Глава 197

«Ведь полно омег со слабым от природы запахом. Бывает и так, что в обычные дни их легко принять за бет, и лишь во время течки феромоны начинают бить через край».

Эшли заставил себя отмахнуться от неудобного факта: аромат, так явно исходивший от Кои ещё утром, теперь исчез без следа. Что ж, он просто найдет другое доказательство.

— М-мг… — с губ Кои сорвался прерывистый стон.

Эшли заставил себя приглушить лихорадочную спешку и поцеловал его — так бережно, как только умел. Медленно и тягуче, словно они пробовали друг друга впервые. Он ласково сплетал их языки, а стоило дразняще прикусить и втянуть в рот нижнюю губу Кои, тот мгновенно подался навстречу. Руки, поначалу робкие, скользнули по его предплечьям и крепко вцепились в широкие плечи. Перехватив Кои поперек талии, Эшли без труда приподнял его и увлек за собой на кровать.

— Ха-а… — когда их губы разомкнулись, у Кои вырвался тяжелый вздох, в котором смешались сожаление и томящее нетерпение.

Эшли навис над ним и принялся расстегивать пуговицы костюмного жилета. До сих пор он успел скинуть только пиджак, оставаясь в том же строгом образе, в котором утром уходил из дома. Остро осознав собственную наготу перед полностью одетым мужчиной, Кои поежился и нервно поджал пальцы на ногах. Ему оставалось лишь смотреть, как Эшли неторопливо, слой за слоем, избавляется от одежды.

На пол полетел жилет, за ним — шелковый галстук. Когда пальцы взялись за пуговицы рубашки, Кои сглотнул вязкую слюну. Лишь когда последние преграды исчезли, и Эшли остался совершенно обнаженным, тот с готовностью подался вперед, распахивая объятия.

Крупное тело навалилось на него, вдавливая в матрас. Кои на мгновение задохнулся от веса, но тут же крепко обхватил Эшли руками и зарылся лицом в его плечо.

— Я люблю тебя, Эш, — с обнаженной искренностью прошептал Кои прямо ему в ухо. Осыпав короткими, трепетными поцелуями щеку и мочку уха, он бережно обхватил лицо Эшли ладонями, поймал взгляд и с жаром повторил: — У меня есть только ты. И всю жизнь был только ты.

— Знаю, — едва заметно улыбнулся Эшли.

Перехватив тонкое запястье, он повернул голову и мягко поцеловал раскрытую ладонь. Не отрывая губ от разгоряченной кожи, глухо добавил:

— Я в тебе не сомневаюсь.

— …Правда?

— Правда.

На губах Эшли вновь появилась мягкая, успокаивающая улыбка. Кои всё ещё смотрел на него с затаённой тревогой. Эшли поцеловал его и мысленно усмехнулся:

«Ты и впрямь любишь только меня».

Поцелуй стал жадным и влажным. Не отрываясь от губ Кои, Эшли скользнул ладонью по его груди, вздымавшейся от прерывистого дыхания. Нащупал затвердевшие соски, покатал их между пальцами и легонько ущипнул. Кои ахнул, невольно выгибаясь ему навстречу. Когда большой палец Эшли с нажимом очертил чувствительную ареолу, Кои зажмурился — дыхание окончательно сбилось.

Опустив голову, Эшли взял тугой узелок соска в рот. Стоило с силой втянуть его в себя, как Кои сладко застонал. Тогда он чуть прикусил набухший бугорок зубами, влажно мазнул по нему языком. И пока он жадно рассасывал податливую плоть, то ясно ощущал, как прижатый к его бедру член Кои стремительно тяжелеет, наливаясь кровью.

— Кои… — хриплым шепотом позвал Эшли, не выпуская сосок изо рта. — Тебе больше нравится, когда я трогаю сверху? Или снизу?

Кои не сразу понял вопрос. И дело было не в том, что слова Эшли звучали приглушённо. Глядя, как Кои тяжело дышит и затуманенно моргает, Эшли лукаво прищурился и тихо рассмеялся.

Стоило ему оторваться от чужой груди, как Кои разочарованно простонал. До одури хотелось заставить Эшли продолжить, но тот уверенно скользнул по его телу ещё ниже.

— Кои, — позвал Эшли, устраиваясь между его бёдер.

Кои не представлял, что тот задумал на этот раз. Он отозвался дрожащим голосом, в котором уже слышалось предвкушение:

— А? Да.

Услышав этот дрожащий, полный предвкушения голос, Эшли продолжил:

— Хочешь в этот раз кончить только от того, что я буду внутри тебя?

— Что?..

Кои опять не понял, о чём он. Эшли не стал объяснять: подхватил его под бёдра и резко приподнял. Таз Кои оторвался от постели, и он испуганно задержал дыхание.

«Только не говорите, что…» — отчаянная догадка мелькнула в мыслях и тут же стала реальностью. Сложенный пополам, прижимая колени едва ли не к лицу, Кои предельно четко видел, как альфа наклоняется к его паху.

