Глава 8

— Блядь!

Выругавшись, я схватил нож обеими руками и взобрался на тело твари. Затем, навалившись всем весом, провернул и вдавил кинжал.

[Опасно, опасно. Отступайте.]

Ещё не время. Нужно расширить эту щель, чтобы потом можно было хоть что-нибудь туда воткнуть!

Я вытащил кинжал из брюха извивающейся твари и снова ударил. На этот раз он вошёл как надо. А это означало, что «выключатель» находится именно здесь.

ХИ-И-К-КИ-ХИ-ИК!

Не успел я услышать раздражённый взвизг твари, как её тело резко перевернулось. Я, висевший на боку, был отброшен на землю.

Угх, чёрт.

Даже в кувырке, я, следуя за стрелкой, появившейся справа, сумел изменить направление движения. Это был навык, наработанный опытом.

Там, где я только что был, с грохотом опустилась лапа твари. Я снова, следуя за стрелкой, покатился и пополз. Но и этого было недостаточно.

[Перехожу в режим выживания.]

Одновременно с уведомлением в левом верхнем углу начался трёхминутный обратный отсчёт. Моё сердце бешено заколотилось.

Над прудом, откуда с шумом выбралась тварь, воздух завихрился, словно смерч. Затем появился чёрный портал, и из него высунулась длинная нога.

Хотя снизу был пруд, владелец ноги легко оттолкнулся и одним прыжком преодолел большое расстояние. Он быстро осмотрелся, но вскоре, учуяв тварь, резво побежал.

Ботинки, покрытые грязью, пыльные чёрные доспехи и огромный меч в руке. Любой бы понял, что это охотник на монстров, но, заметив тварь, он, напротив, остановился.

Мгновение спустя уголки его губ мягко изогнулись.

— Адейе Лу?

У меня перехватило дыхание. В режиме выживания, словно в меня влили стимулятор, сознание прояснилось, а тело наполнилось энергией. Это позволяло использовать мой организм на пределе возможностей.

Это означало, что даже с неуклюжим телом Лу я мог следовать по маршруту выживания, который указывал Мо. Конечно, сердце готово было выпрыгнуть из груди, а лёгкие — разорваться.

Бам!

Па-ах!

Туда, где я только что был, вонзилась одна из передних лап твари. Дерево, толщиной с мою голову, разлетелось на куски вместо меня, разбрасывая щепки во все стороны. Но у меня не было времени уворачиваться от падающих дождём осколков.

Чтобы следовать за стрелкой, которую показывал Мо, мне нужно было развернуться более чем на 90 градусов. Но я, только что упав, вставал, поэтому времени на разворот не было.

Мне не оставалось ничего, кроме как броситься вперёд. В последний момент я вытянул руки, чтобы хоть как-то смягчить удар, но столкновение с землёй было довольно ощутимым.

— У-у-ух!

Из уст невольно вырвался стон. Но времени упиваться болью не было.

[Ти, ти, ти.]

Вместе с предупреждающим сигналом, замигал красный свет. Этот сигнал я до тошноты наслушался во время сражений с тварями, но пренебрегать им было нельзя.

Тело двигалось само по себе. Вместо того чтобы встать, я покатился вбок, словно мяч.

Бам!

Там, где я только что лежал, снова опустилась лапа твари. И снова я увернулся в последнюю секунду.

Ха-ах, ха-ах, ха-ах.

Дыхание заполнило всё моё тело. Я уже не мог понять, как двигаюсь. Наверное, если бы кто-то увидел меня, то подумал бы, почему я так странно качусь и бегу, но именно благодаря этому я всё ещё был жив.

Проблема была в том, что так тянуть время до бесконечности было нельзя.

К счастью, следуя указаниям Мо, я увидел впереди расщелину в скале. Скала выглядела довольно прочной, так что, похоже, она могла бы задержать тварь.

Да, только добраться туда...

[Возникла переменная. Изменяю маршрут отступления.]

Что?

Это случилось, когда я, сломя голову, бежал к скале. Внезапно передо мной появилось уведомление, и Мо действительно изменил направление бега налево.

Ха-ах, ха-ах, какая ещё переменная?!

Хотелось прокричать этот вопрос.

Впереди надёжная, большая расщелина, где можно было бы хоть немного передохнуть. И теперь возвращаться? Обидно и досадно. Но времени на выражение недовольства не было.

Тварь, которой никак не удавалось меня схватить, яростно металась. Пыль, которую она поднимала, была такой густой, что застилала обзор.

— Блядь, у-ух. Ничерта не видно.

Ничего не оставалось, как полностью положиться на Мо. Моё тело, опережая волю, следовало за стрелкой. Но вскоре я об этом пожалел.

