Глава 150

«Нет, так нельзя».

Кои поспешно взял себя в руки. Эшли согласился стать ему хотя бы другом — и уже за одно это стоило быть безмерно благодарным. Этого должно было хватить с лихвой, а он ещё смеет предаваться унынию.

«Совсем совесть потерял, Коннор Найлз».

Мысленно отвесив себе оплеуху, он выпрямился и переключил всё внимание на сидящего напротив Эшли. Тот выкроил для него часы в своём бесконечно плотном графике, и Кои просто не имел права портить вечер кислым настроением.

«Тебя пригласили в закрытый ресторан. Соберись».

Одёрнув себя в очередной раз, Кои повторил его жест: придержал вилкой загадочный кусочек на тарелке и аккуратно разрезал его. Подцепил вместе с украшавшей блюдо зеленью и отправил в рот. Текстура оказалась неожиданно упругой, но нежной. Ни аромата, ни вкуса Кои, разумеется, не уловил, однако сама консистенция была приятной. Он задумчиво перекатывал кусочек на языке, когда Эшли нарушил тишину:

— Это приготовленный на пару морской гребешок. Попробуй с соусом.

«Неужели забыл, что я почти не различаю вкусов?»

Впрочем, мутная обида тут же растворился в логике. Ничего удивительного. Прошло больше десяти лет. Куда страннее было бы, храни Эшли в памяти такие незначительные подробности чужой жизни.

Проглотив эту мысль, Кои тихо отозвался:

— Угу.

Послушно разрезав оставшуюся половину гребешка, Кои обмакнул её в тягучий соус. Он уже приготовился разыграть маленький спектакль — изобразить искреннее гастрономическое удовольствие, чтобы не ставить Эшли в неловкое положение. Уверенности в собственном актёрском таланте, правда, не было никакой.

«…А?»

Едва настроившись на фальшивую улыбку, он положил еду на язык — и оцепенел. В этот раз всё было иначе. Он чувствовал вкус.

Глаза Кои изумлённо распахнулись. И хотя с каждым движением челюстей ощущения меркли, в первую, самую яркую секунду он совершенно отчётливо распознал и терпкую кисло-сладкую ноту соуса, и тонкий, солоноватый вкус самого гребешка.

— Вкусно… — растерянно выдохнул он.

Эшли, сидевший напротив, едва заметно улыбнулся, словно именно такой реакции и ждал.

«Но как такое возможно?»

Кои продолжал смотреть на него в немом оцепенении. Тем временем Эшли невозмутимо отрезал кусочек своего гребешка и пояснил:

— Я предупредил шефа, что мой спутник слабо различает вкусы, и попросил сделать их более акцентированными. Заодно проследил, чтобы использовали только натуральные специи без излишков соли или сахара. Так что это совершенно безвредно.

Эти слова окончательно выбили у Кои почву из-под ног. Не в силах отвести от Эшли ошеломлённого взгляда, он наконец выдавил:

— То есть… ты заранее попросил приготовить это специально для меня?

— Да.

Ответ прозвучал без малейшей заминки. Кои на мгновение замер, собираясь с мыслями, и едва слышно спросил:

— Почему?

Он до смерти боялся, что голос дрогнет. Вытолкнув из себя это единственное слово, Кои услышал, как Эшли отвечает — так обыденно, словно речь шла о совершеннейших пустяках:

— Потому что мы ужинаем вместе. Если ты не сможешь насладиться едой, мне это тоже не доставит удовольствия.

И тогда Кои всё понял. Скрыть подступившую дрожь он был уже не в силах, но и сдержать рвущиеся наружу слова — тоже.

— Значит, ты помнил…

Фраза сорвалась с губ так тихо, будто он говорил сам с собой. Эшли ничего не ответил. Лишь неспешно отправил в рот очередной кусочек гребешка с таким безмятежным видом, словно обсуждать здесь было совершенно нечего.

У Кои болезненно сдавило грудь. Он поспешно опустил взгляд, делая вид, что внезапно увлёкся содержимым тарелки, но всё-таки не выдержал и торопливо шмыгнул носом.

«Теперь мы только друзья».

Он резко одёрнул себя, поймав на том, что уже был готов неосторожно шагнуть за очерченную границу. Эшли наверняка предвидел подобную сентиментальность и потому заранее расставил все точки над «i»: их прошлое давно осталось позади, и теперь максимум, на что Кои мог рассчитывать, — это приятельство. Всё ради того, чтобы он не тешил себя пустыми иллюзиями.

«Он просто проявил дружескую заботу. Не придумывай себе лишнего».

Едва Кои опустил вилку, проглотив последние кусочки гребешка, как у стола вырос официант и забрал пустые тарелки. Только сейчас Кои обратил внимание, что персонал заведения выстроился вдоль стен, ненавязчиво, но внимательно контролируя зал: здесь не допускали, чтобы гости ждали перемены блюд хотя бы лишнюю секунду. Он впервые оказался в настолько респектабельном месте, и этот безупречный, отлаженный до автоматизма сервис слегка сбивал с толку.

Следующее блюдо подали почти мгновенно. Официант расставил тарелки, привычной скороговоркой представил их содержимое и так же незаметно удалился.

Когда они вновь остались наедине, Эшли коротко пояснил:

— Это гусиная печень.

Разглядывая деликатес, о котором раньше лишь слышал, Кои не удержался:

— То есть та самая печень с ожирением?

Эшли вдруг рассмеялся. Кои растерянно заморгал, а тот, не переставая улыбаться, кивнул:

— Она самая. Bon appétit.

