов на ветер, и его обещание Эрдет — не пустой звук. Да, он дал обещание, а значит — сдержит его. Но всё это чувствовалось иначе, чем просто выполнение обязательств по контракту. За его волевыми словами будто скрывалась какая-то иная, скрытая от всех причина.

— ...Почему? — вопрос сорвался с губ прежде, чем я успел себя одёрнуть.

Тайрок, собиравшийся сделать глоток чая, безучастно поднял взгляд.

— Тебе не нравится?

Что не нравится? Я непонимающе моргнул и проследил за его жестом. Он кивком указал на стол. Он сам налил мне чай и пододвинул тарелку с десертами.

Там лежали пирожные, печенье, а рядом аккуратной пирамидкой высилось нечто, похожее на кубики рафинада. Вот только это был не рафинад. Это была маринованная редька.

Да, это тоже проблема. В другое время я пришёл бы в ужас от столь извращённого сочетания, но сейчас голова была так забита другими мыслями, что я упустил момент для праведного возмущения.

— Нет, дело не в это... Э-э?!

Моё бормотание себе под нос превратилось в изумлённое аханье. Тайрок отпил чаю, а затем отправил в рот кубик маринованной редьки и невозмутимо захрустел им. Заметив мою отвисшую челюсть, он коротко резюмировал:

— Так себе.

Конечно, «так себе»! Кто в здравом уме закусывает чай маринованной редькой?!

Но я не смог возмутиться вслух. Тайрок так искренне улыбался... Это была не ухмылка и он вовсе не пытался поиздеваться надо мной. Казалось, он просто хотел вытащить меня из мрачной трясины раздумий.

И эта улыбка стал ответом на мой невысказанный вопрос. Неужели для него закрыть Око Ада — это такая же мелочь, как съесть кубик редьки?

— Лу, если тебе что-то любопытно — спрашивай. Я отвечу на всё.

— ...А у вас ко мне нет вопросов, Великий князь?

— Тайрок.

Сложив с себя полномочия Великого князя, он настаивал, чтобы я звал его по имени. Вальяжно откинувшись на спинку стула, он медленно поднёс чашку к губам. Честно говоря, сейчас было совершенно неподходящее время для светских чаепитий.

Из Разлома в районе вулкана Монтейнов безостановочным потоком лезли полчища тварей. Тайроку следовало отдыхать, но он вместо этого примчался в замок. И, как выяснилось, без особого повода.

Это время он потратил на то, чтобы вот так сидеть со мной и пить чай. Приехать ради такой мелочи… Сделав глоток, он пристально посмотрел на меня и произнёс:

— Конечно, есть.

— Тогда спрашивайте. Но не обещаю, что отвечу на всё.

Он усмехнулся и поставил чашку. Я засмотрелся на его изящные движения — всё же аристократ, это было заметно даже в мелочах, — когда прозвучал вопрос:

— Ты ведь знаешь, что находится по ту сторону Врат, созданных Зверем дома Кунов?

— ...

Я оцепенел. Медленно подняв на него взгляд, я почувствовал, как в моих глазах плещется смятение. Тайрок же оставался абсолютно спокоен, терпеливо ожидая моего ответа.

Этот единственный вопрос породил в моей голове сотни подозрений. Он что-то почувствовал? Или он уже всё знает? И с каких пор?! Но, встретившись с его твёрдым взглядом, я понял, что не смогу солгать. Вместо этого я едва слышно прошептал:

— Знаю.

Он смотрел на меня ещё секунду, а затем кивнул.

— Понятно.

И всё. Никаких допросов о моей истинной сущности. Вместо этого он сделал очередной глоток чая и добавил:

— Вот потому я должен закрыть эти Врата.

— Что вы имеете в виду?

Золотые глаза впились в меня мертвой хваткой, словно сковывая невидимыми цепями.

— Я не позволю кому бы то ни было вернуться обратно этим путём.

Доктор Ким по-прежнему встречала меня в постели, но выглядела она заметно лучше, румянец вернулся на её лицо. Я был искренне рад, однако новости, которые я принёс, не располагали к веселью. К тому же я пришёл поговорить по душам, а она периодически проваливалась в сон, так что я ограничился тихим шёпотом.

Рассказывая о текущих событиях, я невольно выложил и то, что терзало меня изнутри.

— Это так странно. Неважно, кто победит в финальной битве — Тайрок или Шула Монтейн, — мой изначальный план всё равно осуществится.

Цель, с которой я прибыл в этот мир, была практически достигнута. Я должен был радоваться, но этот факт почему-то оставлял мерзкое послевкусие.

Я чувствовал себя предателем, который цинично использует любовь Тайрока и угрозу уничтожения Тубайна в своих целях. Я чувствовал себя Хойгой, которого так презирал. Но признаться в этом, пусть даже и спящему человеку, было выше моих сил.

Я прижался лбом к краю её кровати и прикрыл глаза. Внезапно слабая рука коснулась моих волос. Я резко вскинул голову: Доктор Ким полуприкрытыми глазами смотрела на меня, часто моргая.

— Выходит...

Её голос после сна был хриплым и сухим, как старое дерево, но для меня он прозвучал как лучшая музыка. Хотя смысл сказанного меня отнюдь не порадовал.

— ...План Д сработал?

Я мгновенно ощетинился:

— Это был План Икс! И никакого Плана Д у нас не было!

— У меня был. План Д: ты жертвуешь своим телом, соблазняешь Тайрока и срываешь куш.

— Разве это не План B?!

— Нет. План B — это вы кое-как женитесь, но он по-прежнему презирает тебя и третирует. А План Д — это когда он всё о тебе узнаёт, но от любви едет крышей и готов вырвать для тебя собственную печень.

