Глава 188

Голос Лу звучал твёрдо и низко. Но Энни промолчала вовсе не из-за этого. Её поразило то, как пугающе привычно он раздавал подобные указания. Закончив говорить, он без малейших колебаний развернулся.

— Идём.

Оба мага, словно заворожённые, покорно двинулись следом. Даже Энни не нашла в себе сил оспорить его приказ. Единственное, что удерживало её от того, чтобы превратиться в такую же слепую фанатичку — это грызущие изнутри сомнения. Ведь тот Адейе Лу, которого она знала по слухам, был просто похотливым идиотом, помешанным на смазливых мужиках.

«Вероятно он просто собрался в критической ситуации, а после его истинная натура снова вылезет наружу», — думала она.

Однако то, как уверенно он повёл их по коридору, вдребезги разбило все её ожидания. Энни была почти уверена, что добраться до конца коридора, не попавшись на глаза патрулям, попросту невозможно. Но Лу двигался так, будто скрытное перемещение было у него в крови. Слегка пригнувшись, он бесшумно скользил от укрытия к укрытию, молниеносно оценивал обстановку и продвигался вперёд.

И при этом ни на секунду не забывал отдавать приказы идущим следом с помощью жестов: «Ждать», «Вперёд», «Бегом». Эта напряжённая, заставляющая затаить дыхание вылазка увенчалась успехом лишь потому, что благодаря духу Лу безупречно знал расположение каждого стражника.

Но впереди их ждало ещё множество препятствий. Следующим оказалась запертая массивная дверь кабинета. Энни ожидала, что Лу прикажет Хассу применить магию, но тот снова взял всё в свои руки. Выудив откуда-то пару кривых кусков проволоки — видимо, прихватил в сарае, — он вставил их в замочную скважину и со знанием дела пару раз ковырнул внутри.

Щёлк.

Тяжёлая дверь поддалась с пугающей лёгкостью. Все в изумлении уставились на него. Лу на мгновение замер, а затем с каменным лицом выдавил жалкое оправдание:

— …В своё время я частенько проникал в чужие дома.

«А-а, ну да». Все понимающе закивали. В конце концов, о привычке Адейе Лу то и дело вламываться в дома к приглянувшимся ему красавчикам знал каждый. Постыдное и грязное прошлое, но именно сейчас Энни была готова поаплодировать его криминальным талантам.

Сам же «медвежатник», похоже, был крайне недоволен такой реакцией и раздражённо поморщился.

Таким же способом они без труда проникли и в конечную точку — комнату отдыха Великой княгини. Теперь оставалось последнее: найти сам портал.

— Картина-то здесь есть, но… — Хасс озадаченно смотрел на стену.

Комната отдыха по размерам не уступала роскошной гостиной, и одну из стен действительно занимало гигантское полотно. Энни замерла у входа, положив ладонь на рукоять меча и постоянно озираясь, чтобы не пропустить возможную угрозу.

Да, они знали, что картина скрывает портал, но этого было мало. Взломать обычный замок с помощью куска проволоки — это одно, а вот активировать скрытый магический артефакт — совершенно другое. Энни с самого начала решила: если они застрянут здесь хоть на одну лишнюю минуту, она потребует Лу немедленно отступить.

Она пошла за ним, подчиняясь приказу Тайрока, но торчать в самом сердце вражеской цитадели было сродни самоубийству. Пусть Лу и Спаситель, но он же не всемогущ, откуда ему знать...

— Вот оно.

«Что?!» — услышав спокойный голос Лу, Энни вздрогнула и резко обернулась. Тот уверенно указывал пальцем на определённый участок картины.

— По всему этому полотну струится густая энергия чёрной магии. И только в этом месте зияет пустота. Прямо как замочная скважина, в которую нужно просто вставить подходящий ключ.

— Но заставить его работать — это совсем другое дело, — растерянно возразил Хасс.

