Глава 144

Какое-то время они молча смотрели друг на друга. Вокруг шумела закусочная: гудели голоса, звенела посуда, со всех сторон доносились обрывки чужих разговоров. Но за их столиком воцарилась такая тишина, что весь остальной мир словно отодвинулся куда-то далеко.

Первым молчание нарушил Эшли:

— То, что ты сейчас сказал... Что это значит?

Ошеломление всё ещё не сошло с его лица. Кои стало не по себе от такой острой реакции, и он отвёл взгляд. Рядом с Эшли он снова почувствовал себя тем самым нелепым подростком и, поддавшись нахлынувшей ностальгии, сказал больше, чем собирался.

— Я и не думал, что ты вообще это вспомнишь...

Голос дрогнул и оборвался. Кои и сам не мог разобраться, что чувствует: радость оттого, что Эшли сохранил в памяти даже такую мелочь, или вину за то, что так неловко выбил его из колеи. Но сказанного было уже не вернуть. Эшли всё понял.

— Кои. Ты не брал лёд в колу... потому что у тебя не было денег?

Прежде чем ответить, Кои пришлось сделать глубокий вдох. Ни тогда, ни сейчас Эшли просто не мог этого представить. Он вырос в настолько благополучном мире, что само существование подобной нищеты не укладывалось у него в голове.

— В «Гринбелле» газировку бесплатно не доливают... А если попросить без льда, в стакан нальют чуть больше.

Эшли выглядел так, словно разом лишился опоры под ногами. Слова Кои потонули в новой паузе. Тишина между ними на этот раз затянулась куда дольше.

— Когда я болел... — снова заговорил Эшли, нервно постукивая пальцами по пластиковой столешнице. — Ты всегда приносил мне суп и лекарства. Скажи, ты... ты покупал их на деньги, которые откладывал себе на обеды?

Кои не смел и надеяться, что Эшли помнит даже это. Не в силах выдавить ни звука, он лишь кивнул. Пальцы, выбивавшие дробь по столу, мгновенно замерли. Нависшее между ними напряжение стало почти невыносимым.

— Кои, неужели...

«Твой отец вообще не давал тебе денег?»

Жестокий вопрос уже готов был сорваться с языка, но Эшли чудом заставил себя его проглотить. Гордость Кои и без того была растоптана; незачем было унижать его ещё сильнее. Хватит и того, что уже прозвучало.

В памяти, сменяя друг друга, замелькали все его прежние бездумные промахи.

— Почему? Почему ты мне ничего не сказал?

Внутри закипала ярость — на самого себя, на собственную непроходимую тупость. Как он мог ничего не замечать? Как мог из лучших побуждений заказывать Кои теплые напитки или просить убрать из стакана лёд, уверенный, что проявляет заботу, — и так и не понять, что происходило на самом деле?

А сквозь эту злость на себя пробивалась обида на Кои. Почему тот настолько ему не доверял?

— Потому что я восхищался тобой, — вдруг ответил Кои.

«Потому что я любил тебя», — мысленно признался он, но вслух заменил любовь другим, не таким откровенным словом.

— Я боялся, что, если ты узнаешь, насколько я беден... я стану тебе противен.

Для Эшли подобный страх был совершенно непостижим.

«Бояться, что кто-то может тебя возненавидеть? Какая чушь».

Он ведь бессчётное количество раз говорил Кои, что тот ему нравится. Неужели Кои не верил ни единому его слову? С чего вообще решил, что Эшли способен думать о нём подобное?

Заметив смятение на его лице, Кои тихо пробормотал:

— Я просто... не хотел, чтобы ты увидел, насколько разные у нас миры.

Эшли нахмурился, и Кои ответил ему блёклой улыбкой.

— Тебе, наверное, этого не понять.

Эшли ничего не ответил. В голове царил полнейший хаос, а все готовые сорваться с языка вопросы казались один нелепее другого. Поэтому он решил, что сейчас разумнее промолчать.

Спасением оказалось появление сотрудника закусочной с их заказом. На несколько мгновений сгустившееся за столом напряжение отступило. Но стоило парню поставить перед ними подносы с чизбургерами и удалиться, как они вновь остались один на один. И всё же этой короткой передышки, не продлившейся и минуты, Эшли с лихвой хватило, чтобы взять себя в руки.

— Давно ты на Восточном побережье?

Его голос вновь звучал так же равнодушно и отстранённо, как в первые минуты их сегодняшней встречи. От этого тона у Кои неприятно защемило в груди, но он изо всех сил постарался не подать вида и отозвался с наигранной бодростью:

— Пару месяцев. Я, кстати, виделся с Эл... Знаешь, Эл теперь...

— Журналистка в «А-Таймс». Я в курсе.

