Глава 182

«Ну и мольбофил». Я уже собирался обматерить этого фетишиста слезливых просьб с головы до ног, но другой звук заставил меня осечься.

— Кха-а-а! — с шумным хрипом информатор распахнул глаза.

Его грудь тяжело вздымалась, он жадно хватал ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

— Эй, вы в порядке?

— Г-где это я... кха... почему в моём доме... кха!

— Сейчас это неважно. Вы чуть не погибли из-за чёрной магии.

При упоминании чёрной магии в его затуманенных глазах мелькнуло осознание и они резко расширились.

— Л-листья Очищения?

— А, да, они у нас. Но... эй! Не вставайте!

Он неожиданно дёрнулся, пытаясь подняться с кровати. Я попытался удержать его за плечи, но не успел. Впрочем, сил у него всё равно не было: приподнявшись наполовину, он со стоном бессильно осел обратно на подушки.

— Я... я д-должен идти...

— Куда это?

— Эти травы... ха-а... есть человек, которому они очень нужны.

«Ах, вот оно что. Но кто бы это мог быть? Член семьи?» Не успел я додумать мысль, как дрожащая морская звезда, словно прочитав мои вопросы, вытянула один из своих лучей, указывая в сторону окна.

«Что там?..» Я проследил за её жестом и увидел через дорогу единственный дом, в окнах которого горел тусклый свет. Болеет кто-то из соседей?

— В этот раз поставка задержалась... Ситуация может быть критической, я должен поскорее передать... кха, кха! — его скрутило от жестокого приступа кашля, сотрясающего всё тело. Отдышавшись, он затравленно огляделся. — А где травы... а?

Его взгляд наткнулся на приоткрытую деревянную шкатулку, и глаза чуть из орбит не вылезли.

— Почему их стало меньше?!

«Надо же, какой глазастый. И это находясь одной ногой в могиле».

— Использовали часть на вас.

— Н-немыслимо... Её нужно было оставить для другого человека!

Едва выкарабкавшийся с того света мужчина впал в настоящую ярость, но Тайрок пропустил его вопли мимо ушей, сразу перейдя к делу.

— Если хочешь получить то, что осталось, выкладывай информацию.

— И не мечтай. Сначала отдай травы.

Взгляд Тайрока заледенел, однако лицо оставалось обманчиво расслабленным. В его вальяжной позе читалась непоколебимая уверенность человека, который никогда не проигрывал в подобных психологических дуэлях.

— Ты кое-что не понимаешь, — вкрадчиво произнёс Тайрок. — Я потратил на тебя эти травы только ради экономии своего времени. Не захочешь говорить ты — добуду нужные сведения у кого-нибудь другого. А вот ты больше нигде не сможешь достать Листья Очищения.

— Никто другой... кха... не станет рисковать жизнью и говорить с тобой.

— Думаешь, меня волнуют чужие жизни?

Его холодная, жестокая улыбка в такие моменты пробирала до костей. И без того мертвенно-бледное лицо информатора приобрело землистый оттенок. Морская звезда затряслась мелкой дрожью, едва не разваливаясь на куски от страха. Поняв, что дело принимает скверный оборот и мы заходим в тупик, я поспешно вмешался:

— Так, давайте все успокоимся и поговорим нормально.

— Если хотите, чтобы я успокоился, приведите хотя бы Спасителя... кха.

— Эм, а под Спасителем вы имеете в виду...

— Тот самый господин из дома Адейе. Я слышал, что он — Истинный Спаситель.

«Нет, ты ошибся!» — я едва сдержался, чтобы не выкрикнуть это ему в лицо.

Неужели это расплата за то, что я сам когда-то имел глупость ляпнуть про Спасителя? То, что начиналось как безобидная попытка задурить голову одному-единственному Тайроку, теперь разрослось до грандиозного проекта по обману всего континента Тубайн. Тяжело вздохнув и проглотив рвущиеся наружу слова, я на всякий случай спросил...

— И о чём бы вы попросили Спасителя?

— Разве не очевидно? Потребовал бы исцелить того, кому нужны эти травы.

Судя по окаменевшему лицу информатора, вмешавшийся Тайрок попал в самое яблочко. Я, в свою очередь, напрягся ещё сильнее. «Проклятье».

— Этот человек… он тоже пострадал от чёрной магии?

— Не твоё дело. Если хочешь получить информацию, от... дай... тра... вы… от... дай…

Его голос, ещё мгновение назад полный ярости, внезапно затих, растянувшись, как зажёванная пленка на старой кассете. Похоже, он только сейчас обратил внимание на своё пустое запястье.

Он тупо моргал, приоткрыв рот и уставившись на свою руку, а затем перевёл ошарашенный взгляд на меня.

— Как… как это?..

— Я его снял.

— Это невозможно… Даже величайший маг не смог бы этого сделать! Ты что, маг?!

— Нет. Просто мне сказали, как его снять.

— К-кто?

Вопросы могли сыпаться бесконечно, а я не хотел выдавать лишнего. Терпение Тайрока лопнуло, и он решительно скомандовал:

— Хватит тратить время на этого идиота. Мы найдём нужные сведения в другом месте.

И то верно. Нас с самого начала предупреждали, что информатор может пойти на попятную. Я положил остатки травы на стол и развернулся к выходу.

— Используйте то, что осталось, с умом.

— П-постойте!

Грохот!

Он в панике попытался вскочить с кровати, но ноги не удержали его, и он тяжело рухнул на пол.

«Он скорее умрёт от переломов, чем от чёрной магии!»