— Ах…

Не дав ему опомниться, Эшли провёл широким языком по сжатому колечку мышц. Кои вздрогнул всем телом, но не попросил остановиться. Но он не попросил остановиться. А Эшли принялся вылизывать его дырочку уже всерьез.

Эшли делал это далеко не впервые. Но прежде Кои не приходилось наблюдать за этим собственными глазами. Светлая макушка двигалась между его бёдер в такт движениям языка во по влажному колечку. Это выглядело так развратно, что Кои не мог отвести взгляд. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот пробьёт рёбра. Боясь, что не сдержит стона, он зажал рот обеими ладонями.

Сдавленные всхлипы то и дело прорывались сквозь пальцы. В такт сбивчивому дыханию тугой вход судорожно сжимался и вновь расслаблялся, словно сам просил продолжения.

Эшли с нажимом протолкнул внутрь кончик языка. Разгорячённые стенки мгновенно сомкнулись вокруг него, мелко задрожав от вторжения. Он принялся медленно вылизывать Кои изнутри, раз за разом проникая глубже и тщательно массируя податливые стеночки. Слюна смешивалась с влагой, обильно сочившейся из Кои, и тёплыми дорожками стекала Эшли по губам и подбородку.

«Вы только посмотрите, как сильно он протек».

Наконец Эшли отстранился, чтобы полюбоваться результатом своих трудов. Между разведённых бёдер всё блестело от влаги. Припухший, раскрасневшийся от ласк вход беззащитно пульсировал, то сжимаясь, то снова приоткрываясь; рядом тяжело подрагивал налитый кровью член.

От этого зрелища возбуждение должно было окончательно затопить разум. Но мысль, засевшая в голове Эшли, не отпускала.

«Это не было иллюзией. Даже в гоне я оставался в своем уме. Я не терял сознания, мои воспоминания не стерлись. И теперь оказывается, что всё это было ложью? Это же просто бессмыслица».

Не выдержав внезапно оборвавшейся ласки, Кои убрал одну руку от лица и потянулся вниз. Он и сам, кажется, не знал, к чему хотел прикоснуться — к ноющему от возбуждения члену или к опустевшему входу. Но Эшли без промедления перехватил его запястье. Из горла Кои вырвался разочарованный стон.

— Нельзя, — с улыбкой напомнил Эшли, глядя на него сверху вниз. — Я же сказал: кончишь только от ласк сзади.

Он отвёл его руку в сторону и заставил обхватить себя под коленями. Кои подтянул бёдра к груди, раскрываясь еще сильнее. От натяжения дырчока раскрылась шире и соблазнительно задрожала.

Не сводя с него глаз, Эшли высвободил член. Кои замер, затаив дыхание. Он неотрывно следил, как тяжёлая плоть скользнула между ягодиц и прижалась широкой головкой к растянутому входу.

— А-ах…

Из его горла вырвался сдавленный, полный напряжения звук.

Сколько бы раз они ни делали это, привыкнуть к первому давлению было невозможно. Тело каждый раз встречало Эшли сопротивлением, заставляя Кои задыхаться от болезненного распирания. Но он уже знал: нужно лишь немного потерпеть — и напряжение растает, уступая место наслаждению.

Эшли медленно подался вперёд. Тугое колечко мышц долго не желало уступать, а затем с дрожью пропустило широкую головку.

— Ху-уф…

Эшли рвано выдохнул сквозь стиснутые зубы, почувствовав, как теснота сомкнулась вокруг него. Ему стоило титанических усилий не вогнать член сразу на всю длину, не сорваться на грубые толчки и не начать безжалостно вдалбливаться в это разгорячённое тело.

Цепляясь за последние остатки самообладания, он продолжил медленно входить.

Но тело Кои словно намеренно испытывало его выдержку. Влажные стенки плотно облегали каждый сантиметр члена, пульсировали вокруг него и жадно втягивали глубже при каждом едва заметном движении. Будто сами призывали прекратить эту пытку, забыть об осторожности и наконец подчиниться инстинктам.

Эшли стиснул зубы и продолжил тягуче погружаться внутрь.

И именно тогда, когда кровь должна была окончательно вскипеть от страсти, сквозь жар возбуждения внезапно прорвался ледяной холод.

«Она точно была там. Матка. Я не мог ошибиться. Я столько раз кончал прямо в неё».

«В животе Кои уже должен был расти мой ребёнок. Должен».

Эшли продолжил медленно продавливать тугую тесноту. Чтобы тело Кои успело принять его, он несколько раз отступил на пару сантиметров и вновь подался вперёд, с каждым движением настойчиво проникая всё глубже. Пока наконец их бёдра не соприкоснулись, а широкая головка не упёрлась в самую глубину.

— Ха-а…

Из груди Эшли вырвался звук, похожий одновременно на стон и тяжёлый вздох. Нужно было увидеть всё собственными глазами. Он опустил взгляд.