Лу на секунду задумался, а затем непринуждённо выдал простое решение:

— Если она пользуется этим проходом постоянно, вряд ли она стала бы усложнять себе жизнь мудрёными паролями. Чтобы быстро попасть внутрь, скорее всего, достаточно простого нажатия.

— Вы собираетесь просто ткнуть туда пальцем?

— Ещё чего. Тогда сюда мог бы зайти любой дурак. Великая княгиня должна была вливать туда свою силу.

Силу? Энни снова нахмурилась. И как, спрашивается, он собирается имитировать силу чёрного мага? Однако Лу опять нашёл гениально простой выход. Он невозмутимо протянул руку к Хассу:

— У тебя ведь есть чёрный мана-камень? Одолжи один.

В жизни бывают моменты, когда удача так и липнет к рукам. Как будто ты ведёшь машину, а все светофоры на твоём пути, как по волшебству, загораются зелёным. Сейчас был именно такой случай.

Когда портал, ведущий в тайное логово Великой княгини Монтейн, так просто распахнул перед нами свои недра, я испытал именно это пьянящее чувство. Однако стоило нам шагнуть по ту сторону, как поводов радоваться везению не осталось.

Перед нашими глазами раскинулся до боли знакомый пейзаж. Гигантская пещера. А в самом её центре, образуя массивный купол полусферы, клубилась чёрная аура. Этот барьер, сплетённый из чёрных нитей наподобие сети, был точной копией того, в котором когда-то томился Божественный Зверь Борхуми.

Только вот этот барьер был раза в два больше, а ячейки сети — намного плотнее. Я едва не разразился отборным матом. Но ведь видел это только я. Остальным этот барьер не должен быть виден, верно?

Тем не менее, все мои спутники застыли как вкопанные, онемев от ужаса. Что их так напугало? Я проследил за их напряжёнными взглядами, обвёл пещеру глазами и тоже потерял дар речи. «Что это... за чертовщина?»

— Великие боги... чёрные мана-камни, — эхом разнёсся под сводами пещеры сдавленный шёпот Хасса.

Теперь в глазах всех, кто оглядывал пещеру, читался неподдельный ужас. Вся необъятная поверхность пещеры — стены, потолок, пол — была сплошь усеяна чёрными камнями. Ими было инкрустировано абсолютно всё. Их было немыслимо, пугающе много.

— Это... это безумие. Столько чёрных камней в одном месте, — едва выдохнул Нучир.

— Если Великая княгиня Монтейн действительно поглотила всю эту энергию, то насколько же колоссальной мощью она теперь обладает... — простонал Хасс, словно в бреду.

— Насколько? Настолько, что превосходит силу Божественного Зверя? — резко спросил я.

От моего вопроса Хасс вздрогнул, и в его глазах мелькнула неприкрытая паника.

«Что это такое?»

Мысль Тайрока была простой, но его взгляд, прикованный к расколотой земле, светился мрачным предчувствием.

С тварями нельзя терять бдительность ни на секунду, пока они не умрут окончательно и из них не вырежут ядро. Даже если они неподвижны, словно безжизненные куклы.

Добравшись до самого источника, откуда лезли чудовища, Тайрок стал свидетелем абсурдной картины. Твари, выползавшие из Разлома, просто замирали на месте.

Они скреблись сквозь почву с таким остервенением, словно обезумели от жажды человеческой крови, но, выбравшись на поверхность, тут же замирали, топчась неподалёку от разлома и не делая ни малейшей попытки двинуться дальше. Поначалу Тайрок без труда вырезал их десятками, но вскоре остановился, почувствовав неладное.

Почему они так себя ведут? С какой стати эти существа, знающие только инстинкт выживания, вдруг подавили свою природу и замерли? Разве это не те самые твари, что всегда бросались на силу Божественного Зверя, как мотыльки на пламя? Так почему же сейчас они стоят?

