Экстра «Sugar baby»Глава 4

— И это вы про Эшли Миллера-то?

— Заботливый, значит. Заботливый… Хм.

Собеседники так странно смаковали это слово, что Кои невольно растерялся.

«И что это за реакция такая?»

На миг повисла неловкая пауза, но уже в следующую секунду все как ни в чем не бывало заулыбались и непринужденно заговорили о другом:

— Что-то жарковато сегодня, правда? И когда только успело так припечь…

— Я слышал, в этом году лето будет еще длиннее обычного.

— Простите, у вас есть шампанское? Благодарю.

Вокруг снова поднялся легкий светский гул: гости перебрасывались ничего не значащими фразами и то и дело подзывали сновавших по залу официантов с напитками. Кои тоже взял с подноса бокал шампанского. Вкуса почти не разбирал, но ему нравилось, как на языке приятно лопаются колючие пузырьки.

— Кстати, господа, вы уже видели колечко на руке Элейн? Элейн, это ведь помолвочное?

Под одобрительные возгласы все тут же обернулись к девушке по имени Элейн, и та, смущенно улыбаясь, приподняла левую руку. На ее пальце сверкнуло кольцо с внушительным бриллиантом — по кругу сразу прокатился восхищенный вздох.

— Какая прелесть! Поздравляю, Элейн.

— Надо же, Джордж наконец-то сделал предложение! Примите поздравления, а то мы уж гадали, когда он решится.

— Еще бы, сколько Элейн пришлось ждать! Наконец-то Джордж созрел.

— Кольцо просто роскошное. Кто бы мог подумать, что у Джорджа такой отменный вкус!

Слушая сыпавшиеся со всех сторон любезности, Кои лишь неприкаянно стоял в сторонке. Наверняка их друг другу уже представляли, но он не то что не знал, чем занимаются все эти люди, — даже имена их толком не запомнил, а потому и вставить в разговор ему было нечего. Оставалось только время от времени вежливо кивать да поддакивать остальным.

«Не особо-то тут весело».

В памяти всплыли слова Эшли. Тот ведь предупреждал, что на приеме будут нести сплошную банальщину и Кои только зря потратит время.

Тогда Эш оказался прав. Впрочем, Кои рассудил, что ничего удивительного тут нет: он видит этих людей впервые в жизни, и откуда взяться общим темам?

«Нужно самому проявить инициативу и постараться влиться в компанию», — решил он про себя.

Пока Кои прислушивался к чужим репликам, усердно пытаясь сопоставить лица с именами, кто-то из гостей вдруг обратился прямо к нему:

— Ну а как у вас дела, мистер Найлз? Мистер Миллер преподнес вам красивое помолвочное кольцо?

Все взгляды мгновенно скрестились на нем. Кои стушевался, но постарался выдавить приветливую улыбку.

— А… да. Конечно.

— А на пальце у вас ведь обручальное? Позволите взглянуть?

Уловив в чужом голосе неприкрытое любопытство, Кои на секунду замялся, но все-таки протянул левую руку. Стоявшие рядом гости тут же обступили его, вытягивая шеи.

— Какой великолепный камень.

— Очень изысканная работа. У мистера Миллера безупречный вкус.

— Даже завидно! Мне бы кто подарил такое колечко.

Гости наперебой расхваливали украшение, одаривая Кои любезными улыбками. Чувствуя, как от смущения начинают гореть уши, он поблагодарил их. Однако женщина, которая только что мило ему улыбалась, вдруг свела брови и состроила притворно-сочувствующую гримаску:

— Ну а что поделать, дорогая, мы с вами все-таки не мистер Найлз. Представляете, как нужно было постараться, чтобы выпросить бриллиант такого размера?

— О да, куда уж нам до такого.

— Тем более когда речь идет о самом мистере Миллере.

Обмениваясь язвительными репликами, они захихикали. Но Кои, не заметив подвоха, простодушно ответил:

— А, вообще-то обручальные кольца купил я. Мне очень хотелось сделать ему подарок.

У всех вокруг от изумления вытянулись лица.

— Вы купили? Вот это кольцо?!

— Хотите сказать, обручальные кольца приобрели вы, мистер Найлз, а не мистер Миллер?

Вопросы посыпались один за другим, и Кои охотно закивал:

— Да. Спасибо, что похвалили дизайн, мне правда очень приятно.

Правда, долг за кольца, на которые он занял денег у самого Эшли, выплатить пока не удалось, но это мелочи. Эш ведь сказал, что готов ждать сколько угодно. Оттого что выбранное им самим кольцо так расхвалили, на душе у Кои потеплело, и губы сами собой растянулись в счастливой улыбке.

Гости же безмолвно уставились на раскрасневшегося, добродушно посмеивающегося парня. Словно оставшись чем-то недовольными, они многозначительно переглянулись и принялись нарочито покашливать.

— И все-таки… — наконец подал голос кто-то из них среди повисшей неловкой тишины. — А чем вы сейчас занимаетесь, мистер Найлз? На наших встречах вы сегодня впервые… Как обычно проходят ваши будни? Может быть, ведете какой-нибудь собственный бизнес?..

На этот вкрадчивый вопрос Кои ответил совершенно простодушно:

— Сейчас ничем особенным не занимаюсь. Ребенок еще совсем маленький, поэтому…

— Ребенок?