Перед глазами появился крутой, как обрыв, склон. Чёрт, это же то самое место, куда я стащил тварь? Неужели Мо хочет, чтобы я вскарабкался по нему?

...Стрелка указывала точно на склон.

— Ха-ах, бля... дь, ха-ах...

Ругательства вырывались сами собой. Я не мог понять, что за переменная заставила Мо сменить маршрут. Но во многих битвах я выживал только благодаря Мо. Поэтому я знал, что и на этот раз должен довериться ему. Но проблема была в моём теле. Ещё шаг, и я, кажется, умру.

К тому же время режима выживания уже подходило к концу. Но и это ещё не всё. Был и побочный эффект. После окончания режима выживания я несколько минут не смогу использовать Мо. Так что этот путь стал моей последней надеждой.

12, 11...

Обратный отсчёт продолжался. Стиснув зубы, я начал карабкаться по склону на четвереньках. Только бы успеть до окончания отсчёта. Несмотря на режим выживания, руки и ноги дрожали.

5, 4, 3...

Ещё немного, пожалуйста. У-ух!

Стиснув зубы, я собрал последние силы. Тук. Рука наконец коснулась края склона. В голове была только одна мысль — немедленно подтянуться. Поэтому я не заметил, что наверху кто-то стоит.

2, 1, 0.

— Ха-ах!

В тот же миг, как режим выживания закончился, моя верхняя часть тела, добравшаяся до ровной поверхности, тут же рухнула. «Блядь, больше не могу».

Я не мог пошевелить и кончиком пальца. Под лицом чувствовался гравий, но у меня не было сил даже отвернуться. Если бы тварь сейчас пришла за мной, мне бы осталось лишь глядя на неё говорить: «Приятного аппетита».

Но сколько бы я ни хватал ртом воздух, атаки твари не последовало. Только тогда я понял, что больше не слышу звуков погони.

Почему? Не в силах поднять голову, я поводил глазами по округе. Осмотревшись, насколько это было возможно, я замер.

Рядом со мной виднелась обувь. Носок кожаного ботинка, похожего на армейский.

— ...А? — невольно вырвалось у меня, и, собрав все силы, я поднял голову. Кто-то... стоял рядом. Очень высокий.

Сначала голова работала плохо, и я не мог сразу предположить, кто это. Но потом я заметил, что у него в руке. Огромный меч.

А, он пришёл охотиться на тварь!

От нахлынувших чувств я даже не разглядел его внешность. Меня переполняла лишь радость от того, что я спасён.

— Тва... Тварь... она там. Сзади..! — Словно ябедничая, я из последних сил направил в сторону кончик пальца.

— Быс... быстре... — Быстрее беги и убей эту гадину.

Собрав все силы, чтобы произнести просьбу, понятную лишь мне одному, я глубоко вздохнул.

— А-а, теперь я смогу вы... — ...жить. Слова сами вырвались наружу, но замерли, не успев прозвучать до конца.

Всё из-за лица того, кто смотрел на меня сверху вниз. Он стоял спиной к солнцу, поэтому черты его лица были плохо видны. Но я мог сказать, что это был молодой мужчина лет двадцати пяти.

Смуглая кожа, чёрные волосы. И, хоть и скрытые тенью, золотые, как солнце, глаза. Проблема была в его губах, которые я видел отчётливо.

Тонкие, длинные губы, глядя на меня, начали медленно изгибаться. Это была такая широкая улыбка, что хотелось улыбнуться в ответ.

Но откуда у меня взялось дурное предчувствие?

Ведь улыбка была такой светлой.

И в то же время возник другой вопрос.

Почему ты улыбаешься, глядя на меня?

Я приподнялся, чтобы лучше рассмотреть его лицо. Хотелось проверить своё предчувствие, но что-то другое заслонило мне обзор. Ботинки незнакомца. И почему это носок его ботинка приближается ко мне...

Хрясь!

В тот же миг, как приближающийся ботинок ударил меня, внутри что-то будто бы лопнуло. Клянусь, даже когда за мной гналась тварь, я катался по земле, но умудрился не получить ни одного удара. А тут какой-то внезапно появившийся человек со всей дури пнул меня. Да ещё и светло улыбаясь.

— Акх!

Издав стон, похожий на предсмертный хрип, моё тело взмыло в воздух. Без шуток, оно действительно взлетело. И время полёта было таким долгим, что я, успев удивиться, вдруг понял.

За моей спиной, можно сказать, обрыв. За время, проведённое в воздухе, показавшееся одновременно и мгновением, и вечностью, во мне вскипела яростная злоба.

Вот ублюдок! Он что, тварь в человеческом обличье?!