И тут он заметил странность. Неподвижные до этого момента чудовища начали медленно поворачиваться в одном направлении. Только тогда он понял их цель. Они чего-то ждут. Но чего именно?

— Удивительное зрелище, не находишь?

От звука внезапно раздавшегося голоса Тайрок медленно повернул голову. Из-за спины к нему приближалась женщина. Лицо, которое Тайроку было прекрасно знакомо. Великая княгиня Монтейн.

— Ни один человек не способен поглотить такое количество энергии чёрных камней и остаться в живых, — Хасс отчаянно пытался отрицать реальность.

— Ты же сам говорил, что человек не может вместить в себя и силу Божественного Зверя, — парировал я.

Лицо Хасса исказилось отчаянием. Я оглянулся: Нучир и Энни выглядели ничуть не лучше.

Оно и понятно. Когда герой, призванный спасать мир и защищать человечество, внезапно оборачивается злодеем, чувство предательства бьёт наотмашь. Но я не собирался давать им время на то, чтобы переварить этот шок и прийти в себя. Нужно было действовать.

— Смотрите внимательно.

Чтобы они могли воочию убедиться, я поднял с земли небольшой камень и швырнул его прямо в барьер.

Треск!

Стоило камню коснуться невидимого щита, как он с оглушительным треском взорвался прямо в воздухе, превратившись в пыль. Раздались испуганные вздохи.

— В самом центре пещеры установлен мощный барьер, — пояснил я. — Вы его не видите, поэтому бросайте перед собой камни, чтобы нащупать границу, двигайтесь осторожно.

Разумеется, ко мне это не относилось. Прекрасно видя барьер, я бесстрашно шагнул вперёд, пытаясь разглядеть, что находится внутри. В пещере царил полумрак, но горящая жаровня в центре купола бросала тусклые отсветы на лежащую фигуру.

Однако, не успев сделать и шага к цели, я замер. Я был уверен, что пленник — это Бильге, однако...

Это было лишь логическое умозаключение. Опознать его по лицу я не смог бы при всём желании. Лежащий человек походил на высохшую мумию, обтянутую кожей так туго, что проступал каждый изгиб костей. А как же Зверь? Неужели мы опоздали?!

Худшие опасения всегда идут рука об руку с отчаянием. А уж после того, как мы с таким трудом пробились сюда, позволить липкой тревоге сожрать себя было проще простого.

Но сейчас, даже когда ледяные волны паники и безысходности бились о моё сознание, я не чувствовал их удушающего холода. Я и забыл, что в прошлой жизни, когда приходилось вести за собой команду, я научился игнорировать дурные предзнаменования. И часто повторял как мантру:

«Я не боюсь».

Поначалу это была лишь ложь во спасение — пустые слова, брошенные, чтобы успокоить моих людей, — но со временем это стало правдой. И каждый раз, когда я вёл отряд вперёд, отринув страх и не терзаясь сомнениями о завтрашнем дне, мы выживали. Всегда.

Если стиснуть зубы и выдержать череду непрерывных ударов судьбы, то рано или поздно эти испытания сослужат тебе хорошую службу, а за очередной чёрной полосой непременно блеснёт луч неожиданной удачи. Так и сейчас.

Бесчисленные случайности — будь то злой рок или благосклонность фортуны, — сопровождавшие меня на протяжении всего пути, в конечном итоге привели меня к цели. Поэтому, даже если я опоздал на какую-то жалкую секунду, даже если Божественный Зверь исчез, я не имею права поддаваться отчаянию.

Всё, что сейчас происходит — лишь очередная ступень на пути к великому финалу. И почему-то глубоко внутри крепла непоколебимая, почти пугающая уверенность: этот финал обязательно окажется именно таким, к которому я отчаянно стремлюсь.

Понятия не имею почему это подобное просветлению спокойствие снизошло на меня именно сейчас — в самом эпицентре вражеского логова.