Ругаться на больную пациентку мне совесть не позволяла, так что я лишь хмуро буркнул:

— Никуда он не поехал.

— Ага, конечно. Никто в здравом уме не станет соревноваться с Великой княгиней Монтейн в том, кто быстрее закроет Око Ада. К слову… ты что, теперь на стороне Тайрока?

Я смущенно отвёл взгляд. Не то чтобы я принимал чью-то сторону…

— Ты и сам совершил для Куна настоящее чудо, — серьёзно добавила она.

«Да просто повезло оказаться в нужное время в нужном месте… »

Пока я молчал, не зная, что ответить, Доктор Ким подвела итог:

— Будем считать, что ты отплатил ему своей печенью. Так что вы квиты.

Хаха.

Я невольно рассмеялся. Стоило мне обменяться с ней парой фраз, как неподъёмная тяжесть на душе сжалась до размеров пустяковой проблемы.

Если бы она начала меня жалеть и утешать, эта тяжесть так и осталась бы со мной. Когда я отсмеялся, Доктор Ким деловито спросила:

— И зачем же ты припёрся ко мне, пока я спала? Что за срочность?

Как всегда, ничего от неё не скроешь.

— Люди Куна решили не гоняться за Шулой Монтейн по всему материку, а ждать её в конечной точке.

— У Ока Ада?

— Да. — Я кивнул и озвучил свой план: — Я тоже отправляюсь туда.

— Когда?

— Сейчас.

Глаза доктора Ким расширились от удивления.

Я прекрасно осознавал все риски. Если Шула Монтейн объявится там, Око Ада станет самым опасным местом в Тубайне.

Все в замке были категорически против, но я настоял на своём. Я Был уверен как никогда: время пришло. Я должен быть там.

Выжженная пустошь, где не росло ни травинки. Прямо посреди неё в воздухе зиял чёрный овальный Разлом — трещина в пространстве. Из-за своей вытянутой вертикальной формы он напоминал зрачок дьявола.

Паря в воздухе, он словно выискивал добычу. Но у жителей Тубайна, видимо, были иные ассоциации.

— Поразительно… — выдохнул один из рыцарей.

Я отвернулся от Ока Ада и посмотрел по сторонам. Вокруг не было ничего, кроме пыли, песка и голых скал. Легенды гласят, что когда-то эти земли были самыми цветущими и плодородными во всей империи.

Но стоило распахнуться этому гигантскому Разлому, как всё превратилось в долину смерти. А сейчас на этой земле собралась армия, готовая встретить величайшее зло в истории Тубайна.

— Господин Лу, ваш шатёр готов. Вы можете отдохнуть.

Я уже было направился вслед за Энни, но её следующий короткий доклад заставил меня замереть:

— Великая княгиня Монтейн начала действовать.

— Как вы её нашли?

— Разведка докладывает, что все твари в округе начали стягиваться в одну точку.

Ага, значит, она в курсе, что мы ждём её здесь с распростертыми объятиями. Что ж, грядёт решающая битва.

— И как далеко она сейчас?

Энни ответила не сразу. Её молчание показалось мне странным. Я обернулся и увидел её обеспокоенное лицо.

— Господин Лу, я настоятельно прошу вас покинуть лагерь и укрыться в безопасном месте.

Я застыл.

— Неужели она совсем рядом?

— Господин Тайрок отдал приказ всем войскам. Он велел готовиться к бою этой ночью.

«Рано.Слишком рано. Тайрок не готов».

Сжимая в кулаке яйцо Божественного Зверя, я, снедаемый тревогой, поспешил на встречу с нашей главной надеждой. Женщина, только что прибывшая в лагерь, выглядела так же, как в день нашей первой встречи: потёртая одежда и огромный меч за спиной.

— Спаситель.

Стоило Чёрной Медведице меня заметить, как она тут же опустилась на одно колено и склонила голову. Я в панике бросился её поднимать.

— Пожалуйста, не надо! Сейчас не время для церемоний!

— Нет. Даже если орда тварей уже на пороге, я не могу не выразить вам свою глубочайшую признательность. То, что я обрела эту силу — целиком и полностью ваша заслуга.

— Я лишь указал дорогу. Вы сами прошли этот адский путь, рискуя жизнью.

Мне так хотелось утешить её, расспросить о том, через что ей пришлось пройти, но времени катастрофически не хватало. Она сама заскочила в мой шатёр лишь на пару минут, чтобы засвидетельствовать почтение. Поэтому я перешёл прямо к делу:

— Вы ведь уже полностью контролируете силу Божественного Зверя?

Она едва заметно замешкалась, но затем твёрдо кивнула.

— Да.

Услышать это от неё лично было огромным облегчением. Но вместе с радостью в душу закралось странное подозрение. Где её Зверь? Я огляделся по сторонам, но пухлого, неповоротливого Чиби-Медведя нигде не было видно. Куда он подевался?

Мне следовало докопаться до истины прямо тогда. Ведь я прекрасно знал, в каком случае Божественный Зверь не может явить свой облик. Но осознание пришло ко мне слишком поздно — уже в самом разгаре событий.

В глухой ночи прогремели первые звуки битвы. Я нервно расхаживал по шатру, когда внутрь ворвались бледные Энни и Хасс.

— Господин Лу, Хасс сейчас откроет портал! Вы должны немедленно уходить!

Я был в шоке. У нас в авангарде два контрактора с силой Божественных Зверей, неужели они не смогли сдержать Шулу Монтейн?! Следующие слова Энни огорошили меня:

— Чёрная Медведица... внезапно потеряла контроль над силой Зверя Сарне! Ситуация критическая!

«Потеряла контроль? Почему?! Ведь её Зверь не запечатан... Ох. Твою ж мать».