Но даже после такого болезненного падения мужчина замер, словно парализованный. На этот раз его взгляд приковал лежащий на полу браслет. Он смотрел на ровно разрезанные звенья с таким выражением, будто его мир перевернулся с ног на голову.

— Кто… кто сказал тебе, как это сделать?

— Не твоё дело, — отрезал Тайрок, хватая меня за руку и увлекая за собой.

Но я не мог сдвинуться с места. Морская звезда снова молитвенно сложила лучи.

[П-по...моги. П-п-пожалуйста.]

— Да кто тебе рассказал?! А?! — голос информатора дрожал от отчаяния.

Я с минуту молча смотрел на него, а затем ответил:

— Адейе Лу.

При этих словах глаза осведомителя мгновенно наполнились слезами. Словно одно это имя уже стало для него спасением.

«Мама, меня зачислили в Первую гвардию, как я и хотел! Это такая важная должность — я буду охранять самого Великого герцога и семью Монтейнов!»

Голос сына, звенящий от восторга и гордости, всё ещё звучал в её ушах так ясно, будто это было вчера. Прошло всего два года. Как бы она смогла отказаться от своего ребёнка?

Даже несмотря на то, что он уже больше года не приходил в сознание, а его некогда крепкое тело превращалось в обтянутый кожей скелет, сочащийся гноем, — она не могла просто опустить руки и ждать его смерти.

Но что она могла сделать? Ей оставалось лишь изо дня в день обтирать его влажным полотенцем. И то, что он до сих пор был жив, — целиком и полностью заслуга тех целебных трав, которые ей приносил сосед.

Она полностью зависела от доброты этого человека, поэтому, когда запасы подходили к концу, не смела его торопить. Последний раз она давала сыну настой из этих трав неделю назад.

Тело юноши внезапно скрутило судорогой. Его руки и ноги выгнулись в жестоком спазме. Даже не приходя в сознание, он страдал — лицо исказилось от невыносимой боли.

Мать поспешно вскочила, бросила в жаровню пригоршню сухих успокаивающих трав и раздула огонь. Вскоре комнату заволокло белым дымом с резким, едким запахом, но на этот раз приступ не спешил отступать.

От вида бесконечных страданий сына, в последнее время её всё чаще стали терзать страшные сомнения. Если надежды на исцеление нет, не лучше ли оборвать эти муки? Разве не это было бы настоящим милосердием?

И всё же она не могла заставить себя отказаться от надежды. А что, если он чудесным образом поправится и вернётся к той жизни, о которой так мечтал? Что, если случится чудо?

Она прекрасно понимала, что чудеса не случаются по заказу, что это лишь иллюзия, воздушный замок, но не могла заставить себя перестать верить. «Господи, умоляю, ниспошли нам чудо...» — молилась она, сжимая ледяную руку сына.

Стук, стук, стук.

Кто-то стучал в дверь.

Хозяйкой соседнего дома, густо увитого колючей лозой, оказалась женщина лет пятидесяти. Увидев информатора, она сначала просияла, но, заметив нас, насторожилась. Однако стоило ему протянуть ей остатки целебных трав, как её лицо озарилось такой радостью, будто ей вручили слиток чистого золота.

— С-спасибо вам. Огромное спасибо.

— Нет, что вы. Это не я принёс…

Информатор уже было вскинул обе руки, чтобы указать на нас, но под ледяным взглядом Тайрока поспешно опустил их.

— Кхм-кхм, как поживает ваш сын?

Услышав вопрос, женщина вздрогнула, и на её измождённое лицо тут же легла тяжёлая тень.

— Улучшений по-прежнему нет. Вы добываете такие немыслимо редкие травы, чтобы помочь нам, а он…

— Нет-нет! Они вовсе не редкие! — информатор запротестовал с такой отчаянной категоричностью, что женщина растерялась. Он затравленно покосился в нашу сторону и торопливо добавил: — Дело в другом. Эти господа хотят взглянуть на вашего сына.

— М-мой сын сейчас в таком состоянии…

На лице хозяйки проступил неподдельный страх. Она явно до ужаса боялась огласки. Очевидно, что болезнь, вызванная чёрной магией, была здесь запретной темой. «Может, они специально поселились в этих развалинах, чтобы скрыться от чужих глаз?».

— Всё в порядке. Эти люди знают, что случилось с вашим мальчиком, именно поэтому они здесь. Проходите сюда.

Взяв инициативу в свои руки, информатор мягко отстранил колеблющуюся женщину и повёл нас вглубь дома.

Стоило ему приоткрыть дверь нужной комнаты, как причина её колебаний стала кристально ясна.

В нос мгновенно ударил тошнотворный, ни с чем не сравнимый смрад. Я невольно задержал дыхание, сделал шаг через порог и замер как вкопанный.

На узкой кровати лежал полуобнажённый молодой мужчина. Рядом стоял таз с мутной водой, а на спинке стула висело влажное сукно — видимо, мать как раз обтирала его истощённое тело. Сомнений не оставалось: источником запаха был именно он. На бледной, воспалённой коже повсюду виднелись жуткие следы сочащегося гноя.

По правде сказать, по пути сюда я успел не раз усомниться в правильности своих действий. «Ну посмотрю я на пациента, пострадавшего от чёрной магии, и что с того? Я ведь всё равно ничем не смогу ему помочь».

Однако стоило мне бросить на него один-единственный взгляд, как все эти терзания мгновенно отошли на второй план. Их вытеснило переполнившее меня недоумение.

«Какого чёрта?.. Что это такое?!»

Прямо там, под истончившейся кожей в районе солнечного сплетения, медленно и жутко пульсировало нечто чёрное.