Эшли небрежно оборвал его на полуслове и невозмутимо откусил от бургера. Кои немного помялся, а затем тоже взялся за еду. Некоторое время они жевали в молчании.

Кои перебирал в уме возможные темы, но обстановка совершенно не располагала к непринуждённой беседе. Только когда Эшли покончил со своей порцией, он наконец заставил себя снова заговорить:

— Слушай... спасибо, что вытащил меня. Но как ты вообще узнал? Я думал, раз выходные, ты, наверное, на какой-нибудь вечеринке...

— У меня было совещание по предстоящему процессу. Секретарша передала, что звонили из участка.

— Из участка? Но как?

От мысли, что Нельсон, возможно, всё-таки ему наврал, у Кои потеплело на душе. Всё остальное внезапно показалось неважным. И всё же, желая хоть немного продлить этот разговор, он продолжил расспрашивать.

Эшли с явной брезгливостью переломил пополам ни в чём не повинную палочку картофеля фри, после чего тщательно вытер перепачканные маслом пальцы о дешёвую бумажную салфетку.

— Сказали, что какой-то парень требует адвоката — причём непременно меня. Заодно продиктовали имена всех задержанных.

Кои с трудом верилось, что секретарша вообще сочла подобный звонок достойным внимания.

«Я думал, на её уровне такие звонки просто отсеивают».

— Ты... вы с Нельсоном правда близко знакомы?

За десять с лишним лет измениться могло что угодно. Кои совершенно не представлял Эшли в компании Нельсона, но нужно было знать наверняка. Задав вопрос, он внутренне приготовился к худшему, однако Эшли лишь откровенно рассмеялся ему в лицо.

— Я? С этим наркоманом?

— Ну да... действительно.

Несмотря на полный цинизма тон Эшли, губы Кои расплылись в улыбке. Подтверждение того, что между этими двумя нет ничего общего, принесло ему огромное облегчение.

Но Эшли его радости не разделил. Он продолжал смотреть на Кои без тени улыбки.

— И с чего у тебя вообще взялись такие бредовые фантазии?

Резкое «бредовые» заставило Кои окончательно стушеваться. Он поспешил выложить всё как есть:

— В камере Нельсон трепался, что ты вот-вот приедешь и вытащишь его оттуда.

— Я? С чего бы?

Брови Эшли недовольно сошлись у переносицы. Под его взглядом Кои смешался и пробормотал:

— Он говорил, что ты... ну, его личный адвокат.

— Ха... — С губ Эшли сорвался короткий раздражённый смешок. Подобная наглость явно застала врасплох даже его.

Кои торопливо добавил:

— Ума не приложу, зачем он так нагло врал. Это ведь вскрылось бы на раз-два... Это же ложь, правда?

— Будь это правдой, неужели я сидел бы сейчас напротив тебя и жевал этот дешёвый бургер?

Почувствовав, как к щекам приливает краска, Кои поспешно замотал головой.

— Нет, конечно. Просто... пытаюсь понять, зачем ему вообще понадобилось нести этот бред.

— Всё элементарно: он просто тянул врем. Потасовка пустяковая, так что к утру его в любом случае отпустили бы. А потом он придумал бы какую-нибудь отговорку: мол, я был слишком занят и не успел приехать.

— А-а... вот оно что, — растерянно протянул Кои.

Про себя он, однако, поразился наглости Нельсона.

«Ну и нахал».

Самому Кои в жизни не хватило бы духу сочинить настолько дерзкую ложь. И тут его осенило. Кои резко поднял глаза на Эшли. Заметив перемену на его лице, тот снова нахмурился. Во взгляде ясно читалось: «Ну что ещё?»

Но прежде чем заговорить, Кои пришлось глубоко вдохнуть. Чтобы высказать эту внезапную догадку вслух, требовалось куда больше смелости, чем Нельсону — чтобы сочинить своё жалкое враньё.

— Эш, постой... Получается, ты приехал, потому что услышал в том списке моё имя? Приехал, чтобы вытащить меня?

Рука Эшли с зажатой между пальцами картофелиной фри замерла на полпути ко рту.

Он не ответил. Но эта внезапная пауза оказалась красноречивее любых слов. Кои больше не нуждался в подтверждении.

Сердце тяжело заколотилось в груди. Тревога, от которой Кои всё это время безуспешно пытался отмахнуться, рассеялась в одно мгновение.

«Неужели Эшли тоже хотел меня увидеть? Неужели скучал по мне — так же, как я? А может... даже сильнее?»

— Эш...

В дрогнувшем голосе уже зарождалась робкая надежда.

— Не обольщайся

Увидев, как Кои застыл, Эшли с прежней холодностью продолжил:

— Я просто хотел убедиться. Подумал, что ты ни за что не притащился бы в такую даль...

На последних словах он внезапно осёкся и плотно сжал губы.