Слушавшие его гости недоуменно переглянулись и уставились на Кои. На их лицах буквально читался немой вопрос: мол, причем тут вообще возраст ребенка?

— Неужели мистер Миллер из тех мужчин с «традиционными взглядами», которые считают, будто детей ни в коем случае нельзя доверять няням?

Вопрос прозвучал вроде бы в шутку, однако собеседник намеренно растянул слова «традиционные взгляды», явно вкладывая в них ехидный подтекст. Кои тут же покачал головой:

— Ну что вы, вовсе нет! У нас целых три няни. Просто мне самому хочется проводить с малышом как можно больше времени.

Кои ответил как на духу, но по лицам гостей было видно, что его слова их ничуть не убедили.

— Проводить с ребенком слишком много времени вредно для его воспитания, — с мягкой улыбкой назидательно заметил кто-то. Стоявшая рядом дама согласно закивала и подхватила:

— Слепая родительская любовь — верный способ избаловать дитя. Куда полезнее держать разумную дистанцию, это с малых лет приучает к самостоятельности.

Большинство присутствующих одобрительно загудели. Кои слушал их без всякой задней мысли, как вдруг одна из женщин, украдкой покосившись на него, усмехнулась:

— И все равно я вам завидую, мистер Найлз. Какое счастье — просто сидеть дома с ребенком! А тут вечно то благотворительные фонды, то светские рауты… Крутишься целыми днями, ребенка и видишь-то урывками.

Она картинно вздохнула, состроив поистине страдальческое лицо. Кои, стараясь как можно деликатнее подобрать слова, осторожно произнес:

— Ну… Эш со мной о таких мероприятиях особо и не заговаривал. Наверное, понимает, что толку в этих делах от меня немного…

Он неловко рассмеялся, пытаясь сгладить углы, а дама в ответ изобразила на лице крайнюю степень участия:

— Ну конечно, это так в духе мистера Миллера! Если его обожаемому мистеру Найлзу больше по душе возиться с малышом — пусть живет в свое удовольствие и ничем себя не утруждает. Разве не романтично?

— И то верно: знай себе приглядывай за ребенком и ни о чем больше не думай.

— Вот мой супруг, увы, считает, что я непременно должна вращаться в обществе, так что мне подобной роскоши не видать. Ведь столько приемов и встреч, куда принято приходить парами! А если муж не может присутствовать лично, я еду вместо него: и ему время экономлю, и сама заодно узнаю массу полезного.

— Разумеется, приятно быть опорой для мужа, но порой так выматываешься, что даже присесть некогда. По правде говоря, это изрядно утомляет.

— С детьми видишься в лучшем случае раз в день, да и то когда они уже спят. У них ведь тоже день расписан по минутам.

«Вот оно как», — понимающе кивал Кои, слушая их сетования. Вдруг та самая дама, что так томно вздыхала раньше, снова повернулась к нему:

— А вам, мистер Найлз, выходит, вся эта светская суета совершенно ни к чему! Ах, до чего же завидно. Я бы тоже с радостью сидела дома в свое удовольствие, отдыхала да нянчилась с детьми. Жаль только, мой муж ни за что такого не позволит.

«Надо же, как обидно», — с искренним сочувствием подумал Кои. — «Казалось бы, все здесь такие богатые и успешные, а тоже мучаются от своих проблем».

— Но ведь вы живете вместе всю жизнь, и это несправедливо, когда один только требует, а другой во всем подстраивается, — со всей серьезностью произнес он. — Может, вам стоит начистоту поговорить с мужем? Скажите ему прямо, что вместо светских раутов вам куда больше хочется сидеть дома с ребенком.

В ответ воцарилось гробовое молчание — все просто уставились на Кои.

«Неужели я сморозил какую-то глупость?»

Ошеломленные лица собеседников окончательно сбили с толку, и он поспешил оправдаться:

— Просто… работать на износ в любом случае никому не идет на пользу. Раз уж вы так устаете и разрываетесь на части, мне подумалось, что ради собственного здоровья стоило бы немного сократить выходы в свет…

Он смущенно хохотнул и почесал щеку. Женщина, некоторое время пристально смотревшая на него снизу вверх, наконец натянуто улыбнулась:

— Спасибо за совет.

— Не за что! — тут же откликнулся Кои, но дама уже демонстративно отвернулась.

Он лишь озадаченно склонил голову набок, как вдруг с ним заговорила другая гостья — женщина средних лет:

— Так ваш малыш еще совсем кроха? И сколько же ему сейчас?

— Почти полгода.

— Самый чудесный возраст! Дети так быстро растут — не успеешь оглянуться, как вымахают выше головы. Хотя для меня они, какими бы большими ни стали, все равно остаются десятилетними мальчишками.

Она улыбнулась так добродушно, что Кои невольно расплылся в ответной улыбке. А женщина тем временем ласково продолжила:

— Взять хотя бы моего старшего сына: он как раз сейчас проходит практику в юридической фирме Миллера. И он сам, и я ужасно переживаем. Сами знаете, фирма Миллера — лучшая во всей Северной Америке, а потому и со стажеров там спрашивают втридорога. Как бы хотелось, чтобы рядом оказался кто-нибудь, способный поддержать его и замолвить словечко…

Тяжело вздохнув, она прижала ладонь к щеке — само воплощение материнской тревоги. Кои и сам был родителем, поэтому как никто другой понимал сердце матери, изводящей себя беспокойством за свое дитя.