Кои принял его целиком. Напряжённый член исчез внутри до самого основания, глубоко вколоченный в тесное нутро. Об этом говорило всё: сдавленные стоны Кои и то, как заметно вздрагивал его выпирающий живот, когда Эшли отводил бёдра назад, а затем с силой вгонял член обратно, проверяя собственные ощущения.

Ошибки быть не могло.

«Но почему?»

Эшли снова отстранился — почти до самой головки — и резко толкнулся внутрь. Кои выгнулся, и с его губ сорвался надломленный вскрик. Но ощущение не изменилось.

Эшли повторил движение. Ещё раз. Глубже, жёстче, словно с помощью одной лишь силы мог нащупать то, что непременно должно было находиться там.

Однако каждый толчок приносил один и тот же невозможный ответ.

«Матки нет».

Эшли застыл. Возбуждение в одно мгновение выжгло холодом, а следом окончательно померк и рассудок.

«Какого чёрта вообще происходит?»

Позже, переложив уснувшего Кои на чистую постель, Эшли в одиночестве сидел у окна. Между пальцами тлела сигарета. Он бездумно смотрел сквозь стекло в непроглядную темноту и тщетно пытался собрать воедино разлетающиеся мысли.

Ни запаха феромонов. Ни матки. Ни метки на истерзанном ухе.

Неужели он и вправду сходил с ума? Возможно, собственные феромоны настолько ударили в голову, что породили целую цепь неотличимых от реальности галлюцинаций? Воспоминания, которых никогда не существовало? Или это карма наконец настигла его за всё то дерьмо, которое он натворил, ослеплённый жаждой мести?

Оставалось лишь одно разумное решение — провести полное медицинское обследование. Но теперь Эшли не был уверен, какому результату вообще сможет поверить.

Если анализы подтвердят, что Кои действительно омега, как тогда объяснить отсутствие матки, запаха и метки? Как может тело омеги оставаться настолько невосприимчивым к феромонам доминантного альфы?

А если обследование назовёт его бетой, придётся признать, что Эшли больше не может доверять даже собственной памяти.

Ни один из вариантов не укладывался в голове.

«Может ли это быть связано с тем, что Кои не чувствует запахов?»

Снова бред.

Если тело Кои действительно начало меняться, то причиной почти наверняка стало длительное воздействие феромонов Эшли. Но разве мыслимо, чтобы организм, изменившийся под их влиянием вплоть до мутации, теперь совершенно на них не реагировал?

«А что, если эта невосприимчивость и есть последствие мутации?»

«Значит, он невосприимчив только к моим феромонам? А если рядом окажется другой альфа — отреагирует? Нет. Кои ведь даже не подозревает о своей омежьей природе. Если бы его хоть раз повело от чужих феромонов, он бы наверняка уже понял, что с ним что-то не так».

«Но он так сильно потёк».

Эшли слышал, что в редких случаях тело беты способно выделять почти столько же смазки, сколько тело омеги. Однако обычно подобное случалось лишь с теми, кто обладал весьма богатым сексуальным опытом.

Неужели Кои относился к их числу? Но ведь он любит только его.

«Он любит меня — и всё же ему было плевать, под кого ложиться?»

Ревность обожгла нутро прежде, чем Эшли успел осознать всю нелепость собственного вывода.

«Что, мать твою, вообще происходит?!»

В голове царил такой хаос, что на миг Эшли показалось, будто весь мир сговорился и теперь разыгрывает перед ним какую-то изощрённую пьесу.

Самым здравым объяснением происходящего неожиданно оказалось собственное безумие. Возможно, во время гона феромоны попросту расплавили ему мозг, породив целую бездну галлюцинаций, неотличимых от настоящих воспоминаний.

Как ни парадоксально, но даже мысль о том, что Кои вёл беспорядочную половую жизнь и набрался достаточно опыта, чтобы, будучи бетой, течь подобно омеге, приносила Эшли куда больше утешения, чем вероятность того, что тело Кои искалечила мутация — мутация, произошедшая по его вине.

«Да и для самого Кои будет лучше остаться бетой».

Между бровей Эшли залегла глубокая складка.

«Если я просто рехнулся во время гона и всё это выдумал — так даже лучше. Кои не придётся ступать в этот ад».

Однако стоило первой буре эмоций немного утихнуть, как на её место пришла глухая, леденящая душу пустота.

«Но что тогда будет со мной?»

С тяжёлым сердцем Эшли пришлось признать собственное лицемерие. Он искренне желал, чтобы Кои ради своего же блага оставался бетой. И столь же эгоистично хотел снова увидеть в нём омегу.

Одно чувство не отменяло другого. Они существовали одновременно, разрывая его изнутри своим непримиримым противоречием.

«Впрочем, это ведь ничего не изменит».

Губы Эшли искривила горькая усмешка.

«В конце концов, ты всё равно уйдёшь. Ты бросишь меня».

«Но если всё это действительно лишь мои бредовые иллюзии…»

Мысль внезапно оборвалась.

Эшли замер. А затем в уголках его губ медленно зазмеилась пугающая улыбка.

«Разве это не значит, что моё желание наконец-то исполнилось?»