Эту французскую фразу он хотя бы знал. Пусть произношение и оставляло желать лучшего, Кои всё же набрался смелости неловко повторить её в ответ. Он отрезал кусочек фуа-гра и отправил в рот — рецепторы тут же отозвались новым, совершенно незнакомым вкусом, который, увы, вскоре привычно растаял без следа.

— Ну как?

— Вкусно, — совершенно искренне отозвался Кои.

Эшли с едва заметной улыбкой вернулся к еде.

Его внезапный смех будто снял с груди Кои невидимую тяжесть — внутреннее напряжение наконец-то отпустило. Улыбнувшись, он с облегчением продолжил ужин. Когда же в ожидании очередного блюда повисла короткая пауза, Эшли неожиданно поинтересовался:

— Так что за девушка, с которой у тебя свидание?

Кои по привычке открыл было рот, желая возразить, что это никакое не свидание, но вовремя прикусил язык, осознав всю бессмысленность спора. Подавив порыв, он спокойно ответил:

— Кажется, она журналистка. И знакома с Эл.

Пока Кои в двух словах описывал, как они договорились о встрече, перед ними опустились тарелки с идеально прожаренным марлином. Окинув рыбу задумчивым взглядом, Эшли переспросил:

— Джули, говоришь? Случайно не Джули Робинсон?

— Вы знакомы? — удивился Кои.

Эшли пожал плечами, всем своим видом показывая, что ничего сверхъестественного в этом нет:

— Она довольно известная журналистка. Выпустила немало крепких материалов, хотя лично мне ни один из них не сулил ничего хорошего.

На его губах скользнула насмешливая улыбка, заставив Кои невольно насторожиться. Неужели между ними успела пробежать чёрная кошка? Стоило осторожно поинтересоваться об этом, как Эшли невозмутимо пояснил:

— Сам понимаешь, статья под заголовком «Дьявол-хранитель богачей — Эшли Миллер» едва ли могла привести меня в восторг.

— А-а…

Только теперь до Кои дошёл смысл сказанного. Услышав его растерянный возглас, Эшли вновь тихо усмехнулся:

— Правда часто ранит, знаешь ли.

Он улыбался, вот только Кои не нашёл в себе сил ответить тем же.

«Неужели это правда, Эш? То, о чём трубит пресса, все эти грязные слухи… Я до сих пор отказываюсь в них верить».

Кои опустил взгляд. Его кусок марлина полили совершенно другим, особенным соусом, созданным исключительно для него, и от этого проявления внимания на душе стало лишь тоскливее.

«Ты ведь всё такой же заботливый».

Несмотря на сумасшедший график, Эшли нашёл для него время, лично приехал и вытащил из камеры. А теперь привёл в закрытый ресторан, заранее продумав меню до мельчайших деталей. С какой стороны ни взгляни — это был прежний Эшли.

Но если мужчина, сидевший сейчас напротив, больше не являлся тем самым Эшли Миллером — чутким, добрым, с улыбкой, сияющей, как солнце, — то кто же тогда находился по ту сторону стола?

— А ты не читал её статей?

Внезапный вопрос вырвал Кои из тяжёлых раздумий, и он машинально покачал головой. Увидев это, Эшли криво усмехнулся:

— Тогда прочти хотя бы последнюю. Вполне может пригодиться.

— Для чего? — совершенно сбитый с толку, переспросил Кои.

Эшли ответил без малейшей заминки:

— Даже если ваша встреча лишена романтического подтекста, всегда полезно узнать о собеседнице заранее. Так будет гораздо проще поддержать разговор.

— А-а…

Теперь его слова и впрямь звучали вполне резонно. И пока Кои растерянно осмысливал услышанное, Эшли продолжил:

— Знаешь, нередко бывает так: изначально человек ничего такого не планирует, но в процессе общения вдруг вспыхивают чувства. Поэтому лучше с самого начала не отсекать ни одной возможности.

С этим тоже было трудно поспорить. Однако стоило Кои мысленно признать его правоту, как настроение стремительно поползло вниз.

Ещё до того, как они начали встречаться, у Эшли было несколько девушек. Неудивительно, что в подобных вопросах он ориентировался куда лучше. И всё же выслушивать от него любовные наставления оказалось на редкость болезненно. Больше всего Кои уязвляло то, с каким хладнокровием и непринуждённостью Эшли рассуждал о свиданиях — так, словно мог жонглировать этими правилами бесконечно.

— Зачем ты вообще мне всё это рассказываешь? — глухо спросил Кои.

«И со сколькими же женщинами он встречался после того, как мы расстались?»

Кои прекрасно понимал, что не имеет права на ревность, но ничего не мог с собой поделать.

«Мог бы хотя бы не выставлять свой богатый опыт напоказ».

Впрочем, он знал наверняка: Эшли вовсе не пытался похвастаться или задеть его. Эти фразы слетали с его губ без малейшей задней мысли, и именно от этого становилось невыносимо тошно. Уж лучше бы он и правда просто рисовался.

Уловив в вопросе Кои откровенную унылость, Эшли ответил всё с той же ровной невозмутимостью:

— Потому что хочу, чтобы твоё первое свидание прошло удачно. Просто дружеский совет.

«Ну разумеется».

Кои и сам всё понимал, однако спрятать хлестнувшую по нервам обиду не сумел. Поддавшись внезапному порыву, он выпалил первую пришедшую в голову ложь:

— У… у меня тоже вообще-то была девушка.

Слова сорвались с губ слишком поспешно и слишком жалко. И стоило им повиснуть в воздухе, как Эшли поднял на него потяжелевший взгляд.